Военная система Раймондо Монтекукколи

ИСТОКИ ВОЕННОЙ ТЕОРИИ МОНТЕКУККОЛИ

Важнейший вопрос о генезисе военного мышления Раймондо уже подробно поднимался в работах историков Пьери, Лураги и Баркера[132]. Лураги выделил 4 основы формирования Монтекукколи как военного теоретика: 1) военный опыт; 2) школа великих полководцев; 3) традиция великого итальянского искусства и военной науки с XV по XVII вв.; 4) культурное наследие эпохи Возрождения[133]. Объединив два последних пункта в один, стоит остановиться на этих истоках чуть подробнее. 1) Культурное наследие античных, средневековых и современных авторов Роль теоретического багажа для успешного командования армией подчеркивается подчас столь высоко, что, например, согласно Цанелли, величайшие полководцы появились только тогда, когда военные библиотеки стали всеобщим достоянием образованных людей. Такое, по мнению итальянского историка, случилось в Италии, где сложилась неороманская военно-историческая эпоха, предшественником которой являлся Макиавелли, а «апостолом» – Монтекукколи[134]. Литературное наследие Раймондо демонстрирует его большую любознательность, выходящую далеко за пределы сугубо военной сферы, тот широкий энциклопедизм, обусловленный стремлением изучить все области человеческого знания на предмет их полезности для военных целей, равно как и подтвердить свои военные концепции посредством данных из других наук[135]. Обучение, полученное им в Италии, сделало из Монтекукколи защитника универсальных ценностей итальянской культуры, которая научила его изобретательности и конкретности[136]. Известно также, что он поддерживал личные контакты с учеными своего времени – Иоганном Глаубером и Лейбницем[137]. В силу этого Раймондо признают подлинным интеллектуалом в традициях Возрождения, одним из «самых многогранных умов в истории»[138] и первым военным представителем «esprit polytechnique»[139], предвосхитившим тенденцию к «интеллектуализации войны»[140] в эпоху Просвещения.

Несмотря на то, что личная библиотека Монтекукколи утрачена, установить многие из прочитанных им книг достаточно легко. В трактате «О войне» он привел список из 46 использованных авторов, иногда с указанием конкретного труда, но чаще всего просто имя. В «Цибальдоне» перечислены около 40 авторов (включая анонимные труды). В «Афоризмах» процитированы 42 автора[141]. Разумеется, многие авторы повторяются, но если добавить к ним еще несколько имен, упомянутых в других работах, то в сумме получается около 100. К сожалению, Баркеру и Лураги не удалось доподлинно идентифицировать всех упомянутых Раймондо авторов; в связи с этим постараемся дополнить их изыскания. Что касается классификации авторов, Баркер разделил 42 из 46 перечисленных в трактате «О битвах» авторов (четверо остались неидентифицированными) на 6 категорий: средневековые и ренессансные (5), античные (15), современные научные (4), современные военные (9), политико-правовые (5) и современные исторические[142]. Упрощая классификацию, мы разделили книги этих авторов условно на «военные» и «невоенные», с разбивкой по эпохам.

Античные авторы. К началу XVII в. в Европе было издано множество сочинений античных классиков, в том числе в переводе на итальянский, и, судя по всему, знакомство Монтекукколи с греческими авторами состоялось именно через эти переводы (римских он читал на латыни). Среди упомянутых им «военных» античных авторов: Геродот, знаменитый греческий автор V века до н.э., «отец истории», источник по истории грекоперсидских войн; Фукидид, греческий историк V века до н.э., автор «Истории» – источника по Пелопоннесской войне; Ксенофонт (ок. 430 – ок. 355 гг. до н. э.) – древнегреческий писатель и историк, автор трудов «Анабасис» и «Греческая история»; Квинт Курций Руф, римский историк, чей труд по истории Александра Македонского многократно переиздавался в XVI – начале XVIII вв. под названием «De Rebus Gestis Alexandri Magni»; Юлий Цезарь, римский государственный и политический деятель, полководец, писатель, чьи «Записки» о Галльской и Гражданских войнах Монтекукколи активно использовал; Элиан, греческий писатель, автор трактата «Тактическая теория» (начало II века н.э.) – справочника по военному делу эллинистической эпохи; Эней Тактик (IV в. до н.э.), автор трактата «О перенесении осады»; Фронтин, римский политический деятель, полководец, администратор, ученый и писатель I века н.э., автор трактата «Стратегемы (военные хитрости)»; Марк Юниан Юстин, римский историк, автор эпитомы труда Помпея

Трога о царствовании Филиппа Македонского; Флавий Вегеций Ренат, позднеримский военный писатель, автор трактата «De re militari» (конец IV – начало V вв.), который в течение на нескольких столетий стал «оракулом» для военных Западной Европы[143]; Онасандр – греческий писатель I в. н.э, автор трактата «Strategikos» (наставление военачальнику); Полибий – греческий историк II века до н.э., автор «Всеобщей истории» – источника по истории Пунических и некоторых других войн; Полиэн – греческий писатель II века н.э., автор трактата «Стратегемы» («Военные хитрости»); Плутарх – греческий писатель и философ сер. I – начала II вв. н.э., автор «Сравнительных жизнеописаний»; Гай Саллюстий Крисп – историк I века до н.э., автор работ «О заговоре Катилины» и «Югуртинская война»; Луций Анней Флор, римский историк II в. н. э..

В «Афоризмах» также несколько раз процитирован Лев Мудрый, автор «Тактики»; это единственный названный напрямую византийский автор. По наблюдению Йэнса, именно византийского императора, наряду с Макиавелли, Раймондо наиболее плодотворно использовал среди всех трудов своих предшественников[144].

Из невоенных авторов отметим Аристотеля (384–322 гг. до н. э.), древнегреческого философа и учёного-энциклопедиста, основателя перипатетической школы. Из сочинений Аристотеля Монтекукколи читал как минимум «Метафизику», «Риторику», «Политику», «Никомахову этику», «Физиогномику». Оценка воздействия идей греческого философа на Раймондо противоречива: от признания фундамента его идей «аристотелевским» (Грасси) до утверждения, что методологически на нашего героя гораздо больше повлияли Галилей и Кампанелла (Лураги)[145]. Несомненно, на подход Монтекукколи оказал ощутимое влияние аристотелевский силлогизм. Согласно Мартелли, Раймондо был воспитан в христианском аристотелианстве, и именно к этому философу он обращался на позднем этапе творчества для решения любых категориальных проблем. Аристотелевская мысль вместе с научным эмпиризмом обусловила его концепцию военного искусства и политики[146]. По наблюдению Пьеро дель Негро, последовательность чувства–память–опыт–всеобщий разум прямо отсылала к аристотелевской эпистемологии[147]. Наконец, Монтекукколи несколько раз цитировал Библию и Иоанна Златоуста (ок. 347–407).

***

Обращение к античному наследию являлось само собой разумеющимся для европейских военных теоретиков раннего Нового времени. Мало того, греческому и римскому войску могли посвящаться целые трактаты, или, по крайней мере, специальные разделы в трактатах (Липсий, Патрици, Прэссак). Чрезмерное внимание таких теоретиков к античности впоследствии сурово осудил Гибер: «беспрестанно цитировали античных авторов, не замечая, что их от нас отделяют 2000 лет…»[148]. Раймондо стал как раз одним из тех, кто заметил данное обстоятельство, и такого преклонения перед военным делом античности, как, например, у Липсия или Макиавелли, у него не наблюдалось: «как презирать благоразумие древних во всех отношениях – акт профанной горделивости, так и привязывать себя навечно к их институтам – абсурдный вид благоговения»[149]. Как отмечалось выше, в предисловии к «Военным таблицам» он фактически признал, что для формулирования правил военного искусства достаточно опыта современных ему войн, а в «Цибальдоне» не включил ни одного античного автора. Согласно наблюдению историков, Монтекукколи по факту мало пользовался трудами античных теоретиков[150], а цитаты из них выступали лишь предлогом для его размышлений[151]. В связи с этим важно отметить, что некоторую практическую информацию, например, о древнем вооружении, он черпал не напрямую у греческих или римских классиков, а у современных ему авторов (Липсий, Прэссак, Патрици, Роан), в чем он, собственно, сам признавался[152].

Разумеется, Раймондо был далек от игнорирования античности: «временами я касался некоторых случаев использования [опыта] античных войн, потому что подражание им иногда может пробудить дух к изобретению других подобных вещей, которые могут быть сведены к практике сегодняшнего дня, а также… послужить источником обучения»[153]. Однако, когда Монтекукколи приводил примеры из древней истории, то, по верному замечанию Баркера, он выбирал лишь то, что гармонировало с его личным опытом[154]; к тому же, по словам самого Раймондо, «использование примеров опасно тем, что лица и места часто различны, хотя события кажутся похожими»[155]. Конкретное влияние античной литературы на Монтекукколи проявилось, например, в структуре первого трактата «О битвах» (что делать до, во время и после битвы), которая явно позаимствована у Вегеция[156] . Рассуждения о врождённых и приобретённых качествах генералов он взял у Онасандра, а определение универсальной диспозиции – у Секста Юлия Фронтина[157].

Средневековье и раннее Новое время (до начала XVII в.). Среди «невоенных» авторов этого периода следует упомянуть следующих: Филипп де Коммин (1447– 1511), государственный деятель, дипломат, сначала на службе у Карла Смелого, затем – Людовика XI, автор «Мемуаров» (изданы в 1524 г.), признанных одним из лучших образцов жанра мемуаристики; Фрэнсис

Бэкон (1561–1626) – английский философ, основоположник эмпиризма; Джироламо Кардано (1501–1576) – итальянский математик, инженер, философ, медик и астролог; Джон Барклай (Бёркли, 1582–1621) – шотландский поэт, сатирик, латинист, автор романа «Argenis» (1622 г.); Георгий Агрикола (Георг Бауэр, 1494–1555) – немецкий ученый, врач, историк, философ, которого называют «отцом физической геологии и минералогии»; Сципион Аммирато (Scipione Ammirato, 1531–1601), итальянский историк, автор труда по истории Флоренции и о Таците («Discorsi sopro Cornelio Tacito»); Иоганн Слейдан (Johannes Sleidanus, 1506 – 1556) – немецкий историк, переводчик и дипломат (Раймондо ссылался на его работу «Commentariorum de statu religionis et reipublicae Carolo V Caesare, Libri XXVI», ценный источник истории Реформации); Иоганн Фаульхабер (1580–1635) – немецкий математик, автор многочисленных трудов по алгебре и геометрии; также работал в качестве инженера-фортификатора и увлекался астрологией.

Спорным остается вопрос о влиянии на Раймондо знаменитого итальянского физика, механика и астронома Галилео Галилея (1564–1642), поскольку он «совсем не любил тех «философов [его] времени», которые «извлекли из гроба уже похороненные мнения атомов и движения земного шара»[158]. Тем не менее, именно в галилеевском методе исследования измерения явлений берет свое начало геометрически-пропорциональный ансамбль, наблюдаемый в архитектурной планировке Монтекукколи[159]. Несколько упомянутых Монтекукколи имен вызвали у историков затруднения с точной идентификацией. Во-первых, это некий Daniel Mogling, автор труда, который Лураги расшифровал как «Mechanics of far bunghammers». По мнению итальянского историка, Мёглинг, «судя по названию его работы и языку, очевидно, англичанин, занимавшийся практической механикой»[160]. В данном случае итальянский историк неправильно дешифровал Раймондо, сочтя, что труд написан на английском. На самом деле, речь идет о «Mechanischer Kunst-Kammer… Von Waag, Hebel, Scheiben, Haspel, Keyl und Schrauffen. Begreiffend die wahre Fundamenta aller Machination…», работе по механике, изданной в 1629 г. Ее автор – Даниэль Мёглинг (Daniel Mögling, 1596–1635) – немецкий алхимик и розенкрейцер. Во-вторых, некий Якопо Страда Росберг (Jacopo Strada a Rosberg). Лураги считал, что это историк, писавший о римских императорах и умерший после 1629 г.[161] Как кажется, Монтекукколи имел в виду другого человека – уроженца Мантуи, жившего в 1507 – 1588 гг., автора работы «La première [et seconde] partie des desseins artificiaulx de toutes sortes des moulins à vent, à l’eau, a Cheval & à la main, avec diverses sortes des pompes & aultres inventions…» (1617 г.). Книга посвящена устройству мельниц и иллюстрирована сотней гравюр. Раймондо мог опираться на него в своих подробных расчетах о производительности мельниц[162]. Среди «военных» авторов следует в первую очередь назвать Никколо Макиавелли (1469–1527), итальянского мыслителя, философа, писателя, политического деятеля. Макиавелли рассматривается как «первый, кто попытался обобщить рациональные принципы военного искусства и науки»[163]. Ярый ненавистник наемничества, он сформулировал основные принципы обороны страны гражданами и положил начало дискуссии о горожанине и крестьянине как защитниках отечества[164]. Несмотря на встречающееся в литературе мнение о том, что XVII в. Макиавелли уже не оказывал никакого влияние на науку о войне[165], Раймондо почерпнул у знаменитого флорентийца непредвзятый анализ политической реальности своего времени и соответствующих методов; абстрактный принцип гражданина-солдата и национальной армии, который, впрочем, он счел возможным на практике только в исключительных случаях[166]; идеи о качествах военного лидера; тезис о неизменности военного искусства даже после появления артиллерии; определение отношений между войной и политикой; концепцию современной кавалерии; тезис об обороне как о самой сильной форме войны, при условии последующего контрнаступления[167].

Историк Баркер отметил влияние Макиавелли и в сугубо тактическом плане, например, в вопросе о глубине боевого построения[168]. В «Военном искусстве» Макиавелли, ссылаясь на опыт римских легионов, рекомендовал боевой порядок из трех линий: «При таком порядке троекратного возобновления боевой линии поражение было почти невозможно, потому что счастье должно изменить тебе три раза подряд, а доблесть врага должна быть такова, чтобы трижды победить»[169].

Эту идею подхватил и Монтекукколи в первом трактате «О битвах»: «Пусть армия никогда не сражается вся целиком, но так, чтобы она могла привести себя в порядок, чтобы сражение могло повториться два или три раза…»[170].

Влияние Макиавелли особенно сказалось в трактате «О войне», где, по мнению Лураги, оно является повсеместным и доминирующим[171]. С другой стороны, в первом трактате «О битвах», по предположению Баркера, Раймондо пользовался идеями Макиавелли «скорее косвенно, чем напрямую»[172]. Вторым важным автором этого периода для Монтекукколи стал Юст Липсий (1547–1606), фламандский гуманист, историк, филолог и основатель неостоицизма. Его труды оказали большое влияние на международную политическую и административную элиту и были переведены на множество языков и многократно переизданы[173]. В историографии подчеркивается огромное влияние Липсия и на героя данной книги, который ссылался на такие труды, как «Politicorum sive civilis doctrinae libri VI» и «De militia romana». В предисловии к трактату «О войне» заявлялось: «я часто любил подражать Липсию, излагая свои чувства словами других…». По наблюдению Кауфманн, в «религиозно-философской (призыв к «мужественному действию» был центральным элементом Нового стоицизма) обоснованной концепции труда и долга» Липсия кроется главная причина необычайного стремления Раймондо к деятельности[174]. В «Politicorum sive civilis doctrinae libri VI» (1589 г.) Липсий изложил свою теорию государства, построенного на двух столпах – vis (военная сила, насилие) и virtus (нравственное отношение, морально обоснованная эффективность)[175]. Считается, что из данного труда Монтекукколи почерпнул «всестороннее и систематическое изображение войны в политических рамках, вытекающее из политических мотивов и направленное на политические цели», что особенно отразилось в первой части трактата «О войне»[176]. Ему явно импонировали идеи Липсия о монархической форме правления, сдержанной строгой законностью с сильным военным акцентом[177]. Кроме того, Раймондо согласился с Липсием в вопросах отказа от наемничества и перехода к постоянной профессиональной армии, необходимости специального налога для ее содержания, наличия резервных войск, разбросанных по крепостям, необходимости строгой «disciplina militaris», адекватной системы поощрений и наказаний, строевой подготовки и регулярной муштры, важности наличия у главнокомандующего определенных качеств и т.д.[178] В работе «De militia romana» (1595 г.) римская армия ставилась Липсием в пример для реформы современного войска. Монтекукколи ссылался на этот труд при разборе проблемы взаимоотношения пехоты и кавалерии, набора войск и т.д.[179] У итальянского писателя Джованни Баттиста Николуччи по прозвищу Пинья (Pigna, 1529–1575) Раймондо мог почерпнуть темы, связанные с совместимостью между воинской профессией и исповеданием христианской веры[180], а также привить существенное недоверие к небольшим крепостям[181].

Среди других условно военных авторов выделяются: Жан Фруассар (около 1337 – после 1404 или 1405) – французский историк, писатель и поэт, автор «Хроник» по истории Столетней войны Ангиии с Францией. Джулио Чезаре Бранкаччо (1515–1586) – итальянский придворный, кавалер, писатель. Автор труда «Della nuova disciplina & vera arte militare» и комментированного перевода «Записок» Юлия Цезаря.

Франческо Патрици(о) (1529 – 1597), итальянский философ и гуманист, автор «La Militia romana di Polibio, di Tito Livio e di Dionigi Alicarnaseo» (1583 г.); другая его работа, «De institutione reipublicae» (1594 г.), проповедовала обязательное военное обучение для всех молодых людей[182].

Франсуа де Ла Ну (или де Лану, François de La Noue, 1531 – 1591), участник религиозных войн во Франции на стороне гугенотов и войны во Фландрии на стороне Республики Соединенных провинций. В своих «Discours politiques et militaires», 1587 г. Ла Ну рекомендовал, среди прочего, сохранять сильные пехотные контингенты в мирное время, поскольку основательная военная подготовка кадров не могла быть предметом импровизации[183]. Диего Уфано (Diego Ufano, ? – 1613 г.), испанский артиллерист, участник 80-летней войны Испании с Голландией, автор «Tratado dela artilleria y uso della platicado». В этой работе разобраны история и классификация артиллерии, технические аспекты ее изготовления, тактические проблемы ее применения. Трактат Уфано снискал популярность и был переведен на несколько языков. Джорджо Баста (1540/50–1607), итальянский генерал, теоретик и дипломат, военный наставник Эрнесто Монтекукколи и Валленштейна. Участвовал в войне Испании с Голландией под командованием Альбы, дона Хуана Австрийского и Фарнезе. Затем перешел на императорскую службу, сражался против турок в Долгой войне, на которой дослужился до главнокомандующего армиями Венгрии и Трансильвании, заслужив репутацию одного из лучших полководцев императора[184]. Известен среди прочего тем, что именно по его приказу был убит валашский господарь Михай Храбрый. По окончании войны Баста оставил службу и написал 3 трактата: «Il mastro di campo Generale», «II governo della Cavalleria leggiera», «Del governo dell’artiglieria», а также работу «Fattioni occorse nell’Ongaria nel 1597, et la Battaglia di Transilvania contro il Valacco 1600». В работе «Il mastro di campo Generale» Баста рассказывал об обязанностях этой должности заместителя генералиссимуса, т.е. фактического командующего армией, разделяя ее политическую и военную стороны. Опыт войны Баста в Венгрии нашел отражение и в рассказе о тактике турок и советах по борьбе с ними. Влияние идей Баста на Раймондо прослеживется и в рассуждении о преимуществах копья[185].

Лодовико Мельцо (1558–1617), участник испано-голландской войны под командованием Алессандро Фарнезе и эрцгерцога Альбрехта, дослужился до заместителя командующего кавалерией в армии Фландрии. Автор «Regole Militari sopra il Governo e Servitio particolare della Cavalleria» (1611 г.) – сводного трактата о кавалерии, в котором рассмотрены организация, структура, тактика этого рода войск.

Иоганн Якоб фон Валльхаузен (Johann Jacobi von Wallhausen, ок. 1580 – 1627), военный писатель и основатель первой в Европе военной академии (в Нассау-Зигене). Он обучался военному искусству в Нидерландах. Среди его работ – «Kriegskunst zu Fuß» (1615 г.), «Kriegskunst zu Pferdt» (1616 г.), «Archiley-Kriegskunst» (1617 г.), «Corpus militare» (1617 г.) и «Defensio Patriae oder Landrettung» (1618) г. Феретти. В отношении данного автора есть сразу три примерно равнозначных по вероятности гипотезы. По предположению Баркера, Монтекукколи мог иметь в виду Доменико Феретти (Domenico Ferretti, 1489-1552) – тосканского гуманиста и политического деятеля, состоявшего на службе у Франциска I[186]. Лураги предложил еще 2 варианта: «Джулио Ферретти из Равенны, опубликовавший в 1562 г. трактат о военных «советах», либо Франческо Ферретти из Анконы, опубликовавший в 1568 г. трактат «Della osservanza militare»)»[187].

Стоит сказать и про одно знаковое сочинение, которое так и не было напрямую упомянуто Раймондо – «Arte militare terrestre e marittima…» (1599 г.) Марио Саворньяно. Автор разделил военное искусство на две составные части: военные ресурсы (apparecchi), т.е. сфера подготовки, и действия (attioni), т.е. сфера исполнения. К «apparecchi» он отнес людей (офицеры и рядовые), инструменты (оружие, лошади и т.д.), продовольствие и деньги. К «attioni» относятся марш, расположение лагерем и сражение. В отношении сражения автор рассматривает как предшествующие, так и относящиеся непосредственно к нему явления[188]. Многое из предложенной Саворньяно структуры военного искусства, включая разделение войны на наступательную и оборонительную, будет использовано и/или дополнено Монтекукколи, хотя он так и не упомянул этого автора.

Современные авторы. Из «невоенных» современных авторов огромное влияние на Раймондо оказал Томмазо Кампанелла (1568–1639), философ-утопист, теолог, писатель и поэт. По обвинению в антииспанском заговоре провел 27 лет в тюрьме, где и сочинил свои главные произведения. По уверению Лураги, в Кампанелле Монтекукколи нашел своего «величайшего учителя…, заложившего основы для появления картезианской математической логики»[189]. Влияние на Монтекукколи данного мыслителя подчеркивает тот факт, что в «Цибальдоне» более четверти всех использованных работ (и примерно 353 страницы) приходятся на Кампанеллу. В частности, Раймондо ознакомился с «Испанской монархией», «Метафизикой», «Моралией», «Грамматикой», «Логикой», «Поэтикой», «Экономикой», «Политикой», «Апологией Галилея», «Психологией» и другими. Помимо всего прочего, Кампанелла увлекался астрологией, посвятив ей отдельное сочинение, также упомянутое Раймондо в «Цибальдоне».

В методологическом отношении на Раймондо оказала воздействие логическая структура мысли Кампанеллы, акцент на эмпиризм, некоторые философские идеи и размышления об иррациональности[190]. В сугубо военном отношении Монтекукколи сослался на идею Кампанеллы о том, как «постоянно иметь в избытке верных солдат»[191] .

В числе других «невоенных» современных авторов: Валериан Магни (Valerianus Magnus, 1586–1661), священник-капуцин, дипломат и миссионер; Авраам Закут (Zacutus Lusitanus, 1575–1642), автор трудов по медицине; Лазар Ривьер (1589– 1655), французский автор трудов по медицине; Даниэль Швентер (1585–1636), профессор иврита, восточных языков и математики, написавший трактат по криптологии «Steganologia» (1620 г.)[192]; Ян Амос Коменский (1592–1670), чешский педагог-гуманист и писатель, считается основоположником современной педагогики как науки (Монтекукколи заинтересовал его учебник «Физика», 1633 г.); Вирджилио Мальвецци (1595–1654), итальянский писатель (Раймондо упоминал его биографии древнеримских царей Ромула (1629 г.) и Тарквиния Гордого (1632 г.)); Роберт Фладд (Robertus de Fluctibus, 1574–1637), английский писатель, философ, медик, мистик, алхимик; Георг Шёнборнер (1579– 1637), ученый-правовед, среди трудов которого Монтекукколи выделяет «Politicorum libri septem» (1610 г.), т.н. «энциклопедию политической науки».