Фатум

31. Игорь

Уже много ночей Игорь спал спокойно. Казалось, его решимость сделать задуманное отгоняла прочь все ночные кошмары. Будто бы смирившись с судьбой, сознание Игоря возвело непреодолимую преграду для всех желающих поковыряться у него в мозгах. Уже много ночей. Но не сегодня.

Это была вновь коричневая пустыня. И, как уже знал парень, это была выжженная поверхность марса после его гибели. Только волею внушающих, поверхность абсолютно гладкая с серым матовым небом над головой и бескрайним горизонтом, окружающим парня со всех сторон.

Некоторое время Игорь просто стоял на месте, вглядываясь и вслушиваясь в окружающую его пустоту и безмолвие. Он ожидал, что, как и в предыдущий раз, события начнут развиваться сами собой, получив лишь небольшой толчок с его стороны. Но вокруг ничего не происходило. А взгляд парня не мог обнаружить ни единой зацепки, ни камешка, ни бугорка.

Выход оставался один: пойти вперед, как в самый первый раз. И Игорь пошел. Он не считал ни шаги, ни секунды своего пребывания в этом мертвом мире, ровно вышагивал по твердой поверхности под ногами, разрывая царящую вокруг тишину сухим шарканьем, да тихим шуршанием песка, направляясь все к такой же далекой и недосягаемой линии горизонта.

Как-то незаметно для себя самого Игорь отвлекся от окружающего его однообразия, взгляд с горизонта опустился под ноги, а мысли завертелись вокруг предстоящего путешествия к машине-эволюции.

Парень уже подготовил для похода необходимые, по его мнению, вещи. Не единожды проверив по интернету координаты предполагаемого месторасположения машины-эволюции, он не без основания полагал, что поиски его будут проходить в горах. Поэтому в первую очередь он приобрел оборудование для скалолазания. Веревки, скобы различной формы и предназначения, карабины, ролики и блоки, страховочную обвязку и одежду, позволяющую чувствовать себя комфортно и под продувным холодным ветром, и под палящими лучами солнца, и, конечно же, специальные молоточки-кирочки с вытянутым заостренным концом с одной стороны и с вполне привычным плоским молотом с другой. Не забыл парень приобрести и обыкновенную саперную лопату, на всякий случай. Палатка и спальный мешок с подстилкой, смотанные в тугие тюки, уже болтались под весьма объемным рюкзаком, к которому крепилось и все остальное оборудование. Внутри, занимая лишь половину свободного пространства, находилась газовая горелка с баллоном ацетилена, маленький котелок, одна железная кружка, светодиодный фонарь с комплектом батареек, различная мелочь и одежда. В последнюю очередь, и это Игорь собирался сделать непосредственно на месте, к необходимым в походе вещам парень собирался добавить продукты питания и воду. Обновленный до смартфона мобильный телефон, со встроенным GPS модулем, уже был снабжен различными картами местности, полезными приложениями и информацией о скалолазание. В дополнение к нему Игорь приобрел партитивный зарядный аккумулятор, способный в случае необходимости заменить разетку на 220 вольт. Но, не особо надеясь на электронику, парень приготовил для похода и обыкновенные бумажные карты. Место они занимают мало и весят немного. И, как казалось парню, наличие в его снаряжении барометрического высотомера (альтиметра) и часов со встроенным компасом, было вполне нормальным дополнением. Мало ли, вдруг пригодятся. Не забыл, конечно же, Игорь и о средствах личной гигиены, а так же аптечке с болеутоляющими и дезинфицирующими средствами.

Денег на все свои приготовления, и это было самое печальное, Игорь потратил целую уйму, на них можно было легко купить не совсем старый подержанный автомобиль, но и приключение, как он надеялся, должно было быть интересным и захватывающим. А так как парень он был городской, и о прогулках в горах знал только из телевизионных программ, то не поленился потратить несколько десятков часов, для просмотра обучающего видео. Как себя вести, что делать и не делать и, вообще, как использовать все то, что он накупил. Плюс посетил серию занятий на одном из скалодромов, расположенном в ближайшем парке отдыха.

В общем, был готов, пусть и не на все сто процентов, но весьма и весьма серьезно. Конечно, оставался вопрос, что делать, если он все-таки найдет машину. Как в нее попасть? Как включить? Как отремонтировать в случае необходимости? Но эти вопросы оставались вопросами до того момента, пока судьба не сведет их с парнем нос к носу.

К еще одному огорчению Игоря, он ни разу не смог связаться с Эрид Фаном. Полученный от него передатчик, в виде капли, так и не помог наладить контакт, выявив в себе лишь одну интересную способность: не пропускать через себя чрезмерно яркий свет, оставляя видимым все вокруг даже при долгом и пристальном вглядывании в ничем не отгороженный солнечный диск.

Но на счет передатчика Игорь не беспокоился так сильно, как на счет тех, кто был выбран ему в спутники. До поездки осталось две недели, а Маша с Виктором так и не позвонили. Видать, предполагал Игорь, придется ему переносить все невзгоды пути в гордом одиночестве. А в компании было бы и повеселей и, в некотором смысле, безопаснее.

На счет безопасности Игорь тоже подумал. Ну, во-первых, он приобрел недурной шлем альпиниста, способный выдержать удар случайно сорвавшегося сверху камня. Плюс парень обзавелся карманным электрошокером. Встретить медведя он, конечно, не желал бы. Шокером от него вряд ли отобьешься, а вот какой-нибудь средних размеров волк или другой хищник, они точно бы были не очень рады мощному электрическому разряду, сковывающему и парализующему все тело. Ну и люди. Те же звери, особенно, определенная их часть. Но ток не отменяет и для них своих физических законов. Действует, да еще как. Видел, как-то Игорь своими глазами, как один из его коллег баловался такой вот игрушкой, и тряханул себя в ногу, и как потом он корчился на полу пару минут, не в силах справиться с оцепившей тело судорогой. Ну, а если появятся очень сильные охотники до чужого добра, так к своему походному поясу, до поры, хранящемуся в рюкзаке, Игорь уже примерил нехилый такой пятидесяти сантиметров тесачок. Не мачете, конечно, но отогнать кого-нибудь, или порубить что-либо, эта вещица пригодится однозначно.

Так раздумывая о будущем походе и перебирая в голове все возможные ситуации и степень готовности к ним, Игорь не заметил, как в голову все сильнее стал пробиваться какой-то далекий и очень знакомый гул. Когда же парень обратил на него внимание, то был весьма удивлен, увидев, что линия горизонта справа от него изменилась. Она приподнялась слегка вверх, и на ее фоне находился какой-то далекий объект. Но каких размеров должен был бы быть этот объект, если на таком удалении от парня, он все равно отчетливо выделялся на общем фоне. Гул, на который среагировал парень, так же шел с той стороны.

Недолго думая, Игорь повернул в сторону вздыбленного горизонта и, не сворачивая, направился к усиливающемуся гулу. Время шло, и парень заметил, что освещение вокруг него начало медленно угасать, а небо за спиной, так и вообще, становилось каким-то пунцовым, темным. Складывалось ощущение, что либо за парнем идет гроза, либо на этот нереальный мир опускается ночь.

Объект перед парнем, с каждым его шагом, все увеличивался в размерах и в высоту и в ширину. И через некоторое время Игорь понял, что перед ним раскинулся огромный город, чернеющий разноуровневыми крышами. Но отчего-то этот город был абсолютно темным, не единого огонька не мелькало в его очертаниях, и из-за этого невольный страх потянулся к сознанию парня, заставляя сердце забиться чаще, а кровь наполниться адреналином. Но назад не повернешь, там мир тоже таял в непроглядном сумраке. Да и Игорь, понимая, что это лишь сон, явно ведущей его к какой-то цели, осознавал, что идти ему надо именно туда, куда его ведут. А кроме темного силуэта города, парень не видел ничего. Значит туда и была предначертана дорога.

Обозначившаяся цель перенаправила мысли парня с предстоящего похода в горы на то, что ожидало его впереди сейчас. И вариантов, что же там его ждет, не было никаких.

В подступающем из-за спины сумраке, Игорь не сразу заметил, что песок под его ногами постепенно перешел в полнее привычную почву, только слегка влажную, а шорох, доносившийся из-под обуви, заменился противным чавканьем. По бокам от парня, то тут, то там, стали высвечиваться темные силуэты мелких кустарников да каких-то кривых, чахлых деревьев. Появился тихий прохладный ветерок, наполненный скользкой сыростью. А затем Игорь наткнулся на достаточно длинную линию камыша, чередующуюся с менее низкой осокой. Под ногами начинало хлюпать все сильнее.

– Болото, что ли какое? – удивился парень.

Он шел посреди невнятных очертаний травы и мелких кустиков. Ноги уже промокли, а по телу побежали колючие противные мурашки. Город же впереди, хоть и казался близким, но идти до него, как предполагал парень, нужно было еще как минимум пару километров. А тут еще это болото под ногами. И Игорь откровенно не понимал, как город мог находиться в такой непосредственной близости к топи. Вполне вероятно, что это и не болото лежало сейчас перед ним. Может просто затопленный участок близь какой-нибудь речушки.

Разбираться в том, что же служило источником такой сырости, Игорю не хотелось. Он лишь двигался согласно намеченного курса, стараясь переставлять свои ноги по возможности более аккуратно, но провалившись пару раз в неглубокие промоины и выбравшись из них лишь благодаря располагающимся рядом кустарникам, Игорь решил не рисковать лишний раз, ломясь на прямик. Сон, конечно же, сном, но зачем мокнуть и мерзнуть даже в нем. И заметив в стороне очертания какого-то деревца, парень направился к нему. Он собирался обломить какую-нибудь ветку, что бы прощупывать ею дорогу перед собой, но вблизи деревца обнаружил уже поваленную березку, небольшую, как раз метра два с половиной длиной. Очистив ее от веток, Игорь направился дальше, обходя глубокие участки.

Дорога увеличилась, как минимум, втрое. В опустившейся темноте парень уже еле-еле различал контуры домов впереди. Подобранная им березка, выручала его все чаще, и сам он пробирался уже по пояс в воде, скользя ногами по липкому илистому дну, опираясь на деревце, как на шест.

Утонуть в болоте, пусть даже и во сне, дело, наверное, не сильно приятное. Игорь совсем не хотел это проверять. Он уже серьезно задумывался, о том, что бы развернуться и направиться в обратный путь, но оглядываясь и не видя ничего за спиной, понимал, что дорога в пустыню ему закрыта. Повернув назад, он, скорее всего, просто собьется с курса, закружившись между топями, а, заплутав в них, может и не выбраться вообще. Лучше уж двигаться вперед. Тем более, что там, пока что еще хоть что-то можно было различить.

Гул же, который Игорь слышал до этого, стал вполне ему понятен. Это был привычный городской шум. Гудело электричество в проводах, сигналили машины, слышался грохот какого-то предприятия. В общем, этот гул был обычным дыханием города. Вот только чего Игорь не мог понять, так это почему он слышит жизнь в городе, но не видит ее. Почему темные силуэты домов, с черными провалами улиц между ними, непроглядны и пусты? Почему нет освещения на столбах, которые обязаны освящать тротуары и дороги? Где эти гудящие и сигналящие машины?

Только темень. Еще несколько минут и ночь, догнавшая парня, сделает не видимым все вокруг, поглотив в себе все остатки серого сумрака.

Коченеющими от холода пальцами, Игорь сжимал тоненький ствол березки, опираясь на него с каждым шагом все сильнее. И в один из моментов деревце не выдержало веса парня, обломившись посередине, оно застряло нижней частью в иле, оставив в руках парня уже не нужный обломок.

– Гадство, – только и вырвалось у Игоря.

Он ужасно замерз, почти не чувствовал ног, темнота же вокруг стала совсем непроглядной, и город, находившийся совсем близко, лишь раздражал, своим присутствием, являясь, как думал парень пустой обманкой, мотивом его продвижения в топи. Да еще и последняя опора сломалась.

«Вот тебе и долгожданные кошмары». – думал парень. – «Интересно, мне теперь здесь предстоит утонуть или замерзнуть?»

В том, что ему тут явно придется умереть, Игорь уже не сомневался. Выбивая чечетку лязгающими зубами и дрожа всем телом, он стоял в кромешной темноте, по грудь погруженный в покрытую ряской воду.

Из-за царящего вокруг мрака Игорь чувствовал, как глаза готовы вывернуться из орбит в поисках какого-нибудь источника света. И от этого усилия, перед взором парня закружились белесые круги. Сначала он так и думал, что это лишь мерещатся ему отражения собственных мыслей. Но затем он заметил один статичный огонек. Парень закрыл глаза, повертел головой, а за тем вновь открыл их. Огонек был на месте.

Цепенея от холода, он плавно наклонился вперед и захотел сделать шаг по направлению к свету, но оказалось, что ноги его не слушаются. Повалившись вперед, он окунулся в воду с головой. В панике задергал руками и ногами. С ногами было все в порядке. Просто из-за того, что он долго стоял на месте, его начало медленно засасывать вниз, и на тот момент, когда он захотел сделать шаг, нога просто не смогла вырваться из сковавшей ее жижи.

Вырвавшись из-под воды, Игорь вновь обрел равновесие. Все-таки под ногами было не болото, иначе его сейчас просто засосало бы еще глубже. Под ногами было дно, хоть и илистое, но вполне упругое дно. Огонек, обнаруженный парнем ранее, был все еще на месте. И Игорь, не петляя, плавно заскользил по воде в направлении этого огонька, с каждым шагом понимая, что если он не выберется на сухое место, то задубеет здесь окончательно.

Не сразу, но постепенно идти становилось легче. Дно поднималось наверх, и вода тонкими струйками начала стекать с одежды Игоря. На воздухе было теплее, но согреться ночной прохладой парень все равно не мог. Обняв себя руками, и постоянно растирая ими не чувствовавшие прикосновений грудь и плечи, Игорь, как обезумевший бык на красное, перся к уже совсем близкому огоньку. И вот вода все-таки отступила, обозначив свою границу высоким тростником, негромко шелестящим под легким ветерком. Игорь увидел камыш, но удивляться тому, что он опять начал различать окружающие его предметы, сил уже не осталось. Как зомби он вышагивал по чавкавшей земле, а когда вышел на твердую почву, рухнул, свернувшись калачиком, трясясь, как в лихорадке, и судорожно ощупывал свои заиндевевшие ноги.

Еще чуть-чуть. Немного. В голове парня мелькнула мысль: "А что если позвать на помощь?". И тут же он попытался это сделать. Но как совладать с бьющейся в конвульсиях диафрагмой? Вместо крика о помощи из дрожащего рта еле-еле просочился почти неслышимый хриплый шепот, неспособный даже на таком расстоянии перекрыть звучащий в ушах шум невидимого города.

Понимая, что именно сейчас он отключится, Игорь поднял голову посмотреть и возможно попрощаться с тем единственным источником света, который фактически вывел его из трясины. Огонек был очень близко. Так близко, что его освещения хватало, что бы различить близь лежащие объекты. Вот деревья окружили чей-то плетеный забор с болтающимися на колах крынками, вот одинокий сарайчик невдалеке от огонька, а вот, и Игорь на мгновение остановил дрожь во всем теле, огонек. Сам этот огонек находился в окне одноэтажного деревянного дома, как свеча на окне или лампадка. И возле этого огонька было какое-то движение. Значит, там кто-то есть. Значит, должны помочь. Не может быть такого, что бы людям в его положении не было помощи.

Из последних сил Игорь сначала на четвереньках, а затем сгорблено, но зато на двух ногах, то и дело, норовя завалиться на бок, побежал к дому. Перевалился через невысокий плетень и с размаху шибанулся о деревянную дверь, прошитую от петель металлическими пластинами. Дверь не открылась. Скуля и не веря в то, что ему не откроют, Игорь царапался, стучался распухшими от влаги и уже ободранными кулаками в эту единственную преграду на пути к теплу.

– Впустит, – тихо стонал парень. – Помогите.

От охватившего его холода и из-за отсутствия временного ориентира, парень даже забыл, что находиться во сне, настолько все было вокруг правдоподобно.

Плача, он сполз по двери вниз, уже даже не сопротивляясь дрожжи и судорогам терзавших его тело, и на пороге беспамятства почувствовал, как опора перед ним отстранился, а сам он распластался на чем-то твердом, и, как ему тогда показалось, нереально горячем.

За спиной раздался хлопок закрывающейся двери, а чей-то озорной голос задорно посмеялся:

– А кто это у нас здесь? О, Игорь, долго же ты шел! Долго. Я уже даже состариться успел, – вновь засмеялся голос.

Парня трясло, но тепло, идущее от деревянного пола, втекало в него, заставляя вновь ощутить боль. Все тело словно пронзили миллионы иголок. Было нестерпимо больно. Нестерпимо, не то холодно, не то жарко. Игорь почувствовал как с него, не особо церемонясь, сняли мокрую одежду, как чьи-то крепкие руки перенесли его на мягкую перину, а сверху укрыли чем-то невесомым, но очень теплым.

Когда боль ушла, а тело перестало трясти, сознание в полной мере вернулось к парню. Он был в старой, но крепкой деревянной избе. Странно, город, мерещившийся ему до этого, был по очертаниям вполне современным, да и шум, который все еще доносился снаружи, говорил о городе, именно как о современном мегаполисе, а не о деревянной деревеньке. Но может быть, это один из не сдающих свои позиции экземпляров человеческого принципа или жадности. Может хозяин этого сруба, по идеологическим причинам не желает продавать свой участок, так как на нем выросли его отец, дед, прадед и еще пятнадцать поколений предков. А может этот, пока еще не ведомый хозяин, был настолько жаден, что завернул властям города такую цену, что те решили не заморачиваться и просто подождать, пока хозяин или сам не умрет, либо пока его не заберет случайный пожар, по неосторожности, сооружение ведь деревянное. А может быть это жилище и в принципе никому не нужно. Болото.

Игорь лежал на печи. На настоящей русской печи, устеленной мягкой, и видимо набитой настоящим пухом, перине. А сверху его укрывало такое же мягкое и, наверное, такое же пуховое одеяло. Одежды на нем не было никакой. С печи была видна дверь с влажными следами перед ней, окно, возле которого стоял стол с трепетавшим на нем огоньком одиноко свечи, а за столом сидел, видимо, и сам хозяин.

– Ну, чего лежишь? Пролежни будут. Давай слазь уже, – голос был не молодой и нестарый, явно бодрый и даже веселый. Хозяин голоса и дома видно был в хорошем расположении духа. – Ну, слезай, Игорь, долго тебя ждать?

Смысла отлеживаться дальше парень не видел.

– Одеться бы во что? – хрипло отозвался он.

– Слазь, говорю, – вновь усмехнулся хозяин. – Тут тепло, а стесняется некого. Портки вон, на лавке, сам возьмешь.

Игорь повиновался. Спустился с печи, смущено дошел до лавки, стоящей возле стены рядом с дверью, оделся в льняные штаны и в такую же не то толстовку, не то рубаху, имеющую всего три пуговицы у ворота.

– Готов? Тогда давай за стол. Сейчас чай пить будем. Горячий, с малиной. Любишь такой?

Такой чай Игорь пил в детстве, когда приезжал к бабушке в деревню. А любил ли он его или нет, сейчас он и не знал точно.

– Наверное, люблю, – неуверенно отозвался парень.

– Что ты там мямлишь? Давай за стол. Кому говорю! – настойчивость и насмешка в голосе хозяина вынудили Игоря приблизиться к столу очень медленно, как бы выказывая свое неповиновение, пусть даже такой мелочью.

– Спасибо вам, что спасли меня. Я вам благодарен, – сказал парень, подойдя вплотную. Но даже с такого расстояния ему было сложно рассмотреть говорившего. Больше всего хозяин был похож на простого, сильно обросшего усами и бородой седовласого деда, но такой образ не лепился в сознании парня с достаточно бодрым голосом и повелительной манерой общения.

– Дед, не дед, – скривился хозяин. – Тьфу ты. Это что важно?

Собирающийся присесть за стол парень замер. Ну вот, кто-то вновь ковыряется у него в голове.

– Игорь, Игорь, – склонив голову, расстроено покачал ею старик. – Игорь, Игорь, – и добавил уже более бодро и резко. – Сядь уже, Игорь!

Парень сел, а в голове закружился логичный вопрос, кто же это перед ним: друг или враг, о котором предупреждал Эрид Фан.

– Друг или враг? – передразнил его дед. – Игорь, а сам-то ты себе кто? Друг? Враг? А?

– Может быть, хватит, так нагло ковырялся в моей голове? – с претензией попросил парень. – Это все-таки моя голова.

– Иигооорь! – на распев протянул старик и подтянулся к парню, опершись локтями о стол. – Как же мне не ковыряться у тебя в голове, если мы с тобой сейчас находимся именно в ней? – густые седые брови деда удивленно приподнялись. – Разве не так?

Парень запоздало улыбнулся, понимая комедийность ситуации. В самом деле, сон же его, значит и все фантазии здесь тоже его.

– Дошло, наконец-то? – улыбнулся седой растительностью старик. – Кстати, а почему я в таком виде?

– Не понял?

– Я говорю, – эмитируя старческий дребезжащий голос, прокряхтел старик. Закашлялся, а затем весело рассмеялся. – Почему я старик?

– Так мне почем знать? – удивился Игорь.

– Ну, так ты же меня придумал. Почему я полный задора старик с молодым голосом? А не какая-нибудь сексапильная блондинка? – старик вновь засмеялся. – Уж чаек с малиной вы с ней не пили бы, нашли бы занятие куда поинтереснее. И согревала бы она тебя не пуховым одеялом, – дед подмигнула парню. – Ну, если тебе блондинки не нравятся, то придумал бы меня брюнеткой. Типа как Маша. Как она тебе, кстати?

– Я извиняюсь, – не стал отвечать Игорь на провокационный вопрос. – Если это все моя выдумка, то я могу тебя и вообще убрать.

– Можешь, – согласился хозяин дома. – Как и любой сюжет сна, я скоро исчезну, как не нужный элемент. Вот кстати уже начинаю исчезать.

Старик мотнул головой в сторону двери. Игорь проследил за его взглядом и понял, что старик не врет. Под дверью, из замеченной им первоначальной сырости, образовалась большая лужа, а сама дверь, стены и углы, прилегающие к ним, понизу покрылись плесенью и тленом.

– Видишь. Я разваливаюсь, – серьезно сказал старик. – Свою миссию я выполнил. Или ты?

– Что я? – опять не понял парень.

– Я тебя спас или ты сам себя спас? А? Придумал себе свет в конце туннеля и вывел сам себя на него. Нет, не так? А потом и мудрого старца нарисовал, а не нежную любовницу. Для чего? Как думаешь?

Игорь задумался. Выходило, что сейчас он говорил сам с собой, со своим подсознанием.

– Я спас сам себя? Вполне логично, – согласился он наконец-то. – А мудрого старца придумал, потому что мне нужен наставник, который может дать мудрый совет. А молодая красавица мне сейчас не нужна.

– Молодчина парень. Продолжай.

– Но если это все придумал я, то и пустыня с болотом и город тоже мои фантазии?

Старик отрицательно покачал головой, и по движению усов и бороде было понятно, что он поджал губы.

– Не-а. Не угадал.

– А чье тогда?

– Ты назвал меня своим подсознанием.

– Подумал, – поправил его парень.

– Назвал, подумал. Какая разница в нашей ситуации.

– Ну да.

– Так вот, – неожиданно закашлялся старик, а голос его в мгновенье стал грубее. – Вот же черт, уже скоро.

Игорь вновь посмотрел на дверь. В трухлявой раме, болтаясь на изъеденной ржавчиной петле, прямо на глазах у парня истлевала дверь. Некогда крепкая стена зияла мелкими дырочками, образовавшимися либо по прихоти ненасытной влаги, либо стараниями не менее ненасытных жучков и личинок.

– Быстро, однако, – согласился парень. – Так что с остальным миром?

– Это, – хрипя и уже через слово задыхаясь, продолжил старик. – Это их проекция, но созданная с твоего разрешения.

– Я согласия не давал.

– Разве? – старик даже слегка приподнялся от удивления. – А не ты ли ждешь, когда этот инопланетянин вступит с тобой в контакт, и каждый раз перед сном позволяешь своему сознанию максимально открыться для контакта? Ты сам их к себе в голову приглашаешь, – старик вновь закашлялся. А Игорь заметил, как с его головы начали по одному выпадать волосы, образуя пока еще небольшую проплешину. Свеча же на столе почти прогорела, оставляя целыми лишь пару сантиметров.

– Похоже на правду.

– Ты сам себе не веришь?

– А вдруг ты тоже не моя проекция? И лишь внушаешь мне обратное, что бы я тебя послушался.

– А, – отмахнулся старик сухой рукой. – Думай, как хочешь. Твое право.