- -
- 100%
- +
Не успел Честер в который раз привести себя в чувства, как услышал скользкий и тонкий мужской голос за спиной:
– Мистер Флэнтон, здравствуйте! – высокий, сутулый мужчина с большой горбинкой на носу мчался в сторону Честера с другого конца зала, держа перед собой вытянутую руку для приветствия.
Честер растерялся. Его удивило, что явно незнакомый ему человек узнал его с такого расстояния в достаточно людном зале.
– Мистер Флэнтон, – пытаясь отдышаться, мужчина крепко пожал руку Честеру. – Меня зовут Барни Нул.
Он сделал паузу. И, увидев, что кроме ожидания и смятения на лице Честера ничего не появилось, продолжил:
– Я лечащий врач Вашей жены…
– Но… – попытался перебить мигом проснувшийся Честер.
– Не стоит беспокоиться, – продолжил врач, явно ожидая такой реакции, – всё в порядке, я Вам сейчас всё объясню. Пойдемте присядем.
Он взял Честера под руку и потащил в сторону кресел.
– Эээ… – Честеру не удавалось вставить ни слова.
– Видите ли, – подведя Честера к креслам, врач потянул его вниз так, что тот мигом оказался в сидячем положении, – мистер Дертон, к моему величайшему сожалению, приболел так сильно, что не смог сегодня прийти на работу. Да и ближайшие дни, думаю, не сможет.
Мистер Нул сделал паузу для вопроса, который тотчас последовал.
– Что-то серьезное? – испугался Честер.
Они знали мистера Дертена уже много лет, и он очень нравился всей их семье.
– Нет, нет, что Вы! – воскликнул мистер Нул. – Думаю, что за несколько дней доктор придет в себя. По секрету между нами, – он наклонился к самому уху Честера и прошептал, – у него, по всей вероятности, кишечный грипп, со всеми вытекающими последствиями, – доктор отпрянул и подмигнул Честеру, явно намекая на не самые приятные последствия этой болезни.
– Ах, простите, конечно, я понимаю, – Честеру стало неловко.
– С каждым может случиться, – улыбнулся доктор и сразу продолжил. – Что касается Вашей жены… – он посмотрел на Честера, как бы проверяя, внимательно ли тот его слушает. – С ней всё в порядке. Клара хорошо себя чувствует, передает Вам привет и уже готовится к операции.
– Что?
– Вы успокойтесь, стандартное кесарево сечение, ничего необычного, – доктор придержал Честера за плечо, чтоб тот не вскочил. – Вам наверно интересно узнать почему поменялись планы? – Честер кивнул, даже не стараясь что-то сказать. Доктор опустил глаза. – Здесь все немного сложнее. Видите ли, в природе всё устроено очень сложно и не всегда справедливо. В дикой природе выживает сильнейший. Как правило, в стае остаются лишь те, кто достаточно силен и здоров, чтобы продолжать жить и размножаться. Подобное правило иногда работает и в мире людей. Естественный отбор, так сказать.
– Что Вы сейчас имеете в виду? – еле слышно сказал Честер.
– К моему глубочайшему сожалению, во время развития двух плодов в одной утробе произошел гормональный сбой, что повредило некоторые функции одного плода. Пока это лишь наше врачебное предположение по результатам обследований. Более точно можно будет сказать после операции. Одно известно наверняка – один плод прекратил свое развитие уже достаточно давно. В результате ошибки Вам об этом не сообщили. Поэтому сейчас требуется кесарево сечение, ради безопасности Вашей жены и дочери.
Честер сглотнул. Он не знал, что сказать, и стоило ли вообще что-то говорить.
Доктор дал мистеру Флэнтону немного времени осознать информацию и продолжил.
– Ваша жена чувствует себя хорошо, она очень сильная женщина и достаточно спокойно перенесла это ужасное известие. К сожалению, пока вам нельзя её увидеть, но обещаю, как только всё закончится, я лично распоряжусь, чтобы Вам позвонили и сообщили. Она очень хотела Вам позвонить, но я пообещал ей, что сообщу всё лично. Для этого, собственно, я и пришел.
Честер кивал, особо не разбирая слов. Ему очень хотелось поддержать жену, быть сейчас рядом. Если ему тяжело, то каково же тогда ей?!
– …у Вашей жены уже достаточный срок, поэтому откладывать операцию нет смысла, – продолжал доктор. – Кесарево сечение назначено на сегодня на 15:00. У нас очень опытная команда хирургов. Несмотря на смелость, Вашей жене всё же дали легкое успокоительное. Так что не переживайте. Я попрошу медсестру выписать успокоительное и Вам, после чего отправляйтесь домой и отдыхайте, – заметив долю сопротивления на лице мистера Флэнтона доктор добавил. – Поверьте, Вы будете гораздо нужнее своей жене, когда всё закончится. И вряд ли ей помогут ваши трясущиеся руки.
– Да, сэр, пожалуй, Вы правы, – тихо проговорил Честер, стыдясь сжав руки вместе.
В голове был целый рой мыслей, и он просто не мог понять, с чего ему стоит начать. Даже сжимание рук не помогло сдержать дрожь, голова кружилась, Честера немного мутило. Видимо, ему действительно было не обойтись без успокоительного. Ведь доктор прав, он как никогду будет нужен Кларе в полном спокойствии.
– Вот и молодец. Синти, выдай этому мистеру порцию успокоительного, – крикнул мистер Нул через весь зал медсестре у стойки.
Медсестра кивнула, сразу сообразив, о чем идет речь. Видимо, по Честеру это было видно даже на таком расстоянии.
Мистер Нул встал, за ним последовал и мистер Флэнтон.
Доктор снова взял Честера под руку и тихо прошептал:
– Еще один совет Вам, мой друг: попытайтесь убедить свою жену, что ей не следует видеть плод, который прекратил развитие.
– Но… – попытался было возмутиться Честер.
– Послушайте, Честер, я не просто так называю его «плод». Это не ваш ребенок, он давно уже не развивается. Это плод, который, к моему огромному сожалению, не смог выжить. В моей практике это далеко не первый случай и, уж поверьте, когда матери всё-таки добиваются встречи с «нерожденным ребенком», как сами его и называют, это заканчивается весьма плачевно. Однако, вряд ли миссис Флэнтон будет слушать врачей. Очень важно чтобы и Вы придерживались нашего мнения и повлияли на супругу. Я, в свою очередь, предоставлю все документы об обследованиях и утилизации.
– Да, конечно, сэр, я Вас прекрасно понимаю, – закивал Честер. – Думаю Вы правы, так, наверное, будет лучше для нее… для нас…
Доктор похлопал Честера по плечу, попрощался и поспешил к лифту.
Честер еще немного постоял, пытаясь собрать мысли в кучу. Было ощущение, что это какой-то страшный сон, что всё не по-настоящему, не с ним. Как там его жена? А дети? Точнее ребенок, девочка. У него теперь будет дочка. Как сказать Рику? Почему всё в одно время: и плод, и операция, да еще и мистер Дертон. Мистер Нул был весьма галантен, сопереживал, подбадривал, однако, у Честера почему-то не возникло к нему никакого доверия.
– Мистер Флэнтон!
Честер вздрогнул и увидел перед собой медсестру
– Мистер Флэнтон, вот Ваше успокоительное и снотворное, на всякий случай. Держитесь, сэр, – она передала Честеру два пузырька с таблетками, страдальчески улыбнулась и ушла.
Честер вышел на улицу. Он сразу выпил две таблетки успокоительного поэтому ему казалось, что чувствует он себя лучше.
Жара уже не имела никакого значения. Меньше всего Честеру сейчас хотелось возвращаться домой. На часах был почти полдень, до операции еще пару часов и он не сможет что-то делать, пока не узнает, что все прошло хорошо. С другой стороны, когда все закончится, ему нужно будет быть рядом с Кларой и нельзя допустить, чтобы она видела его таким. Поэтому Честер собрал все свои силы и решил сделать всё, чтобы через пару часов выглядеть свежим. Он приехал домой, принял душ и поменял одежду. Ему даже удалось задремать, под убаюкивающий шум кондиционера и крики детей, доносившиеся с заднего двора.
***
– Мистер Флэнтон? – раздался звонкий голос в телефоне, который с третьего раза разбудил Честера.
Честер кивнул, потом опомнился, что это звонок и хриплым голосом проговорил «Да». Сил отвечать у него не было, хотя казалось, что он проспал целую вечность. Голова была мутная, то ли от обеденного сна, то ли от таблеток успокоительного, то ли от невыносимой жары, от которой не спасал даже кондиционер. Честер широко раскрыл глаза, чтоб поскорее проснуться. Он взглянул на часы: 18:00.
– Мистер Флэнтон, – выдержав паузу, чтобы дать собеседнику прийти в себя, уже утвердительно повторила медсестра, – рада Вам сообщить, что операция прошла успешно. Обе Ваши девочки здоровы. Вы можете их навестить, – в трубке звучал приятный голос.
Честер кое-как промямлил «спасибо» и положил трубку. Секунду он медлил. В его голове промелькнула мысль: «Почему обе девочки? Должны быть мальчик и девочка». Но Честер не придал ей никакого значения. Он вскочил и быстрым шагом проследовал к выходу. В коридоре Честер понял, что хорошо бы сначала посмотреть, как он выглядит. Увидев свое отражение Честер был в шоке, но видимо таблетки все еще действовали, потому что он очень быстро пришел в себя и заодно привел в нормальное состояние свой внешний вид. И только сейчас, возможно, от вида своего осунувшегося лица, до Честера дошел смысл фразы: «Ваши девочки». Это же Эмма и их новорожденная дочь – Шарлотта. Честер понял, что надежда исчезла. Он до последнего верил и ждал чуда. Он думал, что ему все приснилось и ребенок будет не один. Но, увы, реальность порой не такая, как нам хотелось бы.
С тяжелым вздохом, похожим на стон, Честер еще раз посмотрел в зеркало. Он понимал, что сейчас точно не время раскисать. Честер сделал несколько глубоких вдохов и, полностью собравшись с мыслями, он позвонил Эмме, предупредить, что Рик еще немного погостит у них, скорее всего даже останется на ночь. Из-за спешки его голос звучал вполне обычно. Он не стал вдаваться в подробности, да и Эмма на этом не настаивала. Её совсем не нагружала забота за двумя мальчишками, она скорее была этому рада.
Через полчаса он, с огромным букетом ромашек и хризантем (любимых цветов Клары), уже стоял у стойки дежурной медсестры. Он был спокоен. Таблетки и сон сделали свое дело.
Медсестра сейчас была гораздо приятнее и радушно подсказала, как Честер может найти свою супругу. Какое-то время он скитался из одного крыла роддома в другое, так как номер палаты, это очень мало для человека, который не так часто сюда приходит. Найдя, наконец, нужный номер, не без помощи проходящих врачей, Честер без стука вломился в палату. Увидев Клару, он едва сдержал слезы. В этот момент для него она выглядела самой очаровательной женщиной на свете. Он понимал, что теперь слабой будет его жена, а ему изо всех сил придется держаться, быть сильнее.
Он подошел к кровати жены. Клара спала и Честер ни за что не хотел её разбудить. Он беззвучно присел на гостевой диванчик, положил букет рядом и просто уставился в одну точку. Какое-то время он просидел так, боясь шевельнуться. Честер старался придумать, что скажет жене, как сможет помочь или успокоить.
На улице уже стемнело, когда Клара открыла глаза.
– Честер? – тихо произнесла Клара.
– Да, дорогая, я здесь, – он мигом оказался у её кровати и взял за руку жену, не давая ей подниматься. – Отдыхай, набирайся сил.
– Да, плюсы операци конечно в том, что у меня есть время напоследок выспаться, не то что было с Риком, – улыбнулась Клара. – Хотя, состояние сейчас отвратительное.
– Даже не могу себе этого представить, – соболезновал Честер.
Никто из них не решался поднимать болезненную тему. Но Честер понимал, что лучше обсудить всё сейчас и забыть, как страшный сон. Чем дольше они с этим затянут, тем дольше это невыносимая боль будет разъедать их обоих изнутри.
– Как всё прошло? – аккуратно начал он.
– В целом неплохо, – вздохнула Клара, понимая, что не сможет игнорировать нерешенный вопрос вечно. – Правда, мне сделали общий наркоз, ссылаясь на мое состояние. Хотя я была в порядке, но врачи настояли. Спорить я не стала, да и смысла в той ситуации особо не было. Зато я ничего не чувствовала, спала как младенец. Сейчас шов уже начинает болеть, но терпимо, надеюсь мне принесут местное обезболивающее, – она улыбнулась. – Шарлотту я еще не видела. Думаю, врачи ждут, когда я окрепну. Нужно позвать медсестру, может она разрешит посмотреть на малютку пока ты здесь.
Честер понял, что Клара избегает главного вопроса, да и сам он не знал, как к нему приступить, и с готовностью воспользовался поводом уйти от этой темы. Он сходил к медсестрам и попросил по возможности принести дочку в палату к жене. Услышав, что это возможно, но немного позже, он вернулся к супруге.
Клара лежала, разглядывая потолок. Они просидели какое-то время в полной тишине, когда Честер решил предпринять вторую попытку.
– А как врач? Ты не сильно расстроилась, что он поменялся?
– Сначала я очень расстроилась, но потом, сам понимаешь, было не до этого, – Клара прикусила губу.
Честер сильнее сжал её руку.
– Нам нужно обсудить это сейчас, – нежно сказал он. Голос его немного дрожал. – Ничего не исправить, нам нужно жить дальше. И чудесно жить, ведь у нас уже двое прекрасных деток.
– Я знаю, милый, – по вискам Клары потекли слезы, но, благодаря успокоительным, она выглядела вполне вменяемой. Глаза, наполненные слезами до краев, казались очень уставшими.
– Тебе говорили, что нам лучше не видеть… плод? – спросил Честер, последовав совету врача не называть неродившегося ребенка «ребенком».
– Ребенка! – вспыхнула Клара. Она понимала, что напрягаться ей сейчас нельзя, ведь шов совсем свежий. У нее хватило сил взять себя в руки. – Нам лучше не видеть нашего мертвого ребенка. Ты это имел в виду? – уже спокойнее добавила она.
– Дорогая… – начал было Честер.
– Я всё понимаю, мне всё объяснили. Но я мать. Я не могу так просто поверить в этот ужас. Тем более перед самой операцией я явно ощутила, что во мне двигалось двое детей. Понимаешь? Я чувствовала их в себе, живых и подвижных. Это нельзя ни с чем перепутать. Невозможно не понять, что во мне живет лишь один ребенок. Понимаешь? – Клара постепенно повышало голос. – Я была беременна Риком, я помню это, будто это было вчера. И сейчас было не то же самое. Двое детей чувствуются иначе. Слышишь! Я чувствовала эту разницу.
Клара замолчала, поняв, что нужно успокоиться, хотя бы ради молока, которое еще понадобится их малышке. Слёзы градом стекали по её вискам, заливая подушку, попадая в уши. Но она не замечала ничего, кроме, кажется, собственного горя. Взгляд её был потухший и злой одновременно.
Честер опустил глаза. Он не знал, что сказать супруге. Он бы хотел поддержать её, но понимал, что она сейчас не в том состоянии, чтобы адекватно воспринимать поддержку и сострадание. Стресс дал о себе знать. Сам он ничего не смыслил в том, что чувствуют женщины при беременности, тем более как ощущается разница при беременности двойней. Ему было достаточно информации от врачей, чтобы в его голове не появилось ни капли сомнения.
– Любимая, послушай, мистер Нул обещал предоставить нам все бумаги с обследований и утилизации…
– Утилизации? Ты с ума сошел, Честер? Это же ребенок! Был ребенок! Его нужно хоронить, – она разрыдалась не договорив. Даже ее сил не хватало, чтобы сдержать в себе эту злость, это чувство несправедливости и эту пронизывающую до костей боль.
Честер крепко обнял жену. Она билась в истерике, всхлипывая на всю палату. На шум очень скоро пришла медсестра. В руке у нее был шприц с успокоительным. Мистер Флэнтон, увидев ее в двери, кивнул, дав понять, что она как раз вовремя.
Сделав укол, медсестра сказала, что Клару с малышкой не выпишут раньше выходных и что мистер Флэнтон может спокойно отправляться домой и готовиться к возвращению своих девочек. Но Честер наотрез отказался. Он поднял все мыслимые и немыслимые связи и смог добиться, чтобы ему разрешили остаться с женой, тем более у них была оплачена эта палата. Здесь имелся маленький гостевой диван, который, хоть и не раскладывался, был пригоден для кое-какого сна.
Пока Клара спала Честер посмотрел все бумаги, так заботливо приготовленные для него мистером Нулом. Самого доктора Честер так и не увидел, как и плод, который отправили в лабораторию срочным рейсом вместе с мистером Нулом, так как доктора уже ждала операция в другом городе.
Особо выбирать не приходилось, поэтому он подписал задним числом все необходимые бумаги и отправился в палату к жене, чтобы быть рядом, когда она проснется.
***
– Что это было, Лан?
– Не понятно. Шен окончательно ушел из контакта, даже с Феном связь прекратил. Фен в растерянности, спектр излучения клиента неравномерный и тусклый. Фен тратит лишнюю энергию.
– Постарайся еще раз связаться с Шеном и следи за состоянием Фена.
***
– Это и есть та, ожидаемая, энергия?– Да.– Мне кажется, оставлять такую силу активной непростительно.– План Офи уже в действии. Думаю, ему удалось как минимум располовинить её.***
Так прошла вся ночь. Честер даже успел немного задремать на диване, но сон его был чуткий и беспокойный. Очередной раз проснувшись, Честер опомнился, что нужно позвонить Вузам, предупредить, что Рик у них задержится еще немного. Он знал, что соседи не будут против, но воспитание не позволяло ему не предупредить их, даже в такой ситуации. Он посмотрел на часы: было 6 утра, значит звонить Вузам домой было рановато. Честер вышел в коридор, побродил туда-сюда минут двадцать и все-таки набрал номер Чака Вуза.
– Алло, – раздался в трубке грубоватый мужской голос.
– Привет, Чак, – как только мог спокойнее проговорил Честер. Ему стоило больших усилий не выдать другу своих эмоций. Он не хотел объяснять то, что произошло по телефону. – Это Честер, – на всякий случай добавил он.
– Да, привет Честер! Можно тебя поздравить?! Что-то для такого события у тебя слишком спокойный голос, – воскликнул Чак. У него явно было прекрасное настроение и от звонка соседа оно только улучшилось.
– Да, спасибо Чак. Всё прошло хорошо, просто я практически не спал всю ночь, валюсь с ног.
– Представляю, дружище, представляю, – сочувствовал Чак. – Помню, когда Эмма рожала Билла я караулил их в больнице двое суток. Тогда еще врач попался совсем не в себе, никак не хотел меня впускать. Хорошо хоть с погодой повезло, и я мог страдать от бесконечного ожидания не только в коридоре, но и иногда ходить на прогулку вокруг больницы, – смеялся Чак. Он мог часами радоваться и улыбаться, вспоминая что-нибудь из своей жизни, что казалось забавным только ему.
– Да, да, Чак, помню, ты рассказывал. Интересно тогда получилось с тем доктором, – Честер постарался говорить более оживленно. – У нас всё прошло без подобных казусов, однако выписать Клару пока не могут, сказали, нужно наблюдать …малышей, – запнулся Честер.
– О, у них вечно какие-то обследования, осмотры. Помню, когда меня положили в больницу с аппендицитом… – начал было Чак
– Я, собственно, хотел попросить вас присмотреть за Риком еще день или два, – перебил соседа Честер, у него просто не было сил быть вежливым.
– Да, без проблем, дружище! – обрадовался Чак. – Мальчишкам очень весело вдвоем, дома они ведут себя очень тихо, так что не беспокойся! Передавай привет Кларе и своим малышам!
– Да, конечно, Чак, – проговорил Честер. – Передай Рику, что если что-то нужно, он может звонить прямо в больницу, меня позовут. Я не взял с собой зарядку от мобильного, и он скоро сядет. И ещё, не мог бы ты передать, что мы очень любим его.
– Конечно! Беги уже к своим, не буду тебя задерживать, – Чак, видимо, понял, что ни сил, ни желания с ним говорить у Честера не было.
– Спасибо, друг, спасибо, – из последних сил проговорил Честер и положил трубку. Выдался не самый легкий для него разговор, но, всё же, прошел он неплохо. С облегчением Честер поплелся к палате жены.
Снотворное Честер принимать не стал, так как боялся пропустить пробуждение Клары, поэтому нормально поспать ему так и не удалось. Да и диван для этого был максимально неудобный. Через несколько часов ворчанья и кряхтения, с мимолетным успехом дремы, он все таки решил встать. Честер сходил за кофе к автомату на первом этаже и вернулся в палату. Какое-то время он просто сидел на диване, глядя на свою жену. Плакать сил больше не было, да и у них же родилась здоровая дочь, в конце концов. Об этом тоже не стоило забывать. С такими мыслями, не успев выпить кофе, поставленный на столик возле кровати Клары, Честер откинулся на спинку дивана и снова задремал.
***
Дверь палаты открылась бесшумно, но Клара и Честер сразу одновременно открыли глаза. На пороге стояла медсестра и держала в руках конверт.
– Вы уже отдохнули? Я могу оставить Вам дочь? – поинтересовалась она.
Честер вопросительно смотрел на Клару.
– Да, конечно, – проговорила она. Голос у неё был очень тихий, но достаточно спокойный. – Спасибо, – поблагодарила медсестру Клара.
Шарлотту передали в руки Честера, пока Клара не была в состоянии встать.
Девочка была прекрасна! На ее светлой коже ярко выделялись большие черные ресницы, служившие защитой для маленьких глазок. Сразу было видно, что носик у нее будет маленький и аккуратный, как у мамы, так же как и пухлые губки. Шарлотта сладко спала и даже не заметила как оказалась в руках своего папы. Первый раз.
– Она просто чудо, – не удержала слёз, уже от радости, Клара. – Взгляни, Честер, – обратилась она к мужу, – у неё твой подбородок.
Честер улыбался, не веря своему счастью. У него теперь есть дочь. Его маленькая девочка. Здоровая и такая красивая. Он всегда мечтал иметь сына и дочку. И, если первая мечта сбылась уже почти 7 лет назад, то вторая осуществилась только что. У него теперь совершенно точно есть его маленькая принцесса, самая красивая и самая лучшая девочка на свете.
– Рику она точно понравится, – сказал Честер спустя несколько минут.
– Я в этом уверена, – согласилась Клара.
Супруги посмотрели друг на друга. В их глазах читалась бесконечная скорбь вперемежку с невероятной радостью. Они поняли, что как бы ни было больно, и как бы ни хотелось провести это время любуясь их дочкой, им нужно обсудить случившееся горе, чтобы раз и навсегда закрыть эту тему и жить дальше. Честер переложил Шерри в кроватку, любезно привезенную сюда медсестрой.
– Что мы скажем Рику? – начала Клара.
После лекарств и крепкого сна она казалась очень спокойной. Как будто за эти несколько часов она совершенно переродилась и стала сильнее и мужественнее. В какой-то степени, это действительно было так, ведь когда внутри что-то умирает, там обязательно что-то рождается взамен.
– Я думаю, что он уже большой мальчик, чтобы знать правду. В то же время, он еще слишком мал, чтобы осознать, какое это горе. Поэтому стоит рассказать ему всё, как есть. Если хочешь, я поговорю с ним, – поддержал настрой жены Честер.
– Наверное, ты прав, дорогой, – согласилась Клара. – Но тебе не стоит ему ничего говорить, пока мы будем здесь, лучше это сделаю я, когда нас выпишут. Думаю, я смогу.
– Как знаешь, милая.
Клара молча кивнула, чтобы сдержать слёзы.
– Я вот только не могу понять, – немного успокоившись заговорила Клара, – как я могла почувствовать его… Как мне могло показаться, что я чувствую второго ребенка, еще и так отчетливо, – она снова расплакалась.
– Ничего, милая, в тот момент тебе могло показаться что угодно, – обнял жену Честер. – Всё пройдет. Теперь у нас есть Шарлотта, а дома ждет Рик. Они помогут нам справиться с этим.
Они замолчали. Оба понимали, что ради семьи им нужно забыть это как страшный сон и жить дальше. На сколько бы ни кололо в груди, на сколько бы горечь утраты ни палила горло, а чувство несправедливости ни разъедало изнутри. Вопреки всему им предстояло принять это и жить дальше.
Глава 3
Шарлотта росла милой и доброй девочкой. Все, кому доводилось её встретить, в ней души не чаяли. Больше всех Шарлотту любил Рик. Он, казалось, повсюду ходил за сестрой. Каждый день, придя со школы, он первым делом мчался мыть руки (ведь Честер пригрозил, что иначе Рик не сможет дотрагиваться до сестры) и спешил к малышке Шерри.
Как и предполагали родители, потерю брата, которого Рик даже не видел, он пережил спокойно и очень скоро забыл об этом. Самим родителям это далось тяжелее, но Шарлотта была их спасением. Семья Вуз тоже их очень поддерживала, а Билл, как и прежде, составлял компанию Рику и просто обожал сестренку друга.
Такая любовь к этой милой девочке была неудивительна, ведь невозможно было не влюбиться в её большие голубые глаза с длинными ресницами, которые, словно заборчик, защищали её взор от всего плохого в этом мире.
Соседи справа съехали еще до возвращения Клары из роддома. Дом все еще пустовал и Честер подумывал купить его для своих родителей, чтобы они могли помогать Флэнтонам с детьми. Ведь бабушки и дедушки не были исключением в отношении к малютке, и практически каждую неделю готовы были приезжать в гости, чтобы повидаться с внуками. Благо, жили они недалеко.