Черный квадрат

Покорпев над материалами, обе убедились в том, что товарищ по фамилии Сосиска никакого отношения к похищению не имел. Василий Николаевич ничего не знал о случившемся. Сам Янбулатов его в свои планы относительно покупки не посвящал. После встречи Скурыдина поделилась с Маевской:

– Никакого смысла проверять его пальчики я не вижу. Для себя сделала однозначный вывод, что он здесь совершенно не при делах.

– Давай все же сделаем, вдруг … мне так будет спокойнее, когда на все вопросы я получу исчерпывающие ответы и убедительные доказательства. Я никогда ничего не принимаю на веру, мне всегда во всем надо убедиться самой, – настаивала Маевская.

– Знаешь, Надежда, ты хоть и не доверяешь психологии, но я тебе скажу так – иной раз можно сразу вычислить преступника. За этим будущее, и не надо тратить много времени и сил.

– И что ты скажешь в данном случае?

– Из всех, кого мне довелось видеть, нет ни одного, кто бы мог совершить эту кражу.

– Спасибо тебе, Светлана! Ты мне очень помогла!

– И тебе спасибо! Как раз я для своей книги набрала недостающий материал. Поеду ее доканчивать. Когда найдешь преступника, не забудь мне сообщить. Удачи тебе!

Прошло два дня.

За помощью Надежда обратилась к знакомым на старом месте работы. В криминалистической лаборатории ее хорошо помнили и Маевской не пришлось долго ждать. Обработка отпечатков пальцев лишь подтвердила, что кража была тщательно продуманной. Естественно, преступник работал в перчатках. Никаких посторонних отпечатков на сейфе, кроме Янбулатовских пальцев не обнаружили. На пачке, туго перетянутых долларов найдены отпечатки пальцев Янбулатова, и еще каких-то людей, но только не Владислава и тех, кто работал вместе с ним. Владислав Мурзич этих денег не видел до этого дня. В этом Светлана убедилась, поработав с телохранителем. Нигде не нашли отпечатков пальцев Василия Николаевича.

Надежда еще раз съездила в коттедж к Янбулатову и вернулась взволнованная и озабоченная. Бросив сумку, она присела в кресло, подложив правую ногу под себя, и прищурила глаза:

– Вот, что мне удалось выяснить. Владислав чуть ли не сошел с ума от испуга. Он все эти годы верно служил своему господину Янбулатову, и дорожил его жизнью, как самой большой святыней и готов был не задумываясь отдать жизнь за своего хозяина. А тут ему пришлось испытать на себе его презрительный взгляд, услышать несправедливые обвинения. Это оказалось выше его сил. Владислав служил в горячих точках, его психика пошатнулась еще там. Несмотря на блестящую физическую подготовку, Янбулатовский телохранитель оказался ранимым человеком. И здесь он не выдержал. Сорвался, стал слишком много пить. Янбулатов понял, что по отношению к Мурзичу совершил ошибку и предъявил ему необоснованное обвинение, но теперь вынужден расстаться. Владислава уже не переделать, он не просыхает – пьет каждый день. Да, страшно, наверное, испытать на себе гнев хозяина, – Маевская поделилась своими соображениями с подругой.

Светлана частенько гостила у Надежды, помогала ей и, наконец, накопила богатый материал для своей новой книги.

Надежда задумалась, ей стало жалко парня, который по чужой злой воле стал случайной жертвой.

– Слово хозяина равносильно приговору, который уже никто не сможет отменить, – Светлана выразительно посмотрела на подругу, которая уже поняла их ошибку.

Маевская напряженно о чем-то думала.

– Здесь целиком наша вина. Мне не нужно было все говорить Янбулатову, зря я показала зеленые. Отныне Янбулатова мы не станем посвящать в детали расследования, чтобы история с Владиславом больше не повторилась, – Маевская крепко сжала губы.

– Правильно. А я тем временем составила общую схему его дома. Все-таки как-то странно получается. Незаметно проникнуть к сейфу ну никак не возможно. Ведь в коттедже все просматривается, проверяется. А в комнатах постоянно находится прислуга, да еще и Янбулатовская собака, огромный серый дог, который часто бродит по комнатам, как какое-то ночное привидение, – согласилась Светлана.

Ничего интересного в этом банальном воровстве, по сути, не было, но что-то показалось Надежде каким-то неестественным. Может быть, из-за той кажущейся простоты, от которой она давно уже отвыкла, слишком все подозрительно гладко и ровно. У нее не было ничего, кроме внутреннего чувства, что искать надо в ближайшем окружении, проверяя всех подряд. Она знала, что временно надо отвлечься, заняться чем-то другим, а потом снова взяться за дело. Что ж, посмотрим пока все связи Янбулатова, подумала Маевская.

Надежда составила подробную биографию всех его родственников, начиная от бывшей супруги и кончая самыми дальними. За работой время летело незаметно, и, когда Надежда закончила работу с файлом, оказалось, что уже почти неделя прошла. Светлана тоже не спала, она работала в соседней комнате, сосредоточенно и тихо. Надежда, закончив свою часть на компьютере, принесла из кухни бутерброды с сыром и ветчиной и кофе. В третьем часу ночи Надежда сладко потянулась и выключила монитор компьютера. Глаза уже устали и покраснели.

Маевская, пригласив на время к себе Светлану, думала о том, что Алексею эта идея не понравится. Но она ошиблась. Хлебников лишь пожал плечами – раз тебе это нужно, никаких проблем я не вижу, места много, всем хватит. Да и кот с любопытством относился к новым людям в доме.

В двенадцать часов дня Маевская сидела за столиком в кафе, дожидаясь главного бухгалтера – Михайлова Бориса Ивановича, с которым она договорилась встретиться, сославшись на Янбулатова.

На улице было прохладно.

Надежда уже доедала заказанное блюдо, когда перед ее глазами возник сутулый мужчина. Ей сильно хотелось есть, и она не стала ждать главного бухгалтера, который еще неизвестно когда появится и появится ли вообще.

Недовольно подняв глаза, она успела мысленно нелестно отозваться о главном бухгалтере Янбулатова, который опоздал на целых тридцать пять минут. Высокий, худощавый мужчина в старомодном сером плаще и кепке извинился, неуклюже подсаживаясь напротив. Увидев молодую, симпатичную женщину, главный бухгалтер радостно улыбнулся. Надежда бросила короткий взгляд, перед ней молча застыл в ожидании, с длинными по современным меркам волосами, мужчина в очках. Он вцепился в большой портфель с двумя золотистыми замочками.

– Мне нужны финансовые сведения о вашем предприятии, все это с ведома вашего шефа, – на последнем слове она сделала ударение.

Обычно это действует.

– Да, я в курсе, он мне звонил. Вы получите то, что вас интересует, – ответил Борис Иванович, часто моргая.

Бухгалтер высморкнулся в платочке, извинился и сделал солидный заказ, чему Маевская немало удивилась – судя по всему ест он много, а выглядит таким худым, будто целыми днями сидит на строгой диете. Наверное, что-то не так со здоровьем.

Глядя на него, Надежда подумала – нервная это работа быть бухгалтером в наше время. Затем улыбнулась и прикрыла рот салфеткой. Она вспомнила, как недавно прочитала на каком-то сайте о том, что чаще всего в психушку попадают программисты и бухгалтеры. Михайлов не заметил улыбки.

Мужчина вытащил из портфеля тонкий серебристый ноутбук, раскрыл компьютер, включил, пальцы побежали над клавишами. Затем повернул и пододвинул ноутбук:

– Пожалуйста, смотрите, знакомьтесь.

– Нет, вы меня немножечко неправильно поняли. Я не собираюсь все это изучать в полевых условиях. Вы ведь можете сделать копию базы и дайте-ка я посмотрю версию программы. Вот, пожалуйста, сделайте сюда копию базы, – она протянула флешку.

Мужчина засуетился, вставил носитель, скопировал данные и вернул флешку.

– Держите, здесь копия базы в формате 1С. Только просьба после того, как все посмотрите, уничтожьте, пожалуйста, эту информацию, – бухгалтер выразительно посмотрел покрасневшими глазами.

У Маевской была знакомая, Елизавета Никитична Ястребова, которая прекрасно разбиралась в экономических вопросах. Надежда знала ее хорошо и доверяла. Ей она и собиралась показать базу, чтобы разобраться в финансовых тонкостях.

– Разумеется, я прекрасно все понимаю, можете совершенно не волноваться, – кивнула Надежда, пряча флешку в небольшую сумочку из коричневой кожи с тонкой бахромой.

– У Чингиза Руслановича были долги? – поинтересовалась Надежда.

– Нет, никогда, – встрепенулся главный бухгалтер.

– Хорошо, я вам очень признательна. Большое вам спасибо, и приятного вам аппетита, – она изобразила на лице милую дежурную улыбку, обдумывая следующий вопрос.

Михайлов кивнул и принялся энергично жевать, углубившись в свои мысли. Надежда, подумала, интересно, что представляет собой человек, который обслуживает информационную систему и задала этот вопрос Борису Ивановичу.

Михайлов не сразу поднял голову:

– Просто настоящее сокровище! Это специалист высокого класса!

Маевская углубилась в размышления и через несколько минут опять оторвала бухгалтера от важного процесса:

– А злостные должники у Янбулатова были?

– Нет, – не задумываясь, ответил он, продолжая жевать кусочек мяса.

– Неправда, – возразила она укоризненно.

– Почему вы так считаете? – оторвался от еды бухгалтер.

– А Евгений Александрович Белов?

– Это личное и по официальным документам товарищ Белов у нас не проходит, – честно признался он, запустив вилку в тарелку.

– Извините, вам хорошо платят? – Надежда не давала проголодавшемуся бухгалтеру сосредоточиться на еде.

– Зарплата достаточная, чтобы работать с полной отдачей и не думать о других жизненных проблемах, – Михайлов поднял голову, посмотрел по сторонам и опять уткнулся в тарелку.

– Так вы можете мне сказать несколько слов о Белове?

– Владелец оптовой фирмы. Вы правы, он должен Янбулатову много денег, сейчас у него далеко не лучшие времена и он пока не в состоянии вернуть долг. Но у меня есть все основания полагать, что с ним никаких проблем не будет. В целом это порядочный человек, и слово свое он держит. Деньги он отдаст и на преступление Белов вряд ли бы пошел. Не из того теста сделан. Вот и все, – главный бухгалтер протер губы салфеткой.

– А у вас в офисе все пользуются портативными компьютерами? – продолжала допытываться Надежда.

– Нет, нет, что вы. У нас обычные системники, мониторы, а это мой домашний компьютер. Там у меня обычно хранится текстовая и правовая информация, и еще я им пользуюсь для отправки и приема электронной почты. На него я сегодня полдня потратил, чтобы установить такую же программу бухучета, как и на моем рабочем компьютере. Соответственно надо было и базу скопировать, установить. В итоге вот провозился, извините, что так задержался, не сразу все получилось. Хотя когда-то я проделывал такую установку, но это было давно.

– Понятное дело, всякое бывает.

– Привыкли, что все за нас делает Дима. Наш бывший системный администратор. Он у нас недавно уволился, и, сами понимаете, что мне пришлось все делать самому. Знаете всегда надо уметь все делать своими руками, – главный бухгалтер закончил с едой и принялся за апельсиновый фреш.

Маевская подумала, что при таком аппетите он должен был быть в два раза толще.

– Все правильно, хороший специалист всегда в цене и ищет место, где больше платят, – как бы невзначай произнесла Надежда, внимательно следя за реакцией главного бухгалтера.

Михайлов принадлежал к тому типу людей, на лице которых всегда отражалась их реакция на события.

– Не то слово, сейчас от программистов и системщиков зависит многое. Без них теперь никуда, если правильно подобрано оборудование и настроены программы – прямая экономия времени, а значит хорошая производительность, высокая отдача. В нашем деле главное опередить конкурентов, в этом и состоит весь успех – первый всегда в плюсе. Дима видимо нашел место получше, и уволился.

– Благодарю за помощь, – Надежда посмотрела на него с улыбкой.

– Просто я сделал то, что мне сказал босс, не более того. Всего доброго, – пожал узенькими плечами главный бухгалтер.

– До свиданья.

Они вышли на улицу, где удушливо пахло выхлопными газами и гарью, и медленно разошлись в разные стороны, каждый к своему автомобилю. Надежда захлопнула дверцу машины и долго не заводила двигатель. В зеркале заднего обзора она увидела главного бухгалтера, садившегося в красный хетчбек.

Вечер плавно переходил в ночь. Алексей сидел за столом и ломал голову над тем, куда исчезла Надежда. Они договорились встретиться в шесть часов вечера и сходить на выставку. Но ее не было ни в шесть, ни в семь, ни в восемь. Хлебников нервничал, в голову полезли разные мысли. На звонки она не отвечала. Наконец в двенадцатом часу она вошла, уставшая и разбитая.

– Надя, это ты? Я тебя не узнал!

Алексей смотрел на жену и не понимал, что в ней не так. Внешность его удивила – волосы собраны, на лице явный перебор с косметикой, очки, одежда, которая на ней болталась, дурацкий платок на шее.

– Слава Богу, а я уже думал, что с тобой что-то случилось, Надя, – уныло проговорил он.

– Понимаю, но я сегодня встретилась с тем самым Владиславом, бывшим Янбулатовским телохранителем.

– Который Мурзич?

– Да. Оказывается, он сейчас живет у себя на даче. А телефон я случайно перевала в режим полета, вернее он сам как-то переключился, видимо в суете на что-то нажала, – тяжело выдохнула Маевская.

– Так, так, это уже становится интересным, – Алексей повесил ее куртку бежевого цвета на вешалку.

От куртки пахло сигаретами и алкоголем.

– Интересного здесь мало. Я представилась соседкой и попросила спичек. Он сразу протянул мне коробок, и, смутившись, попросил денег на пузырь, в долг. Клялся, что все отдаст до копейки, вскопает огород, дров наколет.

– Ну и…

– Я дошла до ларька, купила ему бутылку и две консервные банки. Ты не представляешь, как его глаза заблестели. Он готов был меня расцеловать. Мигом откупорил бутылку, вскрыл скумбрию. Сбегал в дом и отыскал там кусок черного хлеба, несколько огурцов и помидоры. В общем, разговор получился. Ему нужно было с кем-то поделиться.

– Хороша компания, – покачал головой Алексей.

– Да, пришлось с ним выпить на лавке перед домом. Уж очень он себя неловко чувствовал – пить в одиночку ему не хотелось, ну и для поддержки беседы так сказать…

– Ясно, а дальше…

– А дальше язык у него совсем развязался. Почти десять лет он верою и правдою, служил своему хозяину – Янбулатову, как пес преданный. Не раз спасал его в разных передрягах. Как телохранитель, он жил у Чингиза Руслановича, тот ему выделил комнату в специальной постройке рядом со строением, где находится его охрана. Так получилось, что он лишился своей двухкомнатной квартиры, но у Владислава оставалась еще дача. Наткнулся он тогда на мошенников высшей квалификации и ничего не смог поделать. А тут очень удачно подвернулся Янбулатов с заманчивым предложением. Хозяин его никогда не обижал, платил вовремя, для человека его круга вполне прилично, кроме того, подкармливал, и еще по праздникам презент выдавал, бутылку хорошего коньяка и сухой паек из вкусностей разных. Владислав вспоминал те дни, как самые лучшие в своей жизни. Он понимал, что два раза судьба не улыбается, доживать ему остаток жизни в нищете. Он не мог понять, что Янбулатов не ясновидящий, что от ошибок и случайностей никто не застрахован. Владислав отдавал себе отчет в том, что пьяный мужик – уже не работник, но ничего поделать с собой не мог. Во время беседы он ни разу слова плохого не сказал в адрес своего хозяина. Янбулатова он никогда не обманывал и всегда выполнял все его распоряжения точно и в срок.

– Как же насчет денег. Выходит, охраннику их просто подкинули?

– Ты знаешь, Алексей, не брал он денег. Это я тебе скажу без каких-либо сомнений. Подсказывает мне интуиция, что Владислав не имеет к этому делу ни малейшего отношения.

– Что же он думает делать дальше?

– Я задала ему этот же вопрос. Он рассмеялся, взял мою руку, крепко сжал, ее, сказав, что в этой жизни я не видела ничего, и век бы мне еще не видать, того, что ему пришлось пережить. В Афгане ему приказали расстрелять своих же раненых ребят, чтобы не брать их с собой, оставлять не хотели по простой причине – их могли пытать душманы, взяв в плен. Тогда он развернул автомат и пустил очередь в офицеров, убив майора и капитана. Двоих раненых он нес на себе больше двух километров, пока их не взяли духи. В плену один погиб, двоим же удалось бежать. На кой хрен ему работа, деньги, когда нет у него ни семьи, ни интересов. А главное нет вообще никакого смысла в этой дурацкой жизни. На бутылку он себе всегда заработает и так. Кому огород перекопать, кому машину разгрузить. Ты знаешь, мне его действительно жаль, такой сильный мужик и ничего не может изменить в этой жизни.

– Как же тогда у него оказались эти зеленые бумажки? – Алексей задумчиво посмотрел куда-то в сторону.

– Хм, если б я знала. Но он мне кое-что рассказал. Вот список автомашин, которые приезжали к Янбулатову за последние два месяца, то есть в период, когда у хозяина исчезли деньги. Владислав их помнит наизусть. Самой последней была престижная иномарка красного цвета, вот номера, – Надежда протянула ему клочок скомканной бумаги.

– А ты молодчина, серьезно копаешь, есть будешь или…

– После водочки, я бы хорошего чаю выпила, – рассмеялась она, перебив мужа.

– Сушняк-с мучает, – пошутил Алексей, прищурив глаза.

– Он, собака, – сморщив нос, виновато призналась Надежда.

Они прошли на кухню, где вкусно пахло выпечкой. Алексей пояснил – это Маша постаралась. Надежда невероятно уставшая, уселась возле окна и облокотилась на подоконник. Александр заварил крепкий ароматный чай.

– Ты молодец, всегда в отличной форме, что-то я устала здорово, и спать хочется ужасно, – произнесла она зевая.

– Зато свое дело ты сделала на пятерку. На завтра у тебя какие планы, может, отдохнешь?

– Может и отдохнула бы, но некогда. Завтра я собираюсь встречаться с Беловым.

– А это кто?

– Должник. Он должен Чингизу крупную сумму.

Давно уже у нее не было такого настроения. И дело даже не столько в том, что оно было хорошим, сколько в том, что оно было немного приподнятым и каким-то радостным постоянно. Прежде оно часто портилось через полтора-два часа, если что-то не получалось, а сейчас устойчиво держалось. Хотя никаких видимых причин для радости не было, но на душе было умиротворенно и спокойно. Надежда понимала, что Хлебников прилагал немало усилий, чтобы ей было комфортно во всем.