- -
- 100%
- +
— Я думаю, тебе нужно туда съездить, через несколько месяцев они должны будут предоставить новые предложения, вот и посмотришь, сами они разрабатывают или нет.
— У нас договор с министерством образования на согласовании, у меня скоро суд.
Константин совершенно не понял своего руководителя, в офисе несколько десятков человек, которым доступна выездная проверка, и сделают они это не хуже. Почему же он отправляет именно его, когда на карту поставлен крупнейший заказ?
— Ну если по договору будут вопросы, которые потребуют твоего присутствия, то на самолёте всего два с половиной часа, это не проблема. Наши юристы разберутся с твоим разводом, а вот плюсы будут, тебе сейчас лучше не мозолить глаза публике, уж больно хорошо всплыло ваше грязное бельё. Твоя супруга успокоится, может и разводиться передумает…
— Я не передумаю, она мне больше не нужна.
— Ну раз так бескомпромиссно, то завтра чтобы ты уже был в Екатеринбурге, ладно, пойду в свой кабинет, засиделся у тебя.
Круп вышел, за ним зашла Лидия, принесла новые папки, Костя просил статистику за прошлый год, он и не думал, что его отправят в командировку, но поразмыслив, нашёл в этом поступке смысл и уже просматривал билеты на ближайший самолёт.
— Ещё что-то принести, Константин Николаевич?
— А? — отвлёкся от экрана. — Нет, ничего не надо.
— Геннадий Ефимович сказал, вы в командировку уезжаете, заказать вам билеты?
— Я уже заказываю, спасибо.
— А жильё? Гостиницу, может, забронировать?
— Сниму квартиру, как прилечу.
— Ох, а может, и лучше так, зачем вам эти все проблемы, юристы у нас хорошие, всё сделают в лучшем виде, а там, может, и встретите кого-нибудь… — в обычной опекающей манере продолжила Лидия, складывая папки на столе в ровную кучку.
— Кого встречу? — выплывая из своих мыслей, спросил Костя.
— Ну девушку, конечно… — удивилась женщина.
— Зачем? Я же работать еду, — не понимал мужчина. — Да оставьте вы эти папки, идите работайте! — бросил уже раздражительно.
Самолёт через два часа, значит, пора собираться, в голове всплыли воспоминания, как он отправлялся в командировки, будучи женатым, Амира всегда суетилась, складывала несколько комплектов одежды, заботливо собирала предметы личной гигиены, в первые года ещё могла подложить записки в карманы или ежедневник, только ему эти бумажки были ни к чему. Он и не понимал, для чего такие «сюрпризы», если есть телефон и можно просто сказать всё это по телефону. Она же всегда обижалась, когда он не привозил сувениры и подарки, не покупал букет цветов, когда прилетал.
Через несколько лет такой жизни просто перестала обращать внимание на его особенности восприятия жизни, перестала ждать романтики, а он и не собирался меняться, ещё в самом начале отношений расставил все точки. Как сейчас помнил каждое своё слово: «В браке со мной ты получишь финансовую стабильность, верного супруга, возможность заниматься любимым делом, но я совершенно не романтичен и прошу не ждать от меня высоких поступков». Она согласилась, ответив, что именно стабильность и верность партнёра — именно то, что ей нужно. Поэтому сейчас совершенно не понимал претензий в свой адрес.
Самолёт взлетал, поднимаясь к серым облакам, которые густо обволакивали небо, постепенно из пушистых ватных созданий превращались в туманную дымку. Прикрыв глаза, откинулся на спинку, снова и снова ища, где он допустил оплошность, где допустил ошибку. Может, он просто выбрал не ту девушку, такая ошибка сомнительна, она подходила ему по всем параметрам.
Время в полёте пролетело незаметно, спускаясь с трапа, вдохнул воздух полной грудью, почувствовал, как лёгкие наполнил тот самый поток, морозно-голубой, сверкающий перламутровым свечением застывших искорок. От него засаднило в горле, но он продолжал дышать, жадно впитывая его каждой клеточкой тела. Ради этого стоило пересечь полторы тысячи километров.
Поднял голову, ярко-голубое небо висело над головой, чистое, совершенно безоблачно-пустынное. Оно отражалось в панорамных окнах аэропорта, заполняло собой всё пространство, вытесняя серость. Из аэропорта прямиком отправился по адресу офиса, однако, приехав на место, выяснил, что такая организация не арендует у них помещение. Достал планшет, нашёл нужную папку и открыл отчёт, его прислали, когда согласовывали договор аренды, в приложенных файлах были фотографии именно этого здания. Он сам лично на новоселье посылал им кофемашину, а теперь получается и офиса никакого нет.
Набрал в интернете название их мебельной фабрики, на карте показали несколько розничных точек. Отправился в ближайшую, не забыв сделать несколько фотографий для доказательства. Прибыв на место, посмотрел на мебельный торговый центр с несколькими этажами, хоть тут расположение достойное, зайдя внутрь, бродил по этажам, ища образцы их фабрики.
Когда нашёл, его уже съедала злость и раздражение, мало того находились в самом дальнем углу, рекламные вывески были совершенно не видны, продавец, повесив тетрадный листок с надписью «Перерыв десять минут», смылась с рабочего места, хотя по их политике в смену выходит не меньше двух консультантов. Да и тут арендный договор не соответствовал действительности. Открыл последний отчёт, где прилагались фотографии расположения последних рекламных баннеров. На стенах всё висело соответствующе, но вот при входе он не наблюдал растяжку, он её заметил сложенную в углу. Нервно постукивая пальцами по столу, стоял в ожидании продавца, появилась она спустя полчаса ожидания.
— Вы что-то хотели? — не подозревая, с кем разговаривает, спросила женщина.
Он осмотрел её с ног до головы, чёрные лосины в обтяжку. Цветастая балахонистая кофта, выдающаяся грудь и столь же впечатляющий живот. Коротко стриженые волосы лоснились от несвежести. Повернувшись в сторону соседнего отдела, громко крикнула:
— Марин, там в столовой сегодня чебуреки очень вкусные, на обед пойдёшь — возьми, не пожалеешь! — Женщина лишь кивнула, указывая ей в сторону гостя. — Ну что, молодой человек? Какая мебель вас интересует?
Константин, немного оторопев от такого поведения, ещё больше нахмурился. Если в одном филиале уже столько проблем, стоит ли проверить остальные, он уже продумывал, кого отправить в командировки. Выплыв из мыслей, посмотрел на женщину, которая молча ожидала от него реакции.
— А почему у вас растяжка с баннером сложенная в углу лежит, а должна на входе стоять? — задал он первый интересующий вопрос.
— А тебе-то что за дело, лежит себе, никого не трогает, не таскала я её ещё туда-сюда.
— А сменщица ваша где?
— Какая? Кристина? Так она завтра выходит, ты к ней что ли? Так она вроде замужем.
Константин непонимающе уставился на консультанта, с каждым её словом он всё больше понимал, в каком положении тут обстоят дела. Осознавая, что с продавцом разговаривать бесполезно, думал, что предпринять.
— А где у вас основной офис? — всё же решил спросить.
— Да шут его знает, я там и не была никогда, от них девушка приезжает и всё, а тебе зачем?
Проигнорировав её вопрос, зацепился за эту информацию.
— Что за девушка? Есть её контакты? Можете позвонить и узнать расположение?
— Так Аня прибегает, могу позвонить, а вам зачем? — не унималась допытываться женщина.
— Ну так звоните! — теряя терпение, повысил голос Костя.
Та после недолгого разговора протянула листок с адресом. Мужчина, получив желаемое, молча покинул помещение. Теперь у него есть адрес действительного расположения офиса, и что-то ему подсказывает, он вряд ли будет доволен увиденным. Пока он ехал в такси, смотрел из окна на мелькающие дома. Город небольшой, и путь не занял много времени, через несколько минут вышел возле многоэтажной башни. Озираясь по сторонам, искал вывеску с названием. Из подвального помещения по ступенькам поднималась девушка, она несла стаканчик с кофе, а в другой руке завёрнутый бутерброд, внимательно следя себе под ноги, стараясь не оступиться, Костя решительно направился к ней.
Девушка прислонилась к бетонному приступку, пыталась исхитриться и развернуть пакет, при этом держа полный стаканчик. Когда руками это сделать не удалось, подцепила край зубами и потянула вниз. Именно в этот момент он её окликнул, от неожиданности она дёрнулась, резко развернулась, и рука с кофе ударилась об металлический столб от перил. Стаканчик вылетел, и всё содержимое коричневыми пятнами брызнуло в разные стороны. Половина попала на костюм мужчины, капли расплывались грязными разводами. Глаза девушки округлись от страха, пакет с бутербродом упал рядом с начищенным ботинком, пульнув в них майонезом. Костя осмотрел последствия аварии, перевёл взгляд на виновницу произошедшего. Аня, поняв, что дело плохо, начала извиняться.
— Простите, я не специально, я могу вам оплатить химчистку… — он лишь в ответ кивнул, а потом продолжил ровным голосом, будто ничего и не произошло.
— Скажите, где находится офис «Мебель.ру»? — девушка, решив, что мужчина благородно избавит её от беготни по прачечным, облегчённо выдохнула.
— Так вам туда, — махнула головой в направлении лестницы, по которой сама недавно поднималась.
Константин отправился в указанном направлении, спускаясь по крутым лестницам, осматривался по сторонам. Аня же посмотрела на свой несъеденный перекус, подняла его и отправила в мусорку. Туда же кинула пустой стаканчик. Она просто хотела спокойно покушать, но и тут ей не дали этого сделать. Грустно вздохнув, вернулась в офис. Странное перешёптывание слышалось с каждого угла. Не поняв причину, взяла со стола папку с подготовленной корреспонденцией, сумку и отправилась в ближайшее отделение почты. В своей работе она любила именно этот момент, небольшая прогулка, возможность вдохнуть свежего воздуха и побыть вдали от постоянных дел и заданий. А остальные задачи лучше доделает вечером, когда все разбредутся по домам.
За гранью обычного мира
Туманный остров, ни одному человеку не в силах до него добраться, он находится между мирами, сотворённый из звёздной пыли, света мерцающей луны и тепла солнечных лучей. В бесконечно клубящемся мареве виднеется замок из белого мрамора, с огромными витражными окнами. В каждом из которых из стеклянной мозаики выложен витиеватый рисунок, где жар-птицы, раскрыв свои крылья и хвосты, ловят солнечный свет.
Окружает его яблоневый сад, кривоствольные деревья со множеством тонких кружевных веток густо усыпаны бело-розовыми цветами. Сладкий, густой аромат висел в воздухе. Пчёлы без устали перелетали с цветка на цветок, собирая пыльцу. Резная деревянная беседка стояла посреди цветущего великолепия, мольберт и чистое полотно, рядом раскрытые тюбики с красками, палитра со смешанными цветами и девушка, высокая, статная, с длинными чёрными как ночь волосами, заплетёнными в косу, широких джинсах и свободной красной футболке. Она смешивала цвета, набирала на кисть и подходила к холсту, но снова не решилась начать писать.
— Ты снова маешься людскими хобби? — спросила её сидящая за столом девица с копной рыжих волос, торчащих неугомонными локонами короткой стрижки.
— Если им подвластно, то почему я не могу?
— Ну, у тебя есть другие возможности, ты умеешь плести любовь, и это главное. Кстати, как ты себя чувствуешь?
— Всё хорошо, и на этот раз я действительно полна сил и энергии, мой дар переполняет, жаль, что я не могу им поделиться.
— Тут я тебя понимаю, со мной точно также, с тех пор как вторая пара нашла друг друга и обрела счастье, он поступает сильными потоками, но, как и ты, я попросту не могу его в полном объёме передать людям.
Девушка вздохнула, вытянула руки и откинулась на спинку. Её сестра продолжала мучить палитру и кисточки, и даже странно, что боги, управляющие миром и жизнью людей, не могут создать то, что делают их подопечные, единственное исключение — амулеты и обереги. Только это больше работа внутренней силы и дара, нежели рук.
— Ну ты попробуй хоть кисточкой мазнуть, не получится — выкинешь, — предложила она, улыбаясь, — Что толку просто стоять, люди тоже постепенно учатся.
— А если я сделаю шаг, а он будет неверный, с самого начала? Как тогда? Как этот мир видят художники, как они понимают, куда нужно наложить цвет, какое смешение сделать? Я не понимаю…
— Когда-то я пробовала писать стихи, но у меня так ничего и не вышло, я теперь просто читаю их у людей. Мне тогда тоже не хватило ни понимания, ни внутренней силы. А Вера долго билась над осваиванием арфы, пока не порвала струны. Хотя мы и богини, нам не дано творить руками…
Любовь положила кисточки и палитру, сейчас она вдруг поняла, что лучше оставить полотно белым, чистым и нетронутым неумелыми мазками, и в этой чистоте есть свой смысл, пока ещё ей совершенно не понятный, но он есть. Спустя минуту к ним присоединилась девушка с длинными белыми волосами, завитыми в аккуратные спиральки.
— Вы не знаете, почему нас не зовут помогать с третьей парой? Они же нашли их… — спросила она своих сестёр.
Жужжание пчёл умолкло, лепестки цветов, сорванные с яблонь, застыли в воздухе, затихло даже малейшее дуновение ветра. Единственное движение создавали мелкие искры, они суетились в воздухе, крутились, выписывая круги и спирали, кучковались всё больше, до тех пор, пока не появился Создатель.
— Ну почему не зовём… — проговорил мужчина.
Сёстры поднялись с мест и склонили головы в знак приветствия и уважения, молчаливо ожидая продолжения. Мужчина погладил свою густую бороду, посмотрел на пустое полотно.
— Не оставляете попытки освоить человеческие возможности? Похвально, пригодится, хотя бы для того, чтобы лучше их узнать. Однако вернёмся к нашим истинным парам. Как вы правильно подметили, третью пару мы нашли, в общем и целом их жизни ничего не угрожает, более того, сейчас они находятся рядом. Проблема в другом, их нити судьбы не тянутся друг к другу, а наоборот отталкиваются. Нужно найти причину и, соответственно, сделать всё возможное для соединения.
— Тогда нам нужно знать, кто они, и изучить, — сказала Любовь.
Мужчина кивнул и пригласил следовать в замок, туда, где стояло волшебное зеркало. Когда Создатель удалился, напомнив о предстоящем совещании с богиней Судьбы, сёстры ещё некоторое время молча наблюдали за парой. Они не видели в ней ничего странного, никакого намёка на особенность и избранность. Обычные люди из разных миров, которые по непонятной причине недолюбливали друг друга, и это чувство прописано глубоко на генетическом коде.
— Это точно они? — спросила Вера.
— Не думаю, что стоит сомневаться в словах Создателя, хотя соглашусь, они странные, — ответила Любовь.
— По мне, обычные люди, и дары наши в них есть, кстати, тоже обыкновенные, — подхватила Надежда, — Скукота…
— Ну раз так, мы можем влиять на них своими силами, что нам очень сильно упростит дело. Смотрите, они скоро встретятся, предлагаю переместиться и попробовать.
Секунда, и сёстры стоят возле входа в офис, где у пары предназначается встреча. Все свои возможности и силы, которые переполняли, решили направить на мужчину, тот как раз подъехал к зданию и осматривался по сторонам. По обыкновению, пытались поймать свои дары, имеющиеся в человеке, и как только это удастся, подпитать и увеличить. Однако они ускользали и не давали носителям возможности настроить связь. Тонкие, незримые человеческим глазом нити налились ярко-красным свечением, лишь в некоторых местах сверкая золотыми искрами, извивались, ускользали от подчинения богинь.
Озадаченные сёстры решили действовать наоборот, направляя дары из себя, миллионы золотистых лучей устремлялись к Константину, обвивали его, врезались в защиту из собственных даров мужчины, которые красной паутиной обвили его как коконом, образуя щит. Чем напористее богини воздействовали, тем агрессивнее становились блага, вместо обороны они захватывали посылаемые лучи, сжигали своей яростью и переполненной злостью.
— Что происходит? Он не даёт проникнуть! — выкрикнула Надежда, запустив свежую партию своего дара, на этот раз при ответном ударе волна дошла до богини, вскрикнув от боли, она остановилась.
— Значит, не простой он, раз не получается, тут Создатель был прав, — ответила ей Вера, прекратив свои попытки.
— По-моему, мы пробудили нечто странное, его дары сменили цвет, стоило нам вмешаться.
— Так стоит ли экспериментировать с девушкой? Своими поступками можем принести лишь вред, — отозвалась Надежда, тяжело дыша.
В этот момент Анна поднялась на улицу, сёстры молча наблюдали за ней, обдумывая произошедшее. Выглядела она уставшей, однако в глазах сияло необъяснимое счастье, она вдохнула аромат кофе и принялась разворачивать пакет с едой. Совершенно обыкновенного вида, простая серая футболка, потёртые синие джинсы и старые кеды, на плечи накинута лёгкая куртка невнятного коричнево-зелёного оттенка.
— Мы как минимум должны попробовать, — твёрдо сказала Вера.
Остальные согласно кивнули и снова принялись настраивать связь, только уже с благами Анны. Её нити, тонкие, золотистые, плавно извивались. Стоило сёстрам попытаться настроить связь, они стеклись в одно пятно, стали напоминать густую жижу, цвет поменялся на болотно-зелёный, искрящее мерцание пропало. Чем больше богини воздействовали, тем сильнее разрасталось пятно, сквозь замшелую поверхность проступали серебристые пульсирующие вены.
Когда девушки прибегнули к воздействию своими силами, дары Ани, ровно как и мужчины, сработали как щит. Только они полностью гасили все лучи, как топь засасывали их, растворяя в себе. Поначалу богиням показалось, что всё получилось, но потом осознали, она заглатывает их резерв, и они не могут разорвать эту связь. По их нитям поползли зелёные пятна, разнося запах сырости и болота.
— Я не могу остановить поток! Что происходит?! — выкрикнула Любовь.
— Не понимаю! Я совершенно ничего не понимаю! — ответила ей Вера.
Надежда решилась на отчаянный шаг, сократила расстояние и хотела схватить её за руку, в этот момент Анна поворачивается, рукой ударяется в плечо богини, правда сама она подумала, что ударилась об столб перил, одежда в месте прикосновения моментально прогорела. От боли сестра падает на землю не в силах подняться, у остальных сил на сопротивление не осталось, они сели на колени и ждали, когда их дары полностью иссякнут.
Мир застыл в тот момент, когда кофейный стаканчик ударился об землю, и его брызги полетели в разные стороны. Из мерцающего звёздами портала вышел Создатель и богиня Судьбы. Та укоризненно покачала головой, занесла над нитями острый меч и разорвала связь. Вера и Любовь облегчённо выдохнули бросились к своё сестре, та бесчувственно лежала на земле. Аккуратно повернув голову, увидели на плече вспухшую красную кожу, вокруг двух зияющих трещин, с обугленными чёрными краями.
— Вам же говорили, никакого прямого воздействия… — гулким басом проговорил Создатель.
— У них были самые обыкновенные блага, как и остальных людей, кто знал, что контакт принесёт такую реакцию. Почему вы не сказали?! — выкрикнула Вера.
— Дитя, о свойствах этих пар нам и самим мало известно, мы, как и вы, изучаем их и наблюдаем. Однако сейчас нам пора перенестись, постараемся помочь вашей сестре и максимально минимизировать поражение.
— Она же будет жить?! — взволнованно спросила Любовь.
Богиня судьбы приложила палец к губам, открыла портал и шагнула в него. Уже у себя в замке ответила на вопрос девушки.
— Конечно, это не убьёт её, и такое поглощение ваших даров не принесёт смерти, этот процесс длился бы целую вечность. Благодаря воссоединению первых двух пар, поток энергии не прекращается, и истончение ресурса не грозит.
Надежду положили на большой стол, напоминающий древний алтарь, Макошь наносила заговорённые мази и поила отваром. Девушка очнулась лишь на следующие сутки. Рану не удавалось залечить, она совершенно не поддавалась воздействию. Придя в сознание, богиня попробовала поднять руку, однако острая боль не дала этого сделать.
— И что, у вас не получается это убрать? — спросила она Макошь.
— Тебе ещё нужно отдохнуть, — мягко ответила богиня Судьбы. — Что же до ожога, нет, он не поддаётся мне, ибо силы, что нанесли его, принадлежат равному мне богу, а значит, и убрать их может только он, таковы правила, прописанные в книге, и я с ними согласилась.
— Так чьи они? Надо обратиться к нему.
— Беда в том, что мы не можем узнать, кто создал эту пару, на них наложили защиту, и мы не можем пробиться.
Сёстры в растерянности смотрели на Создателя и Макошь, им не верилось, что те, кто творят общую жизнь, не могут знать простого, кто является творцом этих избранных. Как и прежде, они не понимали придерживаемости чётких границ владений богов, которые теперь попросту мешают созданию гармонии в мире.
— Понаблюдайте за ними, какие качества они проявляют, у нас не такой уж и большой выбор: терпение, сострадание, справедливость. А заодно посмотрите, когда произошёл сдвиг, где их баланс нарушился, такое изменение цвета даров неслучаен.
— Нам всю их жизнь просмотреть? — спросила Любовь. — Это займёт много времени, да и что искать, не понятно.
Надежда молча сидела на мягком кресле, стараясь не двигаться, малейший сдвиг рукой отдавал тысячами раскалённых игл в плече, доходя своими острыми жалами до самого позвоночника. Единственный шанс всё вернуть — найти тех, кто создал сие творение. Снова и снова прокручивала в голове воспоминания о попытке повлиять на дары людей, они же словно ждали, при первом же вмешательстве скинули свои притворные маски и показали, каковы на самом деле. Она до сих пор чувствовала ту яростную защиту, что исходила от мужчины, и болотную, тягучую топь девушки.
— Может, красный — злость, ярость, раздражение, а зелёный — уныние, тоска, депрессия? — тихо спросила она.
Её предположение казалось самым верным, и богини подхватили эту идею.
— Хочешь сказать, дары из-за неких событий окрасились в другие эмоции? — уточнила Любовь, повернулась к богине Судьбы: — Скажите, такое возможно?
Та лишь пожала плечами и устало села в кресло.
— Это избранные пары, судя по прошлому опыту, они способны на многое, и их дары реагируют по-разному. Что нам приготовили эти люди, я, как и вы, не знаю. Но это предположение мне кажется наиболее логичным для объяснения.
— Но мы не можем исправить прошлое, а значит, эти события не изменятся, — напомнила Вера.
— Однако, мы можем подтолкнуть путь для выхода из этого состояния, и теперь нам нужно узнать всё, что с ними было до сегодняшнего дня, — ответила ей Любовь.
Сёстры удалились на свой туманный остров, бережно усадили Надежду, принялись просматривать прошлую жизнь вверенных истинных. Дни монотонно сменяли друг друга, не выдавая ничего интересного, мужчина с самого детства был резок и решителен, чётко шёл к своей цели, не взирая на окружение. А женщина изначала обладала спокойным, тихим, покладистым нравом, всю жизнь подстраивалась под обстоятельства и не смела перечить никому.
— Их точно не перепутали, они же совершенно разные…
— Да уж, либо их создавали по противоположным рецептам, только переборщили, они даже нахождение на близком расстоянии не смогут перенести.
Любовь делала пометки о хоть каких происшествиях, казавшихся значительными. Когда просмотр был закончен, сверяла написанное, пытаясь сопоставить происходящее на каждом году жизни.
— Единственное, что у них есть общее, это подаренные кулоны на третьем году жизни, — произнесла она.
— Чем это интересно? — спросила Вера.
— Тем, что сам факт подарка есть, а кулонов не видно, они защищены от взгляда. Помнишь, Надежда, ты девочке Веронике кулон дарила и скрыла от людского видения?
— Ну конечно, она до сих пор его носит.
— Тут такие же, и нам надо выяснить, что это за кулоны.
— Тогда предлагаю отдохнуть и снова навестить Анну и Константина, попробуем выяснить на месте, — предложила Надежда.
Очень трудный день
Утреннее солнце украдкой пробралось в комнату, играющие лучи мягко светили на лицо, девушка перевернулась на другой бок и накрылась одеялом. Будильник не прозвенел, а значит, ещё можно немного поспать. Дверь в комнату резко открылась.
— Что, так и будешь валяться! Солнце уже высоко, поднимайся! — требовательно произнесла Алла Витальевна.
Аня откинула одеяло, открыла глаза, с самых малых лет, изо дня в день, бабушка считала своим долгом разбудить пораньше и не мягко, как в обычных семьях, а вот так, врываясь, резко крича. В такие моменты хотелось запустить подушкой, закрыться на сотню замков, лишь бы дали возможность немного дольше поспать, чем того требует выдуманное в голове опекунши расписание. Посмотрела на часы, стрелки показывали ровно пять утра, целый час блаженного сна бесследно потерян и больше не вернётся. Взяв себя в руки, или ноги, или собравшись всем своим тщедушным телом, побрела умываться. После ванной, сонная, зашла на кухню.