Номер 1

Я спустился вниз, у подъезда, оперевшись на капот машины, ждала Кристина. Она поздоровалась, искренняя улыбка светилась на лице, обняла меня и поцеловала в щеку.

– Такое чувство, что мы не виделись целую вечность. Как ты? Чего нового?

– Да так, все по-старому. – Ответил я уклончиво. – Я гляжу, ты процветаешь. Новая машина?

– Да, только вчера купила. – Она хлопнула ладонью по капоту. – Моя малышка! Оказывается, частная практика хорошо оплачивается. – Сказала она с ноткой гордости за себя. – Куда поедем?

– Удиви меня, – сказал я, усаживаясь на пассажирское сидение.

– Знаешь, ты мог бы хоть раз поухаживать за мной. Хоть бы дверь открыл мне. – Проворчала она, садясь за руль и поворачивая ключ зажигания. Мы обменялись взглядами и улыбнулись друг другу.

Новенькая машина несла нас по городу. Я смотрел в окно, наслаждаясь комфортом, будто едешь в своем любимом кресле. Я поделился этой мыслью. Кристина рассмеялась, согласившись. Больше я не проронил ни слова. Кристина первой нарушила молчание:

– Ты сам не свой, Оскар. Что стряслось?

– Не знаю. Как-то грустно.

– М-м-м… ты давно ходил на свидания? – Спросила она неожиданно, застав меня врасплох.

– Что? Ты о чем?

– Да ладно тебе, вы уже полгода, как расстались. Пора бы и о себе подумать. Ну, так, как давно?

– Совсем недавно. Уж ты должна прекрасно это помнить.

– Это не считается. Ты слинял быстренько, выставив меня дуррой перед подругой, я для тебя старалась, расхваливала, а ты… – кажется, она была слегка зла на меня.

– Ну, в таком случае уже давно.

– Оскар, – сказала она с сочувствием, – так же нельзя. Нельзя всю жизнь горевать об этом. Двигайся дальше. Иначе всю жизнь в одиночестве проживешь. Да, ты потерял ее, но это не повод стоять на месте. Жизнь то идет. Тебе надо найти хорошую девушку и поскорее.

– Где же я ее найду?

– Ну, мест много. Девушки везде водятся.

– Да, но… всем нужны деньги. А такую, какую нужно мне, найти почти невозможно.

– Какая же тебе нужна?

– Это сложный вопрос. Милая, добрая, веселая, понимающая, верная. – Я думал о Кристине, перечисляя эти качества. Она была той, с кем мне хотелось быть вместе. – Чтобы любила меня таким, какой я есть, чтобы заботилась обо мне, и позволяла заботиться о себе. Чтобы ее надо было завоевывать. Поступками, а не деньгами. Звучит ужасно наивно, но…

– А ты романтик, – перебила она, улыбнувшись, – если б я не знала тебя, подумала бы, что ты говоришь обо мне.

– Всякое может быть, – сказал я, на самом деле, так и было.

– При-и-ехали, – пропела она.

Мы остановились у маленького ресторанчика недалеко от центра.

– Один из моих пациентов владеет этим местом, – сказала Кристина. – Поэтому, для меня здесь всегда есть столик.

Ресторанчик был небольшим, всего пятнадцать столиков. Приглушенный свет создавал романтическую атмосферу. Тихая, приятная мелодия лилась из колонок. Официанты, одетые в классические костюмы тройки сновали взад и вперед, обслуживая гостей по первому разряду. Портье проводил нас к дальнему столику, на котором стояла табличка: «Зарезервировано». Официант зажег для нас свечи и принес меню.

– Могу я вам что-нибудь посоветовать? – Услужливо поинтересовался он.

– Нет, спасибо, мы вас позовем, – ответила Кристина.

Официант удалился. Я принялся изучать меню. Большинство блюд были экзотическими и непомерно дорогими. Тут были и устрицы, и улитки, и лягушки, и черепахи, все это готовилось не менее, чем пятью различными способами. Напитки тоже отличались оригинальностью. Всевозможные вина, о которых я раньше и не слышал, коктейли, намешанные из, казалось бы, несочетаемых ингредиентов. Я захлопнул меню.

– Дарую тебе право выбора, – торжественно произнес я.

Кристина подняла руку, секунду спустя подошел официант.

– Вы готовы сделать заказ? – спросил он, хотя это было и так понятно, иначе его бы не звали.

– Да, – сказала Кристина, – нам, пожалуйста, вот эту пиццу, – она указала пальцем куда-то в меню, – и два бокала пива.

– Один бокал, – перебил я ее, – я буду сок. Три части грейпфрута, одну часть лимона, без сахара, спасибо.

– С каких это пор ты не пьешь?– спросила Кристина, когда официант отошел. – Я, кажется, что-то пропустила.

– Со вчерашнего дня. У меня случился инцидент, именно о нем я и хотел рассказать тебе, – честно признался я. Я рассказал ей все, без утайки: про свой сон, про бредовые идеи, про попытку напиться до беспамятства, про бесконечный коридор, про странный лес, про особняк, про девочку. Когда я закончил, нам уже принесли наш заказ, но к пицце никто из нас не притронулся. Кристина выглядела озабоченной, я же наоборот испытал облегчение. Мне сразу же стало легче, словно с груди камень сняли. Я взял кусок пиццы и сделал большой укус.

– Что скажешь? – Спросил я.

– Никогда не сталкивалась ни с чем подобным. Если бы ко мне на прием кто-либо пришел с подобной историей, я бы содрала с него двойную цену, – медленно проговорила она, пытаясь пошутить.

– Может, я схожу с ума?

– Нет, это отпадает. Раз ты сам можешь проследить изменения своего состояния, то ты не сумасшедший. По крайней мере, пока не сумасшедший.

– Это обнадеживает. – Я почувствовал облегчение, узнав, что, по крайней мере, меня не запрут в лечебнице. – У тебя есть какая-либо теория на мой счет?

– На самом деле есть. Даже две. Первая, – начала она, – ты сомнамбула, лунатик. Твое снохождение может быть отражением твоих снов, то, что снится тебе, ты бессознательно повторяешь. Учитывая, что сны у тебя отличаются оригинальностью и богатством образов и фантазий, лучше тебе спать пристегнутым к постели, иначе это может быть опасно не только для тебя, но и для окружающих. Ты можешь куда-нибудь свалиться, попасть под машину, может даже убить кого-нибудь. Причиной может быть стресс или тревога.

– Все это не очень радостно, и звучит как будто цитата из учебника – пробормотал я. – А вторая теория?

– Ты попал в параллельную вселенную.

– Что за глупость?

– Конечно, научно не доказано существование параллельных миров, но, честно говоря, мне этот вариант нравится больше. Это так романтично, так здорово изведывать неизведанное. Про тебя бы писали книги, снимали фильмы, разве не здорово?

– И это говорит ученый психолог. Может зря я к тебе обратился?

– На самом деле, тебе бы подошел кто-либо более подкованный в этих делах. Я же только слушаю расстроенных домохозяек и их мужей и поддакиваю время от времени, пока они ищут пути разрешения своих конфликтов.

Несколько минут мы сидели не разговаривая. Она заказала еще пива, а я попросил повторить сок. Я обдумывал то, что она сказала. Я пообещал себе обязательно лечь на лечение, если все будет повторяться.

– Кристин, – позвал я, – ты можешь что-нибудь посоветовать?

– Могу, но я не уверена, это, все-таки, не совсем мой профиль. Я же не психотерапевт.

– Да, но все же… я доверяю тебе. Пожалуйста.

– Ладно, тебе надо сменить обстановку. Отдохнуть. Съезди в свой загородный домик, поживи там недельку другую в тишине и покое. – Она немного помолчала. – Или найди девушку, это было бы лучше.

– Девушку? Опять ты за свое. – Она улыбнулась, но ничего не ответила. Я решил сменить тему. – Как там Гарри?

– Хорошо, в следующем году идем в школу.

– Такой большой уже. Так незаметно летит время.

– Да, ты прав. – Она слегка погрустнела. – Знаешь, ему не хватает мужского внимания. Ты не хочешь зайти к нам? Ты нравишься Гарри. К тому же, он пару раз спрашивал, когда же дядя Оскар снова нас навестит.

– Отличная идея, – искренне сказал я, улыбнувшись.

– Тогда поехали?

Мы оплатили счет и вышли.

Кристина жила со своим маленьким сыном Гарри на шестом этаже в десятиэтажке в центре города.

– Гарри! – Крикнула Кристина с порога. – Смотри, кто к нам пришел в гости.

– Дядя Оскар! – радостно закричал мальчик, выбежав в прихожую в пижаме. Мальчик повис у меня на шее. Я потрепал его по голове, когда он отпустил меня.

– Гляди-ка, какой большой стал, – улыбнулся я. – Не обязательно называть меня дядей, Гарри, просто Оскар. Мы ведь друзья, не так ли?

– Конечно, эмм… Оскар. Ты поиграешь со мной?

– Разумеется, во что будем играть?

– Гарри, – перебила Кристина, – дай дяде Оскару раздеться и передохнуть немного. Может, поможешь заварить чаю?

– Не переживай, мы обязательно поиграем, но чуть попозже, – ободрил я мальчика.

– Обещаешь?

– Обещаю, – сказал я, подняв правую руку, словно давал присягу на суде. – Слушайся маму.

– Ладно.

– Проходи в гостиную, – сказала Кристина, – мы мигом.

Гостиная была просторной, моя квартира поместилась бы в ней целиком, и еще бы осталось место. В центре стоял шикарный кожаный диван, на который я присел. Он сразу принял форму моего тела, обеспечив мне максимально возможный комфорт. Я включил огромный телевизор, висящий на стене напротив. Пощелкал каналами, как всегда смотреть было нечего. Двести каналов, а показывают одну ерунду. Я остановил свой выбор на канале для детей, где как раз крутили новую серию «Симпсонов». Я от души посмеялся над проделками Эль Барто, как он себя иногда называет, пока ждал хозяев дома.

На большом подносе Кристина, с помощью своего сынишки, несла три кружки чая и три тарелки с тортом. Она поставила угощения на кофейный столик, перед диваном.

– Выглядит аппетитно, – сказал я.

– На вкус еще лучше, – произнес Гарри.

Я отломил кусочек торта и отхлебнул чаю.

– Ты прав, Гарри, – сказал я с набитым ртом. – Как у тебя дела, Гарри? Помогаешь маме с хозяйством?

– Ага, – кивнул он.

Мы поговорили еще о том, о сем. Покончив с чаем, Гарри оживился.

– А теперь играть, играть, играть!

– Отличная идея! – Воскликнул я, – во что будем?

– Не знаю, а во что ты умеешь?

– Я? Я умею во все. Командуй, капитан, сегодня ты главный.

Он убежал в свою комнату. Мы с Кристиной переглянулись. Гарри вернулся через несколько минут, держа в руках огромную настольную игру. Мы отодвинули столик, за которым только что пили чай, и разложили игру. Игра была основана на чистой случайности. Бросаешь кубик, двигаешь фигурку на столько клеток вперед, сколько выпало очков на костях, наступив на клетку с лестницей – поднимаешься по ней, наступив на клетку со змеей, скатываешься назад. Побеждает тот, кто первым доберется до финиша.