Бабочки на крутых ступенях

Беглецы из Заоблачного города направились в Теночтитлан. Они шли под кронами деревьев, ветви которых низко склонились под тяжестью впавших в спячку бабочек, пробирались через заросли колючих кустарников и перелезали через поваленные стволы. Однажды беглецы приблизились к дороге. Они услышали неподалёку шаги и голоса людей. Укрывшись за густыми ветвями кустарника, они стали наблюдать за дорогой. Вскоре из-за поворота показался большой отряд воинов-орлов, вооружённых макуавитлями – деревянными мечами со вставными обсидиановыми клинками, имеющими остро заточенные лезвия. Беглецы проводили взглядами направлявшихся в сторону Теночтитлана воинов.

– Мы едва не попали в руки воинов-орлов. Нам следует удалиться от дороги, – сказал Текалотль.

– Почему мы так страшимся воинов? – недоумевал Мекатли. – Ведь нам следует опасаться простых людей, которые бушевали перед твоим домом, наместник. По крайней мере, вполне можно идти по дороге, пока она свободна. А при появлении путников, мы можем снова скрыться в лесу и переждать, пока они пройдут. По дороге шагать легче и быстрее. А то я несколько раз едва не сломал ногу, споткнувшись о корни и о стволы гниющих деревьев.

– Сейчас нам следует опасаться всех. Мы не знаем, как расценили наше бегство жрецы Заоблачного города. Возможно, Чимолли уже снарядил за нами погоню. И наверняка, отряд преследователей состоит из воинов, а не из рыночных торговцев и ремесленников, – предположил Текалотль.

– Не думаю, наместник, что твоё решение следовать в столицу, разумное, – сказал Мекатли.

– Хуже всего, если старший жрец Миштлиалтепетля раньше тебя, Текалотль, предстанет перед верховным жрецом и правителем ацтеков, – сказала Китлалполь. – Впрочем, будем надеяться, что Чимолли медленно понесут в паланкине рабы.

– Я почти уверен, что Мотекусома скоро узнает от Чимолли о нашем побеге из Заоблачного города и том, что я пытался ограничить в Миштлиалтепетле человеческие жертвоприношения. Для этого старшему жрецу не надо самому следовать в Теночтитлан. Скорее всего, к правителю ацтеков он направит гонца. Это плохо для нас. Правда, не стоит забывать, что старший жрец Миштлиалтепетля ещё не верховный жрец ацтеков. Решение по всем вопросам принимает Мотекусома, а он обычно решает судьбы знатных людей, лично выслушав человека. Я должен сам переговорить с правителем, – решил Текалотль.

Незаметно сгустились сумерки, а вскоре лес погрузился во тьму. Беглецам из Заоблачного города пришлось заночевать в чаще на голой земле. Мекатли и Оцетлана спали плохо, часто просыпаясь и прислушиваясь к звукам ночного леса – пронзительным крикам ночных птиц и рычанию ягуаров. Китлалполь тоже спала чутко. Под утро она проснулась, услышав поблизости грозное рычание ягуара. Однако зверь так и не рискнул напасть на людей. Всю ночь крепко спал лишь неважно себя чувствовавший Текалотль.

Утром беглецы пошли дальше. Труднопроходимая чаща, в которой ветви деревьев были усеяны оранжевыми бабочками, закончилась. Теперь путники продвигались по редколесью. Однажды они заметили сидевшую на ветке красногрудую птицу с синевато-зелёным, отливающим золотом, оперением и длинным раздвоенным хвостом, который снизу был белым, а сверху – бирюзовым. Это была самая красивая птица местных лесов – кетцаль. Долго любоваться самцом-кетцалем не довелось. Заметив людей, роскошная птица сорвалась с ветки и скрылась среди зелёных ветвей деревьев.

К полудню путники вышли из леса и остановились. Внизу, в долине, лежало озеро Тескоко, в западной части которого, на большом острове, раскинулась столица ацтеков Теночтитлан.

Невозможно было не восторгаться величественной красотой этого города. Его высокие пирамиды, ярко раскрашенные храмы, широкие каналы, по которым сновали лодки, мощные дамбы, красивые мосты, пышные сады, огромный рынок и дворец верховного жреца и правителя ацтеков Мотекусомы поражали воображение. Теночтитлан был застроен почти так же, как и Миштлиалтепетль. В столице ацтеков, как и Заоблачном городе, были пирамиды Луны и Солнца, а также много относительно невысоких пирамид с храмами на верхних площадках, большой рынок и дворцы знати. Правда, размеры этих городов были несопоставимы. Заоблачный город на горном плато был намного меньше главного города ацтеков. А ещё, в Миштлиалтепетле не было множества каналов, роскошных садов и такого величественного сооружения, как дворец правителя ацтеков.

– Мы почти пришли, – сказал Текалотль.

– Честно говоря, мне совершенно не хочется спускаться в долину. Может, вы обойдётесь в столице ацтеков без меня? – спросил Мекатли.

– Неужели ты хочешь уйти, бросив хозяина, которому всё ещё нездоровится и двух женщин? – спросила Оцетлана, с укором взглянув на Мекатли.

– Но это твой хозяин, – кивнул Мекатли на Текалотля, – а не мой.

– Как ты можешь так говорить, презренный?! – пристыдила беглого раба Оцетлана. – Ведь мои хозяева тебя приютили и спасли!

Мекатли задумался, а затем махнул рукой и сказал:

– Ладно, я пойду с вами в Теночтитлан. Вот только я слышал, что возле Теночтитлана водится много ядовитых змей.

– Как же ты труслив, Мекатли! – усмехнулась Оцетлана.

– Можете не переживать. Змей в окрестностях Теночтитлана не больше, чем кетцалей в лесу возле Заоблачного города, а кетцаль – довольно редкая птица, – успокоил раба Текалотль.

– А мы с хозяйкой не переживаем. Лишь Мекатли боится змей! – сказала Оцетлана и направилась вниз по крутому склону.

Китлалполь и Текалотль последовали за ней. Пристыженный Мекатли немного постоял, а потом, нехотя, тоже стал спускаться.

Путники приблизились к большому озеру Тескоко. Теночтитлан, расположенный на острове, плохо просматривался из-за плотных зарослей высокого тростника, росшего в воде возле пустынного берега. В город можно было попасть по насыпным дорогам, которые подходили к столице ацтеков вдалеке от места, где вышли из леса беглецы. Они решили не рисковать и не идти по дороге к городским воротам. Обнаружив свободное от тростника место, беглецы увидели покачивавшуюся на невысоких волнах большую лодку, в которой сидели два рыбака. Текалотль помахал им рукой. Рыбаки заметили стоявших на берегу людей и подплыли к ним. Текалотль быстро договорился с рыбаками, и те пообещали доставить их в Теночтитлан. Правда, за это Китлалполь пришлось отдать золотой браслет, украшенный рубинами и изумрудами, который она сняла с правой руки.

Рыбаки доставили жителей Заоблачного города на окраину Теночтитлана и высадили их возле большого городского сада. Гости столицы пересекли сад, в котором кроме деревьев, росли кактусы и яркие цветы, которые радовали глаз даже осенью. Затем они вышли на одну из улиц столицы и растворились в толпе местных жителей.

– Теперь нам надо попасть во дворец Мотекусомы, – сказал Текалотль.

– Ты проведёшь и меня во дворец? – с надеждой спросил Мекатли.

– Ты веришь в то, что представ перед правителем ацтеков, ты станешь свободным? – поинтересовался Текалотль.

– А разве это не так? – удивился Мекатли.

– Олонтетль уже говорил тебе, что такой способ освобождения из рабства больше похож на сказку, – напомнила Китлалполь.

– Хорошо, Мекатли, если ты так хочешь, я проведу тебя во дворец Мотекусомы, – пообещал Текалотль.

– А это будет безопасно для меня? – заволновался Мекатли.

– Вижу, теперь ты тоже засомневался. То ты желаешь попасть во дворец правителя, то начинаешь бояться, – усмехнулся Текалотль.

– Ты слишком труслив, Мекатли, – сказала Оцетлана. – Иногда даже не верится, что ты нашёл в себе смелость удрать от хозяина. А ведь, если тебя поймают, тебя могут сильно поколотить палками.

– Или того хуже – сразу принесут в жертву. Сейчас, пока ещё не начались сражения с тласкальтеками и в страну ацтеков ещё не привели много пленных, жертв не хватает, – добавил Текалотль. – Или же, как я уже тебе говорил, твой хозяин велит содрать с тебя кожу и разделать тебя на части, а затем продаст твоё мясо, выдав его за собачатину.

После этих слов Мекатли побледнел и остановился.

– Что же ты встал? Пошли дальше, – позвал его Текалотль.

– Я не могу дальше идти. У меня дрожат ноги, – признался Мекатли.

– Мы тебя так напугали? – глядя на застывшего Мекатли, улыбнулась Оцетлана.

– Не только вы напугали меня. Я сейчас услышал шум толпы и вспомнил рынок в Заоблачном городе, – проговорил Мекатли.

– И ты тут же вспомнил о своём побеге, смельчак? – спросил Текалотль.

– Кажется, это был твой самый мужественный поступок за всю твою жизнь, – с презрением поджав губы, сказала Оцетлана.

– Пойдёмте! Нельзя терять время, – позвала спутников Китлалполь.

– Только пойдёмте в стороне от рынка, а то мне кажется, что там есть торговцы собачьим мясом, – попросил Мекатли.

– А может, твой хозяин привёз собачье мясо в Теночтитлан и сейчас торгует им, а заодно высматривает тебя. Ты этого боишься? – догадалась Китлалполь.

– И этого я тоже боюсь, – признался Мекатли. – Я сам не пойму, что со мной происходит. Раньше я не был таким пугливым.

– Это всё из-за того, что ты оказался на свободе, – пояснил Текалотль. – Многие рабы боятся свободы больше смерти.

– Пойдём дальше, трусливый смельчак Мекатли! – позвала Оцетлана.

Вскоре они вышли на вымощенную камнями набережную одного из каналов, по которому сновали лодки. С них рыбаки забрасывали в воду сети. Посреди канала, как и на самом озере, было много плавучих огородов, которые были устроены на брёвнах, засыпанных слоями ила и водорослей. На этих огородах на плодородной земле в изобилии произрастали бобы, маис и источающие ароматы цветы и пряности. Посреди некоторых плавучих огородов стояли маленькие домики. Через широкий канал были переброшены каменные и деревянные мосты.

Чем ближе подходили беглецы из Заоблачного города к центру столицы, тем меньше становилось одетых в серые грубые ткани простолюдинов, и всё чаще им встречались знатные ацтеки, облачённые в одежды с красивым ярким орнаментом. Проследовав по набережной центрального канала, путники вышли на просторную площадь, на которой возвышалась высокая усечённая пирамида Солнца с двумя величественным храмами на вершине. На красных стенах храма Бога войны Уицилопочтли были изображены белые черепа, а крыша этого сооружения была украшена изображениями золотистых бабочек. Напротив храма Уицилопочтли стоял храм Бога дождя Тлалока со стенами, разрисованными волнистыми сине-белыми полосами и крышей, разрисованной белыми раковинами. Над обоими храмами реяли знамёна из перьев кетцалей. Между святилищами, на каменном алтаре, полыхало пламя. К верхней площадке пирамиды, с четырёх сторон, подходили высокие лестницы с крутыми ступенями. Пирамида была окружена статуями большеголовых драконов с разверстыми пастями.

Пирамида Солнца и храмы в Теночтитлане были похожи на аналогичные сооружения в Миштлиалтепетле, только пирамида в столице страны ацтеков была в три раза выше пирамиды Солнца в Заоблачном городе.

Чуть в стороне от самой высокой пирамиды возвышалась пирамида Луны. Вдалеке, в разных частях города, виднелись другие пирамиды с храмами на их вершинах, которые были посвящены другим Богам ацтеков. Все святилища на пирамидах были разукрашены в яркие цвета.

Справа от пирамиды Солнца стояли красивые дома знатных вельмож, а слева, за высокими белыми стенами, украшенными висячими садами и барельефами, виднелся огромный многоярусный роскошный дворец верховного жреца и правителя ацтеков Мотекусомы.

Китлалполь вместе с мужем не раз бывала во дворце правителя ацтеков и знала его план. В центре дворца располагался тронный зал вождя теночков – народа, населявшего Теночтитлан и другие вассальные города, среди которых был и Миштлиалтепетль. Вождь теночков Мотекусома одновременно был властителем всей страны ацтеков. Рядом с великолепным тронным залом находились просторные, богато украшенные комнаты, в которых проживали правитель народа аколуа из города Тескокоалтапетль, и властитель тепанеков из города Тлакопана, когда эти вожди-союзники посещали Теночтитлан. Неподалёку от дворца правителя, в красивых зданиях, жили его многочисленные жёны, наложницы и дети. Среди этих зданий располагались гостевые дворцы.

На дворцовой территории также располагался большой зверинец, в котором обитали ягуары, крокодилы, змеи и различные птицы. Каких только птиц там не было! Лишь самая красивая птица кетцаль не жила в зверинце. Эта прекрасная благородная птица погибала в неволе.

Китлалполь знала, что правители Теночтитлана, Тескокоалтепетля и Тлакопана заключили объединивший ацтеков Тройственный союз, который возглавил Мотекусома. Несауальпилли – правитель Тескокоалтапетля и Тотокиуацин – властитель Тлакопана не стремились к ведущей роли в Тройственном союзе, зная о суровом нраве верховного жреца и вождя ацтеков Мотекусомы и о его жажды власти.

Беглецы из Заоблачного города так залюбовались красотами главного города ацтеков, что не заметили, как, мимо них, через площадь, повалила толпа, состоявшая из простых людей и вельмож. Послышались гулкие звуки. По площади прошествовали музыканты, дудевшие в большие морские раковины.

– Куда все идут? – спросил Мекатли.

– Жители Теночтитлана направляются на стадион, который находится за пирамидой Солнца. Я слышу, как прохожие обсуждают предстоящую игру. Скоро начнётся игра в мяч – тлачтли, – определил Текалотль.

– Известно, что на стадион часто приходят знатные жители Теночтитлана и даже сам правитель ацтеков, – вспомнила Китлалполь.

– Тлачтли – захватывающая игра. Нам следует её посмотреть. Сидя на трибунах, мы отдохнём, а заодно поволнуемся за игроков, – сказал Текалотль.

– За кого же ты собираешься сегодня поволноваться? – спросила Китлалполь.

Текалотль спросил проходившего мимо них юношу:

– Кто сегодня состязается в тлачтли?

– Лучшие игроки Теночтитлана выйдут против сборной команды Тескоко, – ответил прохожий.

– Отлично! – воскликнул Текалотль. – На такой игре обязательно будет присутствовать Мотекусома. Вряд ли у меня может появиться лучшая возможность встретиться с правителем ацтеков. Мне обязательно надо побывать на игре. Но я не могу оставить вас в чужом городе. Так что на игру пойдём все вместе.

– Вот только хватит ли для нас места на трибунах? – засомневался Мекатли. – Смотрите, сколько людей решили посмотреть игру.

– В Теночтитлане большой стадион. Места хватит на всех, – уверил Текалотль.

– Наверно, игра в тлачли – дорогое удовольствие, – заметил Мекатоли.

– Я заплачу за вход на стадион, – пообещал Текалотль.