Свет моего будущего

– Меня больше волнует, почему вы вообще так внезапно начали со мной говорить, господин Сон Джун, – глядя на него в упор, ответила я.

– Мне кое-что от тебя нужно, – без тени стеснения заявил он, продолжая внимательно меня разглядывать.

– Что? – усмехнулась я.

– Я хочу, чтобы ты показала мне пару приемов. Я имею в виду бокс, – уточнил он после того, как я недоуменно посмотрела на него.

– Попросите главного менеджера. Он наймет вам профессионального тренера и внесет тренировки в график, – безразлично пожала я плечами, но его не устроил такой ответ.

– Мне нужен человек, который проявит терпение, и никак не будет вмешиваться в мое личное пространство, – попытался он объяснить мне свою просьбу.

– Почему ты думаешь, что я именно такой человек? – сквозь нервный смешок спросила я.

– У тебя есть цель, которую ты с моей помощью хочешь достичь. И ты пришла сюда работать не из-за меня, а значит, я тебе никак не интересен, – теперь была его очередь пожимать плечами.

– Что ж, вполне логичное рассуждение. Для меня это не проблема. Я научу тебя всему, что знаю сама. Найди свободное время, – согласилась я, но вместо ответа Сон Джун лишь беззвучно рассмеялся.

– Ты очень странная, – подметил он так, словно находил свое открытие очаровательным. – В начале диалога говоришь со мной формально, а в конце так, будто мы с тобой друзья.

– Самое время определиться, кем мы можем быть друг для друга. Думаю, если будем работать и действовать сообща, то сможем добиться больших результатов, – примирительным тоном подытожила я.

– Тогда будем говорить друг с другом неформально. Мы же соседи, – на выдохе произнес он и вышел из машины. – Тренироваться будем в свободное от работы время.

– Кто это так решил? – возмущенно возразила я, следуя за ним. – Мне запрещено иметь подработки. Ты и сам это слышал вчера.

– Вчера, очевидно, был не твой день. Но… платить я тебе не буду, поэтому… технически, это не будет считаться подработкой. Будем взаимодействовать по методу «услуга за услугу», идет? – спросил он, но его вопрос был больше похож на утверждение, поэтому я оставила его без ответа.

Мы вошли в здание агентства и неторопливо двинулись к одному из лифтов. Я любила проводить эти ранние часы в пустом помещении. Днем здесь в каждом уголке будет главенствовать суета.

Мы поднялись на этаж, где располагалась студия, в которой собралась вся съемочная группа для шоу, в котором Сон Джун снимался уже три года. В каждом эпизоде он отвечал на вопросы, которые получал от своих поклонников. Иногда посещал места, которые поклонники не могли позволить себе посетить, и, подробно рассказывал о своих впечатлениях и в качестве бонуса всегда отправлял приглашение в это же место тому поклоннику, по чьей просьбе Сон Джун посещал его. При этом выходили эпизоды позже, чем поклонник посещал это место, поэтому для него не было никаких спойлеров.

Сегодня Сон Джун отвечал на вопросы и должен был сам приготовить для себя полезный завтрак.

– Нам нужно что-то решить с едой для тебя, – объявила я Сон Джуну, когда сразу после съемок мы шли в сторону зала, в котором у него была запланирована танцевальная практика.

– Просто не думай об этом. – мрачным тоном отозвался он.

– Это часть моих обязанностей, – упрямо проговорила я ему вслед, шагая прямо за ним (придерживаясь очередного правила нашего агентства, которое гласило, что ассистент не должен идти на одном уровне со своим подопечным).

– Не стоит напрасно переводить продукты. Я все равно не буду есть, – рассудительным тоном ответил он.

– Это протест? – сквозь нервный смех спросила я, чувствуя, что, как никогда раньше, близка к тому, чтобы узнать причину, по которой Сон Джун отказывается есть.

– Считай, что да, – усмехнулся он и вошел в зал.

– Ты же только что съел то, что приготовил… – возразила я, но он оставил мой комментарий без ответа.

Я поприветствовала танцоров и хореографов, после чего развернулась и направилась к главному менеджеру для нашего ежедневного совещания. И вдруг осознала, что моего личного телефона нет. И я не знаю, где он. Надеюсь, отец вернет мне его в самое ближайшее время. На данный момент я не была готова инициировать наше с ним общение.

Я заказала обед в одном из соседних ресторанов, после чего по поручению стилиста Сон Джуна самостоятельно поехала за костюмами, которые для него предоставили местные бренды. В них он будет участвовать в предстоящей съемке для продвижения новой песни, выход которой запланирован через две недели. Я взяла наряды, после чего заехала в ресторан и приступила к воплощению в жизнь своего плана.

– Как хорошо, что ваша практика закончилась! Я принесла воды и обед. Разбирайте контейнеры и бутылки, – объявила я, когда вошла в зал для танцевальной практики.

– О-о-о, госпожа Мин Хи, похоже, вы восприняли слова господина Сон Джуна всерьез, – обратился ко мне один из танцоров – молодой худощавый парень по имени Ли Хён, который своей энергией мог разжечь пламя на танцполе. – В любом случае спасибо вам за еду! – поклонился он в знак благодарности, и я ответила ему вежливой улыбкой.

Я взяла воду для себя и кимбап4, завернутый в прозрачную обертку и прошла к зеркалу, у которого, вытянув перед собой ноги и прислонившись головой к зеркалу, на полу сидел Сон Джун. Когда я опустилась рядом с ним, он удивленно посмотрел на меня, а затем перевел подозрительный взгляд на еду в моих руках.

– Что это? – презрительно скривил он свой нос.

– Мой обед, – удовлетворенно вздохнув, ответила я и откусила кусочек. – Извини, тебе не предлагаю. Ты все равно откажешься. Поэтому, хорошо усвоив все, что ты сказал мне в мой первый приход сюда, я решила накормить всех этих людей, что составляют тебя. Будем считать, что ты сыт, когда они сыты, – проговорила я, и облегченно выдохнула, чувствуя насыщение, после чего открутила крышку от бутылки с водой и сделала жадный глоток, а когда хотела снова поднести бутылку к губам, Сон Джун выхватил ее из моих рук и в одно мгновение осушил остатки воды.

Я удивленно вскинула брови, но решила воздержаться от комментария, отмечая, с какой жадностью он пьет воду. Даже в такой момент он выглядел так, словно участвовал в съемках.

– Принести еще одну бутылку? – с трудом сдерживая улыбку, спросила я, в тайне радуясь тому, что он впервые за все время что-то принял от меня.

– Нет. Что у нас дальше по плану? – спросил Сон Джун, обтирая лицо полотенцем, которое висело на его плече.

– Работа в студии. И съемка. Должны закончить в восемь вечера. Сейчас у тебя есть часовой перерыв, – проговорила я, с трудом подавив зевок.

– Тогда идем, – ответил он и ловко поднялся на ноги, после чего уверенным шагом направился к выходу из зала, по пути выбрасывая пустую бутылку в урну.

Я поспешила встать и сумела нагнать его лишь в середине коридора. Следуя за ним, я не задавала никаких вопросов, так как не была уверена, что он ответит на них (молчание было в его стиле). В конечном итоге Сон Джун привел нас в столовую агентства, которая была расположена на третьем этаже. Его появление не осталось незамеченным другими сотрудниками, но все лишь скромно приветствовали его, когда он проходил мимо них к раздаче.

– Займи нам место, – скомандовал Сон Джун, бросив на меня короткий взгляд через плечо.

Я села за первый попавшийся столик и начала разглядывать обстановку (несмотря на то, что помещение было занято большим количеством людей). Столовая была рассчитана на несколько сотен человек и прямо сейчас по моим скромным подсчетам была заполнена на девяносто процентов. Повсюду стояли небольшие столики, рассчитанные на три, четыре и пять человек. Все было оформлено в бело-зеленной гамме, которую разбавляли живые цветы и мягкие кресла-мешки.

Сон Джун поставил передо мной два подноса с одинаковым набором еды, а затем сел напротив меня.

– Я не съем это одна, – возмущенно посмотрела я на него.

– Твоя только половина, – усмехнулся он, и начал внимательно следить за тем, как я приступила к куриному супу с рисовой лапшой.

– М… вкусно! – восхищенно отметила я и уже в следующий миг моя тарелка оказалась перед Сон Джуном, и, к моему удивлению, он начал есть. – Впервые вижу, что ты что-то ешь. Ты даже вчера вечером не притронулся к еде, которую готовил мой отец. Сегодняшнее утро не в счет. Ты сам для себя готовил, – усмехнулась я и взяла вторую тарелку с супом, в надежде на то, что ее у меня не отберут. – Но почему, у меня такое чувство, словно меня только что использовали?

– Так и есть, – безразличным тоном ответил он, не глядя на меня.

– Даже если и так, я все равно рада, что смогла тебе пригодиться. Не понимаю, как у тебя на все хватает сил, – негодующе покачала я головой.

– Я не зацикливаюсь на себе. Мне не нужно об этом думать. За меня это делают другие, – снова ответил он так, словно ему безразлично все, что происходило не только вокруг него, но и с его непосредственным участием.

– Хочешь сказать, что позиционируешь себя в этом мире как обложка? – удивленно спросила я и только после этого осознала, что именно сказала. Но брать свои слова обратно было уже поздно.

Сон Джун вернул свою ложку на стол и на мгновение погрузился в свои мысли, очевидно, задумавшись над моим вопросом.

– У меня есть душа, но она принадлежит твоему отцу, и заперта в стенах этого здания. Мое сердце принадлежит поклонникам, каждый из которых видит меня таким, каким хочет видеть. В мире существуют миллионы Сон Джунов и единственное, что их объединяет – это мое лицо.

Я нервно сглотнула и ужаснулась тому, с каким хладнокровием и отсутствием сожаления произнес он все, что я от него услышала.

– Среди всех этих Сон Джунов есть один. Настоящий Сон Джун, – попыталась я приободрить его. – Думаю, твое желание уйти из агентства связано с тем, что ты хочешь найти того самого – настоящего себя, – с тоскливой улыбкой проговорила я и заметила, как Сон Джун смотрит на меня с нескрываемым страхом на лице и болью в глазах. – Прости, кажется, я сказала что-то не то, – с сожалением произнесла я, негодуя от того, что его настроение так часто менялось, поэтому я не знала, чего ожидать от него в следующий момент.

– Нам нужно идти, – вместо ответа произнес Сон Джун и поднялся на ноги.

Я унесла подносы на конвейер, по которому они уходили в посудомоечный цех, и поспешила за своим подопечным.

– Ты серьезно говорил о тренировках? – спросила я, когда мы ехали в лифте на этаж, на котором находилась его студия.

– Да. Придумай оправдание для отца, потому что будем тренироваться по ночам, – объявил Сон Джун.

– Через месяц я перееду в свою квартиру. Буду жить отдельно от родителей. Поэтому будет лучше, если мы начнем тренировки после моего переезда, – рассуждала я вслух, на что Сон Джун согласно кивнул головой.

Вечером того же дня я снова столкнулась с отцом на кухне. Он пил вино и просматривал новости в своем планшетном компьютере.

– Ты сегодня рано, – констатировал он, когда я шла в свою комнату, даже не взглянув на него. – Поговорим? – предложил он и я остановилась на месте, после чего медленно повернула голову в его направлении.

– О чем? – спросила я, приготовившись защищаться.

– Присядь, Мин Хи, – указал он мне на свободное место, разделенное от него кухонным островком. Я прошла к высокому стулу, но села не на то место, которое мне предложил отец, а на соседнее с ним, чем заставила его усмехнуться. – Ты никогда не делаешь того, что тебе говорят.

– Никто не говорил, что со мной будет легко, – устало выдохнула я в ответ.

– Я и не надеялся на это. Иначе это была бы не ты. В тебе нет моей крови, но есть много всего, что ты переняла от меня. Упорство. Целеустремленность. Рассудительность, – с гордостью констатировал отец.

– Так ты об этом хотел поговорить? – нетерпеливым тоном спросила я, не разделяя его философский настрой.

– Решил вернуть тебе телефон. – ответил он и вынул мой смартфон из внутреннего кармана своего пиджака. – С тобой целый день пытался связаться Алекс. Я сказал, что ты оставила телефон у меня. Он просил позвонить ему. Вы встречаетесь? – неожиданно спросил он, при этом внимательно наблюдая за моей реакцией на его вопрос.

– Нет, – усмехнулась я и отрицательно покачала головой. – Это сын маминой подруги. Ты и сам знаешь. Он живет в Америке.

– Расстояние – не проблема. Оно растворяется под действием чувств. Уверена, что между вами ничего нет? Возможно, ты хочешь переехать в Америку из-за него? – спокойным, но подозрительным тоном спросил отец.

– Единственный человек, из-за которого я хочу поехать – это я сама. Не нужно искать никакого подвоха. Я всего лишь хочу следовать за своей мечтой. Как когда-то ты следовал за своей. Как мама, которая до сих пор пытается найти собственное «я».

– Мечта, – грустно усмехнулся отец, – это настолько абстрактное понятие, что его нет в нашем сознании, но мысли о ней заставляют нас двигаться вперед, забывая о том, ради чего все затевалось с самого начала. У тебя есть цель. Это похвально. Но подумай, стоит ли это того. И действительно ли это является твоей мечтой, – улыбнулся он и потянулся через стол, чтобы похлопать меня по руке. – Мама передавала тебе привет. Обещала скоро вернуться.

– Угу, – безразлично отозвалась я и поднялась на ноги, после чего подошла к холодильнику и вынула из него бутылку с холодным кофе, который на самом деле не могла терпеть.

– Сегодня до меня дошли интересные слухи, – с тяжелым вздохом произнес отец. – Впервые за все время, что Сон Джун работает в нашем агентстве, он появился в столовой со своим ассистентом. И что самое интересное – разделил с ней свой обед.

– Я и сама удивилась, – ответила я так, словно пыталась оправдаться в непристойном поведении. – Сон Джун все время отказывался есть, а сегодня сам решил туда пойти.

– Что ж, то, что вы стали друзьями – похвально, но не позволяй этому выходить из-под контроля. Держи в руках себя, свои чувства, эмоции и разум Сон Джуна. В конце концов, из вас может получиться неплохая команда.

– Спасибо за советы и наставления. Мне нужно идти. Завтра у нас с самого утра съемка для рекламы бренда молодежной одежды, – устало выдохнула я, осушила содержимое бутылки и поплелась в свою комнату, где после сорока минут объяснений и пересказа событий моей жизни Алексу, я смогла забыться беспробудным сном.