Рюрик и его сыновья. Книга I

– А, как ты там общаешься? На каких языках там говорят, кроме греческого?

– Да, уж…, языков там, действительно много, кроме греческого. Но они, в общем-то, очень похожи на наш, так что мы разговариваем…, разговариваем….

– А, на что ты еще обратил внимание?

– На что еще? А… вот… на что. Сейчас там повсеместно вводят новый язык, латынь. Очень похож на итальянский, но и разнится сильно.

– А, зачем понадобился новый язык? Разве языков в мире мало без него?

– Вот, и я думаю, зачем? Говорят, что будут вводить этот язык повсеместно и книги писать только на латинском языке, чтобы не множить одно и то же знание на многие языки. Франки уже почти все заговорили на латыни.

– Может, оно и верно… А, язык этот труден для запоминания и понимания?

– Не знаю. Не труднее всех остальных, думаю. Надо только привыкнуть к нему и учить. Нам легче его изучать, потому как геометр постоянно называет латинские названия вместо привычных нам. Например, синус. Мы привыкли называть что-то, согнутое углом или изгибом, а он говорит, что это синус. В общем, думаю, в науке все будет названо на латинском языке, да и на картах тоже будут везде латинские названия. Часть общей карты вы видели. Видели так же и названия на латыни.

– Это, как? Наши названия, только на латинском языке, то есть другими знаками?

– В основном так. Но видел я и названия в переводе на латынь.

– Но, это же будет совсем другое слово?

– Верно. Вот и не пойму я, зачем это делается? – произнес княжич.

– А, вот, княжич, скажи-ка мне, по какой причине ты уже долго не просил от нас денег? Мы не знаем, когда корабль с деньгами снаряжать-то надо? – спросил Старый князь.

– Так, ведь, там, батюшка, наши деньги в малом ходу. Там сейчас вместо зерен19 повсеместно начинают вводить медные, серебряные и золотые монеты. Старинные медальоны в большой цене у женщин, да и у мужчин некоторых. Вот, и решил я как-то, попробовать копии с них сделать.

– Это как? Не понял? А, золото где брал?

– Так, я зерно на солиды20 поменял! На золотые.

– Ну, и зачем, вес на вес менять?

– Э-э, не скажи. Солид и медальон-солид, весят одинаково, это верно, но при этом медальон в два раза дороже!

– И получилось? – спросил один из князей.

– Получилось не только изготовить, но и продать! На вырученные деньги я снял приличный дом на окраине и когда оказываются нужны новые деньги, то делаю там медальоны и продаю известным мне дамам. Так что не беспокойся, батюшка.

– Вот, молодец! Научился, все-таки! И уголья сам делаешь? И меха?

– Конечно, сам.

– Но, ведь, это дело, как бы сказать, не очень-то и доброе…

– Это, с какой стороны посмотреть? Я о том, думал. Медальоны, которые настоящие, сделаны из золота. Копии я тоже делаю золотые. Все по-честному. Всего количества медальонов, которое когда-то было дано на руки людям, никто не знает, потому что не велся тогда счет, а делали по потребности. Вот, я тоже делаю копии по потребности. В связи с тем, что изготовление копий могут освоить только люди ученые, так как дело это весьма непростое, еще долго никто не будет следить за теми, кто самовольно начнет переплавлять золото или серебро для своих нужд, а не для нужд императора. Нам, кстати, тоже надо начать изготавливать монеты для мена с прибывающими к нам купцами. Внутри земли мы еще можем менять товар на зерно, но с внешними купцами мен надо производить одинаковый, через монеты.

– А, какой счет ты уже освоил? И какое доброе применение ему для нас ты увидел? – спросил кто-то.

– Счет разный, как от самых малых величин, так и до самых больших, названия которым ты вряд ли слышал. Для нас же важным я нашел умение считать, когда есть несколько неизвестных чисел. А применение этому счету очень важно при ратном деле. – ответил княжич.

– Конечно, важно! Надо знать, сколько изготовить кольчуг, мечей, сабель, кинжалов, шеломов, нарукавников, штанов и даже лаптей!! согласились князья.

– Конечно. Но акромя этого, надо считать потери после бою, как свои, так и чужие. – продолжил княжич.

– А, как же! Ведь, без этого, никак не обойтись.

– Верно. А, как узнать по потерям настоящее положение у противника, ведь ты не знаешь, сколько людей и какой резерв у него остался? Может случиться, что он в последнем бою тебя разгромил, одержав полную победу. При этом, у него почти никого не осталось, а ты просто не успел ввести в бой свой резерв, который где-то заблудился по дороге, и думку думаешь: «Что мне делать в этом случае? Противник, может быть, тоже не ввел свой резерв? Какой у него имеется резерв, более или менее твоего»??

– Так ведь, если у него нет никого, он будет уходить! Ну, а я за ним! – быстро ответил один из князей.

– А, если он специально это делает, чтобы ты попался в западню? – предположил другой князь.

– Верно… Ну, и как все это узнать с помощью счета? – спросили у княжича.

– На тебя напала дружина, назовем ее «А», и ты принял бой, который от неожиданности проиграл. Потери были «N» с твоей стороны, и «Na» со стороны противника. Ты пополнил свою дружину, и противник пополнил свою. В следующем бою вы столкнулись, и никто никого не победил. Потери были, были и пленные. У пленных из новой партии ты выведал, что противник получил пополнение в количестве 100 воинов. Пленных из первого боя у тебя не было, и первоначальное количество дружины противника тебе не известно. Значит, тебе не известно точное количество войск противника. После этого, у тебя было много столкновений, побед и поражений. Было много пополнений, но все равно тебе не известно точное количество воинов противника. Ты постоянно ведешь учет всем потерям противника и вдруг, в последнем бою ты полоняешь воина из первого боя, который говорит тебе, что в первом бою, про который все уже и забыли, было 150 воинов. Ты быстро все считаешь, и в результате у тебя получается, что после последнего боя, который ты полностью проиграл, у противника осталось всего 50 воинов, а у тебя в резерве, который опоздал, 150 воинов! Что ты будешь делать, если видишь, что противник отступает, и как бы заманивает тебя в западню?

– В таком случае, я ввожу резерв и устраиваю быструю и долгую погоню до полного его уничтожения!!!

– Да!!! Побеждает не тот, кто умеет считать! Побеждает тот, кто умеет быстро все сосчитать!! А, что ты скажешь и сделаешь с пленными, которые тебе сказали без утайки все, что знали о своем пополнении, с которым они пришли на битву? Они, ведь, знают лишь то, что касается до своей дружины и не более того. Никто из их воевод не посвящает никого в общие планы и не делится с ними количеством своего войска. Пленные думают, что их войско победило и еще много воинов осталось в живых, и скоро их освободят.

– А, что с ними сделать-то, с подневольными? Нехай живут себе. Может, в рабство продать…, а может и нанять их для других боев…? Василев! – обратился он к старому князю, – Ты эту голову береги, пожалуй, как свою собственную!!!

– Что? Понял, что не зря мы его науками отправили заниматься? – спросил Старый князь.

– Ох, не зря…!!! – согласились князья.

– Так, ты и со многими дамами знаком? Красивы ли они? Не приглядел ли ты там какую для себя? – перебил кто-то.

– Дамы, как дамы. Не приглядел! Молодые красивы, но все одно не чета нашим, а в возрасте уже не очень, больно тучными становятся.

– Ты ж, погляди, и это разглядел. Что я вам тут всегда говорил? Наших баб и бабами то трудно назвать, не то что у них. – воскликнул кто-то, показав жестом за спину.

– Ну, а друзей ты приобрел или не до этого было?

– Приобрел нескольких, из Шампани они. Тоже, как и я, не могут понять ни про язык латынский, который у них ввели насильно, ни про новые буквы, ни про карты, ни про книги, да и многое другое тоже не могут понять, как и я. При этом им, как и мне, приходится скрывать от всех свое происхождение, чтобы не привлекать к себе повышенного внимания и не ограничивать себя их обычаями, «до высоких особ, относящихся».

– А можно ли на них, как на друзей, положиться?

– Думаю, что можно. Пока что никто ничего не разведал о нас, а мы друг о друге знаем достаточно много.

– Ну, а что еще в мире есть любопытного?

– Интересного…? Постой! Есть такое дело. Вода стала уходить! На это везде обратили внимание, но не поймут, отчего это происходит? Прошло очень много времени от того, как она поднялась и долгое время стояла на одном месте. Все уже привыкли к тому, что вода стоит на одном месте. А теперь, вдруг, незаметно стала уходить.

– Действительно! У нас тоже она уходит, но медленно…, хотя и заметно, если на это обратить внимание. На болотах уже появились кочки, которых ранее не было видно долгое время, – подтвердил один из князей.

– Да что вы обо мне и обо мне только? Расскажите и о себе новости какие-нибудь. – закончив говорить, попросил княжич.

– А, что у нас? У нас все своим чередом, как обычно. Наук у нас мало, зато девок, красавиц, много! Своего геометра нет, а синусы наши все по углам, да под скамейками прячутся… Хотя…, новость одну имеем хорошую. Тебе по душе придется. Уже второй год приплод у кобыл здоровый и сильный имеем!

– Да, хорошая новость. – согласился княжич.

– Так ведь не только у него, у нас, у всех, в этот год здоровые родились от второго и даже от третьего разу! – подхватили другие князья.

– Что?? Вот это, действительно, превосходная новость! Скоро мы все сядем на коней? – обрадовался княжич.

– Нет, еще не скоро. Только через три лета будем пробовать под седло их ставить. Это, ведь, тоже не так просто. Благо наши мурзы постарались для нас. Но результат, действительно, вселяет надежду! Так, что скоро и в нашей природе будут жить и размножаться кони на все наши потребы. Волы хотя и хороши, но медленны и нраву своего имеют немерено. Годков через пять мы сможем огеров21 продавать!

Вдруг послышались голоса «Вижу, вижу» и стало понятно, что корабли с послами появились на горизонте и скоро причалят.

– А, что до послов? Зачем жалуют к нам сейчас, ведь они должны быть только к концу года, не раньше? – спросил кто-то.

– Нам передали, с поклоном идут, чтобы один из наших князей к ним пришел княжить, верно, князь?

– Верно, – подтвердил Старый князь.

– И что ты скажешь на это?

– Что сказать? Сейчас совсем непонятно, зачем им это надо? Варягов негодных они прогнали, ворогов изгнали из пределов своих, так что живи себе спокойно и не надо никого звать. – ответил Старый князь.

– Слышал я, князь, были там и имперские войска какие-то, и ни одного крупного сражения не выиграли у Гардариков, а в малых так и вовсе никто не смог из них устоять супротив. А те войска обучены по нашему образцу. – спросил один из князей.

– Слышал такое…

– Слышать то, слышал, а подумал, что это значит?

– И, что это означает? – переспросил Старый князь.

– А, то означает, что они наших могут разделать в пух и в прах, при случае.

– Надеюсь, что такого случая не представится, но выяснить, как они этому научились, стоит, – ответил Старый князь.

– Ага, так они тебе и расскажут, и покажут…

– Ну, все равно выяснить это дело как-то надо, чтобы иметь понимание того, чего нам не хватает и где плешь имеется.

– Да…, пока в войсках наших не охладился пыл после последнего похода, знания эти были бы весьма кстати.

– Если идут просить о княжении, то видно, нужда у них какая-то имеется. Чем мы можем помочь им? – Старый князь обратился к присутствующим.

– Так, всем можем помочь, кроме людей. Потери у нас были высокие, и за эти лета, что минули после похода, мы еще не только не восстановились, но лишь раны свои слегка зализали. Лет пять потребуется для полного восстановления, так как молодняк еще не подрос, а ветераны многие на покой, заслуженный, должны уходить. – ответил один из князей.

– Пяток быстро пройдет, это радует. Но ежели уговорят на княжение, то кто к ним пойдет? – снова задал вопрос Старый князь.

– Кто из нас сейчас может хоть куда-нибудь идти? У всех у самих дел невпроворот! Пусть лучше ближайшие к ним думают и решают загодя, – ответил другой.

– Что значит, «пусть ближайшие думают»? А, кто мои дела решать будет? Ты что ли? Или ты? А, может ты? Вот, видишь, никто моих дел на себя не нагрузит. Так что не пойду я туда… – возмутился князь, земля которого прилегала к земле Гардарики.

– А, ты их землю приложи к своей, смотришь, будешь такой же, как и мы. Ты подумай! Ты лучше подумай!

– Землю присоединю? А, на что она мне с ихними болотами? Хочешь, чтобы утоп я в этой трясне вонючей? Нет уж, не моя земля и не думаю я про них. Нехай сами справляются… слушай-ка, а что ты тут так важно рассуждаешь? Небось, сам хочешь к ним подвизаться, только выжидаешь, когда все откажутся? Я думаю, что все наши сразу согласятся, чтобы ты туда и отправился!

– Так я бы с удовольствием, только Василев отправляет меня на другой конец света по делам неотложным, – с величавой и легкой снисходительной улыбкой, ответил князь.

– А-а, поговорю-ка я со Старым князем, чтобы он меня вместо тебя отправил, а ты тем временем, в Гардарику направишься важничать!

– Стой! Не смей этого делать!.. – быстро встрепенулся говоривший.

– Что ж, – прервал их Старый князь, – можно выходить, нужду всякую справить, размять ноги и идти на встречу.

Князья стали подниматься и выходить из шатра, разговаривая между собой.

Встреча послов

К причалу подходила большая торговая лодка с низкими бортами, закрытой палубой и шактой22, с двумя невысокими мачтами по бортам вместо одной, высокой центральной, как у всех других народов принято, и с не очень широкими треугольными парусами. По бортам были вертикально прикреплены щитовые короткие доски, так что никого из людей нигде не было видно. Палуба была закрыта деревянной крышей, покрытой толстыми воловьими шкурами, шерстью наружу. Везде виднелись заплаты с обгорелыми краями.

Как только был опущен парус и мачты легли вдоль бортов, со стороны бортов открылись люки и появились весла. Гребцы очень ловко гребли, и лодка быстро шла к причалу. Однако, все равно никого из людей не было видно. Лодка казалась необитаемой.

Князья, ожидавшие прибытие послов, с неподдельным вниманием и изумлением смотрели на лодку, подходившую к ним все ближе и ближе.

Не было слышно ни голоса, и никакого постороннего звука, только легкий шум от волн, исходящий из-под движущейся лодки.

Лодка, на которой прибыли послы

Встречающие и праздные зрители, которых на берегу было довольно-таки много, молча глядели на лодку. Наступала какая-то необъяснимая тишина.

Руки князей непроизвольно потянулись к рукояткам своих мечей, которых у них, по причине собора, не было. Не нащупав меча, руки их крепко ухватились за короткие кинжалы, висящие у каждого на поясе.

Вдруг, неожиданно для всех, на лодке появился молодой, небритый воин с добродушным лицом и с огромной улыбкой на лице:

– Что уставились, родимые? Не на смотринах, ведь! Концы принимай и сходни подавай! А, когда мы выйдем, тогда и разглядай! – весело произнес он.

– Что ж вы на такой-то посудине прибыли? Корабля по более, что ль не нашлось? – спросил Старый князь.

– Нее, не нашлось, – весело произнес шкипер, – По мне, так и эта посудина очень даже приличная будет… Ну, а как только погляжу я на радостные рожи встречающих, так другого корабля мне не надобно и вовсе! – еще более смеясь, произнес шкипер, глядя за спину Старого князя.

Старый князь быстро обернулся и тоже улыбнулся. У всех встречающих было полное изумление от происходящего и задумчивые, молчаливые лица, как будто бы всех их, до одного, сейчас полонили невиданные вороги, а освободить некому.

– Будя. Выпроваживай, кого привез! – сказал князь шкиперу.

На причал ступил полуседой воин со множеством шрамов на мужественном лице, в княжеском военном облачении с мечом. Вслед за ним вышли еще несколько таких же полуседых и седых воинов.

– О-о, славьте Господа! Уважили старика! Хотя с белесой бородой и усами прислали! А то, все подряд, приняли манеру молодняк присылать ко мне для серьезного разговору! – молвил Старый князь, когда гости вышли из лодки. После этого князь что-то сказал дьяку. Дьяк быстро и незаметно, направился к шатру.

Видно было, что князь явно чем-то озабочен.

Князь, действительно, был озабочен тем, что не увидел никого из своих родственников, которые обычно прибывали вместе с послами.

После обоюдных приветствий князь спросил:

– Не желаете ли отдохнуть с дороги?

– Отдохнули мы, когда по вашей земле шли, так что можно сразу направляться к шатру. – ответил прибывший князь.

– Лада23, – молвил он, и громко добавил, – возвращаемся в шатер!

Когда все князья подошли к шатру, Старый князь сказал:

– Наслышаны мы о вашей победе, потому в этот день меч можешь не снимать ради уважения нашего к воинским трудам вашим. Проходи, дорогой князь, и занимай свое место.

Все присутствующие переглянулись, потом перевели взгляд на ковер и поняли, почему князь сначала пригласил войти гостя. Прибывшие не были знакомы князю, и поэтому князь решил испытать гостя.

Ковер оказался несколько повернутым относительно привычного местоположения. Рядом с большим, общим ковром, находился новый, небольшой ковер для гостя, но положен он был неправильно. Если прибывший князь есть истинный князь, то войдя, он должен направиться к своему ковру и положить его так, как требуется.

Гость, поклонившись князю в знак признательности, вошел внутрь шатра и на мгновение замешкался, как-будто, что-то не узнал, потом быстро направился к своему ковру. Подойдя, он его поправил, как надо, и хотел уж было устроиться на нем, но передумал и посмотрел на князя.

– Устраивайся, устраивайся! – быстро сказал князь с облегчением.

Гость устроился на своем месте, а его помощник, еще совсем молодой человек, присел рядом с ним. Остальные князья тоже заняли свои места.

– Люблю и уважаю победителей, которые смело отстаивают свои права на землю даже в том случае, если они в меньшинстве. Такие победители достойны похвал и тогда, когда победа не решает еще больших вопросов. – сказал князь.

– Ну, и когда тебя хоть кто-то победил? – спросил один из князей.

– Когда? – князь слегка задумался, – так, хотя бы третьего дня! Иду, значит, по одной деревне и вижу, как мальцы меж собой борются и задираются, а достается все более одному из них, который никак не может дать отпор. Поколотят они его, а он стоит, пыхтит, не плачет, только сопли ручонкой вытирает и глядит на них недобро. Подхожу я к нему, приседаю и говорю:

– Хорош, сопли по лицу размазывать. Ты, когда самый сильный из них нападет на тебя, сожми руку в кулак и в нос ему, как дай! И лучше, когда немного снизу и все тело вложить в руку. Понял?

Мальцы увидели, что я присел около одного из них, тоже стали подходить и наблюдать за нами.

– Понял – говорит он, – и спрашивает меня: «Вот так»? И в этот момент светило огромное появилось в очах моих, потом звезды воссияли светом своим ярким, и тепло полилось в носу моем. Чувствую, что лечу я в небо темное, в глубину небесную, и не ведаю, когда вернусь на землю нашу грешную. Но не долго полет этот длился, и опрокинулся я на спину свою, да лодыги24 свои задрал, аж выше коньков домов крестьянских. Чую, мальцы все скопом накинулись на меня и лупят со всех сторон!! Да так навались, что матерь свою вспоминать я уж начал: «Где ж ты, матерь моя, заступница? Почему дозволила, чтобы черти окаянные по груди моей сильной шастали! Ведь в бороду мою знатную, все вцепиться норовят, ироды»? Ждать ответа мне не приходилось, и тогда сказал я сам себе: «Где ж ты удаль моя молодецкая, да сила моя древних витязей? Подниму я тело свое богатырское, скину ворогов многих с плеч моих широких»! Только молвил я эти слова, как послышался голос женский, и подумал я весь счастливый, что это матерь моя, заступница:

– Встань, Василько, ты…

«Не уж то матерь моя услыхала мольбу мою?», – подумал я, но быстро опомнился, ведь, Вася, Бася, Васька, Василь, Василько – это не имена, а клички от слова Василевс! Потому не может мать моя меня так называть, но лишь «Мишенька» или «Миханька»! Слышу, повторяет она и говорит:

– Встань, Василько, ты, с деда нашего, старого!

– Так ведь не наш этот дед! Заблудший!

– Наш это дед, свой! Чужие, ведь, по нашей земле не ходят!

«Нет, не матерь это моя, заступница, а баба чужая, так еще и злющая», – понял я! Посмотрела она на меня искоса, и продолжила: «Уж не видите вы кожу его дряблую, да телеса его слабые»? А затем, с издевкой, молвила: «Отпустите бородку его жидкую, да голову его всю плешивую»! Пришлось мне хотя и с позором, но гордо уйти.

Весь рассказ прерывался дружным смехом. А в конце кто-то добавил:

– Небось, не гордо ушел, а бежал без оглядки от бабы этой так, что одни лодыжки блестели?

Все опять засмеялись, а после один из князей сказал:

– Таких поражений от детей и внуков своих, мы терпим много раз на дню!

– Так, то ж от своих, а не от чужих!!! – ответил князь, наклонившись чуть вперед и подняв указательный палец.

– Вот, и не дошел до тебя бабий наказ: «чужие здесь не ходят»! – сказал кто-то.

Опять разразился дружный смех… Не смеялись только прибывшие гости…