От Первого лица

– Толя, что-то я себя плохо чувствую, – окликнул я, проходящего мимо мастера, – Ты не поработаешь сегодня один, а я пойду немножко полежу и полечусь в нашей квартирке.

– Хорошо, Алексей Викторович, вы сегодня и правда имеете бледноватый вид. Не беспокойтесь я справлюсь.

Выйдя за проходную, я прихватил поллитровку водки и бутылку лимонада в продовольственном магазине, после чего отправился в наш скворечник. Квартирка была благоустроена, весь городской комфорт присутствовал здесь. Кухня с газовой плитой и колонкой, раздельный санузел, холодильник и цветной телевизор располагались в этом оазисе благополучия. Хозяйка возраста морковки имела неплохие вокальные данные и развлекала питерский бомонд в одном из ресторанов Северной Пальмиры. Добравшись до своего временного уголка присутствия, я приступил к опустошению подружки радужных снов под звук плохо настроенного, цветного источника информации. Время тянулось ржавой пружиной медленно и во мне с документальной точностью возникло чувство вины перед ребятами моего поколения, которые перелётными птицами покинули навсегда этот неблагодарный, жестокий в своей безысходности мир. Какое-то глубокое, непреодолимое бремя вечного должника опустилось в моё сердце перед теми, кто навсегда оставил свои тела в горах Афганистана и Кавказа. Идущие бои Второй Чеченской войны, уносили души сверстников в Небеса Обетованные, навечно расставляя точки для потерянных, светлых дней. Вскоре появился Толя и мы, допив остатки менделеевского напитка, разбрелись по своим комнатам.

Телевизор стоял в моей комнате. Включив его, я застелил диван и не раздеваясь лёг на простыни, укрывшись покрывалом. Я не спал уже трое суток и практически ничего не ел. Но без еды человек может прожить целый месяц, без воды трое суток. А вот сколько времени он может просуществовать без сна? Источник информации тихо тарахтел, но сон отказывался приходить ко мне, чувство вины не проходило. Тело покрывалось холодным потом, простыня и подушка промокли от него. Я услышал, как встал Толя, и прихватив сигареты прошёл на кухню.

– Доброе утро, Алексей Викторович! – Бодро приветствовал меня сослуживец, наливая себе чашку кофе. – Хотите кофейку принять?

– Давай наливай, Анатолий, – с трудом ответил я.

Мы выпили кофе и закурили. Коллега начал громко о чём-то рассказывать, но я не слышал его. Тело, как испорченный механизм, с трудом двигалось, выполняя неловкие, вынужденные функции организма. Сославшись на слабость, я попросил собеседника передать руководству, что подойду на работу к обеду. Кивком головы мастер дал понять, что понял меня и, быстро выскочив за дверь лежбища, поспешил заколачивать бабло.

Время медленно и неумолимо приближалось к обеду. Держа обещание, данное мастеру, около половины первого дня я отправился к месту службы и, минуя проходную завода, зашёл в столовую. Но попробовав первое блюдо удивился тому, что съестное показалось мне горьким, и решив оставить эту проблему, проследовал на рабочее место, где окончательно понял, что совсем не могу ни усидеть за рабочим столом, ни тем более заниматься руководством цеха. Тогда я вышел на улицу и попробовал пройти вокруг здания. Мне стало легче. Побродив кругами вдоль забора, окружающего контору, я решил отправиться в своё временное пристанище. День стоял хмурый, шёл мелкий дождик, пожухлая трава прилипала к ботинкам, делая шаги более медленными, и эта медлительность, казалось, передалась всему окружающему меня пространству. Пересчитав деньги, я зашёл в магазин, где как при замедленной съёмке со мной поздоровались две или три, заскочившие в универсам барышни бальзаковского возраста. Понимая, что кроме кофе, воды и водки, как самого калорийного продукта, мой организм ничего не примет, я купил маленькую бутылочку целебного продукта и проследовал к жилому дому, на крыше которого двое ребят в рабочей одежде, что-то творили с телевизионной антенной. Оказавшись в тёплом, уютном уголке нашей квартиры, я раскупорил ценный продукт и налил себе первую стопочку энергетического напитка. По всем каналам часто показывали секретаря совета безопасности Путина, то он занимается дзюдо в спортивном зале, то летает на истребителе, и я понял – вот он будущий президент.