Поцелуй шотландца

– Нам действительно нужно устроить нашего гостя и его людей.

Эндрю лениво откинулся на спинку стула и сложил руки на животе.

– Я бы хотел сразу начать осматривать защитные сооружения. Я уверен, там многое необходимо будет сделать.

– Но сначала мы должны устроить ваших людей.

Их взгляды скрестились, и Сюзанна точно знала, что вызов, который она прочла в его глазах, ей не почудился. Вероятно, ответить на его вызов своим было ее тактической ошибкой, но она не смогла удержаться. И не могла пойти на попятный. Сюзанна не желала играть чужую роль, притворяться не такой, какой была на самом деле.

Эндрю улыбнулся, но она не сомневалась, что он всего лишь пытается ее очаровать, чтобы добиться от нее повиновения. Она догадалась об этом по блеску его глаз.

– Отлично, – сказал он. – И после этого мы сможем обсудить оборону?

Сюзанна сложила губы в подобие улыбки.

– Я с радостью об этом поговорю. А сейчас пойдем.

Подгоняемая страхом, Сюзанна вывела Эндрю из отцовского кабинета. Они спустились по лестнице, вышли из замка и пересекли внутренний двор.

«О, я устрою Эндрю Лохланнаха и его людей, – думала Сюзанна. – В конюшне. С другими собаками».

Изабелл Даунрей Макбин взирала на свое королевство с крыши мельницы. Сверху все выглядело очень мило. Обитатели замка занимались своими повседневными делами, совершенно не догадываясь, что она наблюдает за каждым их движением. Перед ней справа раскинулся город Кайрен Рей, за ним искрилось на солнце море. Луга и фермы протянулись на многие мили, как огромное зеленое одеяло. Однако по мере того, как погода становилась теплее, оно постепенно приобретало коричневый оттенок. Изабелл подумала, что, наверное, с этого наблюдательного пункта она может увидеть весь мир. Девочка посмотрела на высокую башню. Оттуда, наверное, вид был бы еще лучше. Тем не менее она и сидя здесь чувствовала себя настоящей королевой всего, что обозревала сверху. Ей нравилось это ощущение высоты, нравились порывы словно игравшего с ней ветра, нравилось смотреть на кружащих в небе чаек. Но больше всего ей нравилось ощущение свободы. Здесь не было никого, кто мог бы отдавать ей распоряжения. И это было чудесно.

Со стороны ворот замка донесся громкий топот. Изабелл повернулась и побледнела: через мост во весь опор скакала ее мать. Изабелл быстро спряталась за карниз. Если мама снова увидит ее на крыше, ей несдобровать. В прошлый раз она ее очень сильно бранила. Ее рука, вцепившаяся в дранку на крыше, немного соскользнула, девочка изогнулась по-другому, схватилась покрепче и осторожно выглянула из-за карниза. То, что мама скакала через мост во весь опор, ее не удивило, подобное Изабелл видела часто. Ее удивило другое – что вслед за ней скакала группа мужчин, горцев в боевом облачении верхом на великолепных боевых конях. Люди эти были ей незнакомы.

Ее мама спрыгнула с коня и решительно вошла в замок. По самой ее походке Изабелл поняла, что мама чем-то рассержена и что она собирается кого-то отругать. Ее руки были сжаты в кулаки, лицо выражало ярость. Изабелл довольно часто наблюдала такое выражение. Ее мама нередко бывала раздражена. Сиобан говорил, что мама бы не была такой раздражительной, если бы у нее был муж, а Изабелл это казалось бессмыслицей. Но в последнее время она и сама стала думать, что если бы у мамы был муж, может быть, он бы ее отвлекал. И тогда, возможно, она бы не следила так тщательно за Изабелл. Было бы здорово иметь чуть больше свободы. И, если задуматься, иметь отца тоже было бы неплохо.

У Сиобана был отец, он брал его с собой на охоту, на рыбалку, учил его скакать верхом и драться. Было бы очень здорово иметь такого же отца. И в последнее время Изабелл не раз подумывала о том, как бы найти маме мужа. Однако она понимала, что это должен быть кто-то, кто устроил бы ее саму. Трудность состояла в том, что мама у нее была очень разборчивая и колючая и каждому мужчине решительно давала от ворот поворот. Вдобавок в Рее было не так много свободных мужчин, и большинство из них были очень старыми. Так что приезд этих новых мужчин был очень кстати.

Порыв ветра подхватил ее волосы и бросил в лицо. Изабелл нетерпеливо отвела прядь волос, чтобы не мешала смотреть. Она сосредоточила внимание на самом большом из мужчин, в нем было нечто, что ее завораживало. Наверное, вовсе не то, как он сидел на своем коне, не его властная поза. И, наверное, даже не его волосы, развевавшиеся за плечами как белый водопад. Нет. Вероятнее всего, дело было в его мече. Это был великолепный меч. С этим мечом мужчина выглядел как рыцарь. Доблестный рыцарь.

Он слез с коня, что-то сказал одному из своих людей и засмеялся. Потом неспешной походкой последовал в замок за ее мамой.

«Да, – подумала Изабелл. – Отличный мужчина. Может быть, он сгодится…»

Потом ее взгляд упал на друга этого мужчины, и ее сердце подпрыгнуло. Он был таким же высоким и широкоплечим и выглядел таким же доблестным, как белый рыцарь. У него тоже был меч, хотя далеко не такой внушительный. Но боги, у него была копна рыжих кудрей! Губы Изабелл сложились в усмешку. У ее мамы тоже рыжие волосы. Совершенно ясно, что это означает только одно: этот мужчина подходит ее маме идеально.

Изабелл повернулась и стала спускаться с крыши, радостно мурлыча себе под нос от предвкушения. И она почти ни разу не поскользнулась.

Сюзанна была раздражена, в этом у Эндрю не было сомнений. Ее выдавало с головой то, как порывисто она двигалась, ведя его через двор. А еще мрачные взгляды, которые она бросала на него через плечо. Но Эндрю это забавляло, и он ничего не мог с собой поделать. Во-первых, когда она злилась, она выглядела чертовски соблазнительно. Видит бог, она вообще была очень соблазнительна. Один только изгиб ее бедер мог свести мужчину с ума, не говоря уже о шелковистой гриве волос. Ему хотелось зажать ее кудри в кулаке и обмотать вокруг своего тела. Вернее, вокруг одной конкретной части своего тела. При этой мысли его мужское естество восстало. Было очень трудно напоминать себе, что он дал обет не соблазнять женщин. Он представлял, как стягивает с ее красивого тела эти брюки и укладывает ее на землю среди вереска. И как он ни пытался, ему не удавалось выкинуть из головы эту фантазию. Видение ее нагих покачивающихся бедер так и вставало перед его мысленным взором. Но он дал обет. Священный обет. И какой бы она ни была соблазнительной, он будет держать в узде свои примитивные инстинкты. Он сможет это сделать. Наверное…