Последний из Иных. "Темная история"

– Садись, не нужно никакого штопора. У этого вина есть своя особенность, – Артур взял бутылку за дно и начал медленно покручивать кистью, взбалтывая содержимое, после чего поставил на ладонь второй руки и подал в центр бутылки малый импульс магической силы. Пробка с хлопком вылетела и приземлилась в цветочном горшке в углу комнаты.

– Прикольно вышло, но как это?! – Андреа поражённо посмотрел на пробку, а затем на друга.

– Чистая химическая реакция и небольшое физическое вмешательство. Более подробно не смогу пояснить, так как не учитель данных предметов, – Артур улыбнулся и разлил содержимое по бокалам.

– Предлагаю выпить за друзей, в моём же случае – за тебя и Еву, – сказал Андреа, поднимая бокал.

– За тебя, друг мой.

Парни сделали пару глотков и поморщились, словно маленькие дети, съевшие лимон.

– И за эту кислятину заплатить шестьдесят пять тысяч долларов?! Её с трудом пить-то можно! – Андреа отставил бокал в сторону и вытер губы рукой.

– Просто мы с тобой больше любители пивка выпить, а этот напиток вкушают эстеты винных дел. Они, наверное, с детства пьют различные сорта вин, – Артур, пожав плечами, поудобнее откинулся на кучу пуфиков, которые он для себя подстелил, устроив лежанку, сделал ещё глоток и поморщился.

– Раз уж на то пошло, то я тоже хотел бы тебя спросить. Ты и сам никогда не говорил о своих родных. Я вообще мало что знаю о вас с Евой. Заметил только, что вы всегда вместе, – Андреа, на удивление друга, покрутил вино в бокале и выпил залпом. – Так пить легче, не такое кислое, – улыбнулся он.

– Ну, тогда устраивайся, рассказ будет длинноватым, – Артур подложил под голову подушку, сцепил руки за головой, закрыл глаза и начал: – Места, откуда мы с Евой прибыли, сложно назвать благополучными для воспитания детей, но, тем не менее, жить можно. Моя семья известна на всю округу благодаря делам отца, которыми он живёт и зарабатывает. В семье нас было пятеро, я – самый старший, два младших брата, Эдвард и Кристофер, и две сестры, Карин и Лилит. А так как я был самым взрослым из детей, то отец планировал оставить свои дела мне. Но меня не особо интересовало его наследство, поэтому у нас часто возникали ссоры. Ему нужно было лишь чтобы я продолжил дело, меня же волновали путешествия. Матушка не поддерживала мои интересы, но также и не была на стороне отца, она старалась быть нейтральной. Меня поддерживали лишь младшие братья и сестры. Но, несмотря на то, что мы часто ссорились с отцом, мы любили и уважали друг друга.

Однажды он пришел домой со своим компаньоном и его дочкой. Маленькая рыжая девочка, на пару лет младше меня, была напугана и пряталась за плащом своего отца. Как сейчас помню, пришлось мне тогда повалять дурака, чтобы её развеселить и вывести на общение. Когда она успокоилась, я, наконец, узнал, как её зовут. Той пугливой малявкой была Ева. Мы с ней быстро сдружились, младшим она тоже понравилась. Время шло, мы были беззаботными детьми, устраивали всякие шалости и пакости, много чего творили. Мы с братишками и сестричками росли, отец уже перестал досаждать мне со своим наследством: у него было ещё два сына, он решил оставить дело им. Но, однажды, всё изменилось, – Артур ненадолго замолчал, а после тяжело вздохнул.

Андреа не стал нарушать тишину, он видел, что сквозь закрытые глаза друга начали намокать ресницы. Он сделал глубокий вдох и продолжил рассказ:

– Всё изменилось полтора года назад. У нас с братьями и сёстрами была традиция: в конце июня мы на пару дней с ночёвкой уходили к лесному водопаду. Только в это время там цветут редкие цветы. Их бутоны имеют целебные свойства, поэтому мы эти пару ночей собирали их для матушки. Она делала настойки, порошки и мази, про запас и на продажу. Так было и в этот раз: мы собрали всё, что нам было нужно, разобрали палатки и выдвинулись в путь. От нашего дома, до места, где растут цветы, полдня пути. Девчонки, как обычно, выдохлись первыми, поэтому оставшуюся часть пути ехали на спинах братьев. Ну, а я, как самый старший, понёс на себе весь багаж. К вечеру мы добрались до поляны, на которой обычно устанавливали палатки. Рядом протекала горная река, что брала истоки высоко в горах, а сюда попадала в виде водопада. Девчонки отправились в ближайшие кусты, набрать дров и хворосту для розжига костра, братья начали готовить лагерь, устанавливать палатки, рыть рвы, чтобы стекала вода, если пойдет дождь. А я отправился на разведку в лес, осмотреть территорию на наличие хищников. Обойдя пару кругов вокруг лагеря, ничего и никого не обнаружил. Когда вернулся, всё уже было готово, горел костер, палатки были установлены, младшие купались в реке. Пока они резвились, я, поддерживая костёр, приготовил ужин, развалился на постеленном покрывале и стал смотреть, как медленно темнеет небо. Наступила ночь, веселье сменила работа, ночные цветы, ради которых мы пришли, стали распускаться. Их белоснежные бутоны отливали голубоватым оттенком. Складывалось впечатление, что голубое небо с белокурыми облаками покрыло землю. Несмотря на то, что бутоны были крупные, мы набрали только одну корзину, их было не так-то просто собрать. Острые колючки покрывали стебли растений, а лепестки бутонов содержали в себе парализующие вещества. Красота и смерть в одном цветке. Закончив собирать урожай, мы отправились спать. Проснулся я рано утром, солнце ещё только всходило. Пока остальные спали, обошёл территорию лагеря и обнаружил следы неподалёку от палаток. Они вели в лес. Не откладывая на потом, отправился по ним. Оказавшись в чаще, потерял след, так как лесную тропинку стал покрывать мох. Вернувшись, установил вокруг лагеря сигнальные ловушки, которые, в случае чего, могли бы оповестить нас об опасности. Когда все проснулись, я рассказал о находках, и предупредил, чтобы держались вместе, и поодиночке в лес не ходили. Второй день мы с братьями провели за рыбалкой, а сёстры плели венки из цветов и бегали за бабочками, пытаясь их поймать. Время пролетело незаметно, наступил вечер и ужин, который, правда, особо не получился, – как сейчас помню этот ужасный вкус сгоревшей рыбы. Карин изъявила желание пожарить её для нас. Пришлось есть и терпеть. Ей же, естественно, выбрали самые вкусные кусочки. После ужина взяли корзину под бутоны, приготовили инструменты и отправились на поляну собирать цветы. Закончив с делами и вернувшись в лагерь, я отправил малых спать, а сам пошёл на обход. Вновь обойдя лагерь дважды, ничего подозрительного не нашёл. Вернувшись, первым делом проверил палатку младших. Ребята крепко спали. Небо освещала яркая луна, в поле пели свою ночную песню сверчки и цикады, иногда падали звезды. Я устроился у костра и медленно погрузился в сон… – Артур ненадолго замолчал, а после продолжил: – Меня разбудил истошный крик, разрывающий ночную тишину. Кричали сёстры. Я рванул с места что было сил и, когда открыл её, оцепенел на месте. Передо мной стоял огромный чёрный волк. Он медленно повернулся в мою сторону, его глаза горели жёлтым огнём. Существо зарычало сквозь сжатую пасть, в которой держало за разорванную шею тело Эдварда. Волк развернулся ко мне, разжал челюсти, выпустив его на пол, и приготовился к прыжку. За ним, в дальнем краю палатки, за спиной Криса, стояли и истошно кричали сёстры. Брат держался одной рукой за сердце, а второй сжимал перед собой длинный охотничий нож. Его грудь, глаз и щека были разорваны, он истекал кровью. Меня охватила дикая ярость. Не осознавая, что могу погибнуть, я кинулся на волка, выхватывая в прыжке из-за пояса нож. Волк, оттолкнувшись лапами от мёртвого тела, прыгнул мне навстречу, раскрывая огромную зубастую пасть. За мгновение до столкновения я сместил центр тяжести и с размаху всадил лезвие ножа в бок волка по самую рукоять. Огромная туша навалилась, прижав меня к полу. Он пытался схватить за горло, но я успевал увернуться. Отпустив нож, схватил его за шею, а ногами обхватил за спину и, превозмогая тяжесть, с которой он на меня давил, перевернул на бок, из которого торчала рукоять. Когда существо рухнуло, нож скрылся в туше вместе с рукояткой. Я оказался за спиной, руки сжимали горло зверя всё сильнее и сильнее. Волк начал задыхаться, он пытался встать, но колотая рана в боку не позволяла этого сделать, да и руки вцепились в него, словно клещи. Адреналин придавал мне сил, кровь стучала в висках, я слышал биение своего сердца и сердца волка. Противник с трудом встал и, волоча меня по полу, медленно направился в сторону брата и сестёр. Я сжимал руки сильнее и сильнее до тех пор, пока не услышал хруст позвоночника. Волк на мгновение остановился, после чего рухнул, придавив меня своим весом. Вместе с тварью без сознания рухнули и сёстры. Крис выронил нож, рухнув на колени, а после повалился на бок, теряя реальность из-за большой потери крови. Я выбрался из-под туши, подполз к брату, порвал на себе кофту и штанину, чтобы перевязать его, пока он не остался совсем без крови. Обезопасив Кристофера, проверил сестёр, – они были целы и невредимы, только без сознания. Медленно подошёл к лежащему бездыханному телу Эдварда, закрыл его глаза, сложил руки на груди и накрыл покрывалом. Над поляной раздался громкий крик, затем ещё один и ещё. Я кричал, пока были силы и голос, кулаками бил в землю, глаза ничего не могли разглядеть за пеленой слёз. Я был пуст внутри, частица меня умерла вместе с Эдвардом. Он погиб из-за меня, если бы только лучше проверил территорию вокруг лагеря, если бы не уснул тогда, то он был бы жив! Но я этого не сделал, и теперь его нет, – Андреа видел, как тяжело другу вспоминать прошлое, как кулаки Артура сжались с такой силой, что побелели костяшки. Парень закрыл ладонью лицо, стараясь незаметно смахнуть слезы, затем продолжил: – Когда рассудок стал более-менее проясняться, а адреналин отступил, возвращая тело в обычное состояние, я ощутил сильную боль. Опустив голову, заметил, что правая часть груди вскрыта, а из раны торчит ребро. Я наложил на себя повязку и затянул как можно туже. Кое-как поднявшись на ноги, превозмогая дикую боль, стал пробовать привести в чувства Карин и Лилит. Мне удалось, но с трудом. Когда сёстры пришли в сознание, в этот же момент в палатку ворвались лесничие вместе с нашим отцом и отцом Евы. Что было дальше, я не помню, потерял сознание. Очнулся уже дома, в постели, грудь была аккуратно перевязана. Напротив меня на кровати спал Кристофер. Карин и Лилит в комнате не было, только я, брат и медсестра, которая следила за нашим состоянием. От неё узнал, что прошло три дня, нас принесли домой в то же утро, когда обнаружили, сёстры с того момента не вымолвили и слова, а младший брат оставался без сознания. Эдварда же похоронили. Матушка забросила все дела по дому, отец на время прекратил свою работу.

Брат так и не приходил в сознание, а я уже через пару дней смог встать с постели. Когда увидел отца и мать, то не смог даже посмотреть им в глаза, ведь это из-за моей ошибки погиб брат. Я лишь вымолвил жалкое «простите». Но, к моему удивлению, отец и мать подошли ко мне и обняли. Сказали, если бы не сдержал волка, погибли бы все, и в том, что Эдвард умер, нет моей вины. Мы более менее смогли оправиться от произошедшей трагедии, я восстановился, Карин и Лилит больше не вели себя по-детски, брат пришёл в себя, но был очень слаб и большую часть времени оставался прикован к кровати. С трагических событий прошёл год. Однажды вечером отец перепил и вновь попытался заставить меня принять его дела, но я, как и раньше, отказался. Тогда он вышел из себя и устроил скандал, что теперь некому будет занять его место. Крис по состоянию здоровья не сможет, а Эдвард погиб из-за меня. Тогда отец обвинил во всём меня. После скандала я принял решение, что уйду из дома, о чём сразу сообщил Еве. Она сказала, что пойдёт со мной. Как бы ни пытался отговорить её, всё было бесполезно. Она решила, что идёт и точка. Через неделю после ссоры мы покинули свои дома, и приехали сюда. Ну, и познакомились с тобой. Так что я не видел своих родных уже около полугода. Как-то даже и не хочу, только вот скучаю по брату и сёстрам, – Артур замолчал, привстал с пуфика, и налил себе бокал вина. – Такова моя история, Андреа, – залпом опрокинув содержимое, он вытер губы рукой и поставил бокал на стол.

Друг видел, как тяжело дался Артуру рассказ, поэтому решил ничего не говорить. Он лишь налил и опрокинул вино следом за товарищем.

– Пока мы с тобой наслаждались едой, предаваясь воспоминаниям, время перевалило за два часа ночи. Пора бы домой идти, – сказал Артур, посмотрев на циферблат серебряных карманных часов.

– Да, пора. Но меня тут посетила странная мысль… – Андреа встал, осторожно перешагнул через пуфики и отодвинул занавес, ведущий в комнату. – Свет нигде не горит, что очень странно, учитывая, что мы с тобой ещё тут, – парень вышел в коридор и направился к винтажной лестнице. – Пауль! – позвал он, но ответа не последовало. – Дейв! – голос отразился от стен и разнёсся по всему заведению. – Странно, очень странно. Я не думаю, что они про нас забыли и просто закрылись, – парень пытался всмотреться в темноту, но всё было тщетно.

Артур вышел из комнаты, прошёл мимо друга и начал медленно спускаться на первый этаж. Дойдя до середины лестницы, он остановился, чувство тревоги и опасности вернулось. Не двигаясь с места, парень осмотрел первый этаж, но ничего, кроме диванов, столов и стульев, не обнаружил. Ступенька за ступенькой, он медленно продолжал спуск. Андреа спустился следом. Они прошли в центр зала и обнаружили, что свет горит только за дверью, ведущей на кухню.

– Стой тут, я проверю, – сказал Артур, но Андреа только покачал головой.

– Я иду с тобой. Может, там грабители, вдвоём больше шансов их повязать, чем в одиночку, – не обращая никакого внимания на попытки друга возразить, Андреа первым направился к двери, ведущей на кухню.

«Ага, конечно. Присмотришь тут за ним, когда он даже не слушает. Ева, весь в тебя прям!» – подумал Артур и направился за Андреа.

Парни не успели подойти к двери, как та открылась, и навстречу им вышла невысокого роста девушка.

– Добрый вечер, вы тоже оказались здесь заперты? – Андреа направился было к незнакомке, но вдруг резко остановился, – друг схватил его за руку.

– Стой. Не подходи к ней, – несмотря на то, что в помещении не было света, Андреа заметил, что лицо друга стало серьёзным, а сам он напрягся, судя по тому, как сильно сжимал его руку.

– Чувак, ты меня извини, но мне больно! – он дёрнулся, высвобождаясь от хватки. – Ты чего так завёлся? Девушка в той же ситуации, что и мы, – он хотел сказать что-то ещё, но его перебили.

– Значит, это ты у нас Артур Кейми Крайс, последний из рода Делакруа. Смотрю, даже цвет волос и глаз изменил, чтобы быть более похожим на человека. Теперь ты – шатен, что, впрочем, тебе тоже идет, – она смотрела на Артура и улыбалась.

– Я чего-то не понял, вы знакомы?.. – Андреа посмотрел сперва на девушку, а затем на друга.

– Заткнись, жалкий человек. Тебе слова не давали, – девушка медленно перевела взгляд с Артура и грозно посмотрела на Андреа.

– Слушай, сударыня, не знаю, кто ты такая, но я не позволю тебе разговаривать со мной в таком тоне, – он сделал было шаг навстречу девушке, как перед его глазами что-то очень быстро мелькнуло.

На обеих щеках Андреа появились крестообразные порезы, из которых пошла кровь.

– Что за?.. – удивлению парня не было предела, он сделал шаг назад, но не успел наступить на пол, как Артур ударил его по ноге и повалил на спину.

Раздался громкий смех девушки, который заполнил всё помещение. Она смотрела на лежащего на спине Андреа и стоящего позади него Артура и громко хохотала.

– Иной, а ты хорош, очень хорош! Мне говорили, что вы обладаете сверхскоростью, но увидеть вживую, как двигаются такие, как ты, мне не доводилось. Ты не только успел спасти друга от неминуемой гибели, предотвратив попадание лезвия моего меча в его горло, но и нанёс удар мне, – голос девушки был игривым и, в то же время, недовольным. – Среагируй я на мгновение позже, – ты бы свернул мне шею, но, извини, я тоже не лыком шита. Отделалась разбитой губой, – она провела языком по ране, слизывая текущую кровь. – как же меня это заводит… Сердце стучит в бешеном темпе, мои соски начинают твердеть, а в паху становится жарко… Только от одной мысли, что тебя убью я, возбуждаюсь сильнее и сильнее… Давай же, разделим это чувство вместе! – дыхание девушки было томным, а сама она смотрела на парня и улыбалась.

– Артур, это ещё что за больная на голову сука? О чём она вообще говорит? – Андреа поднялся с пола, и, не поворачиваясь к девушке спиной, подошёл к другу.

– Уноси отсюда ноги как можно быстрее, и, желательно, как можно дальше. Я с ней разберусь, – Артур встал перед другом, закрывая его своим телом. – Андреа, твою мать, я сказал бежать! – крикнул на него иной, видя, что тот стоит на месте.

– Не знаю, что тут происходит, но я никуда не пойду, тем более тебя не оставлю наедине с этой долбанутой, – Андреа вышел из-за его спины и встал рядом.

– Чудесно, это просто чудесно! – голос девушки оставался томным, а дыхание – прерывистым. – Тогда начнём нашу игру!

Она подняла правую руку, и в её ладони прямо из воздуха появился меч. Сумасшедшая отвела левую руку за спину, а правую выставила перед собой, целясь остриём в сторону Андреа. Девушка слегка согнула ноги в коленях и сделала молниеносный выпад. Яркая вспышка света на мгновение озарила помещение, а зал заполнил звенящий звук удара металла о металл.

– Говорил же тебе, упрямый баран, беги отсюда, – раздался голос Артура.

Андреа открыл зажмуренные глаза и увидел, что перед ним стоит друг и держит в руках длинный меч. Лезвие девушки ударилось о его блок, что и спасло Андреа от гибели.

– Уходи, ты только мешаешь! – Артур с большим усилием сдерживал напор, с которым девушка давила на меч.

Андреа решил, что единственным выходом сейчас и правда будет бегство, происходящее явно находилось за пределами его понимания.

– Берегись! – его раздумья прервал крик друга, но среагировать он уже не успевал. Быстрый, словно молния, удар ребром ладони пришёлся в шею, тело Андреа пронзила сильнейшая боль, равной которой он никогда не испытывал. За первым мгновенно последовал удар ногой в грудь, опрокинувший парализованного болью Андреа на стоящий рядом стол. Лезвие меча поднялось над его головой, но в момент удара было отбито подоспевшим на помощь другом.

– Медленно, слишком медленно, – девушка отпрыгнула от Артура на пару метров назад, а затем вновь сделала рывок, занося меч над головой.

Удар, удар, ещё удар, высекаемые искры освещали зал, словно в нём горел свет. Никто из дерущихся не уступал друг другу в скорости, мастерстве владения мечом, сноровке и жажде убить оппонента. Девушка в основном наносила быстрые колющие удары, иногда, уличая момент, пыталась ударить мечом наотмашь, в то время, как Артур только оборонялся, изредка контратакуя. Соперница наносила удары один за другим, сводя шансы на ответные движения к минимуму. Она сделала резкий выпад, целясь в живот, но удар был блокирован, не теряя скорости, противница наступила на выставленный в блоке меч и сделала кувырок назад. Отпрыгнув от иного на несколько метров, она встала в оборонительную стойку в ожидании удара, но того не последовало. Артур, тяжело дыша, выпрямился и стал восстанавливать дыхание, делая попеременно глубокие и короткие вдохи.

– Выдохся! Дыхание решил перевести! Но, даже несмотря на это, я не ожидала, что он будет таким быстрым, что не уступит в скорости реакции и быстроте даже мне, самой быстрой из моей расы. Нужно заканчивать с ним, пока он не восстановился, – девушка вытянула меч в сторону Артура и вознамерилась провести молниеносную атаку. – Приготовься к лёгкой смерти, – самодовольным голосом произнесла она.

– Учитывая, какая ты медлительная, скорей уж умру со старости. Хотя, в силу происхождения, я даже не могу состариться, – спокойным тоном произнёс Иной.

– Что ты сказал? Я – медлительная?! Ещё никто не оскорблял меня так сильно, как это сделал ты, – на место самодовольному тону пришёл раздражительный. – Сейчас ты умрёшь, – сказала девушка и изменила стойку для удара наотмашь. Её тело начало меняться: торс удлинился и стал более тощим, ноги стали чуть длиннее, изогнувшись в коленях, лицо девушки слегка вытянулось, на щеках появились вибрисы, на месте человеческого рта оказалась пасть животного, набитая острыми клыками, кожу покрыла шерсть, из-за спины показался длинный хвост. Девушка стала похожа на гепарда.

«Что же произошло в нашем мире, что одна из рас совета решила меня убить?..» – резкая жгучая боль в правом боку прервала мысли Артура.

Опустив голову, он заметил, что там зияет рваная рана. Только парень, было, собрался перевести взгляд на звероподобную, как ощутил точно такую же резкую боль на спине. Артур быстро повернулся туда, откуда поступил удар, но там никого не было. В зале загорелся свет, но тут был только он и лежащий без сознания Андреа, девушка куда-то исчезла.

– Дам тебе фору, может, при свете ты сможешь меня разглядеть, – раздался голос из-за спины Артура. Он быстро повернулся, но опять никого. Парень осматривал помещение, пытаясь обнаружить быстро движущуюся девицу, но попытки были тщетны. В одном конце зала поднялась, словно по дуновению ветра, штора, через секунду в другом углу перевернулся стол, в третьем разлетелись в щепки тарелки, перед ним на мгновение появилась звероподобная, а затем также быстро исчезла, оставив после себя лишь резаную рану на ноге. – Такая медленная, что ты, представитель высшей тёмной расы, не можешь за мной уследить, – с ехидством и сарказмом звучал голос.

Звучал повсюду.

«Тут», – подумал Артур и повернулся в сторону кухни.

Всего на долю секунды он заметил, как в его плечо летит остриё меча, но среагировать или увернуться уже не успел. Резкая боль пронзила всё тело, а в плече появилась сквозная колотая рана. Он выронил меч из рук и присел на колено.

«Она и правда быстра, нужно отдать ей должное. Но умирать вот так вот я не собираюсь», – подумал Артур.

Сжимая зубы от гудящей по всему телу боли, он поднял с пола меч и встал в стойку для нападения. Волосы на голове парня изменили свой цвет с шоколадно-коричневого на белоснежно-белый, глаза стали вместо карих – серебристо-голубыми. Сделав пару глубоких вдохов и выдохов, он нормализовал дыхание и замер в ожидании.

– Пора с тобой заканчивать, наследный принц из рода Делакруа, – девушка оттолкнулась от стены для ещё большего ускорения и ринулась со скоростью молнии в сторону застывшего соперника, намереваясь ударом меча срубить тому голову.

Он стоял неподвижно и не дыша. За мгновение до столкновения, когда противники сравнялись друг с другом, он открыл глаза, и рукоять меча слегка повернулась в его руке, а затем приняла прежнее положение. Не было выпада, не было слышно звука удара, словно ничего и не произошло. Он стоял также неподвижно, однако за его спиной оказалась звероподобная девушка. Она медленно повернулась к нему, из её рук выпал клинок, а на губах появилась кровь.

– Как?.. – вопрос сорвался с губ, но ответа девушке услышать было не суждено, голова медленно съехала с плеч, и при ударе об пол развалилась на две половинки, тело, простояв пару мгновений, также разделилось пополам и рухнуло в разные стороны.

Артур опустил меч и присел на колени. Раны на его теле стали затягиваться с невероятной скоростью, через пару секунд не осталось даже отметин. Волосы и глаза приняли прежний цвет, он схватился рукой за грудь и закашлялся, отхаркивая кровь.

«Надо бы почаще принимать истинный облик, а то, такими темпами, моё тело не выдержит нагрузки», – сплюнув сгусток крови, он поднялся и вытер рукой губы.

Парень медленно подошёл к лежащему на полу без сознания Андреа и начал приводить его в чувство, несильно хлопая по щекам. Друг с трудом открыл глаза, присел и резко схватился за голову, тупая боль разносилась по всей черепной коробке.

– Что тут произошло?.. Где эта сумасшедшая?! – он встал и осмотрел помещение, в котором царила разруха и хаос.

– Лежит вон там, за барной стойкой, – Артур, поднимая перевёрнутый диван, указал куда-то вправо. Андреа подошел к барной стойке и увидел разрубленное пополам тело. От вида лежащей рядом головы, залитого кровью пола и располовиненного тела у него свело живот, подступил приступ тошноты. Его рвало до тех пор, пока желудок не оказался полностью пустым, парень с трудом поднялся и направился к сидящему на диване другу.

– Я требую объяснений и, к тому же, нормальных! Тут лежит обезглавленный разрубленный пополам труп! Труп, твою мать! – Андреа сел на диван и уставился на друга в ожидании.

– Для начала, чтобы он тебя не нервировал, от трупа и избавимся, – Артур встал с дивана, вытянул руку в сторону тела и что-то тихо произнёс.

Место, где лежали останки девушки, вспыхнуло чёрным пламенем. Через несколько секунд оно погасло, на полу не осталось и следа от лужи крови и намёков на некогда лежавшее там тело. По лицу Андреа было видно, что у него очень много вопросов, но задавать их он теперь не решался.