Поэтическое восприятие

Ещё пример:

Инна Заславская (второе место на конкурсе «Поэт года 2021»)

Я предлагаю нам с вами проверить степень готовности нашего с вами поэтического восприятия к восприятию поэзии, а не стишков через такое, например, стихотворение Инны, называется оно :

«Кто услышит…»

Наступая хуже ворога, жизнь манит словами лживыми.

Никому уже не дорого то, чем прежде дорожили мы,

Что копили понемножечку, сберегая радость давнюю,

Как серебряные ложечки, что на первый зуб подарены.

Зубы выросли и выпали. Дети выросли – и где они?

Точно злого зелья выпили: в слове – бесы, в мыслях – демоны,

В рассужденьях – удаль пошлая, жизнь – монета завалящая.

Отпихнуть сильнее прошлое, взять нахрапом настоящее!

Хоть бы громы, хоть бы молнии, для опаски нету времени…

Неужели, чтобы помнили, нужно бить кнутом по темени?

И какими нам утратами заплатить за покаяние,

Что победы геростратовы – пепелища без названия?

Безымянные, безликие: сквозь бурьяны пропыленные

Иногда проступят бликами черепки разноплемённые…

Суховей с вороньей свитою, пролетая над погостами,

Помянет людьми забытое.

Только кто услышит, Господи?…

2021

Насколько поэтично это стихотворение? Как проявила себя в нём поэзия и проявила ли она себя в этом стихотворении хотя бы как-то?

Кстати, как вы считаете – допустимо ли, при оценке произведения, сделать вывод, например, о том, что это стихотворение, скажем, на половину принадлежит поэзии, или частично? На мой взгляд, вводить «частичность» в присутствие в том или ином произведении поэзии – значит, только запутывать собственное чутье на поэзию или поэтическое восприятие. Произведение – либо полностью должно принадлежать поэзии, быть поэзией, либо быть стишком (хорошим или плохим). То есть, в моей градации – поэзия, в принципе, то есть, несоизмеримо отделена от стишков, как таковых. А вот, если, например, в стишке что-то из инструментария поэзии присутствует в заметной мере, то это «хороший» стишок, а если нарушены и исковерканы основные правила стихосложения, то это плохой стишок.

NB! Но в главном – стишок это, по сути своей, противостоящее поэзии произведение, то есть произведение, вольно или невольно, поэзию отрицающее, произведение написанное не поэтическим, но анти поэтическим человеком, который, в свою очередь, может быть человеком – искренним, добросовестным, интересным рассказчиком или раскрасчиком какого-либо текста, но не поэтом – поскольку для поэта не достаточно удивить и ублажить читателя своею искренностью, душевностью, горячим желанием высказать наболевшее, поэт – это земной небожитель или человек Слова, который из слов создаёт не «мораль той басни такова», не «дело было так», не природу-погоду-чувства-явления в столбик с присутствием образных сравнений для усиления эффекта, но иносказание или перевод с русского на поэтический, или как бы извлекает художественность из слова, одновременно, из художественности сотворяет художественный или правдивый вымысел, не переводимый на язык прозы, умещая тонны желаемого в граммы скорописи духа и создавая при этом, добавочное или главное содержание произведения – содержание, превышающее любое заявленное в теме, в названии, содержание, в котором главенствует сам Его высочество Язык, язык, или обретшее голос Мироздание, или язык, околдовавший, опоивший поэта сновиденностью, а следом за ним и читателя, язык, захвативший господство над всеми намерениями и чувствами, над злобой дня и философией, над умными и глупыми рассуждениями, над историей и политикой, над чувствами и событиями, над переживаниями и сюжетами, над воспоминаниями и плакатностью, язык, оформленный в поэтическую речь, речь для поэтического восприятия достоверности, а не действительности с раскрашенным фасадом и расквашенными задворками!

Итак, возвращаемся к стихотворению Инны Заславской «Кто услышит»

Чувствуете ли вы искренность переживаний автора, душевный порыв сказать наболевшее? Я, например, чувствую это, но для того, чтобы произведение принадлежало поэзии – этого не достаточно. Стихотворение – сожалеет об утраченном, говорит об актуальном, это стихотворение на злобу дня, но все «злобы», которые мешают человекам быть счастливыми, даже самые-самые, даже если их объединить и записать в огромный длинный-предлинный столбик, не станут от этого поэзией, вот в чём дело. Напротив, чем больше приближение к насущным проблемам, тем искусство менее вероятно. Но это, в свою очередь, не значит, что искусство, в том числе, искусство поэзии равнодушно к жизни людей, отстранено от неё, чурается её. Отнюдь, просто поэзия возвышает дух человека исключительно тем, что расширяет возможности его восприятия мира, то есть поэзия не есть анальгетик от нескончаемой «головной боли» человеческого выживания любой ценой, но прямой путь или выход для сознания за пределы обитания плотской или плоской души обыкновенно-приличного человека. Поэзия развивает воображение с помощью создания в произведении такой языковой среды, в коей нет наблюдателя и наблюдаемого, в которой условность приобретают понятия «времени» и «пространства». Вымысел поэзии, тот самый, художественный, правдивый, то есть правдоподобный вымысел, обладающий неопределённостью, недосказанностью, как высшей степенью точности, именно такой вымысел поэзии обязательно присутствует и создаёт облик или словесный отпечаток облика истинного бытия. Поэтическое произведение участвует в нравственности человека, облагораживает душу человека, однако делает это красотою самого слова, гармонией и меткостью, лаконичной ёмкостью словосочетания, а вовсе не тем способом, какой практикуют авторы стишков (столбиков слов без поэзии).

Например, данное стихотворение Инны Заславской: стихотворение бьёт тревогу о том, что всё не так в нашем «Датском королевстве», но делает это так, как будто студенту, будущему нейрохирургу дали лопату и кирку для проведения операции на головном мозге манекена и он несчастный производит словесные деяния, кои вызывают что называется и смех, и грех в аудитории: автор с лопатою «манит словами лживыми», то есть, непрерывно памятуя о наболевшем, взахлёб выдаёт на гора содержание своей тревоги, используя инструменты поэзии для своего благого дела, и не имея собственно к смыслу и сути поэзии никакого отношения, никакой причастности!. А зачем, а при чём тут поэзия и наболевшее, которое хочет высказать на голову читателям автор стишка Инна Заславская? Наболевшее высказывается: в столбик, используются зарифмованные окончания, даже образные сравнения, или точнее фигуристая речь, чего же ещё вам надо?! От этого стишка и его автора мне лично ничего не надо. Это не колодец, не родник слова, это конспект речи на собрании ЖЭКа о падении нравов, это плакат на стене повседневности о том что «тигру мяса не докладывают!», это трактат о том, что «мораль той басни такова», или речь взрослой воспитательницы для детей старшей группы детского сада под девизом: «просто о сложном». Слова стишка, как стены советских общественных туалетов: выкрашены в ядовитые цвета, которые не перепутаешь друг с другом, они волнительны, но в волнении окрашены маляром поэзии настолько «в общем и целом», что человек до их узнавания и после их узнавания рискует остаться удовлетворённым схожестью переживаний с автором и одинаково далёким отстоянием от «какой-то там поэзии».

Оцените, например, вот этот отрывок или «пересуд старух у подъезда многоэтажки :

«…Никому уже не дорого то, чем прежде дорожили мы,

Что копили понемножечку, сберегая радость давнюю,

Как серебряные ложечки, что на первый зуб подарены.

Зубы выросли и выпали. Дети выросли – и где они?

Точно злого зелья выпили: в слове – бесы, в мыслях – демоны,

В рассужденьях – удаль пошлая…»

Пошлость в словесности – это сведение речи к плакату, к огульности, к сплетне, к газетной передовице, к простоте, которая хуже воровства, к банальности размером с небоскрёб или скалку. Это как будто лектор из ЖЭКа резюмирует жизнь, легко умещая её в краткость «мудрейших» изречений, но не ту, которая сестра таланта, а в краткость надписи на заборе, к банальности от слова «банановая республика»: «Зубы выросли и выпали». Слова выросли в голове человека, неимущего в поэзии, и выпали в глаза читателям, как гвозди в ладони, столь необходимые для заколачивания входа в мир поэзии.

Неужели, чтобы помнили высоты поэзии нужно, уподобляясь образности этого стишка, «бить кнутом по темени»?

«Безымянные, безликие: сквозь бурьяны пропыленные

Иногда проступят бликами черепки разноплемённые…»

Какими такими «бликами» проступают в искорёженном авторском воображении «черепки разноплемённые» не берусь судить, но то, что именно автор подобного творения занял второе место с конкурсе «Поэт года 2021» должно показать вам, мои современники, насколько глубок нынешний упадок самого представления о поэзии, в том числе в среде литературных критиков, редакторов, участников различных жюри, различных деятелей и делателей из поэзии безделицу и передовицу!