- -
- 100%
- +
Вологодская областная библиотека
* * *И он светил, сгорая,до самого конца,Не опасаясь края,Беря в пример отца,Его солдатский подвиг,Его последний бой,Как будто жизни по двеПодарено судьбой.«Наш Николай Островский», —О нём коллеги скажут.Ослепнув, не из воскаХарактер нам покажет —Из закалённой стали,Как истинный булат.Его окопом сталиПисателя дела:Диктовка новой книги —Итоговые мысли.И каждым в жизни мигомТворить, дерзать, не киснуть!Он, как солдат, сражалсяНа линии огня,Болезням не поддался,Не отдал им ни дня.Не уступил ни пядиВрагам в последний бой.И мы, на это глядя,Любуемся тобой!Писатель, друг, товарищ,Не сломленный боец.Нам книги свои даришь,Воскреснув, как отец,Ты к нам идёшь навстречуС заоблачных высот.Литературный вечерПускай расскажет всёО подвиге АрининаВ год славный юбилейный.И пусть земля периноюТебе на той аллееПочётных славных вологжанПоследнего причала.Земною жизнью пробежатьДо вечного началаТебе писателю дано,Ведь остаётся с намиВсё, что тобою создано —Страницами, томами.Всю жизнь твою перелистатьСтраницу за страницей,Чтоб знать, как закалялась сталь,Чтобы тобой гордиться!9 мая 2020 г. 85 лет со дня рождения Владимира Ивановича Аринина, он не дожил до этой даты десять дней
Песня на бис
Балакшину Р. А.
Роберт Александрович БалакшинПесню пел, запомнилось, – от душиПро шинель солдатскую в тишинеДо мурашек колющих по спине.Не певец эстрадный он и не бард,Но душой исполненный, как набат,Его голос бархатный креп внизу,Выбивая песнею в нас слезу.В безыскусной песне тойПро шинельГлубиной и простотойБлиже мнеРоберт АлександровичСразу стал,И душевным здравиемЗаблистал.Стал он мне понятнее и роднейЗа свою солдатскую ту шинель.И доступней стала мне глубинаПафоса державного Балакшина,Его православная ипостасьИ с российской древностью его связь.Из шинели вышла вся наша Русь.И на бис исполнит он песню пусть!
Народному художнику С. Н. Андрияке
Все схвачено в его работах:И первый план, и глубина,Цветы, фарфор и позолота,И даже терпкий вкус вина.Как будто график из Гознака,Предельно точен АндриякаОт гаммы и до завитка —Вот это мастера рука!Но есть еще и выше целиУ этой школы акварели —Нести в работах Божий светНа вызов времени в ответ.Да, сверхзадача не проста,Но мир спасает красота!
2009 г.
Выставке акварели школы С. Андрияки в Вологде
Валерию Страхову
Любуюсь им опять и ахаю,И каждый холст готов обнять.В пейзаже нет сильнее Страхова,Кто так же может Русь понять!Нет наносного, чужеродного,В нём всё родное искони,И шлейф художника НародногоУже давно идёт за ним.Указ недавно обнародован,Что это званье получил,И он, как водится, сегодняРукав повыше засучил,И с новой силой у мольбертаОн красоту для нас творит.В душе: любовь, надежда, вера,И он готов их вновь дарить!С высоким званьем поздравляя,Тебя я крепко обниму.Пусть Муза так же окрыляет,Полёта чувству и уму!
Вологда. Август 2013 г.
Живописцу В. Страхову
Не ради премий и наградТы у холста свечой сгораешь.Что обретешь, что потеряешь? —Ты просто вдохновенью рад,Когда оно с небес нисходит,И ты движением перстаТворишь на плоскости холста,Как Бог творил, и все выходит.Пусть длится сей прекрасный миг,Пусть снова чудо повториться,Пусть имя мастера святитсяИ вдохновенный его лик!А вдохновенье, как известно,К ленивым в гости не идет.Ты у холста, – да, снизойдетОно к тебе призывной песней.Ударит кисть в упругий холстИ мир из хаоса возникнет:Цвет, свет, полутона и блики.Ты гениален здесь и прост.И все тебе сейчас подвластно.О, этот цепкий мудрый взгляд!Не ради премий и наградТворит свои картины мастер.Плывут над Русью облака
К открытию выставки Живописи В. И. Сысоева «Плывут над Русью облака»
Он не шагает общим строем,Он штучен и неповторим —Художник, лирик, пилигрим,Поэт с фамилией Сысоев.Небросок, даже неказистСвоею внешностью и видомОн душу выплеснет на листДа так, что гений позавидует.С этюдником готов пройтиТропинкой самой потаенною,Чтобы глазами, в Русь влюбленными,Свою жемчужину найти.И предаваясь ей не всуе,В интимной близости души,Художник Родину рисуетИ те полотна хорошиСвоим негромким откровеньемИ сокровенной красотой.И говорю: – Продлись, постой,Очарования мгновенье!Плывут над Русью облакаИ, кажется – не наглядеться.Полет их так созвучен сердцуИ кисть художника легка.
Музыковеду Э. А. Кирилловой
Искусствовед, музыковед,Каких на свете больше нет.Все в жизни музыкальнойОт наших дней до древнихИзвестно уникальнойЭлле Андреевне.А от нее уже до насЭссе доходит и рассказО музыке и музыкантах —Таков уж дар ее таланта!Да, что до нас? – в далеких СШАВ книгохранилище Конгресса —Ее два тома полновесных,И в них живет ее душа.
Человек-оркестр
В. И. Анкудинову
И сладким Отечества дымомПовеет вдруг явно окрест,Когда музыкант АнкудиновИграет один, как оркестр.В его переливах баяна,В гитарной игривой струнеИ в дудочке – все без изъянаЗвучит на сердечной волне.То тонко и нежно выводит —От самого сердца идет,То с громом самим хороводит —По клавишам яростно бьет.Играй, музыкант-композитор,Твори режиссер, педагог!Пусть сердце, как прежде, открыто,Пусть в нем и печаль, и восторг.Обласкан ты дружбой поэтов,Тебе посвящали стихи,Но ты оставался при этомК восторгам и славе глухим.С тобой, как всегда, не до скуки,Ведь в радости и в беде Возьмешьсвою дудочку в руки, —И годы, прошедшие, где?Что может быть лучше и крашеЧем жить и играть для людей?Под дудку твою все мы пляшем,Но нет в том корысти твоей.
2009 г.
Ю. Воронову
Он, как художник, так высок,Так для меня недосягаем,Как будто бы его не в срокПланета родила другая.Я снизу вверх готов смотретьНа каждую его картину.Мне б этой силы половину —Я смог бы мир, как шар, вертеть.Но не дожить до той поры,Не взять такого пьедестала.И лишь бильярдные шарыМне забивать ему осталось.
Михаилу Копьеву
В его картинах – мудрых притчахНа цветоноснейших холстахСквозь краски проступает личностьМасштаба Светлого Христа.«Распятие», «Христос в пустыне»…Стезя Пророка непроста.Но от холста и до холстаОн без надрыва и уныньяВ мир своих образов ведет,Где вечный бой сил тьмы и света,Где неизвестного поэтаЕго хранитель-ангел ждет.В полотна вглядываясь снова,Как заколдованный стоюУ вечной тайны на краю,Рожденной гением Копьева.Ты нас до звездной высотыВедешь своим путем тернистым.Так пусть и сам всегда и присноЗдоров и счастлив будешь ты!
23.11.2012 г.
Юбилейная выставка живописи и графики М. В. Копьева
Художнику М. Копьеву
Как мужчина, красив чертовски,Как художник, неповторим.Мир, распахнутый, перед ним,Как натурщица для наброска.И причина фенОмена в том,Что, в искусство и в жизнь влюбленный,Он живет по вселенским законам,А по местным – уже потом.И при этом он все же наш,Из такой же плоти и крови,Только взгляд его сущее ловит,Да живее в руке карандаш,Да богаче его палитра,Выразительней жест и стиль,Он способен весь мир вместитьНа полотнах своих самобытных.Он рисует чудесные шаржи,Улыбаясь натуре легко.Признает даже мэтр КорбаковПревосходство его, как старший.Он не баловень у судьбы.Жизнь его на излом пытала,Но прочнее любого металлаОн способен порою быть!Это все – Михаил Копьев,Живописец милостью Божьей.В слове выразить невозможноВсю эстетику от него.Только музыкою даноВсе богатство выразить это.Тише критики и поэты,Лейся музыка и вино!Владимиру Латынцеву
По Суриковски дар могучийНа эпохальные холсты.Великим станешь скоро ты,Духовной достигая кручи.С утра за новый холст берясь,С молитвой обращаясь к Богу,Ты с сущим укрепляешь связь,Себя экзаменуя строго.Жить на потребу дня иль века? —Мотивов вечная борьба,А в результате выбор некий,Он называется – судьба.Твоя судьба в судьбу РоссииТак самобытно вплетена.От полотна до полотна,Себя являя с новой силой,Ты проникаешь в плоть и кровьРодной истории и быта.Глазам и сердцу все открытоИ боль, и слезы, и любовь.И это всё холсты вбирают,И люди в зале замирают.И кто-то восхищенно ахнет:– Здесь русский дух, здесь Русью пахнет!
В. Латынцев на Аляске
Художник с морскою закваской,Он вновь покоряет Аляску,Как предки его из УстЮга,Достойный их славного кругаДелами, отвагой и честью.Ему не сидится на месте,В походах на море и сушеВсегда вместе с кистью послушной.Дорогой миссионеровИ их православных храмовПрошел он с любовью и верой,Где первым был Тихон Шаламов.Дух русский, как прежде, витаетНад снежной далекой Аляской,И лед отчуждения таетС землей этой проданной царской.Спасибо, художник за этоОбщенье с другой частью Света,За эту волшебную сказку,За нашу не нашу Аляску!
На фото: картина В. Латынцева «Преподобный Герман Аляскинский благословляет суда Российско-Американской кампании»
Памяти поэта Льва Лосева
Я вспомнил про его автографОт пионерского «Костра»,Он мне тогда письмо прислалС благословлением в дорогу.И многих в жизни пацановБлагословил ответ поэта,И одарил теплом и светом,И стал основою основ.Поэт и журналист Лев Лосев,Сегодня вечность перед ним.Терновый диссидентский нимбДавно украсил его проседь.Чужбина или несвобода,Меж ними выбирая галс,Он был тогда одним из нас,Но в нем видна была порода.Заложник истины и чести,Восставший против жизни скотской,Как друг его Иосиф Бродский,На власть без трепета и лести,Как и на целый мир, взиравший.И вот его сегодня нет.Но вечно будет жить поэт,Весь Божий свет в себя вобравший.
Художнику И. Копьевой
Задумчивою ивой над водойСтоишь над суетою и бедой,И в творчестве своем неторопливоРазглядываешь сущее пытливо.Велением души, а не для видаТворит свои картины Ираида.И рядом с мужем гением КопьевымНе меркнет в ней своя первооснова,Задумчивость хрустальная печали,Что женщине присуща изначально,Замешанная на любви и вере.Пусть счастье не обходит ваши двериИ в новом наступающем году,И в прочих, нареченных на роду!
15 декабря 2010 г.
Персональная выставка И. В. Копьевой в Мемориальной мастерской А. В. Пантелеева
Содружеству «Радуга»
Красный, желтый, синий, белый —Если смешивать умело,То получишь все цветаИ возникнет красота,И возникнет Радуга —Каждой краске радуйся,Всей палитре цветаОт зимы до лета.Калинин, Коробов, Асафов,Борисов. – Радуга-дуга.Они пришли не тихой сапой,Хоть восторгайся, хоть ругай.Лишь равнодушье не приемлют,Творя на плоскости холстаСвой мир, свой океан и ЗемлюС благословения Христа.Ю. Коробову
Сегодня в день СпасателяТвоя открылась выставка,И, словно по касательной,Спаситель смотрит свысока.И силою небесною,Эфирной, бестелесною,Ведома мастера рука,И живопись твоя крепка!И есть манера новаяСо старою основою,И глубина раздумья,И чувств взрывных безумие.И старцы от Спасителя,И северный пейзаж…И дарят тебе зрителиСердечный отклик наш!
27.12.2012
Воскресенский собор Вологодского Кремля
О Никите Михалкове
О Никите МихалковеИ известном «Бесогоне»Я скажу здесь своё слово,Ведь мы с ним давно знакомы.Лет тому, наверно, тридцатьОбнимаемся на фотоВ нашей Тотемской столицеДревних русских мореходов.Я поклонник МихалковаС той поры, как песню спел,Парня юного такого,Что шагает по Москве.Мы с ним тихоокеанцы —Это тоже что-то значит,Оба сделаны не пальцем,И, разбивши нос, не плачем.Нет, в друзьях его я не был,Но он мне идейно близок,Я – земля, он – моё небо,Русский голос, русский вызов!Он – советник у Руцкого,Что был вице-президентом,И позицией, и словомПоддержал в том прецеденте,Когда Белый Дом из танковРасстреляли, как Россию,Он единственный, кто так вотНе предал, как ни просили.Режиссёр, актёр от Бога,Мэтр и деятель культурыОн идёт своей дорогой,Чуждой фальши и халтуры.И в известном «Бесогоне»Достоевскому во следОн метлой поганой гонитМногих бесов, и на светВыволакивает БожийВсё, что нам мешает жить,На отца лицом похожий,Не даёт «Фитиль» тушить.Генно Русь в себя вбирая,Словно Суриковский взгляд,Он в огне страстей сгорает,И гореть по жизни рад!Здесь и русская охота,Здесь и русская душаИ характер, ещё что-то,Чтоб харизму довершать.Я Вам здравия желаюИ счастливых много лет,Так же жить огнём пылая,И даря духовный свет!
Фото Дм. Вахрушева
Е. М. Лунину
Своей души настроить струныНа самый сокровенный лад.Твою картину купит Лунин,А это выше всех наград,Ведь он великий меценат,И твой талант не сгинет втуне.Масштабом – новый Третьяков,Он одержим великой страстью:Собрать для нас и для вековПолотна, что могли б украситьИ нашу жизнь, и вспыхнуть счастьемДля их творцов, (посыл каков!)Увидеть потаенный светВ холстах, гравюрах, акварелях —И дару божьему в ответОткрыть все двери.И песнь победная фанфарНад бытом серым!О, меценатства высший дар,Сравнимый с верой.
На фото: Е. М. Лунин с портрета М. В. Копьева
Галине Щекиной
Что б чувствовать себя, как в танке,От злых критических «наездов»,Названья «Ор» и «Графоманка»,Подумав взвешенно и трезво,Я б поменял, чтоб кто-то резкоНе вякал, – мол, названье ей идёт! —(Хоть не боялся ДостоевскийНазвать роман свой «Идиот»).Ты экивоков не боишься, Галя,Народною писательницей став.Но почему же Букера не дали,Роман твой «Графоманка» полистав?Название романа номинанткиЖюри смутило – вдруг в мешке-то кот?…А, может, автор тоже графоманка? —Хоть это лучше, нежель, идиот.А победил тогда «Библиотекарь»,Не абы что, но всё же, позитив.И Достоевский, жил бы в нашем веке,Шанс Буккера бы взять не упустил,И вместо «Идиота» на обложкеОн гордо б вывел титул «Граф» иль «Князь»И отхватил бы Буккера, быть может…– Такая вот времен живая связь.Ни интернет, ни важные жюриНам не дадут надежного ответа —Кто графоман, кто гений из живых,Чьи книги будут жить, чьи канут в лету?Река времен – надёжное жюри,Перед ее оценкою холоднойБледнеют часто, что ни говори,Удачные, престижные и модные.Чернорабочая родной литературы —Ты так определила своё место.Упрямая и дерзкая натура,В реке времен твоя грядет известность.
Виктору Подгорному
Он не боится чернойРаботы ломовойХудожник, асс Подгорный —Пилот, мастеровой.Готов в огонь и в воду,И к черту на рога…Натуру схватит сходу,Пред ним она нага,Открыта и доступна,Как брачная постель,Рельефно, броско, крупноПредстанет на холсте.Совсем другое дело, —Пронзая толщу лет,Воображеньем смелымСоздать былого след.Крупица за крупицейВслед древним мастерамТворить, чтоб белой птицейВознесся к небу храм.Из фотографий редких,Эскизов и легендОн кисточкою меткойВоссоздавал скелетЧасовенки и храмаИ оживлял пейзаж.Работал неустанноЧетыре года аж,А, может быть, и больше,Неся сей тяжкий крест.А результат – о, Боже,Он возродил окрестВсе храмы, что когда-тоУшли в небытие.И излучают святостьТруды благие те.
Фотохудожнику Дмитрию Вахрушеву
Он с камерой готов не расставаться,Став лучшим среди фотомастеров.И очень любят у него сниматьсяОт ВИП персон, известных целой нации,До кобелей безродных и коров.В портрете, натюрморте и пейзажеНе хуже, чем глаголом иль холстомОн объективом искренне расскажетОб этом и об этом, и о том…Но объектив – не просто объективно,Не отстранено и не на заказ.Вдруг удивиться и простое дивнымУвидеть, так как будто в первый раз!Чтобы уже потом на вернисажеВдруг удивленно в зале замер кто-то,Мир, открывая заново, однаждыВ него ворвавшись через это фото.
Заполярный пленэр
О. Кулижникову, В. Латынцеву, В. Подгорному, В. Попову и А. Рябкову
То зов крови, то в генах —Нас влечет на край света.Так чудить вдохновенноМогут только поэты,Да художники тоже,На других не похожи,Собираются в стаюИ айда в Заполярье,Где красиво и зыбко,Тонко, нежно и странноЛето, словно улыбка,Тает в вечных туманах.Где короткая осеньКрасок выплеснет буйство,Где прощенья не просятЗа нежданное чувство.Капли падают нудноНа меня, на этюдник,Горизонт размывают.Небо падает в воду.Здесь такое бывает:Десять дней непогода,Десять дней каша-сечка…Заполярье – край света.Сопки, камни… И легчеБыло б бросить все это.Но спешим в ЗаполярьеМы, как птицы, на Север,И не в пьяном угаре,А с любовью и верой.Здесь вдруг чувствуешь остроНа макушке планеты,Что она, словно остров,И другой такой нету,И таких «леданутых»,Словно мы, тоже мало,Тут все просто и круто,Нам как раз не хватало.Флот, мужские суровые будни,Нам понятен теперь алгоритм Заполярья:Будет Флот и Россия, конечно же, будет,Как Иван на Руси не бывает без Марьи.И душа будет снова стремиться в ПолярныйНа край света туда, где полярное лето,Будет белою чайкою биться и это —Крови зов и ему, и судьбе благодарныЗа короткий сей миг, но чудесный,За этюды, за дружбу, за песни.
1998 г.
На фото: картина Л. Юдникова «Город Полярный»
Черноморский пленэр
Сидим, потягивая пиво,На берегу лазурных вод,Взирая сонно и лениво Наполный зноя небосвод.А впрочем, зной нас не тревожитПод пляжным тентом в пошлом споре.Какие задницы и рожи…А где-то гибнет лодка в мореВ студеных заполярных водахВдали от праздного народа,Давленьем схвачена в тиски.И молодой матрос вискиСвои седые вдруг увидит,И так его тот факт обидит.А воздуха запасы тают,Его, как жизни, не хватает.Он не был никогда в КрымуИ, может, грезится емуВ слепом могильном ожиданьеПод кипарисами свиданье,Песчаный берег, пальмы, пиво,Он, загорелый и красивый…Но это все теперь за гранью,И только матери рыданья!Мы и честней себя, и строжеВ курортном этом интерьереВдруг осознали и дорожеНам стало все во что мы верим,Что нас влечет в морские дали,Что составляет тему моря,Будь это Крым иль Заполярье,Едины мы в великом спореЗа красоту и силу жизни.С этюдов сок арбузный брызнет,Как кровь, оскомы не набивши,За мальчиков недолюбивших!
Август 2000 г. Крым.
На фото: картина Л. Юдникова «Черное море. Херсонес»
Ю. П. Малозёмову
Здесь, не на жирных черноземах,Родился Юрий Малоземов —На бедных северных подзолах,Но понял: что это за золото —Культура Северного края,Не надо ни Канар, ни рая.Горстями злато собирай,Таланты брызжут через край.Издаст он автора, любя,С убытком даже для себя.Размахом дел он – новый Сытин,Но он далек от жизни сытой,Ведь все его богатство – книги,И ради них готов он двигатьХоть горы на своем пути.Свети, Господь, ему, свети!
2001 г.
Ровесники с картинной галереей
Мы ровесники с картинной галереей,Ей полсотни лет и мне полтинник,Но у нас все впереди еще, я верю —И свершенья, и надежды, и картины.Помню здесь себя еще ребенком,Первое свидание с прекрасным,Как стоял перед холстом в сторонке,И парил в апрельском небе ясном.На холсте, такой как я – мальчишкаВ школьной форме, с голубем в руке…Вспышка света, озаренья вспышка!Где ты, где ты лучезарный шкет?Ведь тогда-то все и совершилось,Завязалось, сладилось, сбылось.Это чудо, это божья милость —Этот дом, где каждый – званый гость.Эллада далекая и близкая
Надежде и Валерию Антоновым
В Греции, как водится, – всё есть:Средиземноморская отрадаИ красот диковинных не счесть,И сказанья древние Эллады.Здесь для живописцев – просто рай,Как и для других совсем не плохо.Круглый год – пленэрная пораНеаполитанской желтой, охры,Бирюзы морской и изумрудаПальм на дымном фоне синих гор.Встреча с вечным. Ожиданье чуда.И беспечный южный разговор…Но Олимп, излюбленный Богами,Оказался брошенным сейчас.Греки выживают нынче сами,Им сегодня вовсе не до нас.Потянулся птичий клин в РоссиюК Северу родному от теплаЖивописцев, пилигримов сирых.Греция была и уплыла.И на вернисаже в галерееГреции далекой шлю поклон,Где с полотен дух Эллады веетТех еще докризисных времен.Как всё зыбко в нашем бренном мире,И для рая не осталось места.Континенты, города, квартирыРушатся, как древний храм Гефеста.
Надежде Антоновой
И в полный тон, и в полуто́новый,И в свете сумерек, и дняПастель волшебная АнтоновойВесь мир пытается обнять,И расписать его по-своему,Как будто в первый час творя,Как будто от Творца усвоила,Что счастье – жить себя даря.Пусть мода вкусы и одеждыМеняет вслед календарям,Но пусть всегда творит Надежда,Надежду всем другим даря!
В. В. Воропанову
От мореходов-тотьмичейВедет свой род и чтит те корни,Он в них характером упорнымИ ясной зоркостью очей,И личностью своей под статьИх доблести морской и бранной,Сегодня имя ВоропановВ музейном мире на устах.Творец картинной галереи,Как центра творческих начал,Масштабом не провинциал,Умом, подобный Галилею,Орбиты дальние светил,Искусством вечным поверяя,Он вел нас, снова открываяТворцов, Картины и Пути.И стала Вологда теперьКультуры признанной столицей,Москвич и питерец стремитьсяОткрыть в нее скорее дверь,Свое искусство показать,В нем искушенным вологжанам,И открывает ВоропановЗа новым залом новый зал.Он автор множества трудов,(Анонсов сотни в Интернете),И нет, наверное, на светеНе знающих кто он таков!В искусстве «пашет» неустанноПри скромной в общем-то зарплате,Всего себя и годы тратит.И дай Вам, Боже, Воропанов,И нашей областной картинной,Ведь Вы – ровесник галереи,И мы Вас любим, мы Вам верим,Свет Володимир Валентиныч!* * *Вы и сеятель, и хранительИ прекрасных идей, и картин,Непрактичный в быту небожитель,Вы в музейных делах – исполин.И умом Вашим, быстрым, и волеюЗдесь фундамент заложен прочный.Самой лучшей Российской школоюПризнается сейчас Вологодчина.Дом Шаламовский, Дом Корбакова,«Русский Север» – все флаги к нам.Как дается порой нелегко ВамПуть в искусстве – не дрейф по волнам,А умение спорить с буреюВополощением творческих планов.Вот, почти написал с натуры яЭтот быстрый портрет Воропанова.И о дружбе с Морским СобраниемШтрих добавлю к его портрету.Наши общие начинанияТак же верю – не канут в лету.И поэтому Вам желаемМоре счастья, здоровья, удачи!С юбилеем Вас поздравляем!И еще столько жить, не иначе!
2 сентября 2014 г.
Всего один рождается из ста
Всего один рождается из ста,А, может быть, один из многих тысяч,Способный искрою таланта высечьСвой новый мир на плоскости холста.Все остальное – фальшь, повторРемесленников, разных дилетантов.О, дай мне, Бог, хоть в чем-нибудь талантов,Чтобы суров так не был приговор,Чтобы искусством плод трудов назвать,Оно не ремесло, неповторимо —И в том искусства верная печать,В нем приложенье дел великих зримо.Без суеты их поспеши начать,Ведь жизнь, увы, сама неповторима.В. В. Кудрявцеву
Стихи возводит, словно дом:К бревну бревно, за строчкой строчка.Надежно с ними днем и ночью,Как в деревенском доме том.Душой к деревне он приросИ не последний в стольных градах.Судьбы достойнее не надо,Когда есть на поэта спрос.