Декада. Столетие разрушения

Глава 23. Колдовство под сопряжением

До дома они доехали на общественном транспорте, повергшем Дрейка в эстетический шок. На их планете существовали только такси. Тут же это понятие растянули на корпус длиной метров десять и наталкивали туда битком народ, бессовестно собрав с каждого, как посчитал Дрейк, переводя на свою валюту, целых сто партемов.

Кимми остановилась перед дверью. Ей было страшно снова зайти туда. Она думала о маме Лиры. Что с ней будет, когда она увидит дом и узнает, что случилось с Лирой?

– Заходи. Ты видела медальон. Найди его.

– Но я не знаю, даже где комната Лиры. Я ни разу не была тут. Еще и все в темных следах… И разрушено… Какой кошмар…

– Хватит ныть. Давай за дело, – Дрейк ходил по погорелым доскам. – Есть идея. Ты держала этот медальон. Ты знаешь его энергию. И он должен быть пропитан той темной энергетикой. Будем делать заклинание поиска.

– Правда?

– Ты же сказала, что умеешь вроде как колдовать?

– Я могла только вместе с Грэммом.

– Это как? А сама?

– Он держал меня за руки. А потом отпускал, и я могла колдовать.

– Так-так. Вот ты такая глупая! Кимми. Что ты чувствовала, когда он тебя держал за руки? Опиши.

– Словно я лечу. Такая буря внутри. Как прилив и отлив.

– Он делал с тобой сопряжение. И не учил тебя, а скорее всего… – Дрейк задумался. Грэмм не мог передавать ей свои силы. Они темные, а значит, был риск быть раскрытым. Получается, что он развивал, таким образом, силу в ней. А раз развивал, значит, теоретически сила в ней была и колдовать она могла. – Садись. На пол. В позу медитации. Знаешь, что за поза?

– Да. В книгах по латыни это описывалось.

– Ну слава богу.

Кимми посмотрела на пол, залитый маслом и кровью, испачканный сажей, но спорить с Дрейком не решилась.

– Кимми, я понятия не имею, можешь ли ты колдовать вообще, но теоретически, это возможно. И зная некоторую природу вашего вида, говорю тебе, что ты можешь видеть все стороны реальности, – он сел напротив нее. – Протяни ладошки и закрой глаза.

Кимми сделала так, как он сказал.

Дрейк руками зачерпнул энергию, наполнявшую комнату, и сформировав из нее шар, протянул энергию Кимми:

– Просто почувствуй ее и подумай о том медальоне.

Кимми кивнула.

– Горячо.

– Не разговаривай, – Дрейк, в свою очередь, стал с другой стороны шара настраиваться на волну Кимми, чтобы подхватить импульс ее ощущений и ассоциаций с медальном, и запустить шар поиска.

Он чувствовал, как накаляется энергия, но никак не мог ухватить импульс. То ли Кимми думала не о том, то ли он сам не мог сосредоточиться.

– Ничего не выходит, – чуть не плача произнесла Кимми.

– Думай о медальоне, отбрось все остальные мысли.

Сзади них вдребезги разлетелась ваза. Это было настолько неожиданно, что и Кимми, и Дрейк вскрикнули.

Дрейк чертыхнулся:

– Что ж такое… Хотя, – он встал и подошел к вазе. – О чем ты думала?

– О медальоне. Как Грэмм передал мне его. Это было в моей комнате. Он протянул руку, в которой держал медальон за цепочку.

– Энергия слишком рассеяна. От накала стекло лопнуло. Давай снова. Я понимаю, тебе трудно, тебе никто не рассказывал о технике магии, но постарайся слушать меня и делать то, что я тебе говорю в точности. Если я тебе говорю представить, чертов медальон, то не надо представлять ничего кроме медальона.

– Простите…

– И можешь называть меня на «ты». Просто Дрейк.

Кимми улыбнулась.

– Садись. Еще раз.

Они снова проделали те же действия, что и в первый раз. Дрейк старался не пропустить импульс ассоциаций. И на сей раз тоже стал думать о медальоне. И вот он. Импульс. Сфера сверкнула, а Дрейк ухватил образ излучаемой энергии медальона и произнес: «Quaero», – он легонько толкнул сферу вверх. Она полетела, освещая им дорогу.

– О священная долина, получилось! – Кимми не верила глазам. — Что это?

– Обычное, очень простенькое поисковое заклинание. Шарик приведет нас к медальону. Так что идем за ним.

Они проследовали через сломанные доски в ванную комнату. Осколки зеркала и тут были разбросаны по полу. Лежали в раковине и ванной.

Сфера залетела под ванну и растаяла.

Дрейк включил фонарик на экране.

– Свети мне, – он наклонился и достал из-под ванны небольшую коробочку, в которой сверху лежала тряпка, а под ней медальон.

– Это он… – Кимми протянула руку.

– Не трогай, – осадил ее Дрейк. Он достал небольшой пакетик с астрального уровня и убрал медальон туда.

– Ты его уже подержала и видишь, к чему это привело? Дай теперь умным людям разобраться.

Кимми вздохнула:

– Что теперь?

– Ты мне описание написала? Своего Грэмма.

– Все, что смогла, написала. Вот.

– Хорошо. Теперь позвоним маме Лиры и отвезем тебя домой. Я поговорю с твоими родителями и проверю твою комнату. Но сначала заедем к Рэне. Кстати, твои родители не беспокоятся? Уже стемнело. Почему они не звонят?

– Наверное, я выключила звук на наушнике. Я им позвоню.

Дрейк покачал головой:

– Звони. Скажи, что придешь не одна. Я пока Тигрис позвоню. Не знаю даже, что ей сказать… – он вздохнул. – Кимми, пойдем на улицу. Тут больше нечего делать.

Около получаса Дрейк разговаривал с Тигрис. Она все никак не могла успокоиться, плакала и просила Дрейка «что-нибудь сделать». Дрейк, пообещав сделать все возможное, повесил трубку.

Кимми тем временем сходила в соседнюю забегаловку и принесла горячие обеды навынос.

– Держи, – она протянула Дрейку. – Хоть какая-то польза будет от меня.

– Из тебя вышла бы отличная секретарша, – съязвил он. – Ладно, спасибо… А что это такое? Оу…

– Это рагу мясное. Что не так?

– Все хорошо, кис, не переживай. Просто неожиданно.

«Кошачий корм», – мелькнуло в голове у Дрейка, но он был настолько голоден, что решил не привередничать и съел рагу, которое показалось ему очень неплохим.

– Едем в больницу. У вас тут есть что-нибудь вроде такси?

– Только то, что ты видел. Ну или можно попробовать поймать попутку.

– Ужас. Мне явно нужен служебный транспорт. Что сказали родители твои? – они пошли к остановке.

– Я сказала, что гуляю… Я им ничего не рассказала. Предупредила, что приду не одна.

– Надеюсь, ты не сказала, что приведешь парня? А то с тебя станется. Человеколюбка.

– Нет. Я просто сказала, что приду не одна. Без пояснений.

– Опять приехал битком набитый. Ну что ты будешь делать… – они втолкались в транспорт, молча доехали до больницы и сошли на остановке. – Кимми. Мне завтра надо посетить совет. Сможешь мне показать, где это?

– Конечно. Я возьму машину у мамы. Думаю, так будет удобнее.

– А у тебя что, права есть?

– Нет. Но у тебя же есть. Так что, если нас остановят, скажешь, что ты мой инструктор по вождению. Не бойся. Я водить умею.

– Надеюсь, не так же, как парней выбирать.

– Перестань издеваться! Мне же больно… – она внезапно остановилась и заплакала. – Я думала, он меня любит. А в результате это все произошло…

– Не реви. Ты попала в сети своей же наивности. Кимми, ты должна навсегда запомнить. Злые люди, духи, демоны, существа – все они ищут добрых, доверчивых и наивных. Они играют на их слабостях, мечтах, желаниях, страстях, манипулируют ими как хотят. У них нет понятия «жалость». Есть только цель. И все, кто попадутся на пути и будут использованы ради этой цели, для них лишь средства, чьих имен они даже не вспомнят. Да, в моих глазах ты дурочка. Но это не значит, что ты такой останешься. Я не просто так тебе говорю, пусть это будет самый жестокий урок в твоей жизни. Ты можешь и дальше лить слезы, а можешь взять себя в руки, пережить это и сказать судьбе огромное спасибо, что ты осталась жива и что мы пришли вовремя. Я сделаю все, что смогу, чтоб спасти тебя и Лиру от ада. Но ты должна, и сама изменить свою жизнь. Если ты хочешь изучать магию, то окончи школу, возьми билет на любой рейс, пусть даже до той же Вианты-1. И изучай ее. Ты навязала себе тысячу и одну причину, почему твоя жизнь отстой и тебе ее не изменить. Оглянись вокруг! Захоти изменить то, что тебе не по душе. И ты увидишь тысячу и одну возможность.

Кимми перестала плакать. Она молча смотрела на Дрейка. А он не мог понять, что скрыто за ее взглядом. Поняла ли она то, что он хотел до нее донести или же просто стоит и жалеет себя?

– Идем. Хватит стоять. Время уходит, – Дрейк взял ее под руку.

Они молча дошли до больницы, узнали всю необходимую информацию о здоровье Рэне в приемной, спросили номер палаты и поднялись к нему.

Рэне был в сознании. Увидев Дрейка, он необычайно обрадовался:

– Привет! Я уж думал, ты меня тут оставил.

– Ну ты и напугал меня. Зачем ты один стал изгонять ее?

– Она напала на меня. У меня не осталось выбора. Послушай, я ничего не делал. Не говорил с ней, не трогал ее. Она очнулась в один момент и начала меня доставать, а потом вдруг взяла, разорвала веревки и застала меня врасплох. Я не понимаю, что пошло не так. Час она лежала, вообще не двигаясь!

– Странно. Я узнаю. Пересмотрю записи. Мне сказали, что сегодня ночью тебе лучше побыть тут. Завтра утром я к тебе приеду, и мы отправимся в совет.

– Да, мне уже позвонил профессор Виллеруа. Сказал, что вы поговорили, «нити дела» ведут в совет и неплохо бы туда наведаться. Он тебе прислал материал?

– Еще не смотрел. Времени не было. Я, как видишь, с юным дарованием его провожу. Это Кимберли. Но все называют ее Кимми.

– Привет, – Рэне ей улыбнулся.

Кимми помахала, тоже улыбнувшись:

– Выздоравливайте.

– Нечего улыбаться ей. Она… Наказана. Я пришлю тебе запись с изгнания. Посмотри, если сможешь. Завтра поедем в совет, обсудим. Отдыхай. Мы дальше по делам. Звони мне. У меня прям от сердца отлегло, что ты живой. Я уж совсем перепугался.

– Ладно. Жаль, придется потратить ночь тут. Я чувствую себя бесполезным.

– Это не так, – Дрейк улыбнулся, – поправляйся. До завтра.

До дома Кимми они дошли пешком. Дрейк не выдержал еще одной поездки в общественном транспорте.

– Дрейк, можно тебя попросить кое о чем?

– Ну.

– Уже очень поздно, не хочу, чтоб ты маму пугал на ночь. Этот разговор можно перенести на завтра? Она даже в магию не верит. Как и папа. Что ты им скажешь?

– Что-нибудь придумаю. Разговор-то я могу перенести. А вот осмотр комнаты нет. И своими действиями мы могли твоего друга разозлить. Мало ли что он сделает тебе. Я должен проверить.

– Священная долина… А ты можешь тайком пролезть?

– Ты что, издеваешься?

– Нет… Но мы потеряем время на объяснении маме. А уже полпервого ночи.

– Я могу твоей маме запись показать. Давай-ка без глупостей. Я тут с официальным расследованием. Не буду я к тебе в окна лазить. Не бойся, Кимми. Все самое страшное уже случилось. Хуже уже не станет.

Мама Кимми, увидев Дрейка, застыла на пороге с вопросом и удивлением на лице.

Дрейк показал ей удостоверение демонолога:

– Дрейк Райтон. Я пришел вам показать самый страшный кошмар. Демоны и магия существуют.

Глава 24. Голос из зазеркалья

Голос позвал ее по имени. Она резко открыла глаза. Комната кружилась, волосы прилипли к мокрому от пота лицу. Уже несколько дней ей слышались голоса, зовущие ее. Так хотелось все рассказать друзьям, но что-то не давало этого сделать. Магия ли? Или банальный страх? Девушка опустила босые ноги на холодный пол. Дома никого не было, сегодня она взяла отгул по состоянию здоровья, ссылаясь на работе на одолевшую простуду. Она снова почувствовала жар. Ноги, руки, голова – все горело, будто и вовсе не существовало ее дома, не существовало этого осеннего декадского утра, а она стояла, пригвожденная к столбу, в ожидании, когда исполнители средневековых охотников бросят горящий факел и сожгут ее тело дотла.

Девушка накинула халат и тихонько, еле ступая, начала спускаться вниз. Ступенька за ступенькой, чувствуя, как горячие ноги ступают по холодному полу. Но она не замечала, как оставляет за собой горящие следы, обугливающие деревянный пол. Она дошла до последней ступеньки и снова услышала свое имя. Чей-то женский голос звал ее. Из ванны доносился красный свет. Словно в бреду, она зашла в ванну и подошла к зеркалу. Свет шел оттуда, из зеркала. Он был настолько яркий, что слепил ее.

– Ты должна спасти своих друзей, – послышался голос из зеркала. Он произносил слова на латыни. В своем полубреду девушка еле могла разобрать их. Но смысл тщательно врезался в ее сознание. – Я вижу. Грядет страшная буря, которая заберет с собой всех их. Есть только одно оружие, способное справиться с надвигающейся тьмой. Жезл Инары. Я научу тебя им владеть. Однажды я уже давала отпор злу. Но соратница Дориана – Ингрид заперла меня на тысячи лет в зеркало. Зло пробуждается. Энергия усиливается. И я смогла с тобой связаться. Найди жезл. Только наши обоюдные усилия смогут спасти то, что всем нам так дорого – жизнь и свет. А сейчас протяни руки ко мне. Я передам тебе знание.

Дрожащими руками, все еще находясь в трансе, девушка потянулась к свету из зеркала. Она прикоснулась ладонями. В ее голове понеслись тысячи образов. Образов ритуалов, символов, отметок на карте, и самое ужасное – образов смертей. Страх сковал движения девушки. Она отпустила руки и упала на спину. Вокруг нее все вспыхнуло. Это было уже не впервые, когда от переполнения чувств, огонь выходил из-под контроля. Она лежала на полу, смотря, как языки пламени пожирают деревянные полки, дверь… Наконец, она взяла себя в руки и села. Спокойно выдыхая, она постепенно сбавила огонь и убрала его следы. Теперь она знала, что делать. Они больше не блуждали во тьме, теряясь в догадках.

– Жезл Инары, – проговорила она сама себе. Ее голос резал тишину. Руки все еще горели. Она взяла экран и набрала Дрейка. Ей хотелось, чтоб он снял трубку и помог ей разобраться в том, что происходило. Но на обратной стороне слышалось лишь, что номер не действителен.

Девушка отложила в сторону экран. Минуту она сидела на полу, чувствуя, как пульсирует кровь в ее жилах. Она посмотрела на календарь. Красный квадрат помечал начало декабря. Она решила подождать выходных. Каждые субботу, воскресенье они собирались с друзьями и обсуждали расследование.

– Мне надо подумать. Как сказать им, откуда я знаю о жезле и о том, где его искать…? – снова проговорила она сама себе и решительно встала. В голове проносились мысли, образы, и неистовое желание не допустить тех образов, что она увидела в свете.

Глава 25. Жертвы Таулерру

Мама и папа Кимми сидели в ужасе после просмотра видео с изгнания. Дрейк долго говорил с ними, потом показал им официальное обращение совета и рассказал, что их дочь попала в неприятную историю, не вдаваясь во все подробности. И в завершение всего, показал видео. Это возымело настолько сильный эффект, что Дрейк оставил Кимми и ее родителей внизу, объясняться друг с другом, а пока семья вела душевные разговоры, он зашел в ее комнату. мне

Сразу же Дрейк подошел к зеркалу и проверил его. Сама структура зеркала показалась ему странной и незнакомой. Мало того, что его наполняла потусторонняя энергия, так еще и сам молекулярный уровень был настолько кем-то изменен, что Дрейку стало жутковато. Он закрыл зеркало пледом на случай, если кто-то через него будет подсматривать, и продолжил осматривать комнату. Все стены дома были обиты мягким материалом, напоминающим когтеточку. В самой комнате преобладали белые цвета. Белые шкафы, трюмо, кровать с балдахином. На подоконнике, полу, кровати, лежало много мягких подушек и игрушек. На стене висели часы с летучей мышью, которая вылетала каждый час и оповещала о количестве часов. Дрейк открыл гардероб. Одежда же Кимми, наоборот, больше содержала черные тона. В гардеробе под одеждой были спрятаны книги, пентаграммы, свечи, серебряная чаша и куча тетрадок. Дрейк открыл тетрадки, но не найдя ничего полезного, отложил. Все тетрадки были исписаны на грандском языке. Тогда Дрейк взялся за книги, написанные на латыни. Там была и азбука, и грамматика, и основы заклинаний. Ничего темного или подозрительного.

На столике у окна стояло изобилие кремов, косметика, духи, расчески и щеточки для шерсти. Дрейк усмехнулся над девичьим арсеналом. И тут ему в глаза бросилось заклинание, написанное на латыни. Оно было спрятано под одной из баночек с кремом, но его кончик торчал, выдавая местоположение.

Это было то самое гадание на мужа, о котором говорила Кимми.

– Интересно… Кто посоветовал ей гадать на латыни? – Дрейк на всякий случай сфотографировал на экран и положил назад. Он сел на стул. Вдруг ему показалось, что из зеркала послышалось шевеление. Он тихо подошел, смотря на плед, закрывающий зеркало, и прислушался. Тишина.

В этот момент Кимми открыла дверь. Дрейк вздрогнул от неожиданности и обернулся:

– Черт, напугала! Вот это да! – Кимми была одета в домашние шортики и коротенький топик. Дрейк решил, что это отличная возможность рассмотреть шерсть.

Почти по всему ее телу шла, как и везде, бархатная белая кожа. От головы росла черная красивая шерсть. Она ниспадала на плечи и доходила до поясницы Кимми, подобно длинным густым волосам. На локотках, так же как и вокруг запястий и ступней, росла аккуратная, мягкая белая шерстка с черными вкраплениями. Подобная шерстка красиво лежала тонкой полоской вокруг каждой из грудей и шла дальше между ними. Где заканчивалась эта полоска, Дрейк уже не увидел за топиком, но сделал вывод, что она огибает грудь и заканчивается на ребрах, снова переходя в бархат. Снизу пупка бархат вновь перерастал в шерстку и расходился к бедрам, еще больше выделяя их. И затем снова изящно становился бархатом. На ее ступнях, как и на ладошках, располагались мягонькие подушечки, позволяющие ей ступать почти бесшумно. Все ее движение, не стесненные обувью и большим количеством одежды, были мягкие и плавные, словно в танце.

Кимми также с интересом осматривала Дрейка. Конечно, это был уже не первый человек, которого она видела, но вид людей доставлял ей эстетическое наслаждение, несмотря на то, что она считала их слишком лысыми.

– Поговорила с родителями?

– Да. Спасибо, что не сказал им все обо мне. Они и так теперь с ума сходят.

– Не за что. Мне важно, чтоб соблюдалась твоя безопасность. А воспитательные меры – это не мое дело.

– Что-то нашел?

– Пока ничего. Но… В истину вот это жутко, – он показал на зеркало. – Оттуда звуки слышались. И я следил за пледом. Его точно кто-то трогает с той стороны. Послушай, кто тебя надоумил гадать на мужа латинскими заклинаниями. Еще и такими корявыми? Я нашел у тебя его. Не удивительно, что ты призвала какую-то темную тварь.

– Ничто от тебя не скрыть. Да я сама так догадалась. Подумала, что у девочек не получается потому, что это не настоящая магия. А на латыни настоящая. И составила.

– Неграмотное использование магии дилетантами всегда приводит к катастрофическим последствиям.

– Да, наверное, ты прав… – она погрустнела.

– Кимми, ложись спать. Я тебя покараулю. А заодно мне надо посмотреть видео и понять, почему Лира напала.

– Совсем не могу думать о сне. Можно я тоже посмотрю?

– Только не вздумай мешать, – он достал экран, поставил его на стол, растянул и сделал проекцию клавиатуры. Потом включил обе записи.

Кимми придвинула мягкое кресло, села рядом и с восторгом наблюдала за технологиями, используемыми Дрейком. Но когда началось видео, восторг сменил ужас. Она смотрела на Лиру, когда они только пришли.

– Дрейк, ты раньше убивал?

– Почему ты спрашиваешь? – он удивился. Этот вопрос отдал холодком по его спине.

Кимми пожала плечами:

– Тогда на изгнании ты ни секунды не колебался. И вонзил кинжал в Лиру. Без тени сомнения.

– Работа такая. Лишняя секунда раздумий может стать последней.

Она задумалась.

– Кимберли, это жестокая война. Война с тьмой. С демонами. Со злыми духами… Моя подруга была в аду четыре дня. Из-за того, что я немного не уследил. Я больше таких ошибок не повторю.

– Но ты не ответил на мой вопрос… – она снова задумалась. – Разве можно вернуться из ада?

– Мы проводили ритуал. Так что… Магия открывает большие возможности. Но с ними приходит и большая опасность. Стоп. – он остановил видео. – Вот Лира открыла глаза.

– А ты в этот момент разговариваешь с Кассандрой. Так вот кто на меня донес… – она сощурила свои кошачьи глаза.

– Не просто разговариваю. В этот момент она мне передала рисунок медальона, – он достал медальон с астрального уровня.

В этот миг лампа в люстре взорвалась и свет погас. Кимми вцепилась в руку Дрейка и часто задышала.

– «Lux», – Дрейк выпустил вверх шарик света.

– Я боюсь, – чуть дыша, произнесла Кимми.

Дрейк огляделся по сторонам. Что это было? Просто замыкание? Ну уж нет. Он достал медальон, – вот причина. Но раньше такого не было, иначе это бы так не напугало Кимми. Видимо, дело было в прерванной одержимости. Медальон служил не только для призыва демона. Но для чего тогда? Может, он должен был вобрать в себя душу Лиры? Или Кимми? Или напрямую заряжался от ее души, пока в ней был демон? А когда они его изгнали, началась обратная отдача. Своеобразная демоническая кара, за то, что Кимми не справилась.

Дрейк встал и вместе с медальоном подошел к зеркалу. Кимми, все так же держалась за него.

– Не открывай его… Не надо, – она чуть не плакала.

Дрейк сдернул покрывало с зеркала. В свете заклинания они увидели черные тени, летающие вокруг медальона. Но главное, в зеркале руки Кимми светились энергией сопряжения. На ее коже была ледяная корка, глаза пылали адским пламенем. А позади нее тень с горящими глазами.

Кимми заорала. Дрейк успел поставить заклинание тишины, чтоб на крик не прибежали родители. Кимми больно вцепилась когтями в его руку, падая от ужаса на пол. Дрейк бросил взгляд на зеркало. В нем вспыхнули катакомбы ада и послышался уже знакомый смех. Кимми упала. Тени из медальона закружились вокруг нее. А на зеркале вдруг появились десятки горящих огнем знаков.