Чёрные ночи Райстронга

– Скорее всего, на заре становления местной цивилизации, рога выполняли защитную функцию. Аборигены могли обороняться ими от диких животных и врагов. Вполне вероятно что, до того времени, как женщин и мужчин стали подбирать для спаривания и заваривать возбуждающие лепестки, за обладание первобытными рогатыми красавицами на Райстронге между мужчинами кипела нешуточная борьба. Представляю, как на ристалище выходили мужчины. Они хрюкали и мяукали, угрожающе поводили пятачками, а затем бились без мечей и копий, как у нас на Земле это делали рыцари. Местные жители поддевали друг друга рогами, бились, как лоси во время гона. Возможно, поэтому до сих пор, рога, являясь атавизмом, у аборигенов олицетворяют доблесть и смелость и они не спиливают их ещё и по этой причине, – предположил Перепёлкин.

– Ты здорово нафантазировал. Ну, а зачем нужны рога местным женщинам? – спросила Светлана.

– А женщины тоже бодались между собой, когда не могли поделить какого-нибудь местного козла, – вывернулся Антон.

Пленников подвели к большому купольному серебристому зданию с большими круглыми окнами.

– У них здесь цирк, что ли? – спросила Светлана.

– Клоунов что-то не видно, – проговорил Антон.

– Сейчас для вас будет цирк, – пообещал Палантион, прислушивавшийся к их разговору. – Между прочим, клоунами будете вы!

Палантион задрожал всем телом и весело захрюкал.

Пленники и их конвоиры поднялись по широким каменным ступеням и оказались перед высокой чугунной дверью, возле которой стояли четыре вооружённых лазерными винтовками охранника-райсгрина.

– Заходите во дворец благороднейшего Циркониуса – прима Этагона! – приказал пленникам Палантион.

Охранники расступились и пропустили Антона и Светлану во дворец вместе с конвойными. Они прошли в огромный, хорошо освещённый зал. Под высоким потолком висело несколько хрустальных люстр, из которых лился яркий свет. Возле дальней стены, на возвышении, к которому вели пять каменных ступеней, на серебряном кресле восседал щуплый и невысокий даже по местным меркам райсгрин в серебристом кафтане, расшитым сиреневыми и алыми волнистыми узорами, напоминавшими не то вьющиеся растения, не то маленьких змеек. На голове щуплого райсгрина красовалась высокая серебристая корона, над резными краями которой возвышались загнутые кончики витых рогов. У возвышения стояли охранники: пятеро – с лазерными винтовками и пятеро – с арбалетами.

Увидев арбалетчиков, Антон снова подумал, что древнее оружие на Райстронге странным образом используется райсгринами наряду с современной техникой.

– Блаженства тебе в Великой Пустоте, благороднейший Циркониус! Я привёл пойманных инопланетян, – торжественно произнёс Палантион.

– Да бережёт тебя Великая Пустота, Палантион! Подведи ко мне пришельцев! – приказал властитель города. – И впредь, Палантион, изъясняйся со мной на нашем государственном благородном латворде. А с пленниками, так уж и быть, я поговорю на их грубом языке. Мне уже сообщил Поляриус, что они разговаривают на языке черни и наших врагов – райсминов. Это не делает землянам чести и усугубляет их незавидное положение.

Палантион подтолкнул Антона в спину стволом лазерной винтовки. Антон со Светланой в сопровождении конвоя подошли к возвышению и встали перед ступенями. Вблизи Циркониус оказался ещё более тщедушным, чем это виделось издали. У него было сморщенное лицо и обвисший нос-пятачок. Его красные глаза слезились. Он стал рассматривать Антона и Светлану, надолго задержав свой взгляд на инопланетянке. Светлана смутилась, увидев скользнувший по её бёдрам взгляд Циркониуса.

– Какие у тебя необычные глаза! – сказал Циркониус – Они странного цвета. Ты вообще такая рослая, массивная и необычная… Что ж, сиятельнейший примад Аполлониус позволил мне самому допросить вас, а потом переправить в столицу. Там вас будут показывать столичным жителям, как диковинку.

– Выходит, не мне одному пришла в голову такая интересная мысль! – обрадовался Палантион.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что ты также мудр, как сиятельнейший Аполлониус? – с угрозой произнёс Циркониус.

– О, никоим образом! – прошептал дрогнувшим голосом Палантион.

– К тому же, ты ослушался меня, Палантион, и продолжаешь беседовать со мной на языке черни! Почему ты не обращаешься ко мне на латворде? Мне придётся сделать соответствующие выводы относительно тебя и места твоей службы.

Палантион съёжился и попятился.

Циркониус встал с кресла, спустился по ступеням с возвышения и обошёл Светлану. Увидев язвы на её лице и вздувшиеся рубцы на ногах, спросил:

– Ты такая строптивая, что тебя приходится учить твоему мужчине? Ведь, как мне известно, земные женщины всю жизнь находятся в рабстве у своего единственного мужчины.

– Земные женщины не рабы у своих мужчин. Я оцарапалась о ветви, – сказала Светлана.

В этот момент Циркониус ущипнул Светлану за бедро. Светлана молниеносно отвесила Циркониусу пощёчину. Тот отшатнулся и, не удержавшись, упал и ударился затылком о нижнюю ступеньку. Его высокая корона громко зазвенела, и из-под неё вытекал лужица крови. Правитель города застыл, лёжа на спине и раскинув в стороны руки. Глаза его были широко закрыты.

– Я не нарочно! Это получилось инстинктивно. Я же не виновата, что у всех вас, райсгринов очень слабая голова, – проговорила Светлана, увидев приближающихся к ней охранников.

Толстый охранник приставил к её груди арбалет.

– Ты осторожнее с оружием! А то стрела ещё сорвётся, – сказал Антон, отведя рукой арбалет от груди девушки.

Толстый охранник угрюмо взглянул на Антона. Ещё более перепуганный, чем Светлана, Палантион, встал на колени и склонился над правителем. Затем он повернулся к пленникам и проговорил:

– Его нельзя было так сильно бить. Он на самом деле умер.

– Он ущипнул меня! – сказала Светлана.

– Подумаешь, ущипнул! Это была великая честь, – проворчал Палантион и, обратившись к толстому охраннику, сказал:

– Сириониус, тебе решать, что делать дальше.

– Я всего лишь начальник личной охраны Циркониуса, – сказал полный арбалетчик и тут же поправился:

– Бывший начальник… Теперь мне не поздоровится. Я не уберёг благороднейшего Циркониуса.

– Как же так? – растерянно разведя в стороны руки, проговорил Палантион. – Ведь Циркониус был всеобще избранным пожизненным правителем Этагона. За него проголосовал каждый третий житель города, имеющий право голоса.

– Но каждый третий – это разве весь город? Почему же его называют всеобще избранным? – удивился Антон.

– Какая разница! Он просил его так называть. Главное, у него не было заместителя. Он очень боялся заместителей. И пришельцев, – добавил Палантион, гневно посмотрев на Светлану.

– Не спускайте с пленников глаз! Закрыть все двери! – приказал охране Сириониус. – Я свяжусь со столицей. Случай неординарный.

Сириониус вышел из зала через скрытую в стене дверь.

– И что же? Нам так и стоять здесь до следующих выборов правителя этого города? – спросил Антон.

– Заткнись, землянин! Вы слишком много себе позволяете, пришельцы! – воскликнул Палантион.

– Согласитесь, что щипаться нехорошо, особенно, правителю, – сказала Светлана.

– Вам грозит смерть, а вы всё продолжаете шутить! – крикнул Палантион.

Охранники подняли тело Циркониуса и вынесли его в ту же дверь, через которую только что вышел Сириониус. Антон посмотрел по сторонам, в поисках путей побега, но в зал из других скрытых в стенах дверей вошли ещё несколько десятков арбалетчиков и охранников с лазерными винтовками.

В зал вернулся Сириониус и воскликнул, довольно улыбаясь:

– Сейчас я разговаривал по телефону с сиятельнейшим примадом Аполлониусом. Он повелел, чтобы до внеочередных выборов я временно исполнял обязанности прима города.

– А что делать с пришельцами? – спросил Палантион.

– Сиятельнейший примад Аполлониус повелел пока препроводить пленников в городскую тюрьму. Их ожидает незавидная участь. Землянку, посмевшую убить прима Этагона Циркониуса, в День Сева надлежит принести в жертву Великой Пустоте, а землянина примад приказал отправить на пожизненные каторжные работы в каменоломни. После смерти пришельца учёные должны препарировать его тело с целью изучения строения организма.

Светлана побледнела и упавшим голосом спросила:

– Меня принесут в жертву?

– Да. И правильно сделают! Надо осторожнее размахивать руками, – сказал Палантион.

– Препроводите пленников в тюрьму! – приказал Сириониус подчинённым.

Охранники окружили пленников и, подталкивая в спину лазерными винтовками и арбалетами, вывели их из дворца.

Собравшиеся перед дворцом жители города встретили появление пришельцев рёвом негодования. Видимо, весть об убийстве прима города Циркониуса уже разнеслась по Этагону. Горожане тянулись к пленникам, пытаясь их ударить, но охрана не подпускала жителей Этагона к землянам.

Впереди шествовали Сириониус с гордо поднятой головой и растерянный Палантион. После своего неожиданного назначения временно исполняющий обязанности прима Этагона Сириониус не испытывал ненависти к пришельцам, а к Светлане он даже испытывал тёплые чувства. Сириониус не без удовольствия вспоминал, как ловко землянка нанесла сокрушительный удар по гнусному лицу зажравшегося старикашки Циркониуса, который постоянно помыкал Сириониусом.

Городская тюрьма располагалась на одной из городских площадей. Это было мрачное здание, выложенное из неотёсанного тёмно-серого камня в форме пятиугольника. Узкие зарешёченные круглые окна располагались в два ряда по периметру здания. Пленников провели по узкому коридору с невысоким потолком и разместили в соседних одиночных камерах.

Когда за Светланой закрылась кованая дверь, и лязгнул засов, она легла на короткую деревянную скамью, поджала ноги и тут же уснула, невзирая на промозглую сырость, исходящую от сырых стен.

В отличие от жены Антон долго метался по камере, пригнув голову, чтобы не удариться о низкий потолок, предназначенной для малорослых рогатых коротышек, которые даже с рогами были ниже людей. Несмотря на то, что Антон пригнул голову, он несколько раз задел висевшую под потолком на тонком проводе тускло светившую электрическую лампу.

Антон не ожидал, насколько опасным и непредсказуемым может оказаться путешествие на чужую планету. А ведь он и не мечтал на ней очутиться! И Светлана оказалась здесь, последовав за ним…

Перепёлкин люто ненавидел Райстронг с его чёрными беззвёздными ночами, красным и сиреневым светилами, изумрудным небом и уродливыми рогатыми аборигенами с их пятачками вместо носов. Он с отвращением вспомнил, как раскачивались рога у бесновавшихся жителей Этагона, когда они пытались дотянуться до него и Светланы своими четырёхпалыми руками, как их старики, тряся козлиными белыми бородками, сыпали проклятия на их головы.

Антон устал метаться по камере и присел на край скамьи. С тоской взглянув на узкое зарешёченное окно, он обхватил голову руками. Он мечтал бежать вместе со Светланой из Этагона, и с самой проклятой планеты, которая представлялась ему адом под изумрудным небом. Он подумал, что хорошо было бы вернуться с Райстронга на Землю вместе со всеми своими друзьями, волей или неволей, оказавшихся на этой ужасной планете. А ещё Антон пожалел, что они так и не добрались до Райсминда – страны, лежащей под золотистым небом. Он вспомнил про убитого райсгринами старика Этлиона, про сорвавшегося с крутого обрыва и, наверняка погибшего их друга-райсмина – Инерлоя. Он понимал, что райсмины вряд ли спасут их. Также у него почти не осталось надежды на помощь товарищей, которые даже не знали, где они сейчас находятся…

В это время друзья продолжали поиски Антона и Светланы, хотя понимали, что найти их в большом лесу на чужой планете чрезвычайно трудно. Путники медленно продвигались по чаще, перебираясь через поваленные деревья и преодолевая неглубокие овраги с быстрыми ручьями. Иногда они звали Антона и Светлану, но им никто не откликался.

Вечерело. Красное светило скрылось за кронами деревьев, а сиреневые косые лучи Биргеи с трудом пробивались сквозь густую листву.

– Мы не заблудились? – уставшим голосом спросил Затейников, нёсший на руках отяжелевшего Ребуса.

– Кажется, я слышу шум реки. Неужели, мы всё-таки вышли к Гэнгу?! – воскликнул Алексей.

– Я не столь оптимистичен, как ты. Возможно, это какая-нибудь небольшая река, а не Гэнг, – предположил профессор.

– Сейчас мы всё разузнаем, – сказал Алексей, ускоряя шаг.

Впереди показался просвет. Шедшие впереди Белобородов и Затейников вышли на крутой берег широкой реки, по берегам которой росли деревья с поникшими ветвями. Посреди реки лежали два лесистых островка. Следом за Алексеем и профессором к реке вышли их спутники.

– Кажется, это Гэнг, – сказал Алексей.

Затейников посмотрел вверх.

– Да, ты прав, Алексей. Это протекающая по экватору пограничная река Гэнг, – сказал Затейников.

Действительно, над лесом, из которого они только что вышли, небо было зелёным, а за рекой – жёлтым. Над Гэнгом по небу проходила оливковая полоса, разделявшая изумрудную и золотистую части небосвода.

– А где пограничники? – спросила Катя.

– Кто их знает… Меня интересует другое: где мост, обозначенный на карте? – сказал Олег.

– Скорее всего, мост находится ниже по течению, – развернув карту, определил Алексей.

– Может, попробуем перебраться на противоположный берег вплавь, от острова к острову, пока не видно пограничников? – предложил Олег.

– Верно! На том берегу сообщим жителям Райсминда о подвиге и гибели Инерлоя и Этлиона, расскажем, что они были нашими друзьями, и тогда райсмины нам помогут вернуться на Землю. Но в первую очередь мы попросим пряморогих аборигенов помочь нам отыскать Антона и Светлану, – сказал Алексей.

– Только у меня есть опасения – вдруг в реке водятся хищники? – забеспокоился Остапов.

– Но ведь мы уже переплывали эту реку, и на нас тогда никто не напал, – напомнил Алексей.

– В тот раз нам просто повезло. Не верится, что на Райстронге в реках не водятся хищники. К тому же река в этом месте довольно широкая, – отметил Остапов.

– У нас нет иного выхода. Надо перебираться на другой берег в том месте, где находятся острова, – сказал Алексей. – Сначала доплывём до одного острова, на котором немного передохнём, а затем переберёмся на следующий остров. На нём также устроим отдых перед последним заплывом. Только надо учесть, что на этом участке реки, между островами, может быть сильное течение.

– Я вообще готов дождаться здесь помощи с того берега. Не оставлю же я Ребуса здесь, а судя по всему, он не горит желанием вплавь переправляться на тот берег, – сказал Затейников и с жалостью посмотрел на своего взъерошенного кота.

Профессор позволил Ребусу погулять по берегу, однако осторожный кот не спешил удаляться от хозяина и жался к его ногам.

– Я тоже предпочту остаться на этом берегу и ждать, когда вы уговорите пряморогих коротышек прислать за нами лодку или катер, – сказал Остапов.

– Пожалуй, мы с Иваном Павловичем и Ребусом заночуем на этом берегу, – решил Затейников.

Алексей оставил Остапову мешок с едой, а профессору передал зажигалку.

– Как быть с лазерными винтовками? – задумался Алексей.

– В прошлый раз, когда мы переправлялись через реку, это оружие осталось работоспособным, – вспомнил Олег.

Олег поправил на ремне оружие и, не снимая одежду, зашёл в реку. Катя последовала за ним.

– Я прикрою вас, а потом последую за вами, – пообещал Алексей и, взяв в руки лазерную винтовку, встал на берегу, внимательно глядя на реку и на заросшие кустарником берега.

Олег и Катя уже подплывали к лесистому островку, когда Белобородов заметил появившуюся над рекой большую чёрную птицу, которая быстро летела над рекой. Алексей выпустил в неё луч из винтовки, но промахнулся. Издав клёкот, грозная птица ринулась на пловцов. Тем временем Олег уже достал ногами до дна. Он вытащил свою винтовку из-за ремня, собираясь сразить птицу, но не успел. Птица выхватила когтями у него из рук оружие и, взмыла вверх. Однако далеко улететь ей не удалось. Алексей сразил её смертоносным лучом, и птица рухнула в воду.

– Чёртова птица! Она украла моё оружие! – закричал Олег, потрясая кулаками.

– Хорошо, что она не вонзила свои когти в тебя. Скорее выходим на берег! – позвала Катя.

Увидев, что Олег и Катя достигли островка, Белобородов поплотнее заткнул свою лазерную винтовку за ремень, вошёл в воду и поплыл.

Сидя на песчаном берегу острова, Олег и Катя наблюдали за тем, как, делая размашистые гребки, плывёт Алексей.

– Только бы его не снесло течением, и он не проскочил мимо острова, – забеспокоилась Катя.

– Не стоит волноваться – Алексей хорошо плавает, – успокоил её Олег.

Не успел он это произнести, как пловец скрылся под водой.

– Что с ним? Он утонул? – в ужасе воскликнула Катя, вскочив с песка.

– Нет. Алексей нырнул. И сделал это не зря. Гляди – над рекой парит чистильщик. Он уже выпустил щупальца, – сказал Олег.

Над водой летел фиолетовый чистильщик с множеством колыхавшихся снизу нитевидных щупалец.

– Уходим в лес! – крикнул Олег.

– Алексею надо помочь! – сказала Катя.

– Он уже вынырнул и плывёт к дальней оконечности острова. А вот чистильщик летит к нам! – воскликнул Олег и, взяв растерявшуюся Катю за руку, повлёк за собой в лес.

Под пологом леса было сумрачно и тихо. Катя поёживалась и вздрагивала.

– Ты дрожишь? Тебе холодно? – спросил Олег.

– Мне больше страшно, чем холодно, – проговорила Катя, с тревогой осматриваясь по сторонам.

Взглянув вверх, она увидела огромный серый кокон, висевший на ветке дерева с корявыми ветвями.

– Олег, посмотри: это паучий кокон! – прошептала Катя. – Похоже, здесь обитают огромные пауки, которых недавно мы встречали и на Земле, возле Митинки. Давай уйдём из леса!

– На открытом месте находиться опасно. Вспомни про чистильщиков. На берегу реки мы не будем в безопасности, – сказал Олег.

– А в лесу мне кажется, будто кто-то наблюдает за нами. Я боюсь!

– Что ж, вернёмся на берег, – согласился Олег.

Они вышли из леса к реке и осмотрелись. Чистильщика нигде не было видно.

– Надо отыскать Алексея, – сказала Катя.

– Здесь свежие следы ботинок на прибрежном песке. Это не наша обувь, размер большой – не местные коротышки наследили. Наверняка в этом месте прошёл Алексей. Дальше следы теряются в высокой траве. Наверно, он спрятался от чистильщика в лесу, – предположил Олег. – Сейчас мы его отыщем.

– А вдруг его сожрал чистильщик?

– Алексей жив… Гляди: сюда снова направляется тот же самый чистильщик! Я его узнал по наполовину оторванным трём щупальцам с левой стороны. Он не разбух и не стал багровым, а это означает, что ненасытная утроба монстра ещё не набита жертвами, – определил Олег. – Выходит, чистильщик никого не сожрал.

– Значит, чистильщик голоден! – произнесла Катя, отступая к опушке.

Олег подобрал увесистый камень, собираясь метнуть его в приближающегося летающего монстра, однако, понимая, что камнем чистильщика сразить будет проблематично, стал отходить к лесу вслед за Катей.

В это время из леса показалось ещё одно чудище. Это был огромный мохнатый коричневый паук, который уставился на молодых людей своими четырьмя серебристыми глазами. Катя замерла от ужаса. Размеры этого паука впечатляли. Он намного превосходил размером тех пауков, которых она недавно видела возле Митинки. Паук размером с человека устремился к ним. Олег растерялся, не зная, в кого ему метнуть камень, который он держал в руке – в чистильщика или паука…

Паук остановился, когда расстояние между ним и людьми сократилось до нескольких метров. Олег загородил собой Катю и уже собрался швырнуть в паука камень, как увидел опускавшегося на паука чистильщика.

Паук приподнял своё брюхо и выпустил в чистильщика множество длинных липких нитей. Летающий монстр заметался в воздухе, пытаясь сбросить с себя липкую паутину, которая опутала его. Облепленный паутиной чистильщик развернулся, немного пролетел над рекой и упал в воду.

Олег не стал дожидаться, когда паук набросится на них с Катей, и метнул камень в голову мохнатого чудища. Получив удар камнем, паук некоторое время корчился на песке, взмахивая конечностями, а затем застыл.

В это время послышался шум двигателя. К острову приближался небольшой катер. На корме его реял рваный флаг. Серебристо-сиреневые лучи уходившей за горизонт Биргеи, отражавшиеся от воды, слепили глаза Олегу и Кате.

– Ты не видишь, кто плывёт на катере? – спросил Олег.

– По-моему на его борту находятся рогатые коротышки, – ответила Катя.

– Это и так ясно, что коротышки рогатые… Только кто они – райсмины или райсгрины?

– Они нас заметили и причаливают к берегу. По-моему, нам лучше скрыться в лесу, – предложила Катя.

– Поздно, – махнул рукой Олег.

Катер уткнулся носом в берег, и с него по трапу сошли шесть аборигенов в серебристых комбинезонах с лазерными винтовками в руках. Теперь Олег и Катя заметили, что у коротышек были витые рога, а на корме развевался серебристый флаг. Райсгрины приблизились к Олегу и Кате.

– Пограничная служба Райсгринда! Начальник заставы Поляриус, – представился толстый коротышка со сломанным витым правым рогом и объявил:

– Вы задержаны!

– Что мы нарушили? Почему вы нас решили задержать? – нахмурившись, спросил Олег.

– Вы проникли на территорию Райсгринда без разрешения правительства. Этот остров принадлежит нашей стране, – сказал, а затем хрюкнул райсгрин.

– У нас нет оружия. Мы не представляем для вас никакой угрозы, – сказал Олег.

– Мы ещё выясним, с какой целью вы проникли на Райстронг. Назовите ваши имена, – потребовал райсгрин.

– Олег и Катя, – сказал Морозов.

– Откуда вы прибыли, пришельцы?

– С Земли. Это третья планета от Солнца.

– Я наслышан о вашей далёкой планете. Вы уже вторая пара пришельцев, которые самостоятельно проникли на Райстронг. А теперь вы ещё разгуливаете по территории Райсгринда! – недовольно произнёс Поляриус.

– Так вы схватили Антона и Светлану! Они живы? – спросил Олег.

– Пока живы, – мяукнув, проговорил райсгрин.

– Вы отвезёте нас к ним? – поинтересовалась Катя.

– Мы доставим вас в ближайший отсюда город – Этагон, – сухо сказал Поляриус и, мотнув головой в их сторону, на странном языке что-то приказал своим подчинённым.

– Это даже хорошо, что нас заберут с этого страшного острова и доставят в город, – тихо сказала Катя.

– Я не уверен, что это хорошо, – сказал Олег.

Олег и Катя настолько устали, что не сопротивлялись, когда райсгрины завели им руки за спину и защёлкнули на запястьях наручники.

– Следуйте на катер! – приказал Поляриус.

Конвоируемые райсгринами пленники поднялись на борт катера и вскоре были доставлены на тот же берег реки, с которого они недавно приплыли на остров. Олег и Катя сошли на небольшую деревянную пристань, и райсгрины повели их вглубь леса по узкой тропе.

– Я так рада, что Светлана и Антон живы! – сказала Катя, поёживаясь от прохладного ветерка.

– Только жаль, что их, как и нас, схватили аборигены, – хмуро произнёс Олег.

– Как думаешь, Алексею удалось спастись? – спросила Катя.

– Наверняка. Вот увидишь, он доберётся до территории райсминов и придумает, как вызволить нас, – уверенно сказал Олег.

– Слышишь, райсгрины иногда переговариваются между собой на другом языке, – заметила Катя. – Кажется, он напоминает латынь.

– Наверно, это и есть тот самый латворд, о котором рассказывал старый Этлион.

Уже в густых сумерках райсгрины и их пленники добрались до длинного одноэтажного строения, похожего на барак, возле которого стоял грузовик с открытым кузовом.

– Полезайте в кузов! – приказал Поляриус пленникам.

– Сначала снимите наручники! – попросил Олег.

– И не подумаю, – хрюкнув, сказал Поляриус и приказал своим подчинённым:

– Закиньте их в машину!

К Олегу подошли четыре райсгрина. Они подхватили его и, кряхтя и похрюкивая, закинули через борт. Затем райсгрины подошли к Кате и схватили её за ноги и плечи.

– Уйдите, гадкие! – воскликнула Катя, почувствовав отвращение от прикосновений похрюкивающих рогатых коротышек.

Катя вспомнила рассказы о похищениях людей инопланетянами и их страшных опытах. К отвращению примешивался страх. Катя стала вырываться. Перед её лицом мелькали отвратительные рыла. Потом перед ней возник витой рог, который едва не угодил ей в правый глаз. Кате удалось укусить за руку одного из райсгринов. Тот мяукнул и отвесил Кате затрещину. Несмотря на сопротивление, её забросили в кузов. Катя оказалась лежащей на дне кузова рядом с Олегом. Затем в кузов забрались четыре райсгрина, которые расселись на скамьях возле бортов.

– Палантион, отвезёшь этих уродов в Этагон, а утром отправишь их в каменоломни. В пятом бараке есть два места, – услышали пленники голос Поляриуса.