- -
- 100%
- +
— И ты, внук Юрая, не забывай: не всё древнее нужно пробуждать, не всем сокрытым нужно владеть и не всё могущественное нужно побеждать.
Затем Ветрор вошёл в трещину.
Зелёный свет взметнулся к небу. Ветер закружился между деревьями, но не ломал их. Скалы загудели, но не обрушились. Жила живого камня запечаталась драконьим светом. На месте трещины возникла гладкая каменная стена, на которой сиял силуэт драконьего крыла.
Радослав стоял на коленях, бледный и молчаливый.
Никому не пришлось его бить. Никому не пришлось его ругать. Он видел, что едва не натворил. А некоторые проступки тяжелее любого наказания.
Деревня решила, что он должен уйти и использовать своё имущество на ремонт дорог и устранение ущерба в окрестных поселениях. Радослав согласился. Не из благородства, по крайней мере не сразу. А потому, что впервые понял границу, которую человек не должен переступать.
С тех пор Каменный Зуб изменился. На его склоне остался знак драконьего крыла. Со временем животные вернулись. Птицы снова стали вить гнёзда, а олени ходили старыми тропами. Только над вершиной иногда, в ветреные ночи, появлялся зелёный свет. Не опасный. Спокойный.
Ондрей вырос и стал лесником, как его дед. Но он был не только хранителем деревьев. Он был хранителем истории. Каждую весну он водил детей к Каменному Зубу и показывал им гладкую скалу с очертанием крыла.
— Здесь покоится Ветрор, — говорил он.
Дети спрашивали:
— Он умер?
Ондрей отвечал:
— Он превратился.
— Во что?
— В покой горы. В ветер, предупреждающий о буре. В тишину, которая говорит человеку, что он уже взял достаточно.
— Дракон был добрым?
— Он был живым. А живых существ нельзя делить только на добрых и злых по тому, боимся мы их или нет.
Это была самая важная фраза, которую слышали дети.
С тех пор в Ливовской Гуте учили, что смелость — это не напасть на нечто большое и неизвестное. Смелость — приблизиться с уважением. Что мудрость — не в том, чтобы вскрыть каждую скалу, потому что она, возможно, скрывает богатство. Мудрость — знать, какая скала должна остаться закрытой. И что богатство — это не всегда то, что можно увезти на повозке. Иногда богатство — это гора, которая стоит, лес, который дышит, и история, которая учит детей не быть жадными.
Дедушка Юрай прожил ещё несколько лет. Когда он уже не мог ходить далеко, то сидел перед домом и слушал ветер. Однажды вечером он сказал Ондрею:
— Я слышу его.
— Ветрорa?
— Да. Он не говорит словами. Но гора спокойна.
После смерти Юрая Ондрей положил на его могилу маленькую зелёную чешуйку, которую когда-то подарил ему дракон. Утром чешуйки там уже не было. На её месте выросло маленькое растение с листьями, блестевшими, как драконий металл. Никто не знал, что это за трава. Милота говорила, что она лечит не тело, а напоминает сердцу об уважении.
И говорят, что до сих пор человек, отправившийся в Чергов с чистыми намерениями, может ветреным вечером услышать возле Каменного Зуба глубокое дыхание. Одни скажут, что это всего лишь ветер в скале. Другие — что под землёй трещат старые корни. Но те, кто знает эту историю, понимают, что последний дракон из-под Чергова не ушёл совсем.
Он лишь стал тем, что всегда любил.
Горой.
Ветром.
Лесом.
И тихой границей между необходимостью и жадностью.
Так закончилась сказка о Последнем драконе из-под Чергова, о мальчике Ондрее, старом леснике Юрае, жадном Радославе и драконе Ветроре, который был не врагом людей, а хранителем края, пока люди не поняли, что не каждая тайна должна попасть в человеческие руки.
А поучение этой сказки шаришские дети повторяли ещё долго:
— Не всем сокрытым нужно владеть. И не всё, чего мы боимся, является злом.
Девушка из туманов над Бусовом
Давным-давно, очень давно, когда над северным Шаришем ещё простирались густые леса и люди ориентировались не только по солнцу и церковным колоколам, но и по пению птиц, запаху ветра и тишине гор, над этим краем возвышалась гора Бусов. Она не была самой высокой из всех вершин, но казалось, что помнит больше остальных. Её склоны были крутыми, леса — густыми, а луга так хорошо скрытыми, что человек мог пройти мимо них даже трижды, если не знал правильной тропы.
О Бусове говорили, что у него есть своё настроение.
Иногда он был ясным и открытым. Тогда на его хребтах сияло солнце, а с лугов доносился звон овечьих колокольчиков. Но бывало и иначе — гора окутывалась туманами. Эти туманы были не похожи на обычную дымку после дождя. Они появлялись внезапно, даже когда небо было чистым. Поднимались из седловин, спускались по склонам, окутывали деревья и переливались через камни, словно тихое белое море.
Старики говорили:
— Когда Бусов выпускает туман, он не хочет скрыть дорогу. Он хочет показать, у кого в сердце живёт покой.
Дети этого не понимали. Для них туман был просто туманом. Но пастухи, травницы и лесорубы знали, что на Бусове нельзя насмехаться над тем, чего не понимаешь.
Под Бусовом лежала деревня Регетовка. Она была небольшой, но полной жизни. Люди разводили овец, собирали травы, сушили грибы, выращивали картофель, а зимой рассказывали сказки у печей. В одной избушке на краю деревни жила девочка по имени Зора.
Зоре было тринадцать лет. У неё были тёмные волосы, серые глаза и необычный дар. Она никогда не терялась в тумане. Когда туман окутывал лес и даже взрослые беспомощно останавливались на тропе, Зора всегда знала, куда идти. Она смотрела не только глазами. Она слушала, как капает вода, чувствовала запах мха, ощущала, откуда дует ветер, и знала, что у каждого леса есть своё дыхание.
Её бабушка Анна говорила:
— Зора не идёт сквозь туман. Она разговаривает с ним.
Зора смеялась.
— Бабушка, туман не разговаривает.
Анна только улыбалась.
— Так говорят те, кто никогда его не слушал.
Зора жила с бабушкой, потому что её родители умерли, когда она была ещё маленькой. Анна была травницей. Она знала растения, которые лечат кашель, раны, жар и даже печаль. Зора помогала ей собирать чабрец, тысячелистник, зверобой, подорожник и ягоды можжевельника. О каждом растении Анна учила её не только названию, но и мере.
— Никогда не собирай всё в одном месте, — говорила она. — Оставь что-нибудь пчёлам, что-нибудь земле и что-нибудь следующему году.
— А если нам нужно много? — спрашивала Зора.
— Тогда ищи в разных местах. Жадность часто переодевается в нужду.
Зора запомнила эти слова, хотя в детстве ещё не до конца понимала их смысл.
Однажды вечером, когда туман спустился уже к первым домам деревни, Зора и Анна сидели у печи. Снаружи было тихо, только потрескивали дрова, а в окно стучали мелкие капли.
— Бабушка, — спросила Зора, — почему я никогда не теряюсь в тумане?
Анна перестала размешивать чай. Долго молчала. Потом встала, открыла старый сундук и достала маленький серебряный кулон. Он был в форме капли, а внутри был выгравирован знак, напоминавший облако и глаз.
— Он принадлежал твоей прабабушке, — сказала она. — А до неё — её матери.
— Что это?
— Туманный глаз.
Зора засмеялась.
— Это звучит как сказка.
— Очень многие истины сохранились только потому, что притворялись сказками.
Анна вложила кулон ей в ладонь. Он был холодным, но вскоре согрелся.
— В нашей семье рассказывают, что одна из твоих прабабушек помогла Туманной Госпоже Бусова. Туманная Госпожа не была ни человеком, ни обычной феей. Она была хранительницей туманов. Она оберегала горные тропы от тех, кто приходил с дурными намерениями. Она помогала путникам, заблудившимся без своей вины, но сбивала с пути тех, кто хотел брать, разрушать или обманывать.
— И что случилось потом?
— Никто точно не знает. Говорят только, что с тех пор в нашей семье иногда рождается ребёнок, который слышит дорогу в тумане.
Зора крепко сжала кулон.
— Ты думаешь, что это я?
Анна грустно и с гордостью улыбнулась.
— Я не думаю. Я знаю.
Через несколько дней в Регетовку пришёл чужеземец. Его звали Бальтазар. На нём было дорогое пальто, высокие сапоги, а голос звучал гладко, словно только что наточенный нож. Он пришёл с тремя помощниками, двумя мулами и картами, свёрнутыми в кожаный футляр.
На деревенской площади он объявил:
— Под Бусовом скрыта Золотая Палата. Древнее сокровище, о котором знают только образованные люди. Если вы поможете мне найти к ней путь, деревня разбогатеет.
Некоторые жители рассмеялись. Другие насторожились. Деньги были соблазнительны, особенно после плохого урожая.
Бальтазар разложил карту на столе в трактире. Он показывал знаки, линии и старинные буквы.
— Вот здесь, — сказал он, — между тремя скалами и Туманной седловиной. Палата наверняка находится там.
Старый пастух Михал покачал головой.
— В тех местах не копают.
— Почему?
— Потому что там туман приходит даже при солнце.
Бальтазар улыбнулся.
— Туман — не страж. Это всего лишь погода.
Анна, пришедшая купить соли, тихо сказала:
— Не всякая погода бывает пустой.
Бальтазар вежливо поклонился ей, но в его глазах мелькнула насмешка.
В следующие дни его люди ходили по склонам Бусова. Они делали замеры, помечали деревья, копали возле скал и искали вход в Палату. Каждый раз, когда они приближались к Туманной седловине, появлялся туман. Густой, белый, непроницаемый. Люди возвращались вспотевшими, сердитыми и испуганными. Однажды они вернулись без одной лопаты. В другой раз — без карты. В третий — целый день ходили кругами и оказались там же, откуда вышли.
Бальтазар узнал о Зоре.
Однажды вечером он пришёл к их избушке. Анна сидела перед дверью и перебирала травы.
— Я слышал, — сказал он, — что ваша внучка знает дорогу в тумане.
Анна даже не подняла глаз.
— Она знает дорогу только тогда, когда сама дорога добрая.
Бальтазар достал кошелёк.
— Я заплачу. Мне нужно, чтобы она провела нас к Туманной седловине.
Зора стояла за дверью и слушала.
Анна спокойно ответила:
— Нет.
— Заплачу вдвое.
— Нет.
— Втрое больше. У вашей избушки могла бы быть новая крыша.
Анна наконец подняла глаза.
— Крыша, купленная предательством горы, протекает даже в солнечный день.
Улыбка исчезла с лица Бальтазара.
— Старые женщины часто мешают прогрессу.
— А жадные мужчины слишком часто принимают грабёж за прогресс.
Он ушёл, не сказав больше ни слова.
В ту ночь туман спустился к самой избушке. Зора проснулась от тихого зова. Он не был громким. Он даже не был словом. Скорее это было ощущение, что нечто просит её выйти наружу.
Она надела плащ и взяла кулон. Анна сидела у печи, словно и не спала.
— Идёшь? — спросила она.
— Должна.
— Не бойся тумана. Бойся лишь того, что однажды перестанешь слушать.
Зора вышла.
Перед избушкой стояла девушка. На вид ей было примерно столько же лет, сколько Зоре, но она не была обычным человеком. Волосы у неё были белыми, как утренний туман, глаза — серебряными, а платье колыхалось так, словно было соткано из облаков. Когда она двигалась, вокруг неё мерцали мелкие капли.
— Меня зовут Лиора, — сказала она.
— Ты Туманная Госпожа?
Девушка мягко улыбнулась.
— Нет. Я её дочь, рождённая из последнего тумана. Госпожа стара и слабеет. Бусову нужна помощь.
— Из-за Бальтазара?
— Да.
— Под горой действительно есть сокровище?
Лиора кивнула.
— Есть. Но не такое, какое он ищет.
Зора последовала за ней в туман. Они шли по тропам, которые появлялись лишь тогда, когда на них ступала нога. Деревья казались мягкими очертаниями, камни светились изнутри, а тишина была такой глубокой, что Зора слышала собственное сердце.
Наконец они пришли на луг, которого не было ни на одной карте. Там росли белые цветы, раскрывавшиеся только в тумане, а посреди луга стоял круг из двенадцати камней. В центре круга парил небольшой светящийся шар.
— Это Сердце туманов, — сказала Лиора. — Оно не из золота. Это кристалл, который сохраняет равновесие Бусова. Из него рождаются туманы, защищающие землю от засухи, родники от жары, а тропы — от людей с дурными намерениями. Если Бальтазар вырвет его из земли, туман исчезнет. Возможно, не сразу. Но постепенно. Луга высохнут, травы пропадут, и люди поймут, что сокровище, которым они хотели владеть, было гораздо ценнее там, где находилось.
— Как мы его остановим?
— Не силой, — сказала Лиора. — Туман побеждает не ударом. Туман учит видеть иначе.
Зора не понимала, но чувствовала, что это будет не такое приключение, в котором герой берёт меч и побеждает злодея.
На следующий день Бальтазар объявил, что снова отправится на Бусов. На этот раз у него было больше людей и железных орудий. Некоторые жители деревни присоединились к нему. Не потому, что были злыми, а потому, что их соблазняла возможность разбогатеть.
Зора встала на деревенской площади.
— Не ходите с ним, — сказала она. — То, что он ищет, — не сокровище для людей. Это сердце горы.
Бальтазар рассмеялся.
— Девочка поговорила с туманом и теперь хочет давать советы мужчинам.
Несколько человек тоже засмеялись. Зоре стало стыдно, но она не отступила.
— Если вы его вынете, Бусов заболеет.
Один хозяин нахмурился.
— А если там действительно золото?
— Тогда спросим себя, — сказала Зора, — принадлежит ли нам всё, что мы способны найти.
Этот вопрос повис в воздухе.
Бальтазар махнул рукой и отправился в путь.
Зора знала, что должна идти за ним. К ней присоединились Анна, пастух Михал, почтальон Самуэль, двое молодых лесорубов и несколько детей, которые верили ей больше, чем взрослые. Туман окружил их сразу за первым склоном.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.