Курсы кройки и житья

– Нет, ну ты посмотри, что делается! – расстраивалась мама. – Ну ведь… Ну что же делать? Это ж… Уволят! Это… Ну что ж, придется ехать… Доченька, если ты чего заметишь, если кто на тебя начнет смотреть такими… знаешь, такими маслеными глазами, так ты сразу…

Но все чуть не испортила тетя Даша.

– Марья! Успокойся! Я все решила! Мы поедем с ней!

– Что?! – вытаращилась Ольга. – Вы?!

– А что такого? – невозмутимо уставилась на нее тетя Даша. – Нам тоже жутко интересно… все эти ваши… слеты.

Заметно оживилась и тетя Наталья. И только мама не могла решить, можно ли внедряться в молодежную среду, когда тебя не звали? Все же сказывалось педагогическое образование.

– Девочки! Это будет чудесное время! – мечтательно закатила глазки к небу Наталья Андреевна. – Это… это будет такое!

– Вы ж говорили, разврат! – не удержалась Ольга.

Тетя Наташа крякнула, поправила кусок отвалившейся овсяной маски и хмыкнула:

– Дитя мое, поверь, нас уже ничто не испугает. Даже самый дикий разврат!

– Да, девочка, мы обязательно должны быть там, – мудро качнула головой тетя Даша, и у нее откуда-то тут же появилось прекрасное настроение. – Да не бойся ты, Лелька! Мы всех хахалей на этом слете в одну шеренгу выстроим!

В этом Ольга нисколько не сомневалась, им бы только строить!

Мама растерянно развела руками:

– Вот так, дочь моя… остается только радоваться, что в трудную минуту ты не одна.

Но Ольга радоваться не спешила. Она все же поедет на открытие. И уж конечно, без сопровождения!

Весь вечер дамы шушукались и перебирали тряпки, однако ж лишнее слово Ольге боялись сказать – в глубине души они понимали, что особенного восторга их идея у Ольга не вызвала. И все же тетя Наташа допустила непростительную оплошность:

– Оленька, девочка, а в каком месте вы решил устроить это сборище?

Оленька невинно заморгала глазками и беспечно пожала плечами:

– Нам об этом скажут только завтра на работе.

– Как? – всполошились тетушки. – Но ведь ты сказала, что уезжаем завтра! Какая же работа?

Ольга постаралась объяснить:

– Завтра у нас будет укороченный день – вы же сами понимаете, нельзя бросать работу в конце трудовой недели! А потом нас отпустят домой, чтобы мы могли собраться и… и скажут, где и когда нас будут ждать автобусы.

– Боже мой! – закатила глаза тетя Наташа. – Как в старые добрые времена – автобусы! Помню, у нас романы начинались прямо в транспорте! Главное – надо было успеть сесть с симпатичным мальчиком, и уж за время поездки…

– Наталья! Прекрати свои эротические воспоминания! – рявкнула тетя Даша. – И учти – если сейчас ты кинешься занимать место рядом с самым симпатичным мальчиком…

– Ты бы, Ольга, предупредила своих, что не одна едешь, – не особенно обращала внимание на окрики сестры тетя Наташа. – А то… еще чего доброго нам мест не хватит. Я помню, у нас тоже такой случай был – с одной девицей одна бестолковая мамаша решилась отправиться, так ее просто не пустили. Так что ты заранее побеспокойся.

Ольга только прилежно кивнула головой.

Вечером ее даже пустили на улицу – погулять до девяти часов. Пусть девочка с друзьями пообщается, все же на три дня уезжает. Да и Толику этому своему скажет, что… что ей не до него будет. А то – надо же! Знакомиться он не хочет! Или это она не хочет его знакомить?.. Ну неважно, все равно пусть парень помучается.

Толик Ольгу ждал, как обычно, возле кинотеатра.

– Ну и как? Едешь? – сразу же спросил он.

– Кажется, еду… – весело ответила Ольга. – Ты себе не представляешь, что мне пришлось пережить! Они решили, что им тоже надо ехать! Чтобы уберечь меня от дурного влияния.

– Ну совсем уже! – вытаращился Толик. – Ты им скажи – пусть дурью-то не маются, я про них с Мишкиными не договаривался.

Ольга фыркнула:

– Да никуда они не поедут! Я просто тебе рассказываю, что они волнуются. Их же тоже можно понять!

– Да уж… пока мы их понимать будем, все открытия закроются, – мотнул головой Толик. – Оль, поехали сейчас к моим, мне надо сумку забрать.

Толик тоже жил отдельно от родителей. У него была своя небольшая квартирка, которая перешла ему от какой-то бабушки, как он утверждал. И, конечно, Ольге было бы совсем неплохо переселиться именно к нему, но… парень ее не приглашал, а сама она навязываться стеснялась. И вот сейчас надо было съездить в родительский дом Толика за сумкой.

– А твои… они тебя сразу отпустили? – отчего-то спросила Ольга.

– Ха! Да они у меня, знаешь, какие мировые! У них отродясь этого старческого маразма в голове не водилось. Молодняк понимают на все сто! Вот я тебя как раз с ними и познакомлю, поехали!

Родители у Толика встретили «молодняк» весьма приветливо.

– Толик! Ты уже два дня носа не показывал, не стыдно? – равнодушно спросила моложавая красивая женщина. – Ужинать будете?

– Не, мам, – чмокнул мать в щеку Толик. – Мы на минутку. Кстати, знакомься – это Оля.

Женщина вежливо улыбнулась и заторопилась в комнату. И уже оттуда Ольга услышала:

– Максим, выйди, там Толик приехал. Хоть поздоровайся с сыном.

– А что, сын сам не может подойти поздороваться? – пробубнил кто-то басом.

– Он не один, он с девушкой.

– С Таней? Или как ее… с Викой? – спросил все тот же голос, потом раздался диванный скрип и новое ворчанье: – Госсподи, у него этих девушек… каждый день меняет, а времени на отца у него нет…

Хорошо, что Толик рылся в шкафу – искал сумку, а то Ольга просто не знала, куда девать глаза. И все же она решила слишком по этому поводу не расстраиваться. Ну да, ну были у Толика подруги, так ведь и у нее были друзья. И даже очень близкие, что ж такого?

В это время из комнаты вышел грузный мужчина, одетый в довольно дорогой домашний костюм:

– Привет, сын… Здравствуйте, прекрасная незнакомка… Толик, а ты чего роешься-то? Ищешь чего-то?

– Па, у меня сумка такая была, здоровая, не видел? Да, привет, пап, – озабоченно проговорил Толик. – Так ты сумку не брал?

Отец помотал головой и снова удалился в комнату. Толик все еще искал, а из комнаты вдруг раздалось тягучее нытье, как будто кто-то нещадно тянул кошку за хвост. Ольга напряглась.

– Ты чего? – обернулся к ней Толик. – Не бойся, это мама так поет. Она жутко любит петь, когда ее не просят… Блин, ну где же сумка?! Ладно, поедем, я себе новую куплю.

Они вышли из дома, и их никто так и не вышел проводить.

– А ты чего родителям не сказал, что уходишь? – спросила Ольга. – Они же волноваться будут, еще обидятся.

– С чего бы это? – вытаращился Толик. – Они же видели – я приехал, поздоровался… Чего тысячу раз глаза мозолить? Слушай, поедем в ночной магазин, там сумки есть, я видел.

Ольга хотела было напомнить, что ее отпустили совсем ненадолго, но… Чего уж прямо – ненадолго! Ее ровесники уже вовсю живут своей полноценной жизнью, а она и гулять-то выходит только в детское время! Ничего страшного, если она задержится, не маленькая уже!

Они купили сумку. Потом еще съездили к набережной, проехались по ночному городу, и уже ближе к двенадцати Ольга пришла домой.

Ее благородное семейство вывалило в прихожую в полном составе – встречать припозднившуюся дочь и племянницу.

– Ну и что ты себе позволяешь? – начала маменька на правах родительницы. – Мы тебя до скольких отпускали? Ты во сколько должна была вернуться?

– А я не помню, – наивно захлопала ресницами Ольга. – Мам, а чего вы не спите-то? Завтра будете весь день носом клевать.

– Мы переживали! – взвизгнула тетя Наташа. – Ты даже не удосужилась позвонить! А мы! Мы не могли уснуть! Я места себе не находила! Я… я сбросила лишних полкило! То есть совсем даже не лишних, они мне были нужны… в некоторых местах. А ты!

Ольга поджала губы. Ссориться не хотелось, а то бы она спросила у тетушки – и как же той спалось раньше, все двадцать с лишним лет, когда они спокойно проживали только с маменькой? Но она промолчала.

– Нет, ты на нее погляди! – вскинулась и тетя Даша. – Опять тихой сапой в кровать нырнет, а мы тут думай всю ночь, чем это они занимались там в такое время! Ольга! Немедленно ответь, что ты…

– Теть Даша, будешь кричать, я завтра вас с собой не возьму, – просто проговорила Ольга.

– А не возьмешь – у меня, например, тут же случится инфаркт, ты же знаешь, – ответила за сестру тетя Наташа. – Дарья, закрой рот, Оля пошутила.

– Нет, ну… такие шуточки… – не могла прийти в себя тетя Даша. – Ольга! Немедленно в кровать! И чтобы мне… спала на полном серьезе! Ты на нее посмотри – она еще и шутит!

Дверь за Ольгой закрылась, девчонка укладывалась спать. Сестрицы тоже расправили постели и улеглись, только уснуть смогли не сразу, их терзали муки совести – это как же они умудрились выпустить из рук такую сложную вещь, как воспитание.

Наверное, больше всех страдала Дарья Андреевна. Во всяком случае, ворочалась она больше всех, и ее вздохи напоминали коровье мычание.

Да и как было не мучиться! Это же она была в ответе за всю их семью. Один раз она уже упустила Машу, а теперь вот по стопам матери уверенно шагает Ольга! Ну что за молодежь нынче пошла! Никаких тебе увлечений, никаких интересов! Вот Дарья, например, в свое время… Она ж все время отдавала учебе! Ну пусть она в этой самой учебе никогда звезд с неба не хватала… прямо скажем, больше тройки ее дневники не видели… но зато какая она была активистка! И металлолом собирала, и макулатуру, и на поля ездила укроп дергать, и тимуровское движение возглавляла, была даже старостой класса! А помимо этого коллекционировала газетные вырезки про автомобили! И это помогло ей в выборе профессии! Она потом устроилась диспетчером в автоколонну! Полная, насыщенная жизнь! И сестер своих она всегда этому учила! Вот Маша – та всегда хорошо училась, писала всем сочинения по литературе и тоже собирала газетные вырезки, про всякие прически. Глупое занятие, конечно, но… но зато на парикмахерскую в их семье никогда не тратились – стригла Машенька. Маша даже хотела посвятить парикмахерскому искусству всю жизнь, но опять же Даша впихнула в ее беспутную головушку идею о том, что учитель куда как почетнее. И вот ведь – Марья до сих пор уважаемый учитель и все еще возится с учениками, прости господи… А Наталья? Наталья же… Да, а что Наталья?

– Наташ! – вдруг окликнула сестру Дарья Андреевна. – Наталья, ты чего в детстве-то собирала, я не помню?

– Чего собирала? – не сразу сообразила Наталья Андреевна.

– Чего ты коллекционировала? – спросила Дарья Андреевна. – Мы с Машей вырезки собирали, а ты чего? Ты ж вроде бы тоже… чего-то там копила? У тебя еще была такая железная коробочка из-под чая… чего там было-то?

– Она собирала любовные записки, – за сестру ответила Марья Андреевна. – И никому не давала читать.

– Да! У меня была коллекция любовных записок! – гордо поддакнула Наталья Андреевна. – Я ж вам показывала, ты что, Даша, не помнишь?

– Ну как же, помню… – прокряхтела Дарья Андреевна. – Эдакая богатая коллекция из двух записок. И то одну ты у соседки по парте сперла, а другую сама себе написала.

– Ну что ты придумываешь?! – вскинулась Наталья Андреевна. – Там была записка от Сашки Архипова, от Вадика Семенова… Между прочим, Вадик теперь стал видным отоларингологом.

– Знать бы еще, что это такое… – проворчала Дарья Андреевна и добавила: – Я это к тому, что у наших детей вообще нет никаких увлечений! Вот что Ольга наша собирает? Хоть бы фантики какие-то коллекционировала, сейчас же столько конфет в красивых обертках!

– Даша, Лёльке уже двадцать пять, ну какие фантики? – напомнила Марья Андреевна. – У меня даже школьники уже на них не реагируют.

– Твои школьники, Маша! – вскипела Дарья Андреевна. – Знаю я, на что они реагируют! Фантики! Чему вы их только учите?! Это ж надо!

– Да уж, – фыркнула Наталья. – Помнишь, Маш, ты рассказывала, что девочку-пятиклассницу не выбрали мисс класса только потому, что у нее грудь маленькая!

– Но потом-то выбрали! – не согласилась Марья Андреевна. – Учителя вмешались, и выбрали!

– Нет, девочки… нам надо смотреть в оба глаза, – еще раз шумно вздохнула Дарья Андреевна. – Прямо-таки в оба! Во все шесть!

– Слава богу, у Ольги с грудью полный порядок… – тоже вздохнула Наталья Андреевна, и сестры угомонились.

Утром Ольга встала, как на работу – в восемь. На кухне уже крутилась тетя Даша и кормила своих работниц, Ольгу и мать, отваренными сосисками и макаронами.

– Ольга, обязательно съешь полную тарелку, – приговаривала она, не уставая подкладывать длинные макаронины в тарелку племянницы. – Я вчера по телевизору видела, что сосиски – самое питательное кушанье. Так что…

– Даша, ты все перепутала, – вздыхала мама. – Сосиски – не очень-то здоровая еда. К тому же там почти нет настоящего мяса.

– А я и говорю – полезно, значит! – тетю Дашу невозможно было чем-то смутить. – Мяса нет, а вид мясной! А мясо – оно же самый вредный продукт! Ты только подумай, что мы едим, поглощая тушу какой-нибудь… какой-нибудь свиньи! Ты, Маша, видела, что они едят? Да эти животные… да что там! Я видела, что воробьи и вовсе копаются в навозе! Да в этом навозе кто только не копается! И птицы, и жуки всякие, вот так посмотришь…

– Даша! Мы же за столом! – не выдержала Мария Андреевна. – И потом – мы же не едим воробьев!

– Если вы едите свинью, то и до воробышков недалеко, – парировала тетушка. – Ольга! Ну макароны-то ешь! Там ни навоза, ни воробьев!

Ольга выскочила из-за стола, прихватила сумочку с самым необходимым и поспешила в прихожую.

– Ты что – так и собираешься в офис? – ужаснулась тетя Наташа, заметив, что на Ольге не ее обычный костюм, а джинсы с красивой вязаной кофтой. – Где твой стиль? Так же можно только на дачу! Немедленно переоденься, не позорь фамилию Крутковых! У тебя же была такая… юбочка коротенькая, надень! Слава богу, у тебя еще не совсем кривые ноги!

Юбочка в Ольгины планы никак не вписывалась. В сумочке у нее была косметика, сотовый телефон, кошелек с деньгами и даже тщательно сложенное платье, но вот больше никаких нарядов она туда затолкать просто не смогла. А как же в доме отдыха без джинсов и кофты?

– Тетя Наташа, я должна быть разной, – упрямо мотнула головой Ольга, застегивая сапоги. И для верности кивнула на окно. – Там не сосед через балкон лезет? Что-то мне кажется, я его сапоги вижу…

Такой случай однажды имел место быть. Сосед потерял ключи от квартиры и, чтобы добраться к себе, методично перелезал с балкона на балкон. И как-то все жители к этому отнеслись с пониманием, но только не Ольгины тетушки. Женщины подняли такой визг, что бедняге впору было самому скинуться с пятого этажа. Однако он не скидывался. Тогда дамы начали его тыкать шваброй и долбить веником по плешивой головушке. Сосед матерился, но продолжал упрямо ползти наверх, обещая передушить противных теток, как только встанет на твердую землю. Несчастному дядьке помогли спасатели, но с того времени сосед всякий раз, завидев почтенных дам, поливал их отборными ругательствами и через соседний балкон показывал кукиши.

Сейчас же, при напоминании о негодяе, все семейство Крутковых ринулось к балкону, напрочь забыв про Ольгу.

– Мам, я пошла! – крикнула та и стремглав выскочила из дома.

К Ирине она добралась сама, без своего верного Толика.

– Ну наконец-то! – встретила ее подруга в дверях. – Мы уже все собрались, тебя ждем. Ну и как ты – отпросилась? Твои ничего не сказали?

Ольга махнула рукой:

– Потом расскажу… Мне надо будет еще позвонить через часик, напомнишь?

– Ольга! – заслышав ее голос, вышел из дверей Толик. – Ну что, теперь едем? Уже все в сборе.

– Странно… – пожала плечиками Танечка. – А говорила, что тебя не отпустят. Антон! Ну куда ты пялишься все время? Оль, а ты чего – так прямо и поедешь? И чего, даже туфли с собой не взяла?

Ольга охнула. И в самом деле – она упаковала платье, а вот туфли… их она забыла. Ну не будет же она щеголять в вечернем платье и в этих сапожках! Они, конечно, жутко красивые, Ольга на них угробила половину зарплаты – такие замшевые, светлые, мягкие, но совсем без каблуков… С джинсами и курточкой они смотрелись изумительно, но вот под нарядное платье не шли никак.

– Ой… а я… я не взяла туфли… – растерялась Ольга. – А давайте ко мне заскочим, а?

– Ну-у-у, это еще на час! – завопили друзья. – Ничего, и так сойдет.

– Вот ты, Оленька, какая у меня безголовая, ну что ты будешь делать! Прямо ужас сплошной, – ворчал Толик. – А ведь я тебе говорил вчера вечером – собери все, чтобы потом…

– Оль, а тебе в этих сапожках вообще классно, – подмигнул Антон. – Ты такая маленькая… так и хочется защитить.

– Можно подумать, на нее кто-то тут нападает! – фыркнула Танечка. – И вообще, Антон, ты бы лучше меня защищал, рыцарь хренов!

– Девочки! Ну мы едем?! – верещала Ирка. – Антон! Хватай уже свою Таньку, а то она сейчас вскипит! Леша! Ну куда ты мою сумку задевал?!