Мелодия алых цветов
- -
- 100%
- +
– Точно?
– Конечно. Иначе бы они нас съели ещё тогда, на той поляне.
– Но там у них было много еды, а теперь они снова проголодались. Помнишь, как ежи страшно чавкали, когда пожирали мёртвого тигра?
Они уже вышли к оврагу, со дна которого донёсся тихий плач. Люди насторожились.
– Когда Максим Петрович подстрелил зайца, тот вскрикнул, словно человек, – вспомнила Катя. – Может и тут раненый зайчик стонет?
– У тебя богатое воображение, – сказал Олег. – И отношение к дичи у тебя странное. Ты раненого зайчика, как вижу по твоим глазам, намерена спасать. А я его добью, чтобы мы были сыты.
Путники спустились в овраг, и подошли к ручью.
– Красивое место! – осмотревшись, произнесла Катя. – Тут словно осенью в Подмосковье – листва у деревьев и красная, и зелёная.
– Но осенью в Подмосковье я видел красные листья лишь иногда на осинах. В средней полосе осенью листва обычно жёлтая, – возразил Олег.
– Здесь есть не только деревья с красной листвой, но и растения, листья которых имеют красные прожилки, – отметил Ильичёв.
– Здесь примята трава, – определил Олег.
– А вот и следы ботинок возле ручья, – сказал Ильичёв.
– Дальше следы пропадают. Люди здесь были, но потом они пошли по ручью.
– Что же заставило их так поступить? Тут много бурых и красных пятен на камнях!– встревожился Ильичёв. – Неужели Алексей и Максим Петрович ранены?
– Из двух людей столько крови вряд ли бы вытекло. Здесь что-то не так, – задумчиво произнёс Олег. – Взгляните: сколько порванных листьев и стеблей хмеля! И лиана на том берегу ручья разорвана на мелкие кусочки. Повсюду разбрызган кровавый сок этих растений.
Тут раздался громкий стон, который вскоре повторился. Ильичёв присмотрелся к лежавшему на земле, среди оборванных листьев, стеблю хмеля, на котором уцелело несколько шишечек.
– Это гудят шишечки хмеля, – определил Ильичёв.
Умирающий хмель снова издал тоскливый звук и умолк.
В этот миг снова послышался слабый стон, доносившийся с другого берега ручья. Люди перешли ручей и приблизились к лиане с красными листьями.
– Это лимонник, – определил Игорь Ильич.
Он подобрал стебель и надломил его. На землю закапала красная жидкость. Ильичёв присмотрелся к оборванной у самой земли лиане. Маленький уцелевший росток издавал протяжные звуки. У основания вибрирующих усиков ростка пульсировали маленькие воронковидные устьица, производившие печальные звуки.
– Присмотритесь к этой лиане, – сказал Ильичёв. – Похоже, это она стонет, будто плачет.
Катя и Олег взглянули на уцелевший стонавший росток лианы. Олег прислонил к листу лимонника ладонь и ощутил лёгкую вибрацию, возникшую одновременно с очередным стоном.
– Как тоскливо плачет эта лиана! – прошептала Катя. – Вы видите множество мелких следов возле ручья?
– Я уже давно их заметил. Скорее всего, это следы ежей, – сказал Олег.
– А тут ещё есть извилистые линии, оставшиеся на влажной земле, – присоединился к следопытам Ильичёв. – Уж не змеи ли тут ползли?
– Ежи и змеи передвигались вместе? – поразился Олег.
– Возможно, одни преследовали других, – пожав плечами, предположил Ильичёв.
– Кто же кого?
– Не знаю. Наверно и те, и другие порвали лианы и стали преследовать наших товарищей. Мутанты – и змеи, и ежи, уже не враги друг другу. Им нечего делить. И тем, и другим нужна алая кровь. Нехватка гемоглобина и других веществ приводит к тому, что организм мутанта нуждается в листьях и в соке растений, в которых есть всё необходимое для жизни. Также существа не прочь полакомиться животными с красной кровью.
– А что нам теперь делать? Где искать Перегудова и Алексея? – спросил Олег.
Катя встала на колени перед растерзанной лианой и стала причитать:
– Бедненькая, как же ты стонала!
– Катя, это всего лишь растение. Когда ты ешь огурцы или капусту, ты ведь не страдаешь от того, что их крошат в салат, а между тем обыкновенные растения тоже чувствуют боль, – сказал Олег.
–. Мы не знаем, к каким способам могут прибегнуть мутанты-растения, чтобы выжить. Возможно, со временем они станут не только защищаться от врагов, но и нападать, – предположил Ильичёв. – Вспомните о сиреневых деревьях, с которыми мы столкнулись в подземном мире. Те деревья пили кровь животных.
– Хмель и лимонник так страшно умирали! – проговорила Катя.
– Но лимонник не погиб. Из молодого побега вырастет новая лиана. Да и хмель может выжить, – сказал Ильичёв. – У растения в случае гибели его надземной части всегда остаётся шанс уцелеть – оно может вырасти от корней. У животных такого шанса нет.
– Так что вырастет эта лиана и будет продолжать стонать, – усмехнулся Олег. – Вот же ведь – разговаривать научилась, а соображать не хочет. Своим плачем лиана только привлекает агрессивных мутантов.
Издалека донеслись крики людей.
– Я узнаю голос Алексея и Максима Петровича! – обрадовалась Катя.
– Мы выйдем к ним, если пойдём по течению ручья, – сказал Олег.
– Я бы поостерегся идти в ту сторону. Туда направились не только наши товарищи, но и агрессивные животные, – заметил Ильичёв. – Катю с собой брать нельзя и оставаться ей здесь одной тоже опасно.
– Я пойду с вами, и мы найдём наших товарищей! – решительно заявила Катя.
– Ладно. Только нам надо быть очень осторожными, – предупредил Ильичёв. – Кстати, вы заметили, что снова стало слышно пение птиц? А перед этим в лесу, кроме стонов этих несчастных растений, не было слышно ни звука.
– Да уж, прямо, как перед стихийным бедствием вся природа смолкает при приближении мутантов, – согласился Морозов.
– Не всё так плохо, друзья! Скоро мы узнаем, что тут происходит, – сказал Ильичёв и зашагал вдоль ручья. Олег и Катя поспешили за ним.
Они продвигались по заросшему зеленовато-красным мелколесьем оврагу, прислушиваясь к шорохам и птичьим голосам. Когда впереди показался просвет и послышался шум падающей воды, Ильичёв остановился.
– Впереди водопад. Надо посмотреть, что там происходит. Кажется, именно отсюда доносились голоса наших друзей, – сказал Ильичёв.
– Я пойду к водопаду, – решил Олег. – Пока оставайтесь в лесу.
Ручей, вдоль которого шёл Морозов, впадал в быструю реку. Олег выбрался из оврага и увидел высокую скалу, с которой в реку низвергался пенящийся водопад. У подножия скалы он заметил копошащуюся серую массу. По фырканью и пыхтению Олег определил, что там были ежи. Чуть в стороне шевелился клубок, от которого отделилось несколько бирюзовых змей, направившихся в его сторону. Ежи тоже стали надвигаться на него. Олег развернулся, побежал назад, схватил Катю за руку и потащил её вверх по склону оврага.
– Игорь Ильич, бежим! – крикнул Олег.
– Что случилось? – спросил Игорь Ильич, выбравшись из оврага вслед за молодыми людьми.
– Возле водопада полно ежей и змей, которые стали меня преследовать, а наших друзей там не видно, – ответил Морозов, быстрым шагом направляясь вглубь леса и уводя за собой Катю.
– Подождите меня! – просил запыхавшийся Ильичёв, стараясь не отставать от молодых людей.
Они долго шли по лесу, пока не оказались на берегу бурной реки.
– Ещё одна река – не слишком широкая, но и не узкая. Здесь мы ещё не были, – сказал Олег.
Два дерева, которые росли на противоположных берегах, были увиты лианами, свисавшими с их крон.
Возле воды росла ольха с зелёной листвой, по которой вилась краснолистная лиана. На противоположном берегу реки красовалась такая же красная лиана, обвивавшая иву с зеленовато-серебристой кроной.
Катя оглянулась и вскрикнула. К ним по берегу реки, семеня лапками, бежали суетливые ёжики. В прибрежной траве слышался шелест – это ползли змеи.
Ярко-красная лиана, обвивавшая ольху, издала протяжный стон. Ей откликнулась лиана с противоположного берега. Странный разговор двух растений продолжался. Они словно перекликались друг с другом. Создавалось впечатление, будто они обсуждают нечто важное. В стонущие и плачущие звуки, издаваемые лианами, примешивались поочерёдно нотки негодования и агрессии, грусти и испуга.
– Надо скорее переправляться на другой берег, – решил Олег. – Всех ежей и змей не перестреляем.
Он выбрал зелёную лиану, которая свисала с ветвей росшей возле берега высокой берёзы, и подвёл к ней Катю.
– Хватайся за лиану. Надо перепрыгнуть на противоположный берег. Я тебе раскачаю, а ты держись крепче. Поняла? – спросил Олег.
Катя кивнула в ответ, вцепилась в лиану руками и поджала ноги. Олег стал её раскачивать…
Катя перелетела через бурную реку, разжала руки и упала в высокую траву на противоположном берегу.
Затем за эту же лиану ухватился Ильичёв и, поджав ноги, перемахнул через речку. Достигнув противоположного берега, он выпустил лиану из рук и шмякнулся на землю, больно ударившись животом. Игорь Ильич застонал и пробормотал:
– Тарзаном нельзя стать. Им надо родиться.
– Олег, скорее! Ежи близко! – закричала Катя.
Морозов увидел бежавших к нему ёжиков.
«А змеи-то отстали», – успел подумать Олег, хватаясь за лиану. Он разбежался и, оттолкнувшись от берега, перемахнул через речку и кубарем полетел в кустарник.
– Ты ушибся? – спросила подбежавшая к нему Катя.
– Немного, – потирая спину, ответил Олег.
К ним подошёл Ильичёв и, улыбнувшись, сказал:
– Похоже, мы ушли от лютых ёжиков. Надеюсь, змеи не рискнут лезть в бурную речку.
Некоторые ежи попытались сунуться в бурлящую воду, но тут же прекратили свои попытки. Змеи, всё же, поплыли через реку, однако бурное течение сносило ползучих тварей.
Остальные ежи и змеи, собравшиеся на противоположном берегу, устремились к краснолистной лиане, обвивавшей ольху. Ежи принялись терзать несчастное растение, которое издало протяжный стон. Змеи заползли на ольху, и стали жадно заглатывать листья краснолистной лианы.
Неожиданно уцелевшие упругие стебли лианы принялись хлестать агрессоров, а усы лианы, с силой обвивали ежей и змей. Не обращая внимания на колючки ежей, лиана душила их. Раны, нанесённые растению колючками животных, были серьёзными – на землю капали алые капли сока.
Оплетавшая иву лиана, которая росла на противоположном берегу, протянула свои длинные стебли через реку и стала хлестать агрессивных животных. Лиана, пришедшая на помощь подружке, изнемогавшей в схватке с агрессивными животными, обвила нескольких ежей, подняла их над водой и швырнула в реку. Ежи неуклюже поплыли, барахтаясь в бурной воде. Вскоре зверьков унесло вниз по течению.
Хлёсткие удары лиан по врагам становились всё яростнее. Множество убитых ежей и змей валялись вокруг ольхи. Морозов и Ильичёв, наблюдая за успешным сопротивлением растений кровожадным животным, не удержались и потратили пару патронов, меткими выстрелами уложив двух ежей.
– Эти лианы не стали церемониться с агрессорами. Здорово они ёжиков и змей отделали. Да здравствует союз растений и животных с красной кровью! Мы с ними одной крови! – азартно закричал Морозов.
– Краснолистные лианы одержали полную победу, – констатировал Ильичёв.
– Говорить о победе рано. Ведь мутанты – и ёжики, и змеи остались. Некоторые из них отступили в лес! К сожалению, они ещё могут вернуться и снова начать преследовать нас, – вздохнула Катя.
– Даже если они переберутся на этот берег, мы что-нибудь придумаем, – обнадёжил друзей Игорь Ильич. – Главное, нельзя допустить, чтобы это противостояние растений и животных с разной кровью разрослось до планетарных масштабов.
– Возможно, у всех людей есть только одна надежда на спасение, о которой они даже не подозревают. И эта надежда – мы с вами! – торжественно произнёс Морозов.
Наблюдая за схваткой краснолистных лиан со змеями и ежами, у которых была зелёная кровь, люди не обратили внимания на тихое стрекотание пролетевшего вдалеке вертолёта.
Глава 4. Ростки зла
– Ты заметил, куда полетел вертолёт? – спросил Перегудов.
– В сторону горы, – ответил Белобородов.
В этот момент с равнины донеслись звуки выстрелов.
– Сердцем чую, это Игорь Ильич и Олег палят из винтовок. Видно, у них неприятности, – предположил Алексей. – Причём стреляют в стороне от костра, возле которого мы их оставили. Надо бы предупредить их об опасных змеях и ёжиках.
– Если стрельба была, значит, они уже столкнулись с этими тварями или с другими монстрами.
– Возможно, это и не они стреляли, а Игумнов или кто-нибудь другой.
– Если тут летает вертолёт, то когда-нибудь нас найдут, – сказал Перегудов. – Другой вопрос: нам надо, чтобы нас нашли? Те, кто творит на острове такое, не вызывают у меня доверия. Все эти местные монстры не сами собой получились.
– А ведь в подземном мире нам встречались чудища пострашнее, чем эти ежи, тигры, змеи и красные лианы, – вспомнил Алексей.
– Так ведь те существа формировались миллионы лет. А откуда на этих островах появились твари? Хотя нам-то какое дело до того, каким образом тут все эти монстры появились. Меня волнует вопрос, как нам выбраться отсюда и не подцепить местную заразу.
– А ведь подцепить заразу можно элементарно. Укусит змея или комарик, и мы станем похожи на Игумнова.
– Между прочим, комаров на этом острове мало, – заметил Перегудов.
– Это хорошо. Зато здесь много птиц. Слышишь, как они перекликаются?
– Да. Их снова стало слышно, а то когда змеи и ежи пошли на нас лавиной, птицы тут же смолкли.
– Чуют птички неладное!
– Надо решать, что делать дальше. Продолжим путь вдоль обрыва и поищем удобное для спуска место?
– Можно и вдоль обрыва пройтись, – согласился Белобородов. – Только я уже сильно проголодался. Хотелось бы подстрелить дичь, желательно, с красной кровью.
Они пошли по лесу вдоль края плато. Здесь преобладали растения с зелёными листьями, испещрёнными красными прожилками. Несколько раз из-под ног путников выскакивали вспугнутые зайцы, однако Алексей и Перегудов даже не успевали прицелиться в стремительно скрывавшихся в зарослях длинноухих зверьков.
– Мы уже около трёх часов идём, – определил Перегудов.
– Точно?
– Были бы часы, сказал бы точно. Кстати, пологого спуска нигде нет.
Белобородов остановился и прислушался.
– Впереди шумит прибой, – определил Алексей.
– Уже вечереет. Пора отдохнуть. Потом посмотрим, что там шумит, – с этими словами Перегудов снял рюкзак и винтовку, лёг на спину и подложил руки под голову.
Белобородов присел неподалёку, прислонившись спиной к дереву. Лёгкий ветерок шевелил листья на деревьях. Под мерный шелест листвы и далёкий шум прибоя, Алексей едва не провалился в сон. Однако вздремнуть ему не удалось.
Перегудов насторожился, присел и, глядя на заросли, потянулся к винтовке.
– Что там? – шёпотом спросил Алексей.
– Не шевелись! – медленно вставая, тихо ответил Перегудов.
Белобородов только теперь увидел за густыми ветвями кустарника крупного кабана с рыжей шерстью, горбатым загривком и мощными клыками. Зверь громко хрюкнул. Животное стояло и настороженно смотрело на людей.
Перегудов поднял винтовку и прицелился. Прогрохотавший выстрел слился с пронзительным визгом кабана. Ломая ветви, матёрый секач ринулся на людей. Однако вторым выстрелом Максим Петрович добил кабана.
Люди подошли к убитому зверю, под которым растеклась лужица красной крови.
– Наш кабан! Кровушка у него красная! – ликовал Перегудов.
– Странно, мы радуемся смерти животного, хотя мы с ним одной крови, – задумался Белобородов.
– А что, лучше бы было подстрелить кабана с тёмно-зелёной кровью и потом давиться отвратительным растительно-мясным продуктом?
– Хорошо, что ты завалил кабана в стороне от обрыва, а то, будь он ближе к краю, скатился бы вниз, на обед к ёжикам.
– Вот бы сейчас сюда наших товарищей! Ведь мы с тобой столько мяса за неделю не съедим, – почесав затылок, сказал Перегудов.
– Наконец-то досыта наедимся. Только бы запах жареного мяса не привлёк сюда хищников-мутантов.
– Мы их всех перестреляем! Сейчас я разделаю кабанчика, – пообещал Перегудов. – На охоте мне не раз доводилось заниматься разделкой туш.
Максим Петрович острым ножом стал свежевать кабана. Белобородов занялся сбором хвороста. Затем он вбил две рогатины в землю, и развёл между ними костёр.
Перегудов принялся вращать над огнём нанизанный на прут кусок мяса. Алексей, сглатывая слюну, смотрел, как капает в огонь жирный сок, стекавший с мяса. Когда мясо прожарилось, Перегудов отрезал небольшой кусок и на кончике ножа протянул его Алексею.
– Ты меткий стрелок! – похвалил друга Белобородов.
Досыта наевшись, они закоптили над костром два окорока и, завернув их в зелёные листья лопухов, убрали в рюкзаки.
После еды они легли на землю и стали дремать, но тут с равнины донеслась удивительная нежная мелодия, сменившаяся ритмичной музыкой, напоминавшей марш. Белобородов и Перегудов решили завтра отыскать аборигенов, играющих на музыкальных инструментах. Музыка резко оборвалась, и уставшие путники тут же провалились в сон.
Алексей проснулся от прикосновения к его щеке чего-то холодного и влажного. Он открыл глаза и изумился. Над ним стояла мохнатая овчарка. Алексей крикнул и замахнулся на неё рукой. Собака отбежала в сторону. Белобородов вскочил на ноги. Поднялся с земли и Перегудов. Они подняли винтовки и прицелились в овчарку, которая с любопытством смотрела на них.
– А ну, псина, пошла прочь! – приказал Белобородов.
Собака оскалилась и зарычала.
– Где твой хозяин? – нахмурившись, спросил Алексей.
Овчарка зарычала громче.
– Это хозяйский пёс. Видишь, у него ошейник. Он не станет на нас нападать без команды, – сказал Перегудов, опуская винтовку.
Алексей подошёл к туше кабана, у которого кто-то выгрыз большой кусок мяса из бока. Белобородов перевёл взгляд на собаку и погрозил ей пальцем.
– Ты, нахальный пёс, съел большой кусок мяса. Но ты не бойся, иди ко мне! – позвал Перегудов.
Пёс перестал скалить зубы и, виляя хвостом, приблизился к Максиму Петровичу.
– Хороший пёс! – сказал Перегудов и потрепал его по загривку. – А вот то, что ты сожрал большой кусок мяса без спроса – это плохо. Но я прекрасно тебя понимаю: ведь голод – не тётка.
– Где-то должен быть его хозяин, – глядя по сторонам, предположил Белобородов.
– Почему ты думаешь, что он должен быть рядом? – удивился Перегудов. – Скорее всего, пёс заблудился.
Максим Петрович рассмотрел ошейник и обнаружил на нём выгравированную надпись: «Марс».
– Интересно, это твоё имя или ошейник сделала фирма с таким названием? – спросил Перегудов и позвал: – Марс! Марс!
Пёс завилял хвостом и, встав на задние лапы, лизнул Перегудова в лицо.
– Да он тебя просто обожает! Пёс признал в тебе хозяина и готов тебе служить, – сказал Белобородов.
– Ну, если хозяина нет, значит, Марс теперь будет нашим, – принял решение Перегудов. – Только сначала я хочу кое-что о нём узнать.
Перегудов присел и, внимательно посмотрев тому в глаза, облегчённо вздохнул.
– Он свой, Алексей! – улыбнувшись, сказал Перегудов и ласково потрепал пса по загривку. – У него красные сосуды в белках глаз.
Пёс завилял хвостом и преданно посмотрел на Перегудова. Потом Марс отбежал в сторону и, остановившись, завилял хвостом.
– Возможно Марс выведет нас к людям. К хорошим людям, – сказал Перегудов. – У собак хорошая интуиция. Будем надеяться, что Марс почувствует злодеев.
Марс побежал вдоль края обрыва. Алексей и Максим Петрович, последовали за ним.
Вскоре путники проголодались. Белобородов снова собрал хворост и развёл костёр, на котором принялись разогревать копчёные окорока. Одного окорока хватило на троих – на людей и пса. Второй окорок Алексей запихнул в свой рюкзак.
Насытившись вкусным мясом, люди расслабились и решили отдохнуть. Они улеглись на лапник, принесённый из ближайшего ельника, и, невзирая на то, что наступил полдень, задремали возле догорающего костра.
Заждавшись пробуждения людей, Марс стал подвывать и тянуть Перегудова за рукав. Максим Петрович проснулся и принялся ругаться. Он замахал руками на пса, который продолжал тянуть его за собой.
– Куда ты меня тащишь, псина? – ворчал Перегудов.
– Похоже, у Марса проявляется интуиция, – предположил проснувшийся Белобородов. – Надо уходить отсюда.
– Зачем? Ещё немного поспим, – недовольно произнёс Перегудов.
Однако Марс не успокаивался. Он подбежал к обрыву и глухо зарычал.
– Возможно, внизу, на равнине, снова собираются ежи и змеи, – предположил Алексей. – А ведь ползучие гады могут забраться сюда, и тогда нам мало не покажется.
– Однако пока с равнины не доносится ни фырканье ежей, ни шипение змей, – заметил Перегудов и спросил:
– Ты чувствуешь нежный аромат сирени?
– Действительно, пахнет сиренью, хотя, судя по всему, сейчас не весна. К тому же этот запах с каждой минутой становится всё более резким. Посмотрим, почему волнуется Марс.
Люди подошли к обрыву. Внизу, на небольшом уступе крутой скалы росли два высоких древовидных куста. Именно от них исходил запах сирени, распространяющийся по лесу. На кончиках ветвей располагались пышные соцветия. К изумлению Алексея и Максима Петровича цвет листьев на этих кустах оказался не зелёным и не красным, а сиреневым.
– Это те же самые перемещающиеся по земле деревья-хищники, с которыми мы столкнулись в подземном мире, – сказал Алексей.
– Сиреневые деревья пробрались и сюда?! – воскликнул Перегудов. – Но каким образом?
– Это ужасно! Вспомни, как расселились ротаны – мелкие хищные рыбки по водоёмам европейской части России. А как заполонил всё Подмосковье борщевик, родиной которого является Азия. Теперь очередь за этими растениями-хищниками. Они могут распространиться по всем континентам, и тогда человечеству придётся нелегко. Только этого ещё не хватало!
– Но у людей есть средства борьбы с хищными растениями – например, химические средства или бензопилы.
– Нам не помешали бы пара бензопил.
Пёс заскулил и всем своим видом показывал, что пора бежать. Белобородов посмотрел вниз и увидел, как корни сиреневых деревьев вылезли из скальной породы и, переместившись выше, начали проникать в толщу скалы, выкрашивая из неё мелкие камни. По пути деревца брызгали соком, на лету превращавшимся в серые липкие нити. Клейкие нити выбрасывалась из соцветий, прилипали к скале и помогали деревцам удерживаться на отвесной поверхности. Ветви растений прикреплялись к скале и подтягивались вверх с помощью получавшейся прочной паутины.
– Пора уносить ноги. Нам с этими деревцами не следует встречаться, – с этими словами Алексей накинул на плечи рюкзак.
Перегудов поднял винтовку и прицелился в странную сирень.
– И куда же ты собрался стрелять? В какую часть дерева – в соцветия, в корни, в ствол? – поинтересовался Белобородов.
Перегудов махнул рукой и, закинув винтовку за плечо, бросился к костру. Он выхватил из пламени тлевшую головню и, подбежав к обрыву, метнул её в одно из сиреневых деревьев.
Деревце, в крону которого попала горящая палка, издало трубный звук, вырвавшийся из множества трубочек, скрывающихся в соцветиях. Горящую головню ветви отбросили в сторону, и она полетела вниз. Жуткие деревца поднялись ещё выше.
– Они не загорятся! Это бесполезно, – проговорил Алексей.
Деревца уже были близко. Перегудов, всё же, выстрелил в сиреневое дерево, с которого посыпалась листва. При этом деревце взвыло, словно сирена. Перегудов отбежал от края обрыва под осторожный лай Марса. По завибрировавшей земле змейкой проползла трещина.
– Вот это силища! Сиреневые деревья сейчас отломают кусок от скалы, – изумился Белобородов.
– Что стоишь, как истукан! Помогай! – закричал Перегудов.
Он схватил сухую корягу и подбежал к обрыву. Воткнув корягу в образовавшуюся расщелину, Перегудов навалился на неё. Белобородов направил дуло винтовки на расщелину и выстрелил.
Кусок скалы, за который уцепились настырные хищные деревца, задрожал и стал сползать вниз. Перегудов отскочил в сторону и, споткнувшись, покатился под куст орешника. Белобородов отбежал от трещины. Часть скалы с грохотом рухнула вниз, подняв клубы пыли. Кровожадные растения взвыли и смолкли. Наступила тишина.
Алексей протянул Перегудову руку и помог ему встать. Марс скулил и суетливо бегал вдоль края обрыва и скулил.
– Посмотрим, что стало со злобными деревцами, – предложил Белобородов.
Они подошли к краю обрыва. Внизу ещё не улеглась пыль, но можно было разглядеть происходящее. Неподалёку от наблюдателей со скалы свисали липкие нити, которые недавно выбросили сиреневые деревья из своих соцветий. Крупный осколок скалы лежал в нескольких метрах от её подножия. Из-под огромного камня высунулись два чёрных корня, которые дёрнулись и тут же безвольно упали на землю.
– Хищные деревья мертвы. Мы победили! – с удовлетворением объявил Перегудов.