- -
- 100%
- +
С самого утра у подруг все складывалось удачно. Пока Люся бегала прогуливать Малыша, Василиса собрала сумки, и потом они вместе бодрой рысью понеслись одаривать Пашку – сына Василисы, Лидочку – его жену и трех их дочерей. Красочные коробки с подарками были приняты с громким счастливым визгом.
– Ой, мам, теть Люся, а мы к вам сами хотели зайти, только вечером, – улыбался Павел, наматывая на шею новый, бесконечно длинный шарф.
– Не можем мы, Пашенька, вечером, – качалась Люся под весом упитанной Наденьки – внучки Василисы, которая забралась бабушке Люсе чуть не на загривок. – У нас свадьба сегодня.
– Да вот, я решила Люсю в люди вывести… – рдела Василиса, пытаясь отодрать ручки маленькой Ниночки от своих кудрей. – Так что вечером мы заняты. А ты чего сказать-то хотел? Сейчас скажи, мы пока не торопимся.
Павел не хотел впустую разбрасываться поздравлениями, он убежал в комнату и вернулся с двумя коробками:
– Вот, это вам. И… мам, я сейчас машину подгоню, свожу вас куда надо.
– Да куда нам надо… – скромно отмахнулась Люся. – Мы и сами…
Василиса строго на нее шикнула:
– Ты лучше бы бантик развязывала. Не надо ей никуда. Вези нас, Пашенька, нам еще к Ольге нужно подарки завезти, потом еще к подружке Маше… Люся, не красней, это тебе мой праздничный подарок – нас Павел везде повозит, и мы на свадьбу заявимся как люди – не опоздаем и успеем сделать педикюр!
Педикюр, однако ж, сделать не удалось. Едва подруги добрались домой, начали раскурочивать подарки и захлебываться от восторгов. То ли Ольга с Павлом договорились, то ли действовали интуитивно, но подарили самое нужное – Василисе сын преподнес роскошное вечернее платье, а Ольга Люсе подарила сказочной красоты праздничный костюм.
– Вот это я понимаю – вещь! – цокала языком Василиса, вертя во все стороны подругу. – Ни в какое сравнение с тем, с розовым твоим! Ой, ну как красиво… Тебе надо срочно бежать в магазин, купить… э-э-э… купить к нему новый лак для ногтей!
Люся не первый год испытывала на себе все издержки характера подруги, поэтому знала ее очень хорошо.
– Вася, если ты хоть раз еще приблизишься к этому костюму…
И все же они не поссорились, у них на это просто не оставалось времени. Они только-только успели привести в порядок прически и наложить макияж, как под окном раздался сигнал автомобиля.
– Вася, это ты заказывала «Жигули» цвета баклажан? – глядя в окно, спросила Люся.
– Нет, за нами должен был приехать «Мерседес», государственный номер четыреста пятьдесят шесть, – не отвлекаясь от зеркала, проговорила Василиса.
– Там как раз этот государственный номер. Вставай, Вася, нас ждут «Жигули»! Я всегда знала, что ты немножко путаешься в марках.
В машине Василиса давала последние наставления подруге:
– Запомни, Люся! Невесту зовут… как же ее… ага, вот на листочке записано, ее зовут Валентина, а жениха Михаил. Ха! Михаил коров доил, титьки оторвались! Кхм, Люся, соберись! Не время идиотничать!
Люся ни слова не говорила, она старательно вспоминала, взяла ли с собой баян или прихватила пустой чехол, что-то он сегодня ей показался удивительно легким.
– Да, и еще, Люся, – не умолкала Василиса. – Я тебя умоляю, когда невеста станет кидать свой букет, не бросайся ты за ним, как сумасшедшая! Ну право, стыдно за тебя, там же куча совсем незамужних девочек! И потом, ты уже два раза из-за этого роняла свой баян.
На свадьбу они заявились с десятиминутным опозданием – попали в пробку, поэтому отрабатывать сценарий Василиса начала уже в прихожей:
– Это что за красота?! Чье тут платье?! Чья фата?!. Люся, доставай баян, давай марш Мендельсона рявкни… Это кто у нас невеста, жениховская мечта?!! Люся! Ну давай же!
Люся уже успела занырнуть в футляр из-под баяна, и самые худшие ее опасения оправдались – инструмент она благополучно оставила дома. Однако не прерывать же подругу во время работы! Поэтому Люсенька развернула легкие и рявкнула:
– Трам-та-тарам-та-та-ра, трам, тарарам, тарарам!
От неожиданности Василиса на самом красивом месте пустила позорного петуха и забыла текст. Неизвестно, чем бы такая халатность кончилась для Люси, если бы в прихожую не выскочила юркая, кудрявая, как пудель, женщина и не зашипела на Васю:
– Ну что вы, в самом деле! Кто-кто?! Вы же видите, что невесты и нет вовсе! Прям не знаю, что за тамады такие слепошарые…
– Простите… как это невесты нет? Куда вы ее дели? – растерялась Василиса и заглянула в комнату.
За столами чинно сидели гости и голодными глазами пожирали многочисленные салаты. Однако ж рушить красоту никто не отваживался, потому как возникла некоторая заминка с невестой. Ее попросту не было, и место рядом с женихом пустовало. Сам жених уныло лепил голубя из хлебного мякиша и украдкой опрокидывал в себя рюмочки.
– Не понимаю, куда девчонку-то дели?! – возмутилась Василиса.
– Никто ее никуда не девал, просто она… ну передумала немножко выходить замуж, бывает, – ежилась женщина и нервно хихикала. – Чего-то там повздорили с Мишенькой, и… она вам в подъезде не попалась? Странно, только что выскочила…
– Ах, только что! Тогда мы ее сейчас поймаем и притащим к жениху! – Василиса рванулась в подъезд. – Люся! За мной!
– Васенька! Может, не надо? – Людмила Ефимовна гремела каблуками по лестнице, не поспевая за подругой. – Ну не хочет девчонка замуж, чего ее силой-то?
Она даже рада была такому повороту событий: баян не понадобится. Но прыткая подруга ее настроения не разделяла.
– Ты чего мелешь? – остановилась она на минутку. – Что значит – не надо? А деньги нам что – обратно возвращать? Я их, между прочим, уже потратила!.. Половину потратила, не надувайся. Но и остальную отдавать не собираюсь, столько предварительной работы псу под хвост. И потом, у нас совершенно ничего нет для встречи Нового года, а здесь селедка под шубой, я видела!
Короче, отговорить Василису не было никакой возможности. Она выскочила из подъезда, оглянулась и понеслась к остановке:
– Люся!! Не отставай!
Та пыталась не отстать. Вообще, Васенька развила бешеную инициативу абсолютно напрасно, она была близорукой, точно крот, оттого и подгоняла подругу зычными окриками:
– Люся!! Вон за тот угол забеги! Ничего не белеется? А вон там?! Ну куда тебя понесло-то?!. Стой, Люся, мы еще в соседний двор не заглядывали!
Но Люся не собиралась никуда бежать, она застыла возле той самой машины, в которой привезли их на свадьбу, и пялилась в салон. Машина стояла чуть в стороне от подъезда невесты, водителя за рулем не было, а на заднем сиденье высилась белая воздушная куча из атласа и кружева.
– Люсь, ты чего? – не осмелилась подойти к подруге Василиса, уже догадываясь о самом страшном. – Отвечай немедленно, что там?!. Ну чего у тебя, язык отвалился?
Люся не отвечала, а только распахнула шубку, ей вдруг стало нестерпимо жарко, и она хлопнула с досадой изо всех сил по капоту.
– Черт! Замечательно год встречаем!
Василиса подбежала к подруге, сунулась в заднее окно машины и захлопнула рот – на заднем сиденье полулежала невеста в подвенечном наряде, как ее… Валентина, а по ее щеке струилась тоненькая ниточка крови. В виске зияла аккуратная дыра, и белоснежный лиф платья был обезображен багровыми пятнами.
– Та-а-ак… похоже, кто-то серьезно постарался… – протянула Люся и попыталась открыть дверцу машины. Та не поддавалась.
– Люся! Куда тебя несет?! – ужаснулась Василиса. – Бежим отсюда!.. Давай домой скорее! А то скажут – ни фига вы уговорили невесту! А мы тихонечко домой, закроемся… Хотя нет, побежали к гостям, вызовем милицию и «Скорую»!
Больше раздумывать было некогда. Они рванули обратно и через минуту уже ворвались в знакомую квартиру.
– Телефон!! Срочно звоните в милицию!! – кричала Василиса.
Однако телефон был занят – по нему разговаривала та самая кучерявая женщина. Она мягко курлыкала в трубку, кому-то нежно пеняла, а все гости напряженно молчали и прислушивались к разговору.
– Ах, шалунишка! – пыталась строго говорить дамочка. – Хорошо, я тебе его пошлю… Да, мы погуляем без вас, ну конечно, я все понимаю, сама была такой же… непредсказуемой!
Василиса несколько секунд в ожидании приплясывала возле нее, а потом потеряла терпение и рванула трубку:
– Да дайте же сюда телефон! Прямо прилипла… там такое происшествие, а она…
– Позвольте!! – вытаращила глаза женщина и вырвала у нее трубку. – Что вы себе позволяете?! Я – мать невесты, разговариваю со своей дочерью, а меня нахально прерывают!
– Нет, ну до чего противная баба! – рвалась к телефону Василиса. – Там ее дочь в машине скончалась, вся как есть мертвая, а она милицию не дает вызвать!.. Отдай трубку!!!
– Ха! Ха! Ха! Если вам нужен телефон, незачем наговаривать на мою дочку черт-те что!! – Новоявленная теща презрительно выставила вперед скрюченную ножку. – Валюша только что попыталась извиниться перед гостями и просила…
Люся начала что-то соображать.
– Так это вы с дочерью, что ли, разговаривали?.. Вася! Прекрати тыкать в кнопки, тут какая-то путаница… Вы сейчас с невестой говорили?
– Ну да! – фыркнула матушка. – Валюша позвонила, призналась, что погорячилась, и… и позвала к себе Мишеньку, жениха то есть, для примирения. Она сейчас у подружки. Я считаю, совсем не обязательно звонить в милицию, а надо просто сесть за столы и отмечать свадьбу!.. Гости дорогие! Прошу к столу!
Дорогие гости уже давненько томились за этим самым столом и после долгожданной команды накинулись на салаты с винегретами с такой яростью, что дальше настаивать на звонке Василиса не отважилась.
– Та-а-ак, – протянула она, уперев руки в боки. – А там тогда кто?
– Да где там-то?! Чего вы нагнетаете обстановку? – начала терять терпение хозяйка пиршества. – Вот что, женщины. Давайте так договоримся, вы оставляете задаток у себя и смело идете домой отмечать праздник… Кстати, вы еще успеете.
Василиса прикрыла глаза, попыталась представить их с Люсей пустой праздничный стол, однако перед глазами опять возникла несчастная растерзанная невеста. Вероятно, что-то подобное витало и в голове Люси, потому что она категорично заявила:
– Мы должны непременно пойти к невесте вместе с женихом, нам нужно его поддержать!
– Зачем это? – скривилась мать невесты.
Вообще, она вела себя отвратительно. Вместо того чтобы вовсю помогать сыщицам, она только путалась у них под ногами.
– Вас там еще не хватало! Пусть молодые сами разберутся, помирятся, и потом – сегодня их день. Валенька просто не хотела с нами засиживаться, а решила сразу приступить к таинствам брака! И вы не смейте соваться, куда вас не просят! Мы же, кажется, вызвали вас для проведения свадьбы? А уж коли ни жениха, ни невесты… Нет, ну, если хотите, проводите!
– Ну знаете… Я не привыкла выступать перед пустым местом! – дернулась Василиса. – У меня весь сценарий составлен для жениха и невесты! И вы нам должны заплатить неустойку!
Люся не прислушивалась к подруге, она вертела головой по сторонам и только чуть позже догадалась спросить:
– А жених-то где?
– Боже мой! Вот ведь привязались! Убежал Миша к Валентине, пока мы с вами переговаривались. Чего ему с нами. Ну так вы уходите или здесь Новый год встречать будете?
– Нет, мы лучше у себя, – потянула подругу Люся.
Василиса упиралась, ей было многое неясно, ее терзали любопытство и голод. Люсе наверняка не удалось бы так лихо выдернуть подругу из квартиры, если бы с другой стороны настырную тамаду не выталкивала матушка. Общими усилиями Василиса была выставлена за дверь.
– Вы еще пригласите меня! – кричала она в запертую дверь. – Позовете девять дней отмечать, а я не приду!!
– Вася! Ну зачем так жестоко?! Закрой рот.
Василиса закрывать рот не собиралась, а наоборот – открывала его все шире и кричала все громче. Ее сегодня несказанно оскорбили, поэтому виновных следует наказать громким презрением.
– А чего жестоко?! Им меня выталкивать не жестоко?! Можно сказать, прямо из-за стола! Прямо от «шубы»!!. И вообще! У них дочь в машине скончалась, а они даже милицию не дали вызвать!! Еще жестоко с ними!
Люся затормозила.
– А в самом деле, кто же это был? Я, например, совершенно отчетливо видела…
– И я! Я тоже видела совершенно отчетливо! Машина такая баклажановая! И, главное, водителя нет… Ой-ё! Люся, я поняла, водителя, наверное, тоже того… контрольным выстрелом… Люся! Ну давай же скорее, надо номер рассмотреть!
– Вася, а чего его рассматривать, ты же и так помнишь, – еле поспевала за ней Люся, но спорить с подругой, когда та уже встала в охотничью стойку, было бессмысленно.
Да и сыщицкий опыт кричал, как бы жутко ни было, надо еще раз увидеть эту страшную машину. С машиной им не повезло – когда они выскочили из подъезда, никаких «Жигулей» не увидели.
– Вот вам фигу в Новый год… – рассеянно пробормотала Василиса и огляделась по сторонам.
Машин возле дома было множество, однако «Жигулей» цвета баклажан нигде не было.
– Вася, это и к лучшему, – торопливо проговорила Люся и потянула подругу к остановке. – Сейчас зайдем в супермаркет, накупим всякой вкуснятины, сядем у телевизора… Вася, там такая программа, я смотрела… Ну чего ты напыжилась-то? Сегодня наступает год Собаки, а мы своего пса в одиночестве оставили! Нет, это замечательно, что все так закончилось…
– Чего замечательного? Ты труп в машине видела? И я видела! Чего же замечательного?
Васю все еще глодали сомнения. С одной стороны, правда, хорошо посидеть дома, а не скакать Петрушкой перед пьяными гостями, а с другой… ну вот что-то скребло возле сердца, и все тут. Люся старательно поднимала ей настроение:
– Ну… может быть, это и не невеста была вовсе, а какая-нибудь… Снегурочка! Напоздравлялась, приняла лишнего и…
– …пустила себе пулю в лоб, – закончила Василиса. – Нет, все-таки как некрасиво – такой праздник у нас украсть!
А город праздновал. Изо всех окон неслась на улицу музыка, то и дело попадались стайки веселой, краснощекой молодежи, женщины быстро перебегали из одного магазина в другой, покупая то, что позабыли, а мужчины уже смотрели на мир добрыми, хмельными глазами. У всех был праздник, и только две женщины топали по снежной дорожке к остановке, и на лицах их поселилась тревога.
– Красавицы! Покупаем ящик пива «Толстобрюх» и получаем сказочный подарок – пригласительный билет на городской утренник! – неизвестно откуда подскочил к ним белобородый Дед Мороз.
Люся к Дедам Морозам относилась с восхищением, поэтому остановилась, честно объяснила ему, что им еще не приносили пенсию, и вообще – пиво они не особенно уважают, потому что Васеньку от него пучит, и только после этого побежала догонять подругу.
– Вась! Ну тебя прямо не догнать… А если это маскарад? Ну такой веселый, новогодний маскарад?
– Для Нового года там было слишком много веселья, – буркнула та и махнула рукой: – Ладно тебе, чего ты меня успокаиваешь? Пойдем домой, и в самом деле, лучше встречать праздник у телевизора, чем рядом с трупом.
– Тьфу ты! Ведь как скажешь…
Праздник подруги отметили как никогда – в самой элитной компании. Как-то так получилось, что они задолго до курантов осушили бутылочку шампанского, потом еще одну, но алкоголь их не брал. Зато с последним ударом курантов весь хмель ударил в голову. Однако ударил как-то необычно – по-праздничному. Все, что творилось на экране, казалось им, будто происходит прямо в их квартире. Все артисты обращались к Василисе с Люсей официально и хотели с ними выпить. Люся громко пела с каждым певцом дуэтом, а Василиса строила глазки телевизору, то и дело кокетливо закидывала ногу на ногу и ждала, когда гламурные мужчины отважатся пригласить ее на танец. Правда, никто не решился. Наверняка из-за того, что в ногах у нее ползал какой-то черный, кучерявый неизвестный тип и пытался лизнуть Василису в соблазнительные губы.
Утро оказалось мучительным. Надо было как следует отоспаться, но с девяти часов заканючил мужским голосом будильник:
– Василиса, единственная моя, я тебя люблю. Я люблю, когда ты ворочаешься во сне…
Конечно, после таких слов Василиса ворочаться уже не могла. Но, вскочив, вспомнила, что это подарок Люси, помянула подругу добрым словом, однако снова уснуть не получилось.
– Люся!! Немедленно вставай! – влетела она в комнату к подруге. – Случилось непоправимое!
Люся мгновенно распахнула глаза.
– Люся, я забыла вчера на свадьбе свои туфли! Нам надо немедленно навестить молодых!
– Васенька, они еще не проснулись, поверь мне на слово…
– Нет, нет и нет! Собирайся, мы едем за обувью. Если они еще спят, это даже к лучшему – едва только кто-нибудь из них придет в себя, обязательно мои выходные шпильки сопрут, я так уже две пары потеряла.
Люся не стала открывать подруге страшного секрета: это она выкинула одну пару, потому что ее сгрыз Малыш, а второй пары у Васеньки никогда и не было, подружка просто преувеличивала.
– Вася, давай так: ты едешь за обувью, а я выгуливаю собаку… Я даже могу в магазин сбегать и приготовить завтрак!
Василиса только пожала плечами и побежала наводить красоту, без макияжа на улице она не появлялась.
Ровно через полчаса она оторвалась от зеркала и поплыла в прихожую.
– Люсенька… Люся!!! Опять спишь, что ли?!! Закройся!
Людмила Ефимовна была не права – гости уже не спали. Вернее, они еще и не ложились. К Василисе выскочил пьяненький мужчина и радостно завопил:
– А вот и колядовать пришли!!! Быстренько подайте мне мешок с отхо… с продуктами!.. А вы, барышня, не смущайтесь, пойте!
И такой напор был у этого мужичка, такая гипнотическая сила, что Василиса вытянулась в струнку и тоненько завыла модную песенку:
– Ё-о-о-о-олки, по городу мчатся лю-у-у-ди… – Потом быстренько опомнилась, одернула шубку и вздернула подбородок. – Что это вы, какой настойчивый, петь вам еще…
– Вы не про елки! Вы про любовь пойте! – требовал мужичок.
Но тут к нему выскочила яркая девица с чернущей гривой, голубыми глазами и яркими рыжими веснушками:
– Пап! Ну чего ты к человеку прицепился? Женщина, а вы, наверное, Мишенькина бабушка? Он, шутник, сказал, что вы давно умерли! Давайте знакомиться – я невеста, меня Валей зовут… Миша!!! Тут твоя старушка прикатила! Иди встречай!.. А вы раздевайтесь, раздевайтесь.
Не давая вставить и слова, девчонка кинулась к Василисе и уцепилась за шубу. Мужичок, который только что настойчиво толкал гостье мешок с отходами, резко убрал руки с «гостинцами» за спину и расплылся в улыбке:
– Да и правда, проходите! Вот как вы нас, ай-яй-яй, какая хитрая бабуленция!! Хотела притвориться незнакомкой…
Василиса упиралась как могла. Такой фонтан внимания ее уже тяготил, к тому же она вовсе не собиралась играть роль Мишиной бабушки! Тем более давно умершей!
– Да я и так незнакомка! Ой, господи, и куда вы меня тянете? Я совсем не одета для праздника! Ну нет, я все же не пойду, у меня дырка на носках…
Спасла положение мамаша невесты. Она выскочила на шум и, маслено блестя глазами, запела:
– А-а-а-а! Вот и тамада-а-а. Вы сегодня к нам? Свадьбу проводить будете? Давайте! Только нам платить нечем! Но если вы ради удовольствия…
– Да уж, велико удовольствие… – буркнула Василиса и сразу спросила: – Вы мои туфли не встречали?
– Туфли? – пьяненько качнулась мамаша. – Нет, мы обувь не встречаем, мы только гостей.
Валя проворно кинулась к светлому шкафу, выудила откуда-то сбоку знакомый пакет и протянула Василисе:
– Это я спрятала вчера. Смотрю, все его пинают. Ну, думаю, завтра обязательно кто-нибудь спросит…
– Валенька, а вы вчера не садились в такую машину… синенькую, нет, в фиолетовую, как баклажан? – не утерпела Василиса.
Девчонка хихикнула в кулачок и покачала головой:
– Не-а. Я вчера к подружке побежала, она на пятом живет, в нашем же подъезде. А чего?
– А того! – грозно икнула маменька девчонки. – Тебя эта тетка вчера мертвую в такой машине видела, вот! Я, может, потом от этого известия и напилась. С горя. Так горько мне было! Ой, как горько… Горько!!! Горько!!!
Василиса не стала наблюдать сладкий процесс, взяла пакет и потихоньку выскользнула за дверь.
Домой она шла пешком и все время раздумывала – что вчера такое им привиделось с Люсей? Она была согласна поверить в галлюцинацию, но ведь групповых глюков не бывает! Или все же случаются? Во всяком случае, сегодня невеста жива и здорова, это она только что видела. Хм, видела, а почему тогда вчерашняя невеста на Валю была не похожа? Нет, какие-то общие черты, конечно, наблюдались – фата там, платье белое, но вот волосы, глаза… Какие глаза?! Они у вчерашней закрыты были! Вот черт… Вообще-то, говорят, в новогоднюю ночь всякие чудеса случаются. Наверняка это им с Люсей было знамение – мертвая девица как предупреждение, что в криминальные дела соваться не нужно. Или, может быть, что им больше никогда не стать невестами и, дескать, похороните, дамы, всякую надежду?.. Нет, это уж как-то и вовсе трагично… Вот и ломай теперь голову, что бы это могло означать?
Долго над этим размышлять не пришлось. Сначала Василиса вовсе выкинула из головы это знамение, даже Люсе думать о нем запретила, а потом оно и само разгадалось. Вернее, не разгадалось, а настойчиво потребовало себя разгадать.
На Рождество подруги собрали у себя всех близких – Пашу с семейством, Ольгу с ее гражданским мужем Володей, пригласили даже подругу Машу с ребятами. Маша была давняя приятельница Люси и Василисы и прибегала каждый раз, когда выдавалась свободная минутка. Беда была лишь в том, что эти минутки никак и никем не выдавались, поэтому встречаться приходилось не часто. Рождество случилось по-домашнему – уютным и теплым. Только один раз Павел зашел в кухню, где Василиса возилась с гусем, и плотно прикрыл двери.
– Мам, ты говорила, у вас свадьба какая-то на Новый год намечалась, я все хотел спросить – как она прошла-то?
– Да мы там и не работали совсем, – отмахнулась Василиса и вдруг напряглась: сын никогда не интересовался, как проходят торжества. – А чего, Паш? Случилось что?
Павел фальшиво захихикал, забегал глазами и стал что-то выискивать у себя в карманах:
– Да нет, что ты! Просто думаю – как это люди в Новый год еще и свадьбу осиливают?.. А чего не срослось-то? Жених заболел?
– Нет, с женихом как раз все в порядке. Невеста передумала замуж выходить. Но потом сообразила, что лучше сейчас выйти, пока берут, кто знает, может, ее потом перекосит всю, парализует или разнесет на семь размеров, кто ж тогда ее в загс поволокет… А ты почему спрашиваешь?
– Да я так… Мам! Смотри-ка! Утка твоя прямо дымом вся исходит! Вон как из духовки повалило! – округлил глаза Павел и выскочил из кухни.
Василиса проводила его настороженным взглядом и только пробормотала себе под нос:
– Это не утка. Это гусь. Рождественский.
После разговора с матерью Павел едва дождался гуся, потом как-то быстро собрал семью, сослался на то, что маленькой Ниночке срочно требуется в кровать, и распрощался. Ольга с Володей тоже засиживаться не стали. Через семь месяцев у них должен был родиться малыш, и глава семьи строго следил за режимом беременной жены. Едва за семьей Павла закрылась дверь, как Володя немедленно стал собирать Ольгу.
– Все, Оля, нашему малышу тоже покой нужен, – категорично заявил он, напяливая на супругу шубу.
– Но, Володя! Мы еще с мамой…
– С мамой вы все обговорите завтра. Людмила Ефимовна, Василиса Олеговна, просим вас завтра к нам, я лично приготовлю новое блюдо, в журнале вычитал. Говорят, изумительно полезно при беременности.
– Конечно, Володя, непременно заявимся, нам с Василисой особенно полезно будет такое лакомство откушать, – съязвила Люся. – А то мы уж всякую надежду потеряли…
Нет, ей даже нравилась такая забота зятя, но все же частенько Вовчик перебарщивал.
– Придем, Володя, конечно, придем, – светло улыбнулась Василиса. – Завтра как раз моя очередь обед готовить.
И все же Василиса обещала зря.
Впервые за последнюю неделю ее разбудил не сладкий голос осточертевшего будильника, а обычный звонок в дверь. Сразу же раздался грозный лай Малыша – черный терьер сообщал всем, что к хозяйкам кто-то заявился с ранним визитом. Вася было вскочила, но вспомнила, что Люсина кровать стоит ближе к прихожей, и плюхнулась обратно. Люся тоже не торопилась. Она до последнего надеялась, что подруга не выдержит, побежит к двери, а там, может быть, и с Малышом прогуляется. Но Василиса терпеливо сопела в подушку, а Малыш и вовсе распоясался – стал тыкаться мордой под одеяло к хозяйке, то есть будить ее, заодно облизал все лицо и даже притащил в кровать изжеванного тряпичного зайца. Заяц был последней каплей.
– Да встаю я, встаю… – бурчала Люся, напяливая тапки. – Между прочим, Васенька, могла бы и ты хоть раз открыть. Вася!!! И хватит притворяться!! Думаешь, я не вижу, что ты проснулась?!! Все время я да я!!