Перед стеной времени

Могут возникнуть опасения, что спад достигнет такого уровня, на котором перестанет восприниматься как таковой: комфорт заменит счастье, эстетические потребности будут удовлетворяться машинами, красота сделается измеримой. Однако для сравнения останутся если не другие пространства, то другие времена – например, эпоха, запечатлевшаяся в музыке Моцарта. О том, что люди чувствуют некий недостаток, свидетельствует то чрезвычайное удивление, которое они испытывают, когда на их горизонте появляется мудрец.

Впрочем, не только другие времена и пространства, не только исключительные личности указывают человеку нашей культуры на ее упадок. В собственной груди носит он ощущение нехватки чего-то и ищет выхода из строгого порядка, методически завоевывающего мир. Эти рамки давят на человека, словно голые стены тюремной камеры, которые он ощупывает в поисках какой-нибудь щели или хотя бы очертания замурованного окна.

В том, что касается наших рациональных притязаний, от нас можно очень дешево отделаться. Если человек заперт в темной башне и ходит по кругу, трогая каменную кладку, ему нетрудно внушить, будто он соприкасается с бесконечностью. А вот убедить его в том, что он счастлив, не получится. До самого конца, до последнего вздоха будет он хранить представление о чем-то другом, безгранично великом, о потоке света, который освободит и умиротворит его, даже если он никогда не видел солнца и не слышал своего имени.

Когда Гёте решил еще раз увидеть Марианну фон Виллемер, колесо его кареты, едва успевшей покинуть Веймар, раскололось надвое. Он велел поворачивать и навсегда отказался от своей затеи. Тем самым он внял тому, что римлянин назвал бы зловещим предзнаменованием. Из этого не нужно делать вывода о суеверии Гёте, но можно предположить, что происшествие сыграло для него решающую роль в споре «за» и «против».

Подобных указаний военачальники ждали от прорицателей перед боем. В некоторых случаях полководец, считая положение благоприятным, принимал решение, противоречащее полученному предостережению. Это означало, что он доверяет своему стратегическому мышлению больше, чем приметам. И наоборот: сегодняшний командир может не внять доводам начальника штаба, то есть поверить не науке, а своей звезде. В обеих ситуациях речь идет о двух способах восприятия времени. В идеале один и второй не должны противоречить друг другу.

Драматическая трилогия Шиллера «Валленштейн» – яркое отображение астрологического мышления в искусстве. «В твоей груди – судьбы твоей звезда»[27], – говорится в «Пикколомини». Там же мы находим слова «Кто счастлив, для того часы не бьют»[28], «…и по часам размеренная служба»[29].

Сегодня по часам бывает размерена не только служба. Измеримое время, которого всегда в обрез, почти полностью подчинило себе сутки. Только сон со своими видениями ему неподвластен. Многочисленные счетные механизмы сопровождают человека везде, в том числе в увеселительных поездках. Когда он сидит за рулем автомобиля, они указывают ему не только время, но и скорость движения, и количество потребленного топлива.

Сложилась практика страхования, основанная на картине мира, исключающей счастье. Это опасная тенденция. В некоторых странах не встретишь человека, который не был бы многократно застрахован; тем не менее, находясь там, ощущаешь не только досаду, неудовлетворенность, но и непрерывно нарастающее чувство незащищенности. Над воротами этого мира можно было бы написать: «Pas de chance»[30] «Каждый сам кузнец своего счастья», – хорошая пословица, однако мы куем себе не только счастье, но и несчастье, и цепи.

То, что экономическая революция не сделает людей счастливее, было ожидаемо, и ее масштабные эксперименты это продемонстрировали. Критика представляется уместной лишь на фоне тех мессианских обещаний, которые предшествовали переменам. В противном случае можно было бы возразить, что счастье здесь совсем ни при чем, что речь шла о силе и власти, а в этом отношении успех превзошел все ожидания. Возникли целые империи – между прочим, именно за счет потребления счастья. Конечно же, это не утешение для заключенного – видеть, как к тюрьме пристраиваются все новые и новые корпуса. Рано или поздно ему придет в голову, что в камерах этого гигантского узилища должно начаться какое-нибудь движение.

Эта мысль опасна для плана, поскольку угрожает бухгалтерии его хозяев. Отсюда их стремление ограничить революцию рациональным, прежде всего технико-экономическим, сектором и не дать ей распространиться на другие сферы. Те же, кто, как мы наверняка знаем, не пренебрегает экспроприациями, убийствами и присвоением общенародного достояния, выказывают странный консерватизм в отношении перемен, происходящих в мире искусства. Так они прикрывают свое слабое место. Существует язык свободы, он мощнее любых контраргументов и любого технического средства принуждения. Система ему не нужна. Он может звучать только в песне, в мелодии, в танце.

То возрождение астрологии, которое сейчас, на пороге нового, неизвестного года, проявляет себя в потоке гороскопов, свидетельствует не столько о нашей незащищенности, сколько о нашей неудовлетворенности. Так как это чувство проще ощутить, нежели понять, его можно сравнить с болезнью. Однако является ли повышение температуры заболеванием или же лишь болезненным признаком того, что тело пытается восстановить нарушенное равновесие?

Тот факт, что астрология, столь явно противоречащая основному течению эпохи, все же проникла в нашу жизнь, предвещает революцию. Основанная на представлении о врожденной неодинаковости людей, о своеобразии каждой судьбы, астрология не только имеет ненаучную структуру, но и демонстрирует антинивелирующую тенденцию, игнорируя оба основных принципа сегодняшнего мира. Можно предположить, что в будущем недовольство ее противников только усилится.

На революционность процесса указывает и то, что он развивается «снизу». Другие подобные движения либо ограничиваются узким кругом участников, образующих секты, либо, напротив, распространены широко, как физиогномика, однако восходят к тому или иному выдающемуся уму. Астрология отличается от них тем, что говорит о себе «на каждом углу», причем в игровой форме. В этом смысле ее можно назвать модой. Впрочем, мода – это всегда лишь обертка.

С тем, что космос влияет на человека, не спорят даже противники астрологии. Размышления об этом влиянии вводят нас в область изучения рас, народов и племен, а также климатологии и физиологии. От того, на каком градусе широты человек живет, зависит не только его внешность, но и его отношение к морали и праву – об этом говорил еще Паскаль, а вслед за ним и Стендаль. Даже внутри маленького народа люди делятся на северян и южан.

Точка зрения, согласно которой формирующее значение имеет не только место, но и время рождения человека, признается не столь широко. Тем не менее, если на человеческий организм влияют ритмы и циклы моря, то и воздействие Луны не следует недооценивать. Следовательно, это в самом деле немаловажно – во время какой лунной фазы человек был зачат и рожден.

Приведенные соображения относятся лишь к промежуточной области знания. Изнутри астрология так же трудноизмерима, как картина или стихотворение. В ней все недоказуемо и не поддается статистической проверке. Поэтому астрологические сведения не считаются «достоверными». Обретут ли они «достоверность» когда-нибудь в будущем – вопрос спорный. Для этого потребовалась бы перенастройка внутренней оптики науки, которая сегодня различает лишь то, что доступно объективному знанию.

Готовность к такой перемене, наряду с другими сигналами, предвещала бы скорое вступление в новое мировое время, в новый великий год.

Мы привыкли воспринимать судьбу линейно. Но, вероятно, ее сущность бывает передана вернее, если она изображается как кольцо или как круговая траектория, имеющая некий центр. Такая схема подчеркивает, во-первых, тот факт, что в развитии вселенной наблюдаются большие повторяющиеся циклы, а во-вторых – неизменность закона, «согласно коему ты в мир явился»[31], то есть неподвижность того самого центра, вокруг которого происходит вращение.

Какова бы ни была ценность астрологии с точки зрения изучения характеров, отмечаемая ею цикличность очень важна. Как известно с давних пор, на нас периодически воздействуют различные силы, к числу которых принадлежат небесные тела, особенно Земля, Солнце и Луна. Также нельзя отрицать, что на современном этапе развития нашей цивилизации, воспринимаемого как прямая восходящая линия, это знание недооценивается. Различия между днем и ночью, климатом и временами года постепенно стираются. Цель этого процесса – упрощение и уплощение природных и космических ритмов до некоей непрерывно ускоряющейся монотонности.

Сегодня человек способен менять распорядок своей жизни. Он отказывает Земле, Солнцу и Луне в их правах, повсеместно используя свои умения в качестве противодействия силам природы и космоса, которые, однако, не думают отступаться. Не платя им положенной дани, человечество может навлечь на себя беду – тому есть многочисленные подтверждения.

Если день сравняется с ночью, а различия в климате минимизируются, возникнут существенные благотворные перемены как в производительности труда, так и в отдыхе. Однако негативные последствия проявятся еще сильнее. Искусственное выравнивание природных ритмов не ослабит власти судьбы. Напротив. Нам придется строить все более высокие плотины. Выиграв в малом, мы заплатим по большому счету. Масштаб бедствий будет расти.

Если бы значение астрологии заключалось только в том, чтобы указывать нам на роль космических циклов в нашей жизни и внушать уважительное отношение к ним, это уже было бы неоценимо вне зависимости от того, насколько успешно прослеживается влияние небесных тел на отдельные судьбы.

Всякий из нас верит, что у него есть своя судьба и свое место во вселенной. Эта вера небеспочвенна. С каждым рождением мир создается заново. Появляясь на свет, человек получает собственную жизнь, собственный путь, собственное предназначение, собственный центр. Любая теория, согласно которой все мы априори обязаны служить государству или обществу, ошибочна. Человеческое существо рождается, чтобы прожить свою, только ему данную судьбу. Он должен действовать в соответствии с нею, поскольку «себя избегнуть – тщетное старанье»[32]. Все прочие обязанности прикрепляются к нему апостериори на основании его более узких ролей: мужа или жены, отца, представителя того или иного народа, члена того или иного объединения.

То, что ему дан собственный закон, устанавливающий пространственно-временные рамки, человек, склонный размышлять о себе и своей жизни, понимает довольно быстро. Но даже не отдавая себе в этом отчета, он будет ориентироваться в пространстве и во времени тем способом, который заложен в его так-бытии, его габитусе, его характере в самом широком смысле слова.

Возьмем простой пример. Если мы окажемся на залитой солнцем улице в час, когда заканчиваются занятия в школе или смена на фабрике, мы увидим, что большинство людей, вышедших из здания, предпочитают теневую сторону. Хотя, очевидно, есть и такие, кто неплохо чувствует себя на солнцепеке. Можно предположить, что им подходит жаркий климат и для отпуска они выберут южную страну, а также что они более склонны к одним и менее склонны к другим болезням, обладают качествами, совместимыми с одними профессиями и несовместимыми с другими – в общем, что они, говоря кратко, живут под знаком солнца. Это прослеживается во всем вплоть до мелочей, а например, в случае Ницше – вплоть до нюансов мировосприятия и творчества.

Если на вокзале мы остановимся на верхней ступеньке лестницы и будем наблюдать за поднимающимися людьми, мы заметим, что большинство идет, опустив голову и глядя себе под ноги, но некоторые смотрят вверх. Из этого тоже можно сделать выводы.

Кому-то из нас большие массы воды внушают тревогу. Такой человек никогда не сядет в лодку и предпочтет, если возможно, не переходить реку по мосту. А кто-то стремится покорять океаны. Тот факт, что ритм жизни мореплавателя отличается от ритма жизни пастуха, крестьянина или бродяги, объясняется тем, что они тяготеют к разным стихиям, – но чем объясняется само это тяготение? Оно имеет глубокие корни. Яркий пример власти стихии над человеком показан в новелле Э.Т.А. Гофмана «Фалунские рудники».

Любовь к океану, в свою очередь, тоже может проявляться по-разному, в зависимости от того, кем она владеет – моряком, торговцем, воином или исследователем. Иногда человек проявляет себя только в одной из этих ролей, а иногда сразу в нескольких. «Война, торговля и пиратство»[33] не всегда совместны друг с другом.

Астрология создала нечто наподобие стенографии – систему знаков, при помощи которых можно читать и считывать человеческие судьбы. Это буквы в их древнейшем назначении, идеограммы, старейшие письменные символы. В отличие от современного алфавита, они понимаются синоптически. Значение и толкование тесно связаны друг с другом. То, что написано такими знаками, нельзя прочитать ни как привычный нам текст, ни как математическую формулу или уравнение. Скорее, оно строится как произведение искусства, чья гармония очевидна, но недоступна для измерения и изучения экспериментальным путем.

Если же говорить о практическом применении астрологических символов, то оно зависит от наших потребностей и ожиданий. С этой точки зрения богатый материал дают нам газетные объявления из рубрики знакомств, демонстрирующие широкую гамму требований, предъявляемых мужчинами к женщинам и женщинами к мужчинам. Шопенгауэр превосходно классифицировал эти требования, показав их взаимосвязь с тем, кто таков человек, что он имеет и что представляет. Если мы причислим характер к тому, кто человек есть, иначе говоря, к его собственному бытию, значительно превосходящему по значимости два других критерия, мы столкнемся с трудностью не только детального анализа, но и пластического изображения восполняющей конструкции. Человек не может сам познать, а следовательно, не может и описать собственный характер. Ему нужен восполнитель.

В этом смысле учения о фигурах и типах оказывают нам ценнейшую помощь, особенно если рассматривают физический, умственный и моральный габитус человека сквозь призму необходимости, лежащей по ту сторону добра и зла. Скотобойни – это, конечно, зло, но, если вы хотите, чтобы вашим партнером был «лев», вам вряд ли нужен вегетарианец. В качестве идеальных фигур составители брачных объявлений иногда используют киноактеров. Этот прием точнее, чем перечисление неопределенных черт характера, но и он, так же как газетный гороскоп, является лишь примитивным вспомогательным средством внутри уплощенного мира судьбы.

Глобальные астрологические толкования кажутся убедительнее индивидуальных гороскопов, поскольку пути Солнца, Луны и других небесных тел более предсказуемы, чем путь отдельного человека.

Точно так же предсказать судьбу целого роя насекомых или косяка рыб проще, чем судьбу каждого майского жука или каждой сельди. Движения крошечных существ трудноразличимы на фоне чего-то более крупного, да мы и не привыкли думать о них, хотя сам факт, что данный биологический вид вступил в период роения, может быть для нас значимым.

Нынешний темп увеличения населения планеты опасен тем, что мы и к людям начнем относиться так же. Рост цифр сопровождается распространяющимся однообразием, а это, в свою очередь, располагает к абстрактному восприятию человечества как некоего механического или зоологического единства.

Наша включенность в коллективную судьбу и степень ее неизбежности обусловливает одну из сложнейших проблем сегодняшнего дня. Большую катастрофу, подобную сталинградской, предсказать легче, чем судьбы отдельных людей, которых она коснулась. Когда речь идет о событии крупного масштаба, важную роль играют цифры, а также механический аспект. Но человек, попавший в водоворот и, может быть, даже сумевший уцелеть, все же не воспринимает это как чистую случайность, и он прав.

В свете мощной нивелирующей тенденции астролог, оставаясь глухим к общим словам о свободе и равенстве, не теряет из виду врожденного человеческого достоинства. Для него так-бытие определяет все. Он убежден, что с рождением человека, причем каждого человека, появляется не просто новый образ homo sapiens, но целый мир. Поэтому индивид получает более высокий статус, чем в рамках абстрактного мышления и абстрактного распределения (abstrakte Zuteilung).

Один из больших вопросов, которыми мы задаемся, состоит в следующем: что приносит человеку счастье – так-бытие или равенство? Ответы даются постоянно, однако решения по-прежнему нет. Это одно из тех явлений духовной жизни, которые имеют волнообразный характер. На вопрос ответили, и, казалось бы, успешно, тем не менее он тут же встает снова.

Этим объясняются не только остановки движения прогресса по вычисляемой траектории, но и то, что как жизнь отдельного человека, так и история целого народа зачастую представляет собой чередование крайностей, словно провоцирующих друг друга. В силу этой особенности история порой преподносит нам сюрпризы, будто высмеивая наши прогнозы. Кто бы мог подумать, что Китай, страна даосизма и конфуцианского культа семьи, станет приносить жертвы миру труда с неслыханным даже по западным меркам ожесточением?

С другой стороны, растущая популярность астрологии говорит о том, что люди начинают уставать от единообразия, еще недавно их восхищавшего. В этой связи необходимо подчеркнуть отличие симптома от эффекта. Значимость первого не зависит от второго. В данном случае она состоит в пробуждении некоей силы, поначалу неясной, которая будет противодействовать Левиафану, проистекая не из либерального индивидуализма, но из совершенно другого источника.

Этот знак указывает на нечто большее, чем перемена стиля. Он предвещает перемену климата.