- -
- 100%
- +
–А способа изгнать он не нашел?
–Хм– она серьёзно задумалась: нет, точно нет…
Тут Аврен встала и пошла к окну. За ним лил проклятый дождь, а воздух сотрясали тысячи зубчатых молний, и над долиной разносился трескучий гром. Аврен смотрела на свирепствующий шторм, параллельно думая о духе, призраках и обо всей этой кутерьме событий.
–Три призрака, три отрицательные эмоции– фрагменты головоломки…
Взгляд её пал на кедры, которые были готовы сломаться под натиском яростного природного бедствия. Если бы её окружающие могли заглянуть в её мысли, то они бы поразились ей. Однако, Тюра смогла сделать это, хоть и условно.
В противовес разрывающейся от ярости шторма действительности, она была совершенно хладнокровна и сосредоточена. Её лицо не выражало никаких эмоций, впрочем она никаких и не испытывала: не было ни страха, ни отчаяния или уныния… Уныния?!
–Три призрака… Один дух… Три эмоции… Я поняла!
Тут она развернулась, и окружающие увидели, что её серьёзная физиономия выражает крайнюю степень уверенности, словно она была учеником на последнем экзамене, которому выпал выученный наизусть билет.
–Вы трое, Тюра, Серебряная, Рыцарь, являетесь той силой, которая может победить его…
–Возможно, но как? Я даже его не повредил своим ударом…– слова девушки немного воодушевили старого графа.
–А от моих атак он только уворачивался…– вмешалась Тюра, которая сидела на кровати, сложив свои руки на коленях.
–Вы трое– то, что его остановит! Только вместе. Общими усилиями, ударами, плечом к плечу… Но вот…
–Что вот? – спросил всё это время стоявший около двери Эргард, сжимавший в руке тяжелый подсвечник.
–Я уверена, что просто так его не победить… Нужно то, что его точно связывает с этим миром– призраки не в счет– они всё же потусторонние…
Тут она поймала взгляд полный презрения, но от этого ей было не горячо не холодно, от своих друзей-умерших.
–А сейчас было немного обидно– сказала Серебряная.
–Я имею в виду, что он связан с нашим миром призраками, которые "запитали" его, и… Алтарь…
При этом слове, будто в фильме ужасов или в готическом романе из серии "бульварное чтиво", раздался звонкий раскат грома, сотрясший особняк. Арндт не обратил на это внимание, но внезапно посмотрел прямо в глаза хозяйке.
–Алтарь?
–В подвале моего дома… На нём умерла Тюра…
Тут они оба посмотрели на бедного призрака, который сидел в метре от них.
Аврен подошла к двери и приоткрыла её. Там никого не было, а в библиотеке горел слабый свет. Закрыв дверь, она подошла ко столу и рукой указала всем сделать то же самое. Теперь все окружили её и стали внимательно слушать Аврен.
–Нам нужно сделать две вещи: разрушить алтарь и напасть на него… Знаю, что это очень сложно и страшно, но это надо сделать. Арндт, идёшь со мной… Эргард и Леви– будьте здесь, а призраки– вам надо найти духа и напасть на него… Все вместе, делая всё сообща…
Окружающие молча согласились и приготовились к выполнению плана. Все понимали, что от этих действий зависят жизни, не только их, но и окружающих. Вот они выдвинулись, дождавшись серии молний и протяжного грома, вселявшего ужас в сердца. Пятеро аккуратно вышли за дверь и стали продвигаться вперёд, к выходу из библиотеки.
Выглянув, Аврен ничего не увидела подозрительно, и они с Арндтом выскользнули. Около двери ведущей из гостиной в ванную они остановились, ведь обоих словно окотило водой, такой холодной, что они замерли. За их спинами оказался он. Снова приоткрытая пасть и снова эти звуки.
Почти немая сцена продлилась ещё несколько секунд, но внезапно Тюра прокричала:
–Бей его!
Три призрака в одно мгновение помчались на него, а тот не успел и не ожидал столь слаженной и молниеносной атаки. Одновременный удар оставил не его физиономии большую трещину. Аврен увидела это и поняла, что она была права… Теперь она была даже больше уверена в том, что правильно разложила карты.
Они с Арндтом прошли в ванную, оттуда в миниатюрный кабинет, а затем в прихожую. Теперь они были на складе, где лежали дрова и были лопаты с прочими инструментами. Аврен подошла к стене и взяла висевшие там топор и монтировку. Вторую она дала своему компаньону, а сама, вооружившись почти секирой, открыла люк в подвал. Оттуда на них сразу вырвался поток холодного воздуха, который был наполнен непередаваемым запахом гнили, от которого Арндт почти упал на пол, чуть не распрощавшись со своим ужином.
–Как… Мы…
–Да возьми же себя в руки… Пошли!
Она исчезла, а потом и он сиганул в люк.
Оказавшись внизу, они включили свет, который редкими лампами осветил коридор. Несмотря на это, Аврен достала шахтерский фонарь и включила его.
В туннеле глухим эхом распространялись звуки их шагов. В остальном была полная тишина. Но вскоре стали слышны звуки борьбы и крики сверху. Арндт, давно желавший что-то сказать, открыл рот:
–Аврен, расскажи о том, что происходило в городе… Пока тебя не было в наших краях… Зачем ты здесь, какая твоя мотивация?
–Серьёзно?
–Ну да… Tell me, baby, what’s your st…
Увидев сияние её серебряных глаз, он прекратил пение. Стоит отметить, что голос у него был ужасен.
–Тушите свет! Это просто невыносимо… Ну ладно…– в сторону парня она посмотрела с небольшим презрением и недовольством: слушай…
Снова короткая пауза, звуки шагов, ужасающая вонь гнили и разложения и эхо постукивания монтировкой о стены.
–Я приехала в столицу, когда нам было почти 4 года. Отец хотел, чтобы там я училась и начала работать. К концу школы я поняла, что этот городок мне неинтересен и уже противен. Единственной отрадой были науки и вождение машины, хотелось поскорее убраться оттуда…
На уроках мне было скучно, но когда мы изучали языки и историю, я сразу оживлялась, ведь это было поистине интересно для меня… По окончании школы со мной связался один исследователь из научно-исследовательского Института, занимавшегося стариной и загадками истории. Это заведение было заинтересовано в амбициозных и молодых людях, которые имели страсть к истории и языкам. Я быстро получила рабочее место в отделе, который занимался этим районом и загадками северных краёв…
Я с трепетом изучала легенды сибирских жителей Заполярья, с нетерпением ждала новых материалах от экспедиции в Канадских провинциях, а потом узнала о смерти отца…
Это отразилось на моей работе; на несколько дней я взяла себе отгул. Мой босс, который и позвал меня в Институт, понял это всё и дал задание: ему было известно, откуда я, а также, что эта долина очень загадочна. Он потребовал собрать информацию об истории района и загадках местных. Получилось, что, попутно решая проблемы с наследством, я должна была сделать колоссальную исследовательскую работу… Вот почему я здесь, вот то, что мне надо…
Молчание повисло в сыром и мерзком воздухе. Здесь, внизу, царила теперь тишина и смерть, а наверху…
Тюра и Серебряная не могли как-нибудь атаковать духа, магия им была теперь неподвластна, а вот Рыцарь теснил его. Девушки подбегали, били его кулаками или просто мелькали вокруг, а граф в нужный момент атаковал его мечом. Подобная слаженная работа давала плоды: дух уже почти лишился лица, а руки его были покрыты трещинами, однако его глаза также сияли болотно-зелёным цветом. Это заставило Тюру задуматься, но не усомниться в их борьбе… В словах её подруги…
Аврен и Арндт стояли перед алтарём. Обоих охватил трепет, но Арндт просто боялся, а Аврен вспомнила смерть Тюры, при этом посмотрела на её скелет.
Взяв себя в руки, она подошла к столу, где стояло огромное зеркало, 4 свечи, несколько книг и статуэтка духа. Там же были разные предметы, сделанные из блестящего металла. Она перехватила топор.
–Ладно… Уничтожаем всё, но даже не думай трогать скелет Тюры, а остальное– в щепки!
–Почему?
–Ну… Во всех книгах о потустороннем я читала, что призрак связан со своим телом, и если уничтожить останки, то и он исчезнет. За дело!
Она замахнулась и ударила прямо по зеркалу, но не смотрела на него. Раздался треск, звон осколков и глухой удар железа о дерево. Арндт через секунду разнёс другое зеркало и стал скидывать хрупкие вещи на каменный и неровный пол.
Наверху дух взвыл от боли. Он почти упал на пол, его лицо стало рассыпаться, а призраки на секунду отшагнули от него. Первым взял себя в руки Рыцарь:
–Что же вы… Надо добить его!
Они вместе снова накинулись на него; в небе в ту же секунду появилась похожая на длань молния, за ней последовал адский гром, а внизу Аврен с Арндтом нанесли последний удар по алтарю…
Прямо над Тёмным лесом, где ударила крайняя молния, появилась яркая вспышка, которая осветила всю местность. От неё начали расходиться тучи, которые стремились подальше от этой долины, словно загадочная сила стала гнать их подальше оттуда.
Луна осветила долину, она была почти полной, но совсем не одинокой на небосводе. Рядом с ней расположились тысячи звёзд, которые дополняли картину прекрасного северного неба в ночное время. Воцарилось полное безмолвие над долиной, которую окружили молчаливые скалы.
В лесу на хвое сотен елей и сосен лежали капельки дождя, которые собирались кое-где в большие, что срывались с веточек, которые не могли выдержать тяжести. Мох тоже был покрыт водой, которая сияла в свете луны и звезд. Стволы многовековых деревьев не трещали, а мирно стояли, устремившись вверх, к небу, красотой которого можно было только восхищаться… Но кому?
В городе всё стихло, только десятки луж, отражавших луну и звёзды, находились на улицах Вердзена. У многих домов были приоткрыты окна: наверное, хозяева после шторма решили впустить свежий воздух внутрь.
Часы пробили три часа ночи. Но все, абсолютно все спали в тот момент, словно и не было жуткого шторма, вот только о нём напоминали многочисленные изменения. Хлипкие заборы рухнули, где-то оторвало ставни, а с некоторых домов сорвало черепицу. На асфальте и на тротуаре лежали многочисленные доски, палки и целые куски заборчиков, которыми ещё вчера были огорожены участки. Со здания парикмахера сорвало вывеску, а на рынке многие палатки бесследно исчезли. Нет, владельцы не были дураками: они предварительно убрали все ящики под столы, и прочно связали их, накрыв брезентом палатки, чтобы не промокло, но ветер был такой сильный, что смог вырвать огромные куски материала из объятий верёвок.
На старом кладбище и рядом с ним рухнули вековые деревья, а церковь словно покосилась. Колокол её до сих пор немного раскачивался, а внутри здания всё стояло ровно и неизменно.
Здание вокзала было огромным и старым, симметричным бирюзового цвета и с большим окном в главном зале. Неподалеку от него был небольшой отель, который переживал не самые лучшие свои времена. Но там ничего не изменилось, а вот рядом были раскиданы некоторые стулья и перевёрнутые столы.
А особняке всё было тихо… На первом этаже следы разрушений были наименее заметны, но всё же урон был нанесен зданию довольно большой.
В гостиной никого не было. В камине уже давно не горело пламя, так как его залил дождь– дымоход был поврежден, что повлекло за собой попадание воды внутрь. Напротив камина, около разорванного в клочья кресла лежала грудка пепла серо-зелёного цвета. На её верхушке лежал кусок грязного балахона. Тысячи книг были разбросаны по полу в полнейшем беспорядке. На полу была пара странных пятен и смятый ковёр.
На кухне был разбит почти весь сервиз; теперь его остатки усыпали кафель, создав удивительный орнамент.
На веранде было разбито окно, перевёрнуты почти все лавки и столы, а в коридоре славы многие латы просто обвалились. Лестница имела огромную дыру в середине, в которую свалились обломки ступенек.
Библиотека почти не подверглась повреждениям, за исключением книг, которые вылетели со своих мест и попадали в произвольном порядке кто куда.
На втором этаже разрушения прослеживались больше всего. Перила коридора, который шел на втором этаже, обрамляя огромную комнату с камином, были сломаны в некоторых местах, а длинная красная, как кровь, ковровая дорожка смялась почти по всей своей длине.
В кабинете и рабочей зале ничего не изменилось: столы стояли ровно посередине комнат, стулья были приставлены к ним с зазором ровно в полтора дюйма, а бумаги были аккуратно сложены. Папки стояли словно солдаты на карауле по своим полкам, строго в алфавитном порядке, а старая книга со всеми сведениями про призраков этой долины лежала на столе у Аврен. Её сестра-близнец находилась в комнате Тюры, будучи раскрытой на том месте, где сама хозяйка вывела записи и свои наблюдения о ней.
На всех складах и в странном коридоре царил порядок, будто Леви убралась там только что. Через окна, которые иногда были заставлены разными вещами, бил лунный свет.
Он был холодным, загадочным, но одновременно дарующим спокойствие и радость. Если бы его ещё кто-то видел в ту ночь… Только волки за перевалом наблюдали прекрасную луну, которая грациозно шла по небосклону, словно хозяйка по своему особняку.
В комнате Аврен всё было перевёрнуто вверх ногами. В половицах почти образовалась дыра от запущенного туда стола, массой почти полтораста килограмм. Полки, на которых стояли самые разные вещи, некогда украшавшие собой комнату, были сломаны, а кораллы, большие капли янтаря и прочее было сброшено вниз. Кровать, сделанная из векового дуба, украшенная резьбой и прочими декоративными элементами, выполненными руками прирождённого мастера. Она развалилась на куски, валявшиеся подле того места, где стоял когда-то рабочий стол. Вернее, не совсем рабочий: Аврен и её отец за ним читали книги, рассматривали какие-то камни, позже вставшие на полки, но никогда не подписывали за ними контракты, договоры или считали свои налоги. Неподалёку находилось то, что недавно было диваном. Ещё день назад на нём сидела Тюра, а теперь… Только обломки и выпотрошенное содержимое.
Серебряный свет пробивался в окна и заливал всё вокруг, будто вода из горного ручья. Он был противопоставлением всему этому хаосу и бессмысленным разрушениям, которые появились из-за ненависти, страха и отчаяния…
В подвале неизменно лежал скелет юной девушки. Всё те же трещины и тот же перелом, ставший критичным для жизни ни в чём не повинной девушки. Он, как и всегда, лежал подле стола. Другие два стояли рядом. На них были осколки зеркал, разорванные в клочья страницы, а на полу– ещё больше блестящих зеркалец и прочего магического хлама. Ещё недавно это были серьёзные вещи, но теперь по-другому их назвать не поворачивался язык. На камнях неподалёку лежала изломанная статуэтка, чья голова осталась почти неизменной, только отломался один рог…
Аврен стояла на парковке подле своей машины, а рядом был Арндт. Он был завёрнут в тёплое пальто, а она– в неизменном пиджаке чёрного цвета и берете. Обоих освещало почти осеннее, но по-прежнему ласковое солнце. Она сложила руки на груди, а парень убрал свои в карманы. Они наблюдали за работой бригады Ремарка, которые почти закончили восстановление дома.
–Ну… Что думаешь насчёт этого?
–Ремонт– хорошо, а вот его причины– это какой-то ужас!
-Но… Теперь всё позади. Остаётся только радоваться тому, что он теперь ушёл навсегда.
В тот момент она посмотрела на него. Он несколько минут смотрел на своих ребят на крыше, иногда кричал на них, а потом посмотрел на неё.
–Я думаю, что мы…
–Нет, мы только квиты. Других отношений между нами нет.
Он явно был подавлен. Девушка отошла от него, а он вытянул руки, как будто пытался поймать. Теперь она смотрела на веранду с другой стороны. На месте старых рам, сделанных два века назад, стояли новые, прикрытые ставнями.
–Кстати, угадай кто поднял кучу денег на ремонтных работах по всему городу?
Она скривилась и спросила, словно была заинтересована.
–И кто же?
–Я! Теперь по количеству денег я даже богаче тебя…
К концу фразы в его голосе стала пропадать вся уверенность, ведь он уловил злой взгляд Аврен, которая могла его испепелить в одно мгновение.
–Эм… Они всё доделают. Осталось немного… Увидимся!
Он прыгнул в свой автомобиль и быстро сдал назад. Махнув рукой, он вдавил педаль газа и уехал, оставив за собой облака пыли, оседавшие на грунтовой дороге. Аврен совсем не удивилась, а только обрадовалась.
–Всё же, несмотря на все его небольшие, но важные преимущества, он такой же трус и также гордец, любящий врать и сплетничать. Времена меняются, а люди нет.
Подумав над этим, она пошла внутрь, где кипела работа над самыми крайними деталями интерьера, и проверялись все места, где были повреждения.
Спустя пару дней в городе устроили небольшой праздник. Он был ежегодным, и он обозначал собой конец сильных штормов. И правда, погода стала лучше, а небо каждый день радовало всех голубым цветом, чистым и насыщенным.
Аврен села в машину. На кресле рядом лежала старая книга. Девушка положила руки на руль, а спустя пару минут там была и её голова. Салон наполнил сильный вздох и последовавший за ним звук работы двигателя. Почти машинально она завела двигатель.
Рокот дизеля разносился над особняком и лесом, ведь там была тишина. Прямо как в ту ночь…
Солидный универсал аккуратно покатился в сторону леса, оставляя за собой облака пыли. Аврен уже привыкла к машине, поэтому ехала гораздо уверенней. Скорость была даже немного большей чем можно, но это было не только на серпантине.
Въехав в лес, она даже не сбавила её, а наоборот– ускорилась. Лишь посередине дороги она остановилась, на том самом повороте, где она встретила Арндта ночью. Тут она очень сильно удивилась.
Тёмный лес совсем не соответствовал названию. Она пригляделась: деревья всё также обступали каждый метр, хвоя была такой же густой и тёмно-зелёной. Вот только лучи дарующего всему жизнь солнца доставали до мха нежно-изумрудного оттенка. В лесу точно стало светлее и свежее…
Аврен смотрела на это недолго. Утопив педаль газа, она помчалась в сторону городка. На крутых поворотах, когда машина почти улетала в управляемый занос, на её лице проскакивала довольная ухмылка.
В городе всё преобразилось. Контора Арндта хорошо поработала, и теперь каждый уголок Вердзена радовал глаз: хлипкие ограждения были заменены блестящими от лака заборами, новые резные ставни украшали собой окна. На улицах было много счастливых людей, одетых в свои самые лучшие одежды. Аврен припарковалась около дома Арндта. За витриной был виден слабый свет.
Она не постучалась, просто вошла и встала. Арндт сидел за бильярдным столом и внимательно читал какой-то договор. Тут его глаза метнулись к своему гостю. Увидев её, он почти упал с табуретки.
–Не бей!
-Больно надо руки пачкать. Вот…
Она положила на стол книгу.
–Я отдаю её тебе.
–А новая?
–Её, если ты не против, возьму с собой в столицу. Я должна предоставить материал своих исследований Институту. Все свои наблюдения и приключения я записала отдельно, а книга нужна как материал исследований.
–Скоро уедешь… Понятно…– сказал парень, поправляя табуретку, с которой упал.
Арндт смотрел на неё стеклянными глазами.
–Ну ладно… Как тебе город? Я не про самую лучшую бригаду строителей в округе, а про людей… Словно все изменились, стали более радостными и открытыми…
–Да– ответила, смотря на процессии за окном. Перед строем людей шли парни, державшие над собой длинные жерди с привязанными на конце пучками пшеницы: всё стало другим…
–А слышала про мэра?
–Что?
–Он умер. Той самой ночью, когда мы дали отпор духу, он умер. Его нашли в своём доме, сидящим перед камином со стаканом виски– Арндт протянул ей газету с подчёркнутым заголовком: причина смерти неизвестна. Умер он в два-три часа ночи. Иронично.
–Может, его жизнь была тоже связана с духом, а когда тот окончательно исчез, то и его вассал умер....
–Возможно, а хотя, кто его знает…
Они стояли в тёмной комнате, освещённой только зелёной лампой. За их спинами расположился камин и огромные книжные шкафы. Пламя не горело, а вместо него там была горстка золы. Книги стояли в произвольном порядке, где-то упав, а иногда в их рядах впихивались папки, красивые кристаллы и загадочные предметы. Например, хрустальный шар. Он был мутный, но вызывал неподдельный интерес. Около стола находись две небольшие тумбы. Из их верхних ящиков смятым шаром, или чем-то наподобие его, торчали бумаги. У стены стояло старое кресло, в котором уже несколько раз сидела Аврен. В этом хаосе, который был по-домашнему уютен и тёпл, стояли они.
Двое, смотрящие на радостных людей, шедших по улицам города, украшенными цветными лентами и колосьями пшеницы.
Аврен сидела в кресле в кабинете. Оно было пододвинуто к окну, за которым раскинулись скалы, покрытые северным мхом. За ней, на столе сидела Тюра, весело болтая ногами.
–Ну, что теперь?
–Теперь? Я почти забыла, что в городе есть два предприятия, которые теперь мои…
–А какие? – поинтересовалась призрак.
–Одно занималось поставками разных товаров на рынок по дороге и поездом, а второе… Оно обеспечивало ремонтом все машины в городе. Теперь они заброшены, а я хочу их оживить.
–А ещё что-нибудь?
– Ну… Через неделю отъезжаю в столицу. Там доложу Институту, получу новое задание, выслушаю мнение начальника, а затем обратно– в Вердзен. А там уже и начну возрождать «компанию отца» …
Тюра спрыгнула и подошла к ней.
–Ой как скучно… А я что буду делать тут одна?
–Ну…– задумалась Аврен, сложив руки перед собой: Леви тебя может видеть, Эргард– снова перестал, а на крайний случай есть Арндт.
–Он же тот ещё увалень! Обманывал тебя и меня, а ещё когда не надо такой гордый…
–На крайний случай, повторяю.
Снова молчание. Тюра снова села на стол и окинула кабинет взглядом пурпурных глаз. Она сидела на нижней части стола, если его представить буквой Т, а на месте хозяйки, откуда кресло передвинулось к окну, лежала папка с надписью" Дело №1: Вердзен и его окрестности". Рядом стояли тумбы с убранными в них документами и деньгами. С другой стороны, около двери, находились шкафы с аккуратно сложенными бумагами. Также там находились книги о ведении хозяйства, бизнеса и прочих вещей, которыми занималась Аврен и её отец.
Кабинет был наполнен солнечным светом, который заполнял все комнаты дома. Но на втором этаже, в комнатах, где чаще всего шла жизнь, он ощущался лучше всего, прогревая каждый дюйм помещений.
–Тюра, я хочу сказать тебе кое-что.
–Слушаю! – её очи загорелись азартом и интересом.
–Мы потеряли Рыцаря и Серебряную… Они навсегда упокоились, но может… Ты тоже такого хочешь? Внизу твой скелет и мы можем…
Она не видела взгляд Тюры, который выражал раздражение и недовольство.
–Нет не надо. Я хочу ещё многое сделать, находясь на земле, находясь рядом с тобой…
Снова молчание. Только Аврен ощутила что-то…
–Ну, они сделали то, что хотели и должны были. Они побороли свои страхи, те эмоции, которые сделали их жертвами духа… Теперь они свободны ото всех нитей…
Звонкие хлопки и смех призрака раздались в ответ на эту короткую, но пафосную речь.
–Ха-ха-ха! Ну, всё логично… Только как-то печально, что мы не увидим белоснежную бороду Карла, не услышим, как колышутся роскошные, платиновые волосы Ирэн… Грустно опять же.
–Тюра, они теперь там, где им хорошо. Они ничего не оставили на бренной Земле, а теперь могут отдохнуть ото всего.
–А мы? Нам что осталось?
–Я понимаю, что ты говоришь это как призрак. По-моему, мы должны продолжать заниматься своими делами: в Вердзене ещё осталось много загадок, а за его пределами…
–А я? Я не могу выйти из особняка.
–Я прошу тебя подождать. Просто ждать моего возвращения, а затем я сама тебе всё расскажу. Ладно?
–Ага– она снова была радостной, словно ребёнок, решивший сложную задачу.
–Ещё много осталось загадок, много чего интересного, того, что хотелось бы попробовать. Вне долины тоже есть многое неисследованное. В своём отделе я узнала, что есть северней ещё пара загадочных городов: один совсем закрытый, непонятный, с загадочным культом моря, и почти разрушенный, откуда люди бегут как от огня… На севере много чего ещё есть. Например, железная дорога ведёт к большому портовому городу. Он неподалёку расположен от тех загадочных городков, но больше нашего раз в пять. Он богат, развивается и привлекает много людей, но и в нём есть свои загадки и тайны. Я хочу приподнять эту завесу, узнать всё и собрать огромное количество сведений об этом… Ещё столько неизведанного, нет времени просто так сидеть!
–Да, ты права– это твой путь, только тебе самой решать, как его пройти. Я же буду просто наблюдать…
–Я не сделаю ни шага в сторону; я узнаю все мистерии и их смысл. Я, Аврен Алкотт, только начинаю свой путь великого исследователя. Меня ничто не остановит!
Тут за их спинами появилось оно, но они не обращали внимания…