Наследство чародея

Мальчик подбежал к столу, снял пижаму и надел джинсы и футболку. Затем сходил в прихожую и надел сандалии. Вернулся, и взяв книгу под мышку, осторожно поднялся к окну и открыл его. сел на подоконник и свесил ноги наружу. Так читать было намного удобнее.

Была глубокая ночь. Воздух был теплым, словно лето уже наступило, и пропитанным запахами травы и листьев. Дом, в котором жили Константиновы, был старым и большим. Он стоял в центре города и у него был просторный двор весь засаженный тополями и кленами. Деверья тихо шелестели листьями, хотя ветра совершенно не было. Они переговаривались между собой и обсуждали прожитый день. Под ярким лунным светом они казались серебряными и таинственными.

Женя болтал ногами и увлечено читал книгу. Он уже почти дошел до середины и с интересом перелистывал страницу за страницей. Наконец читать ему надоело, и он бросил книгу обратно на письменный стол. Но возвращаться не стал, а вытащил из кармана маленькое круглое зеркальце, которое накануне вытащил у Кати из косметического набора, старшая сестра уже начала пользоваться косметикой, и стал пускать лунные зайчики в темноту двора. Затем он присвистнул от восторга, потому что лучики, пущенные из зеркальца, оставались в воздухе, словно нити волшебной паутинки. А как известно по лунной паутине можно гулять. Правда только босиком и не очень долго. Женя снял сандалии и осторожно ступил ногой на одну лунную тропинку. Пятки обдало приятным холодком. Мальчик осторожно отнял руки от подоконника и остался висеть в воздухе. Лунная дорожка прекрасно его держала.

– Здорово! – прошептал Женя и пошел к дому, который стоял напротив. В этом доме жила Маша, и к окну ее комнаты мальчик проложил дорожку в первую очередь. Надо было пройти каких-нибудь пятьдесят метров.

Дорога шла среди деревьев, и с помощью зеркальца Женя буквально покрыл лунными дорожками весь двор. Гуляй, не хочу.

Вот и Машино окно. Оно заперто изнутри, но для Жени это сущий пустяк. Он всего лишь вежливо попросил, и окно гостеприимно с тихим скрипом распахнулось, и мальчик вошел в комнату подружки.

Маша спала. Женя подошел к ней и легонько потряс девочку за плечо.

– Вставай, – тихо сказал он.

Маша потянулась и открыла глаза. Увидела Женю и нисколько не удивилась. Села и улыбнулась.

– Ты пришел?

– Да. Такая чудесная ночь. Разве можно лежать в постели и не видеть того, что творится за окном? Пошли гулять.

– Пошли, – согласилась Маша. – А куда?

– Как куда? Конечно в окно.

– Правильно. И как я сама не догадалась? А ты меня научишь летать?

– Не надо летать. Можно просто гулять. Побежали. – Женя взял девочку за руку и вытащил из постели. Маша была в сорочке, и когда хотела надеть тапочки, он сказал: – Не надо. Ты не видишь? Я же босиком.

Они вылезли в окно и Маша ахнула от восхищения, когда увидела двор залитый лунным светом и покрытый лунными тропинками.

– По ним можно ходить?

– Запросто! – Женя уже был в воздухе и его ступни утопали в лунной траве и тоже светились. – Иди, не бойся.

– А я и не боюсь, – сказала Маша и смело ступила на лунную тропинку. Женя был даже удивлен и немного разочарован ее смелостью. Никаких ахов и охов. А он то думал поразить ее. – Замечательно! Словно идешь по росе.

– Осторожно, не свались вниз, – предупредил Женя.

Маша беспечно махнула рукой:

– Не упаду. А если и упаду, то ничего страшного. Я часто падаю.

– Часто падаешь? – поразился мальчик.

– Ну да.

– И как же ты до сих пор жива?

– А я вовремя просыпаюсь.

И только сейчас до Жени дошло, почему Маша ничего не боится и ничему не удивляется. Да она просто думает, что все это ей снится. Ну что ж, это было очень кстати. Женя решил не разубеждать пока ее в этом.

И они стали гулять по двору, как никогда не гуляли. Не по земле, а по небу. Внизу им все было известно до мельчайших подробностей, а вот наверху, оказывается столько неизвестного и интересного. Особенно в кронах деревьев, по которым взрослые им никогда не разрешали лазать. Тут, оказывается, есть своя невидимая жизнь. Они пришли на середину двора и подошли к самому старому и высокому тополю. В нем оказалось дупло, и из него на детей недоуменно уставились два круглых светящихся желтых глаза. Маша схватила Женю за руку:

– Ой, кто это?

– Кажется сова, – ответил мальчик.

Глаза возмущенно закрылись. Послышался шуршащий и хлопающий звук. Птица забила крыльями и выпорхнула из дупла.

– У-у-х! – прогудело в воздухе.

Дети отпрянули, чтобы птица их не задела.

– Ругается, – сказал ей вслед Женя.

– Почему?

– Обиделся, что я назвал его совой.

– А разве это была не сова?

– Конечно, нет.

– А кто это был?

– Филин. Старый одинокий филин. Он живет в нашем дворе уже сорок лет. Полетел ловить мышей.

– Ой, смотри, наша Дуся! – воскликнула Маша.

Среди листвы на толстой ветке стояла белая с рыжими и серыми пятнами кошка и смотрела на детей. Глаза ее были полны удивления. Она никогда не видела, чтобы люди ходили по воздуху и забирались так высоко.

– Опять на птиц охотишься? – Маша погрозила кошке пальцем.

– А ну быстро беги домой.

Дуся обиженно мяукнула и скрылась. Мальчик и девочка рассмеялись.

– Скоро луна ослабнет и не сможет нас держать, – сказал Женя. – Пойдем, прогуляемся по крыше.

– По крыше? Вот здорово! Конечно, пойдем.

И они пошли на крышу Машиного дома. Это была старая достойная крыша. Высокая и покатая, покрытая шершавым шифером. За день она нагрелась и до сих пор была теплая и пыльная. Ребята осторожно на четвереньках добрались до самого гребня, встали и посмотрели на ночной город, который расстилался перед ними во все четыре стороны. Он спал, и хотя весь был покрыт сетью фонарей и ночных огоньков, все равно было видно, что он спит. Пустые дороги, темные громады домов, в которых горят лишь два-три окна и бездонное звездное небо укрывающее его словно теплое ватное одеяло.

– Красота! – восхитилась Маша.

Жене было приятно, что ей понравилось. Он ощутил невероятную радость от того, что смог поразить ее.

– Правда здорово? – воскликнул он.

– Правда, – согласилась девочка. – Я никогда не была на крыше и всегда мечтала об этом.

Она была так счастлива, что ее мечта исполнилась, пусть даже во сне, что не удержалась и стала танцевать, напевая себе мелодию вальса из балета «Щелкунчик».

Женя терпеть не мог танцы, но сейчас и ему вдруг захотелось танцевать, и он тоже несколько раз подпрыгнул на месте. Маша засмеялась.

– Ты неправильно делаешь, – сказала она. – Я тебе покажу. Дай руку.

Женя дал ей руку, потому что знал, что никто их не видит, и стесняться нечего. Маша стала учить его танцевать вальс. На покатой крыше это было очень неудобно, но они не замечали этого. Танцевали пока не устали. Женя посмотрел на луну.

– Пора домой, – сказал он. – Я тебя провожу.

– Жаль, – сказала Маша и зевнула. – Такой чудесный сон. Все как на самом деле.

Женя едва сдержался, чтобы не рассказывать правду. Но было еще рано. К тому же владеть тайной было очень интересно, а ведь если ею поделишься, то это уже будет не тайна.

Он проводил Машу домой, а когда она стала укрываться одеялом, незаметно дунул ей в ухо. Девочка заснула еще до того, как ее голова коснулась подушки.

– Вот теперь ты ни за что не поверишь, что это было на самом деле, – прошептал он и заторопился к себе домой.

Майские ночи очень короткие. Воздух уже был в предвкушении утреннего света, и лунные дорожки стали бледными и прозрачными. Они пружинили под ногами и тяжело прогибались, когда Женя бежал по ним. Едва он добрался до своего окна, как они тут же растаяли.

– Успел, – облегченно вздохнул он. – Ох, уж эти девчонки! С ними всегда обо всем забываешь.

Счастливый от воспоминаний о проведенной ночи, он прыгнул в кровать и безмятежно заснул.

Не только Женя и Маша не спали в эту ночь. Не спал и Вадик Лоханкин. Всю ночь он провел у окна с дедушкиным морским биноклем и смотрел на Женин дом. Его дом был в этом же дворе, только он стоял немного в стороне, но Вадик видел все.

– Ну Константинов дает! – восклицал он каждый раз, когда Женя на его глазах совершал очередное чудо. Вадик словно смотрел интересный фильм, от которого невозможно было оторваться. И он совершенно не смеялся, когда увидел рядом с Женей Машу. – И принцессу свою притащил! А Машка то заодно с ним. Ишь растанцевались. Эх, жаль меня с ними нет.

Так он и заснул с биноклем у окна. А когда проснулся, посмотрел на двор залитый солнечным светом, то усомнился в том, что видел ночью.

– Может, мне все это приснилось? – спросил он себя. – Может, мне все только показалось? – Затем он нащупал на голове шишку, которую набил, когда ночью стукнулся о подоконник, потому что чуть не упал с него, когда Женя Константинов начал вдруг ходить по воздуху. – Э, нет, не кажется! Такое во сне не заработаешь.

Маша Самохина, когда ее с великим трудом растолкала бабушка, тоже вспомнила свой замечательный сон и потянулась от счастья и хорошего настроения. Однако, когда она посмотрела на часы и увидела, что может опоздать в школу, про сон тут же забыла и наскоро умывшись, переодевшись и позавтракав, побежала в школу. И только ее бабушка сильно удивилась, когда подняла с пола внучкину ночную рубашку и обнаружила на ее подоле бурые пятна грязи, словно девочка ползала по лесу. Она покачала головой, повздыхала, поворчала, так как это полагается делать всем на свете бабушкам и пошла ее стирать.