Баба Яга и Ко. Украденная колдовская книга

В избу на курьих ногах влетел огненный вихрь длинных волос, припорошенный снежными иголочками.

– Ваааась, Вааась, Ваааааась! – Яга истошно звала своего ученого кошака.

– Ну и где он шляется? – пробурчала себе под нос колдунья и продолжила поиски. Хотя со стороны это больше походило на визит торнадо. Огненного.

– Смотря зачем он тебе нужен. – прошелестело Волшебное Зеркало.

Женщина повернулась. В ее глазах плясало плохо прикрытое желание разговорить стекло с помощью подручных средств. Например молотка.

– Ну, если он тебе для мирных переговоров нужен, то я догадываюсь где он. Если по поводу стыренной осетрины – то я не в курсе. – пробубнило Зеркало. – И нечего мне угрожать. Я очень волшебное и сильно впечатлительное.

– Я тебя помою. Хочешь? – ласково спросила хозяйка ледяным голосом.

– Друзей за блеск не продаю.

Баба Яга вздохнула и села на табуретку, задумчиво уставившись в окно. Зима разгулялась, забрасывая лес снегом и небольшим морозцем. Рыжие волосы хозяйки горели в случайных лучах зимнего солнца, заползающих сквозь замороженное окно.

Все было не вовремя. И конец года, и пропажа колдовской книги и этот дурацкий спор… Яга тяжело вздохнула.

– Хотелось праздника, а хренушки.– сказала она своему бледному отражению в окне.

– А Васька тут причем? – напомнило о своем существовании Зеркало.

– Я книгу в последний раз ему под живот положила, когда он на печке спал. Чтобы сторожил. Васи нету и книги нету.

– Золушки твоей тоже нету. – задумчиво молвило чудесное стекло.

– Никого нету. И времени тоже… – Яга вскочила с места и истошно заорала. – Метла, ко мнееее!

В ту же минуту в комнату влетело помело. Хозяйка изнакурнож вскочила на нее как на бравого коня и, чуть не сломав входную дверь, умчалась, скрылась за снежной занавесью.

Глава 1.

В избе было темно. Холодный зимний воздух вползал в приоткрытую дверь и собирался в углах. Порог спрятался под налетевшим снегом.

В дом проскользнула шустрая тень и стала греметь и шуршать возле холодной печи.

–Это скотство! Изба не топлена, еды нет. Сметаны – нет! – промявкала тень.

– Вась, это ты? – тихо из своего угла спросило Зеркало.

– Мрмяу! А кто ж? – откликнулся Вася. – Яга где? Еда где?

– Ты зачем книгу стибрил?

Вася, виляя хвостом, подошёл к волшебной утвари.

– Ты о чем, Стеклянное?

– О магической книге хозяйской. – прошелестел тихий ответ.

Кот присел на задние лапы и задумался. Магия хозяйки избы на курьих ногах хранилась именно в книге. Большой, толстой и очень старой. Нет, конечно, Яга умела колдовать и сама по себе, о чем имела диплом. Но книга… Она придавала кошачьей хозяйке веса и уверенности. Васька поморщился. Он врал, причем сам себе в собственной голове. Привычная ложь.

– Вот, значит, что! Плохи наши дела. А Яга сама где? – спросил кот.

– Неделю назад, вскочила на метлу и вжить.– ещё тише отозвалось Зеркало.

– Ой-ей, мявк!  Стекляшка, ты что обессилило? – догадался Кот, но Зеркало уже не ответило.

– Тааакс! – сам себе сказал Васька. – Положение надо спасать. А кому? Опять коту. Все на котов навешивать любят. А коты созданы для красоты и эстетического наслаждения. Гладят кота и наслаждаются…

Гневная кошачья тирада сопровождалась активными действиями. Вася размеренными движениями быстро растапливал печь. Вскоре воздух в избе заметно потеплел, выгоняя стылость с углов. Наладив естественный обогрев жилища кот, приступил к реанимации волшебного стеклянного изделия.

– Ученый кот – это редкость, уникум буквально. Меня ж беречь надо. Холить там, лелеять. Работой не утруждать. Кормить опять же. Попробуйте встать на место кота и сварганить себе еду. А я вам не просто кот! Я Учёный, мне повышенная калорийность нужна. Ещё и печь топи, убирайся. Не кошачье это дело! – бубнил хвостатый, протирая тряпочкой Волшебное Зеркало.

– Такссс, протёрли, а теперь, Кошачий бог дай памяти, заклинание нужно. Трыбли или крыбли? Где-то там крыбли и чего-то там трыбли или херибли? Ах ты ж, задница лохматая.  Забыл!

Вася беспокойно забегал перед Зеркалом. Потом яростно почесав за ушами, попробовал снова:

– Трыбли, жрибли оживи, Зеркало в себя приди. Нет. Это совсем не то.

Кошачьи мучения прервались неожиданным грохотом открываемой пинком двери.

– А вот и я, Золотяша – радость ваша! – заорала с порога Золушка и оглядела комнату мутным взором. – Ягаааа, отворяй бутыля, ик!

Вася с интересом наблюдал попытки дамы разуться и раздеться. Попытки закончились явным провалом.

– А ну и пусть. – вяло махнула рукой Золушка и заголосила:

– Я подарю тебе любовь.

Вновь и вновь, вновь и вновь! Ик.

– Чё уши развесил, мохнатый? Подпевай!

Пением златовласка не ограничилась. Она танцевала и, завернувшись в неудачном па, грохнулась на пол без признаков жизни.

А, вспомнил! – хлопнул себя по лбу Кот и быстренько пробубнил зеркальное заклинание.

– Уф, думало уже все. Молчание в веках! – шумно выдохнуло Зеркало. – Спасибо, Вась. А это кто?

–Это наша радость пришла, шампусик принесла! Хотя нет, более крепкими напитками пахнет.

Зеркало молчало с минуту, принюхивалось что ли, потом спросило:

– Вась, а где это она так?

– Проспится и сама расскажет. Меня больше волнует, где Яга. – озабоченно отозвался Вася.

– Яга тебя винит в пропаже. Она тут буйствовала. – отозвалось Зеркало, вспоминая огненный взгляд хозяйки.

– Меня? – удивился кот.

– Да! Бегала по избе и вокруг, орала, тебя звала, не дозвалась и закручинилась. Про книгу сказала, что пропала и что ты виноват. Она, Яга то есть, тебе под живот книгу то положила, а она, книга короче, пропала. Значит ты и виноват. Правда, Золушку она тоже подозревала.

Зеркало благоразумно решило не вспоминать, что идея о вине Золушки было целиком и полностью на его зеркальной совести.

– Кошачья печёнка! Я то при чем. В гости сходил, называется, зазнобу свою пушистенькую проведать. Проведал! Коты им во всем виноваты! Коты! Уникальные ученые коты, не знамо сколько лет верой служащие.

С каждой фразой Василий заводился все больше и, не выдержав накала эмоций, стал носиться по избе и стенам. Зрелище было незабываемое, но комичное. Васька метался возмущенной шкуркой, обрывая шторы и сметая все со своего пути. В таком состоянии он меньше всего походил на венец творения – ученого кота.

– Вась, ну что ты завелся то! – пыталось успокоить его зеркало. – Бабы – дуры, Яги тоже! Слезай.

Кот не реагировал. Он продолжал рвать когтями занавески, окончательно потеряв человеческий, тьфу, то есть кошачий облик.

– Валерьянка под черным горшком, на шкафу. – тихо сдало запасы Зеркало.

Васька посмотрел на зеркало, коротко кивнул и пошел за лекарством.

Вскоре к Золушке, лежавшей на полу, присоединился огромный и пушистый черный калач.

– Вот и ладушки! Утро вечера мудренее. – прокомментировало Зеркало.

***

Хрустальное зимнее солнце робкими лучами заглянуло в окно. Радуясь солнечному лучу, редкие пылинки встали в хоровод.

Первым встретила новый день Золушка. Морщась и постанывая, она приняла полувертикальное положение. Затем отпихнула жаркого Ваську, развалившегося на ее ногах. В голове девушки было пусто и звенело. Такое ощущение, что в пустое железное ведро положили звенящий будильник. Не понятно еще с чего ее так развезло. Ощупав свою голову на предмет поиска выключателя, она спросила сама у себя:

– Что это со мной?

– Похмелье! – назидательным голосом ответило Зеркало. – Пить меньше надо.

Золушка не стала спорить с очевидным. Пить, несомненно, надо было меньше. Все-таки сок на балу был какой-то странный.

– Яга, Ягушечка, Ягуууууулллляяяяя! –  жалобно позвала девушка.

– Нет ее! – буркнуло Зеркало.

– А чё?

– Не че, а что. Яги нет. Уже неделю!

– Ааааа. – промямлила Золушка. – А чё?

Зеркало тяжело вздохнуло. Разговор не клеился.

– Уехала Яга. Не знаем куда. Неделю уже как уехала. Книгу у нее стащили, волшебную. Она разозлилась, свистнула метлу и вжик. – пробубнило Зеркало на одной ноте.

Судя по выражению Золушкиного лица, процесс усвоения информации шел с трудом, местами с поскрипыванием.

– Кота буди. Поможет, Правда он вчера валерьянки перебрал. – посоветовало Зеркало.

Промелькнувшая на девичьем лице улыбка переросла в активные действия, за которые правда, общество любителей животных по головке не погладило бы. Действия возымели успех. Из кошачьего меха послышалось утробное мяуканье.

– Вась, Яги нету, а мне плохо! Помоги. – жалобно попросила Золушка, слегка, но очень настойчиво дёргая пушистика за хвост.

Васька, раскаявшись в своем преждевременном мяуканье, активно изображал из себя мохнатый, упитанный труп.

–Вась! Ну, Вась! – Золушка была неумолима.

Для верности кот вывалил язык.

Резвушки-игрушки продолжались минут пять.

      Неожиданно входная дверь испуганным сайгаком отскочила в сторону. В дверном проёме стояла Кикимора Болотная.

– Никого дома нет! – икнула Золушка.

– Совсем никого! – подтвердил Васька.

Кикимора с прищуром оглядела избу.

– Во они где, преступники! Ягушеньку – душеньку сгубили, а имущество книжное пропили! – заорала дурным голосом болотная нечисть.

Васька и Золушка переглянулись и хором икнули.

– Лягушек объелась несвежих? Или воды тухлой перебрала? – спросил кот.

– Я то? Молчите, убивцы! Весь лес в курсе уже. И деревня тоже. Вы Ягу за книгу порешили, а книгу по листам злыдням иноземным продали. За зелье дурманное.

– Полный писец, ты что несёшь, дура? – заорала Золушка.

– Сама дура! А что слышала, то и несу, говорю то есть! Сюда сейчас все лесные и деревенские идут. Порешат вас в миг. – злорадно окрысилась Кикимора.

В подтверждении ее слов послышался гул приближающихся голосов.

Кикимора выглянула во двор, и помахав кому-то рукой, крикнула.

– Нашлись, душегубцы! Тута они.

– Я ничего не понимаю. Кто-то явно сошел с ума, только вот кто? – пробормотала Золушка. Она охватила голову руками. Что-то где-то пошло не так. Нехорошие предчувствия заползали под кожу девушки и вили там гнезда.

Васька сидел рядом, щурил глаза и задумчиво мотал хвостом.

Поляна перед изнакурнож заполнялась деревенским людом и лесной нечистью. Общая идея всемирного мщения объединила враждующие стороны. Деревенские поддерживали выкрики лесных обитателей, а последние подхватывали на все голоса человеческие лозунги.

Не сказать, что Бабу Ягу сильно любили. Скорее боязливо уважали. К ней приходили лечиться все подряд и от всего подряд. Просили помощи в разных делах. Колдунья отказывала лишь злодейским просьбам. Баб, просивших избавления от плодов любви, гнала метлой и крыла матом. Строгость в этих вопросах почему-то послужила основной подпиткой уважительному отношению.

Прошлая Яга была старой, брюзгливой и безучастной. Простой женщиной. Не магичкой. Она следила за вверенным ей порталом и мало чем интересовалась, кроме этого. Встречала принцев и ивановцаревичей, отправляла их в добрый путь и все. На этом ее интересы заканчивались.

Коровин Луг, деревенька, что стояла на опушке дремучего Лукоморья, и лесной народец радостно вздохнули, когда старая бабка отдала Хаосу душу и на ее место прислали новенькую.

Молодая рыжеволосая девушка с пронзительными зелеными глазами пришлась по нраву всем. Особенно мужчинам. Видя, что женщина одна, они повалили толпами с ухаживаниями. Но, получив чувствительное внушение метлой и сковородой, быстро отстали.

Известие об исчезновении Яги принесла Кикимора, что жила в Долгом болоте. Истошно вопя, она бегала по деревне и рассказывала о пустой, стылой избе на курьих ногах и мучительной кончине рыжей колдуньи. Новости требовали проверки.

Савельевна, известная в деревне своей любвеобильностью, рысцой сбегала в жилище колдуньи и подтвердила слова Кикиморы.

Вооружившись вилами, лопатами, топорами и матами, люди шли к жилищу пропавшей. Цель визита не всем была известна, но разве можно остаться в стороне от движухи.

Мороз, дурость и глубокое уважение к колдунье требовали выхода.

– Подать их нам на суд! Да мы за Ягусечку порвём душегубов! – скандировали пришедшие.

Лесная нечисть кряхтением и рычанием поддерживала лозунги деревенских.

Васька и Золушка переглянулись. Девушке было страшно, и она просительно посмотрела на кота.

– Вась! Что делать?

Кот, отодвинув лапой Кикимору, вышел на крыльцо. Распушив хвост и оттопырив усы, он обратился к собравшимся.

– Что орем? Зачем меня, Кота ученого, от размышлений отрываем? Кто вам права конституционного дал меня обвинять? Где ваша доказательственная база? Где следственный разбор?

Народ немного притих. Вперёд вышел мужик в добротном светлом зипуне и огромных валенках. Аким Кондратьевич – деревенский староста.

– Ты зверь учёный, нас на понт не бери! Все у нас есть!

– Прошу предъявить санкционированные обвинения!

Староста крякнул и продолжил:

– Седьмого дня, то есть почитай на прошлой неделе, к Яге пришла Савельевна, за зельем молодильным. Но Яги дома не нашла, и печь, по ее словам, холодной была. Кроме холодной печи в доме было Зеркало. Оно и рассказало, что Яги нету совсем, и оно бедное мерзнет, да чахнет. Во всем виноваты Золушка и Кот. Они, мол, книгу выкрали и Ягу на части порубили и закопали!

Вася развернулся и, хлеща себя хвостом как кнутом, злобно посмотрел на Зеркало.

– Про «закопали» я не говорило! – быстро ответило волшебное стекло.

– Так я что, врунья что ли? – из толпы выдвинулась необъятного вида баба с модным свекольным румянцем.

Савельевна. Постоянная клиентка Яги. Молодильное зелье эта баба готова была скупать ведрами. Правда, в силу стервозности ли, или еще по каким причинам, зелье Ягино имело кратковременное действие. И особо Савельевну не брало. Яга называла это перебором, но в подробности не вдавалась.

– Я иносказательно имело ввиду! – стало оправдываться Зеркало.

Деревенские и лесные опять стали возмущенно галдеть.

К обалдевшему коту на подмогу пришла Золушка.

– Короче, народ. Тут вышел казус. У нас с пушистым есть презумпция невиновности. Пока нет трупа – нас судить нельзя. Будет труп Яги – милости просим, а нет – и суда нет. Ясно?

– Знаем мы вашу невинность. Про нее уже сказки ходят! – осторожно кто-то буркнул в задних рядах.

– Кончай базар, предъявляйте труп! А потом судите! – огрызнулась Золушка.

Аким Кондратьевич, пользуясь общим уважением, цыкнул на толпу. Все притихли.

– Давайте так, мы будем сами разбор чинить, а вы пока невинность свою усугубляйте. Сроку – неделя. А если не смогете, то ответ держать будете в полном объеме! Ясно? И эта, смыться не думайте! – староста погрозил пальцем.

Толпа молча, без споров, стала расползаться по своим делам. Особой удовлетворенности от митинга не было. Холод забирался под одежду и гнал в теплые дома.

– Готовьтесь, душегубы. Отвечать вам! – прошипела Кикимора. Хлопнув дверью и плюясь, она поковыляла к родному болоту.

Глава 2

Золушка и Василий растерянно смотрели друг на друга. Кроме матерных междометий в глазах обоих ничего не было.

– Поесть надо! А то уныло в животе. – сказал кот и хозяйской поступью отправился на кухню.

Золушка присела на краешек стула и уставилась в окно. Кот гремел горшками у печи.

– А ведь хреновый расклад, Вась! Нужно Ягу искать. – задумчиво сказала девушка.

Вася, вытирая лапы передником, подошёл к столу.

– А кто спорит? – кровожадно мурлыкнул он. – Но для начала надысь со стекляшкой поговорить. Душевно. С чувством, толком и…

Золушка коротко кивнула и быстро достала из-под стола молоток. Единство мыслей и движений откровенно пугало.

– А что я, я ничего. Висю себе спокойненько! – истерично заорало Зеркало.

– Какого майского пня, ты бестолочь стеклянная, пурги нагнало? – ласково спросила Золушка, постукивая молотком по ладони.

Зеркало икнуло и пошло рябью.

– Я испугалось. Яга пропала, печка остыла, я силы теряло. Жутко!

– Врать не хорошо! – прошипел кот, хлеща себя по бокам хвостом.

– Не бейте меня. – дурным голосом заорало Зеркало. – Я полезное. Знаю как следствие вести по горячим следам.

Зеркальные мстители единодушно хмыкнули. Горячими следами тут и не пахло. И разбитие дурной стекляшки не решило бы проблему. Яги не было, книги тоже.

Поиск – насущная проблема. Ну, еще и голод.

Золушка почесала нос. В воздухе витал аппетитный запах Васькиного кулинарства. Поморщившись, она пошла помогать коту с готовкой.

Через несколько минут товарищи по несчастью уплетали нехитрый обед, то есть завтрак. Яичница на сале, блины и рассол с тремя каплями валерьянки. На оригинальном рецепте питья настоял Васька, аргументируя непередаваемой пользой. Ели быстро и молча.

– Слух, Кошак, а где ты шлялся целую неделю? – активно жуя, спросила Золушка.

– Встречный и взаимный вопрос. – лизнув рассолу муркнул Вася и не мигая уставился на оппонента.

Игра в мигалки началась и выиграть ее было делом принципа. Золушка решила не сдаваться, но… Короче, кот выиграл. Смотреть и не мигать – врожденная кошачья привычка, где тут девушке с ним тягаться.

– Я на балу была по системе, это, как его, онинаклюзин, во! Мне же приглашение принесли, не помнишь? Хотя бал какой-то бредовый был. На входе сразу выдали сок с подозрительным вкусом. Я не против, конечно, с дороги горло промочить. Но после этого сока у меня все как в тумане. Помню плохо, что еще было.

Вася помнил это приглашение. Он сам передавал его девушке. Название бала было какое-то странное: “Зашибистическая вечеринка”, что-то в этом роде. История с соком тоже не понятная. Хотя поводов не верить Золушке не было.

Выслушав рассказ девушки, кот поведал о причинах своей отлучки.

– Неделю где-то назад, тебя уже не было, мне пришло письмо. От очередной поклонницы. Она стихотворно воспевала мою красоту и ум и признавалась в любви. Страстной и всепоглощающей. Письмо было с фото и адресом проживания. Ну, я не мог оставаться глухим к нуждам трудящихся. Да и фото весьма привлекало…

Васька замолчал на полуслове. Со стороны казалось, что он просто вспоминает кошку. А Василий думал о лжи и ее оккупации. Маленькая тайна порождала большую ложь. Как снежный ком. Яга утешала кота, но сейчас хозяйки не было и приходилось врать. Тот, кто прислал злополучное приглашение, про кошачью тайну не знал. Хотя, круг посвященных был не велик.

– Хм, я не знала, что кроме тебя ещё учёные коты есть. – сказала Золушка.

– О чем ты, я один в своем роде. – отмахнулся Васька.

– Ну, чтобы письмо написать, да со стихами, да с фото ещё. Или хочешь сказать, что все кошки писать умеют и селфи делать? – задумчиво проговорила златовласка.

Кот уставился на собеседницу остекленевшим взглядом. Подруга хозяйки в число знающих кошачью тайну не входила. Но отсутствием наблюдательности тоже не страдала.

– Мы особо не говорили. Больше мурлыкали. Хотя…– Вася не договорил фразу и задумался. – Не, точно! Она по-человечьи небельмеса. Я когда ее нашел, начал ответными стихами собственного сочинения.

Я помню чудное мгновенье, передо…

– Вась, давай без поэзии! – оборвала кота Золушка.

Кот хотел было огрызнуться, но передумал. Кивнул и продолжил:

– О чем это я? Ах да. Так вот она по-человечьи не поняла ничего. Увидела меня и стала мурлыкать.

– Стихи? – влезло Зеркало.

– Да не, просто мурлыкать. – отмахнулся от стекляшки Кот.

В избе повисло задумчивое молчание.

– А письмо где, Вась? – шепотом спросила Золушка.

– А твое? – ответил кот.

Собеседники вскочили с места и бросились на поиски. Через пару минут на столе лежало два письма.

– Вы знаете, а мне кажется, что подчерк одинаковый! – из своего угла тихонько отозвалось Зеркало.

– Оно напечатано! – рявкнули хором девушка и кот.

Васька схватил золушкино приглашение и стал вертеть его, разглядывать и нюхать.

Золушка занималась аналогичными действиями.

– Конверт как конверт! – сказала она.

– Угу, – отозвался Вася и задумчиво постучал хвостом по полу. – Письма совершенно одинаково безлики. Одно подкинули на крыльцо, а второе появилось в магической почте. Я сам из ящика вытаскивал.

– Вась, а получается, что кому-то надо было удалить нас из дома на продолжительное время. Причем этот кто-то точно знал, что мы поведемся. Кошка на фото миленькая!

–Мр-мяу, и какая Золушка не поедет на бал… – поддержал подругу Кот.

– Следствие зашло в тупик. – глубокомысленно изрекло Зеркало и схлопотало полотенцем в раму.

– Стекляшка, и без тебя тошно! – сказала Золушка после не очень точного броска.

– В этих случаях составляют список тех, кому это преступление выгодно! – ничуть не обижаясь, продолжило Зеркало.

– Действительно, а кому? – удивлённо вздернула бровки заядлая бальная участница.

Глава 3

В избе без вести пропавшей бабы Яги слышалось сопение и поскрипывание письменных принадлежностей. Кот и Золушка писали списки заинтересованных лиц. Каждый свой. Старались. Вспоминали и додумывали.

Список кота выходил длинным и внушительным. В прошлом хозяйки, а вернее сказать компаньона, было много всего. Один случай с книгой чего стоит. Но это все было задолго до окрайного мира Галайи. Далеко-далеко, да и следы они замели. Вроде…

Золушкин список был короче.

– Ну, уф! Я уже не могу придумывать. – устало выдохнула девушка, заканчивая писать.

Васька отмахнулся от нее лапой и продолжал работать.

– Ужин иди готовь! Съедобный и питательный. Я сельдерей и смузи не ем! Я кот, а не корова. – промурчал пушистый мыслитель.

Золушка заплела косу и отправилась кашеварить.

– Ты что, даже спорить не будешь? – удивилось Зеркало.

Девушка пожала плечами.

– А толку? Сейчас важнее дела есть.

Вскоре по избе понеслись вполне съедобные запахи. Кот водил носом, но усиленно продолжал писать.

–Вась, иди уже есть! Хватит умничать. Ты что список за все века пишешь? – хмыкнула Золушка.

Василий с записями перебазировался к столу.

-Что это? – Потыкал он когтем в сковородку.

Золушка, проигнорировав вопрос, положила ему на тарелку жареной картошки с салом. Ужинали молча.

– А теперь насытивши утробы, сверьте списки свои рукописные! – вдруг торжественно сказало Зеркало.

Золушка и Кот от неожиданности подскочили на табуретах.

– Тьфу, на тебя, Стекляшка! Что пугаешь! – жалобно сказала девушка.

– А что вы обзываетесь? Стекляшка и Стекляшка! Может мне не приятно. – прогундосило Зеркало.

Вася задумчиво почесался задней лапой.

– Стекляшка мысль сказало. Кто у тебя в списке?

Золушка принесла свою тетрадку.

– Ну, первой идет Савельевна. Недели две назад, я слышала, как она с Ягой дерется. – девушка выдержала театральную паузу и с вдохновением продолжила:

– Рано утром, в четверг, Савельевна пришла за молодящим зельем. Она каждую неделю его берет.

– Угу, знаем. – поддакнул кот.

– Ну да, у нее мужик молодой, а действие все сокращается. Яга ей говорила, что завязывать надо. Короче, Савельевна начала катить бочку на Ягу, что мол дорого берет она за зелье свое. И мол, она Савельевна, сама бы сварила такое. Был бы эффект. Яга ей отвечала, что не помню, но в итоге они поругались. Вот, я думаю, что она и есть воровка. – Золушка сверилась со своим списком и продолжила:

– Еще версия. Недавно совсем – в ноябре или октябре, Яга с королем Оргов поругалась. Из-за поганочного питья. Король заказ сделал на свой день рождения. Яга сварила, а он платить отказался. Орал и ногами топал. А зелье хорошее вышло, так Яга сказала. Его страшильшиство громко скандировало, что книгой колдовской хозяйку изнакурнож прибьет. Ой, батюшки. Может угрозу выполнил? – ужаснулась своим мыслям девушка. Но тут же отрицательно помотала головой. И перешла к другому пункту из списка:

– У меня тут еще Данила – мастер есть. Он из-за несчастной любви. Он все к Ягусе ходит, а она все нос воротит. Вот и… решил ее похитить вместе с книгой и держит взаперти. – златовласую красавицу собственное воображение уносило слишком далеко.

Кот лапой показал, что ждет оглашения всего списка. Мохнатый старался прятать улыбку, но получалось с трудом. Золушка раскраснелась и продолжила с вдохновением:

– С Данилой версия чертовски романтичная. Тут парочка еще осталась злодеев-претендентов. Кощей и кузнец Иван. – Зеркало хмыкнуло, и девушка поспешила с объяснениями. – Кощей, не знаю почему. Он мне просто не нравится. Лыбится постоянно, а глаза злые. И ни с кем кроме Яги не разговаривает. А вот Иван… Помнишь, Стекляшка, что он Ягусе в последний раз наговорил?