Королева ариданов. Книга третья

– Говори строго: «Стражник! Почему спишь на посту?!»

– Стражник! – выкрикнула девочка срывающимся от волнения голосом, и сердце её бешено заколотилось. – Почему спишь…

Стражник дёрнулся, схватился за алебарду, тупо уставился на Ахочинес, но тотчас вытянулся по стойке «смирно».

– Теперь он сам тебя боится, ― зашептал Бегунок. – Так что смело иди мимо него!

Ступая словно на деревянных ногах, Ахочинес медленно прошла мимо стражника, который при её приближении всё больше втягивал живот и поднимал подбородок.

– Теперь направо, ― подсказал Бегунок, и заметив замешательство девочки, потянул её за правую мочку уха.

Они прошли несколько шагов и, свернув за угол, увидели открытую дверь в кухню из которой неслись аппетитные запахи и какие-то странные звуки. Подкравшись к порогу, Ахочинес осторожно заглянула за дверь: в огромном помещении, освещаемом ровным жёлтым светом масляных лампад, стояли высокие поварские столы, печи, огромные медные чаны, а многочисленные кастрюли, сковородки и миски были развешаны вокруг по стенам. Никого в кухне не было видно, однако откуда-то слышался смех и шумная возня.

Девочка попятилась, и Бегунку пришлось опять дёрнуть её за волосы.

– В большом чане кто-то сидит. Подойди и постучи по его краю.

Ахочинес отрицательно покачала головой.

– Трусиха! Слушайся меня… а то убегу!

Глубоко вздохнув и сжав для храбрости кулаки, Ахочинес на цыпочках подкралась к чану и гулко хлопнув по его краю ладонью, торопливо отступила на пару шагов.

Смех и возня мгновенно стихли и вскоре над краем появились две чумазые физиономии. Две пары настороженных карих глаз встретились с испуганными чёрными.

– Вы кто? ― спросила Ахочинес, борясь с желанием убежать.

– Младшие помощники повара, Мофф и Птиф.

Двое ребятишек лет семи ловко выбрались из чана и предстали перед девочкой смущённо стряхивая с фартуков горелые крошки.

– А ты… наверно Ахочинес?

Ребята с любопытством и робостью разглядывали и нежданного гостя, и странного зверька, сидящего у него на плече.

– А что вы делали в этой штуковине?

– Очищали дно котла от пригоревшей каши.

«Спроси для нас еды», ― еле слышно прошептал Бегунок толкая девочку в плечо.

– Э… моя мышь проголодалась… ― смущённо потупила взгляд Ахочинес. – Нет ли у вас…

«Киселя и фруктов».

– Киселя, фруктов и… немного хлеба?

Ребятишки бросились в разные стороны быстро выставляя на стол то, что удалось найти: большую миску киселя, странные, не знакомые Бегунку фрукты и обрезки чудно пахнущего сладкого пирога.

Радостно вскрикнув, Бегунок соскочил с плеча девочки на стол и принялся жадно хватать куски пирога запивая их киселём. Ребятишки, открыв рот неотрывно смотрели как странное существо стремительно поглощает еду, раздуваясь прямо на глазах.

– Можно я тоже съем что-нибудь?

Робко спросила Ахочинес, близкая к обмороку от сильного сытного духа.

– Конечно господин. К сожалению, всё самое лучшее унесли на праздник, и если вы не станете на нас сердиться, мы сможем предложить ещё кашу и мясо.

На стол перед Ахочинес выставили большое блюдо с кусочками жареного мяса и пахнущую приправами кашу.

Ахочинес сначала робко, но затем всё уверенней и уверенней откусывала мясо, с благодарностью поглядывая на маленьких спасителей.

– Это всё так безумно вкусно! – пробормотала она с полным ртом еды, и ребятишки счастливо заулыбались.

– Мы всегда думали, что для вас готовят специальную, волшебную еду, и поэтому нас никогда не посылают в ваши покои, так как вы и ваша еда – это великий секрет!

– Нет. По правде говоря, – Ахочинес очень хотелось сказать, что её кормят ужасной жидкой кашей, но отчего-то она смутилась и не смогла в этом, признаться. – Можно я иногда буду заглядывать к вам по вечерам?

– Мы будем очень-очень этому рады!

– И вы не скажете об этом взрослым?

– Нет-нет! Обещаем! Кроме нас в замке нет детей, и нам частенько бывает скучно.

– Но только не завтра, – засмеялся Мофф, – За ночь гости испачкают столько посуды, что нам хватит работы на всю следующую ночь!

– А можно потрогать вашего зверька?

– Если осторожно, то да. Его зовут Бегунок, и он мой друг.

Бегунок милостиво подставил загривок позволяя себя почесать за ушами.

– Какой забавный! И как много ест… – продолжали удивляться дети, разглядывая и лапы, и хвост зверька. А тому вдруг пришла в голову какая-то мысль, и он начал отчаянно жестикулировать, показывая то на дверь, то на детей, то на Ахочинес. Все озадачились, не понимая, что всё это значит.

– Ф-ф! Вот оболтусы! – не выдержав заговорил Бегунок. – Я только хотел узнать не вы ли это по ночам бегаете по башне и пугаете Ахочинес… са.

Поварята выпучили на зверька глаза.

– Ты умеешь говорить?

– Конечно, ведь когда-то я был таким же как вы… ― Бегунок театрально вздохнул и вытер несуществующую слезинку. – Раньше я работал здесь мойщиком котлов, но слишком много болтал и бегал по замку.

– И что же с тобой стало?

– Властитель рассердился на меня и превратил в… то что вы видите.

Поварята испугались.

– Мы совсем не много болтаем, и не бегаем по замку попусту.

– Иногда королеве ночью не спится, и она требует то тёплого молока, то сырных пирогов…

– Так значит вы всё-таки бегаете по коридору?

– Наверно.

– С когтями? – осторожно уточнила Ахочинес.

Поварята непонимающе пожали плечами.

– В ботинках.

– Хорошо, ― миролюбиво согласился Бегунок. – Ахочинес не станет на вас за это сердиться, но если не хотите превратиться в таких же мышей как я, никому не говорите о нашем приходе!

– Обещаем молчать!

– И соберите нам поесть с собой!

Поварята сложили в большую миску остатки каши, обрезки пирога, большую кость с мясом, и накрыли всё чистой салфеткой.

– Заходите к нам ещё! – попросили Мофф и Птиф одновременно. – Мы будем ждать!

Ахочинес неожиданно заулыбалась, оказалось, что в жизни существует столько всего приятного: и эти поварята, и Бегунок, и просто много вкусной еды о которой она даже не подозревала… И даже всё то плохое и страшное, что существовало в её жизни вдруг словно отступило на полшага в сторону, и слегка поблекло.