Как (не) забеременеть от зятя
- -
- 100%
- +
– Я так и думал… – сказал один из ребят, и кивнул головой второму. Тот ловко подскочил к Алику, охватил его руками как бревно, а его напарник ослепил Алику ртом куском серебристого армированного скотча, потом он достал из-под полы резиновую дубинку и от всей души зарядил им Алику по заднице.
Алик застонал и выгнулся от боли. В этот момент парень увидел в Аликовом кармане смартфон и ловко, без объяснений отобрал его.
– Ну, придурки, идешь? Или еще раз тебя шваркнуть?
Алик быстро-быстро закивал головой, показывая полную боевую готовность. "Они не смогут так меня отсюда вывести – охрана их обязательно остановит!”
Будто прочитав его мысли, парень, стоявший справа от Алика высыпал на кровать из черного полиэтиленового мешка, который они явно принесли с собой, дидморозовские лахи: длинный красный кафтан, шапку, варежки, мешок и бороду.
– Надевай это, а свою куртку и портфель брось в тот красный мешок! – закомандовал парень. И Алику не оставалось ничего, кроме как подчиниться.
Через минуту посреди номера стоял настоящий Дед мороз с мешком и нарядной белой бородой, которая напрочь спрятала под собой серебристый скотч на рту.
– Красава!– весело оценил внешний вид Алика парень, стоявший слева, – Ну ведь, пойдем. И без глупостей-дубинка у меня наготове!
Ребята пропустили вперед Соню, а самы пошли по сторонам от Алика-дидамороза.
В холле никто не обратил на них никакого внимания – на дворе же двадцать восьмое декабря. Они вышли на улицу, обошли гостиницу, и остановились у большого черного “Эскалейда”, припаркованного за елками. Ребята открыли багажник и быстро запихнули туда Алика вместе с мешком, а сами, вместе с Соней, уселись в салон. Машина тронулась.
Алик затерялся во времени и пространстве. Ему казалось, будто они уезжают уже целую вечность. Единственное, что утешало Алика – у “Эскалейда” был огромный багажник, а значит он не должен был задохнуться. Правда там было довольно холодно, но как раз тогда, когда Алик начал стучать зубами от холода, машина остановилась и багажник открыли. Алик на четвереньках вылез на волю, щурясь от яркого дневного света. Машина стояла у черного хода большого трехэтажного особняка, окруженного высоченным глухим забором, за которым молчаливо зеленел сосновый лес.
Долго разглядывать по сторонам Алику не дали, и без лишних слов толкнули в дверь черного хода за которой оказалась лестница, ведущая в подвальное помещение с толстой железной дверью и зарешеченным окошком. Под потолком висела не очень яркая лампочка, но и ее Света Алику хватило, чтобы от ужаса у него подогнулись ноги. Но ребята не дали ему упасть. Они подхватили Алика, прислонили спиной к железной опорной колонне посреди комнаты, а руки завели за колонну и связали. После этого один из ребят ушел.
Алик уже не мог упасть, и только с ужасом смотрел на ужасный инструментарий, лежавший на металлическом столике прямо перед ним: скальпель, хирургический зажим, нитки с иглой, шприц, какая-то ампула, резиновые перчатки, вата, бутылка с дезинфектором … все плыло перед глазами, тошнота подступила к горлу и из глаз предательски покатились слезы…
– Не рюмсай, я тебе укольчик сделаю и будет не больно…– похлопал его по плечу парень, подсунув Алику под ноги немалый эмалированный таз. Затем он подтащил ближе к столбу высокую тумбочку из белого дсп и приладил на ней к штативу свой смартфон.
– Надо сделать для шефа видеоотчет.– по деловому пояснил он.
В этот момент на дворе сработала сигнализация, а потом мужской голос начал звать кого-то по-имени: “Руслан! Руслан!"Видимо Русланом звали парня, который возился возле Алика, потому что он недовольно выругался, и побежал по лестнице наверх.
Алик напряг все свои мышцы, в надежде почувствовать хотя бы какое-то место, где веревки завязаны не очень крепко, и с радостью понял, что приложив усилия может извлечь из веревки одну руку. Что он и сделал. Освобожденной рукой Алик сощурил ненавистную бороду и скотч и потянулся к мобильному на тумбочке. К счастью смартфон оказался как раз на расстоянии вытянутой руки и не был заблокирован, потому что камера была включена, и стояла на паузе.
Среди десятков номеров которые Алик знал на память, в этот момент у него в голове всплыл номер и имя единственного человека, к которому он мог обратиться, и который действительно мог помочь ему в самой сложной ситуации. Он быстро набрал знакомые цифры и нажал вызов. Долго никто не брал трубку, но наконец он услышал на том конце такой родной и спасительный голос:
– Слушаю вас…
– Кира!!! Кира!!! – заверещал он в трубку,– помоги мне, Кира!!!
Глава десятая
В понедельник Кира, как и обещала Сергею, приехала в свой харьковский офис, но не на десятую, а в половине десятого – она собиралась перекинуться парой слов с директором, Валентиной Дмитриевной, по поводу нового зама.
В приемной ее радушно встретила красиво украшенная елочка и секретарша Алина, которая немного отличалась от своей киевской коллеги Алены лишь цветом волос – ничего не скажешь, Кира пристально следила за подбором кадров.
Алина, так же как и Алена, задом втиснулась в кабинет с подносом на котором парил кофе с молоком. Кира улыбнулась. Валентина Дмитриевна перехватила ее взгляд и тоже улыбнулась. Директор была женщиной в теле, но не совсем бесформенной, а скорее наоборот, и на лет пять старше Киры. Ее волосы были закручены на голове в высокую, словно башня, старомодную прическу. Таким же был макияж-яркий и старомодный: с подобающими ресницами, голубыми тенями ненатуральными румянами и толстым слоем пудры. С Кирой они были на “ты”, и вполне могли показаться подружками. Однако, это была в определенной степени иллюзия, ибо субординация на Кирином предприятии была выше, чем любые приятельские отношения.
– Итак, Дмитриевна,– Кира достала сигарету и предложила директорше тоже угоститься из ее пачки, – присмотрелась я тебе классного зама. Не парень – огонь!
– Ой, Киро, дай я тебя обниму!
Директора соскочила с кресла и в обход стола затупилась к Кире. Они обнялись. Когда директор расцепила объятия, плечи Киры оказались присыпанными пудрой. Дмитриевна протупилась на место и обе женщины закурили.
– Не очень радуйся, парень этот-мой зять.
– А что…
– Будущий зять.– исправилась Кира, – но мы это исправим менее чем за месяц.
– А чего такая спешка? – сделала наивный вид Дмитриевна, – дождались бы лета-фрукты, зелень, в платье покрасоваться на улице можно…
– Дай бог, чтобы платье, которое мы сегодня купим, через месяц еще сходилось…
– Аааа… – с пониманием протянула Дмитриевна, и еще больше оживилась,– а кто он, этот твой зятек? Это мне как общественная нагрузка, действительно ли он что-то петляет?
– Конечно же, Петра! У меня тут не богадельня… он у меня в Киеве коммерческим директором даже был!
– А чего же ты его себе в Киеве не оставила?– директор хитро прищурила один глаз и подняла брови.
– Много о себе вообразил… – Кира значимо посмотрела на Дмитриевну и изобразив пальцами “ножницы”, добавила, – пришлось ему крылышки подрезать и разжаловать у зятьки…
Обе захохотали.
– Ты, Кира, крутая, как всегда – раз-два и у зятьки. Выходит, ты дочке его сплавила?
Кира хмыкнула:
– А чего же добру пропадать? Да ты увидишь-сама поймешь. Да и специалист он лихой… у него своя фирма в Донецке была. Я пробила-под сто миллионов оборот был. Это тебе изрядно…
– Да и не говори…
– Но за ним надо следить…
– Так я Алину увольняю?
– Да я не о том! – Кира громко рассмеялась, – за сделками его следи. Кто знает, какие у него схемы могут быть.
В дверь постучали и в кабинет просунулась голова Алины.
– Пришел Сергей Курахов. Пускать?
По неровному дыханию Алины женщины поняли, что на нее гость произвел нешуточное впечатление.
– Валяй, запускай!– Валентина Дмитриевна снисходительно махнула рукой. А уже через мгновение дверь снова распахнулась, и в кабинет вошел Сергей. На нем был синий костюм от “хьюго”, который идеально сидел на его мужественной фигуре. Верхняя пуговица на воротнике голубой рубашки была расстегнута и открывала взорам женщин крепкую шею.
Он сделал несколько шагов и остановился посреди кабинета:
– Здравствуйте!
– Доброго! – почти хором отозвались обе женщины.
Кира немного отъехала на кресле от стола и сделала широкий жест в сторону гостя:
– Знакомьтесь, Валентина Дмитриевна, это-Сергей Курахов, специалист по логистике и по совместительству мой будущий зять. Итак, прошу любить, но не баловать.
Валентина Дмитриевна расплылась в приторной улыбке:
– Ооочень приятно, Сережа … как отчество?
– Павлович…
Директор выскользнула из-за стола и затупилась к Сергею. Она твердо, по-мужски, пожала ему руку.
– Очень приятно, Сергей Павлович, Кира Леонидовна мне вас тут отрекомендовала уже, поэтому я уверена, что мы с вами поработаем.
– Так собеседования не будет?– немного разочарованно спросил Сергей.
– Нет, я уже знаю твой уровень, и в курс дел тебе входить не надо. Итак, ты можешь прямо сейчас браться за работу. Валентина Дмитриевна покажет тебе рабочее место, а возможно и выделит и кабинет – все зависит от того, насколько ты ей пристанешь по душе.
– Сейчас пойдете в отдел кадров и напишете заявление.– Валентина Дмитриевна похлопала Сергея по плечу, – попросите секретаршу, чтобы она показала, где у нас кадры.
Сергей вышел. Женщины переглянулись. Валентина Дмитриевна подняла вверх большой палец:
– Парень-во! Ставлю лайк.
Кира криво улыбнулась:
– Не забывай, что я тебе сказала – бдить! Ну, бывай, мне сейчас к дочери в больницу надо. Заберу ее покататься. Надо платье выбрать, ресторан…
– Карина на хранении?– немного обеспокоенно спросила директор.
– Так. Но с ней все будет в порядке.
– А на Новый год ее из больницы отпустят?
– Не знаю… как по мне-пусть в больнице побудет. Нам сейчас ребенка родить, свадьбу отбыть… а Новый год-то каждый год бывает…
– Ну, как знаешь. В любом случае – удачи тебе!
Женщины обнялись, и Кира вышла из кабинета. Она медленно шла по коридорам офиса, разглядывая вокруг хозяйским глазом: все здесь-плод кропотливого труда Киры и ее отца… " а все начиналось лишь с нескольких стареньких вагонов…”
В сумочке зателялся телефон. Кира не спеша огляделась в поисках укромного места для разговора. Она заглянула в одну дверь, в другую – везде работали люди. Наконец она зашла в небольшой, но совершенно пустой конференц зал, прошла в самый отдаленный угол, уселась в кресло и вытащила телефон::
– Слушаю вас…
– Кира!!! Кира!!! – заверещал в трубку Алик, – помоги мне, Кира!!!
– Да не визги так… – Кира отняла трубку от уха, – что случилось, Алик?
– Меня похитили, Киро! Слышишь?! Вы-кра-ли! И сейчас будут пытать!!!
– Не визги же так, говорю … Кто тебя похитил, Алика? Для чего?!
– Потому что меня … потому что я вляпался, Киро! Я так вляпался! Но я же не знал, слышишь, я не знал, что это дочь самого Кушнира! Она сама меня затащила в гостиницу! Слышишь? Сама! А там те ребята…
– Аааа… так ты опять за свое взялся? Да еще и с дочерью Кушнира… ты, Алика, настоящий идиот.
– Да, я идиот, я действительно, идиот, Киро! Но помоги, Киро, умоляю помоги мне! Я клянусь … слышишь? Клянусь! Более никогда в жизни… пожалуйста, Киро, помоги мне!
– Ты там сам? Чей это телефон?
– Руслана телефон, Руслана – того парня, что меня … он куда-то на гору пошел, небось сейчас вернется… Ой! Киро! Он возвращается! Что делать?!
– Дай ему трубку, и скажи, что твоя женщина звонит, что она Кушнира знает и сейчас с ним договорится..
Алик так и сделал. Дрожащей рукой он протянул Руслану трубку:
– Умоляю, поговорите с моей женщиной – она господина Кушнира знает и сейчас с ним договорится…
Руслан мрачно взял трубку –
– говорите!
Еще раз посмотрев на Алика, он медленно развернулся и пошел по лестнице наверх.
Алику показалось, что его не было целую вечность. Но минут через двадцать Руслан вернулся.
– Повезло тебе сегодня…
С этими словами он снова заклеил Алику рот скотчем и разв'зал его:
– Надевай бороду, шапку и топай за мной…
Алик впопыхах натянул бороду и шапку и побежал за Русланом. Наверху Руслан уже ждал его у открытого багажника:
– Лезь!
Алик быстро фыркнул внутрь. Руслан и второй парень уселись в машину и выехали со двора. На этот раз поездка пролетела для Алика как одно мгновение.
"Эскалейд" подъехал к служебному входу горсовета и остановился. Алика вытащили из багажника завели внутрь здания и потащили за руку, словно непослушного школьника, по темным коридорам. Они то спускались, то взбирались по широкой лестнице, проходили в одни, а выходили в другие двери, пока не пришли к огромным двустворчатым дубовым дверям с латунной табличкой “Аркадий Семенович Кушнир. Приемная”. Из-за колонны рядом вышла Кира. Она словно сошла с картины “незнакомка”: черная норковая шуба и элегантная норковая шляпка с черной вуалью, черная замшевая сумочка и такие же полуботинки. "Боже, какой же я идиот …" – нахмурился Алик. Он опустил глаза и кивнул Кире, потому что рот его до сих пор был залеплен скотчем. Кира вежливо поздоровалась с ребятами:
– Поздравляю, господа! Кто из вас Руслан?
Руслан подошел к Кире. Она придирчиво взглянула на него:
– Пойдем, Аркадий Семенович ждет.
Кира с Русланом скрылись за дверью, а второй парень остался охранять Алика.
Алику уже не было страшно, и он смело разглядывал колонны и лепнину под потолком.
В приемной не было никого, и Кира с Русланом прошли в кабинет Кушнира. Там тоже не было ни души.
И в этом не было ничего удивительного, потому что господин Кушнир, вместе с дочерью Соней, женой Аллой и кучей других родственников уже неделю как катался на лыжах где-то в Швейцарии. Но это, казалось, нисколько не расстроило визитеров. Они уселись в торце длиннющего стола для заседаний, Кира открыла сумочку, вытащила конверт и протянула его Руслану:
– Благодарю вас, ребята, получилось просто замечательно!
– И вам спасибо, Киро Леонидовна, мы еще никогда так не веселились!
Руслан засунул руку в карман пиджака пошарил там с минуту, и вытащил черную пластиковую флешку:
– Вот, еще флешка с фотками из гостиницы…
– О, еще раз спасибо!
Кира бросила флешку в сумочку, и посмотрела на часов:
– Надо еще минут десять здесь посидеть. Для убедительности.
Руслан принес большую хрустальную пепельницу и они молча закурили. Незаметно бежали минуты. Кира потушила окурок, встала и пошла к двери. Руслан тоже встал и направился за ней. Они вновь прошли через пустую приемную, потом вышли в коридор.
– Поздравляю, Дед мороз, он же Алик, он же Дон Жупан. Ты-свободен.
Ребята захохотали, отдали Алику его телефон и мешок и ушли прочь, оставив Киру с Аликом в одиночестве. Кира взяла Алика за руку:
– Пойдем, герой-любовник…
Они вышли на улицу. Смеркало, огни на елке уже запылали яркими звездочками, с мрачного неба трусил легкий снежок. Алик залез под бороду и оторвал скотч:
– Благодарю тебя, Киро. Если бы не ты, меня бы сегодня…
– Оставь, Алика, что было, то было… надеюсь…
– А как ты уговорила Кушнира? Он так желал моей крови, но все же отпустил…
– Ну, если тебе интересно, то уговорить его было не просто… кроме физической расправы, он хотел, чтобы тебя вышвырнули из Университета. Навсегда. Без права обновления и без права заниматься преподавательской деятельностью где угодно…
– И что же ты ему сказала?
– Я сказала, что скандал может выйти из-под контроля, ведь там фигурирует его дочь, и далеко не в выгодном свете. О ее похождениях очень быстро будет знать не только Универ, но и весь Харьков, потому что они же собирались отрезать тебе только яйца, а не язык…
Алик нервно глотнул воздуха.
– А еще я предложила ему помощь в одном гешефте… ну то такое… тебе не обязательно об этом знать.
– А ты сказала ему, что ты моя жена? … бывшая жена…
Кира с укором посмотрела ему в глаза:
– А как ты думаешь?
Алик понурился. А Кира продолжила:
– Конечно же нет. Мне стыдно было об этом говорить… как, собственно и о том, что мы с тобой вскоре ждем рождения внука…
Они стояли рядом-элегантная Кира с гордо поднятой головой и угрюмый Дед мороз Алик. Оба думали о своем: Кира – об удачно проведенном новогоднем спектакле с укрощением Алика (о фотках она, кстати, пока решила молчать, оставив их как запасной козырь); Алик-о своих маленьких сыновьях, которых он сегодня снова пытался предать с первой попавшейся студенткой.
Кира прервала долгую паузу. Она уже достигла всех желаемых эффектов, по крайней мере ей так казалось, и решила утешить подавленного Алика.
– Слышь, Алика, у меня есть замечательная идея: ты сейчас в этом шикарном костюме поедешь к своим карапузам и Ольке и пригласишь их к нам, вернее ко мне, на празднование Нового года, Карину и Сергея я беру на себя – они тоже придут. Я думала было оставить Карину в больнице, но все же вытащу ее в люди – пусть к детям привыкает и забавляется пока с твоими карапузами. Поэтому, у нас будет веселая новогодняя ночь в семейном кругу! Как тебе?
– Замечательно … действительно замечательно, Киро… но…
– Никаких но!
Кира полезла в сумочку и вытащила пачку двухсотгривневых купюр:
– Вот, держи! Купи елку, украшений, подарки на свой вкус…
– Киро … Послушай … я понимаю, что ты много сделала для меня.– Алик сделал паузу, – Очень много… и я очень благодарен тебе за все, но…
Кира не сводила с него глаз, и с каждым мгновением все больше понимала, что ошиблась и в своих расчетах, и в своих надеждах…
Глава одиннадцатая
Алик на секунду замолчал, собрался с духом и продолжил:
– Я наконец понял, Киро, насколько запутался в своих чувствах и желаниях. Но так не может продолжаться до бесконечности: я решил вернуться к тебе, потому что изменял Ольке; я начал изменять ей с тобой, а сегодня предал и тебе, и Ольке, и снова должен был бы вернуться к тебе, чтобы изменять с тобой Ольке, а иногда-с Олькой тебе, потому что она тоже мне не равнодушна, как и я ей … разве это нормально? Скажи мне, Киро, это нормально? У меня двое замечательных сыновей, и я, наконец, должен остановиться. Ради них. Ради самого себя. Потому что самое худшее в том, что среди своих женщин я потерял самого себя… поэтому извини, Киро… я возвращаюсь к своим сыновьям … к своей семье … к самому себе, в конце концов … …
Как же же хотелось Кире сейчас кричать, умолять, что она тоже ждет ребенка, что она тоже обманутая женщина, что она тоже хочет получить свое семейное счастье и уют в этой жизни… но она понимала, что все это поздно… Кира проиграла эту партию. Проиграла еще позавчера, когда не доверила Алику своей тайны. Потому что настоящие отношения начинаются с доверия … с доверия, которого у них не было видимо никогда…
– Бывай…
Алик не оборачиваясь пошел прочь, и через полминуты его уже не было видно за завесой кружащего снега… слезы катились по Кириным щекам, но никто не видел их за элегантной черной вуалью…
Морозец, начавший подкрадываться Кире под шубу, вывел ее из оцепенения: “Ну что ж.. Любовь прошла … вернемся к плану А … " она сняла перчатку и замерзшими пальцами вытащила из сумочки мобилку:
– Такси? Машину, пожалуйста, от горсовета до первого родильного. Когда будет? Хорошо, спасибо…
В родильном Кира была у четвертой, когда уже совсем стемнело. Она поздоровалась с лекаркой на посту и прошла в Карининую палату. Та была сама.
– Ой, мам, привет! Ты не встретила в коридоре Сергея? Он только что ушел!
– Нет, дорогуша, не встретила. Но я с ним и так виделась сегодня…
– Да! Он говорил. Я очень рада, что ты взяла его к себе. Теперь ты не будешь волноваться, что семейный бизнес попадет в неумелые руки, и не будешь мне упрекать, что я не пошла в логистику. Правда?
Обе рассмеялись.
– Дочка, как ты себя чувствуешь?– Кира положила свою руку в теплую Кирину ладоней.– Сергей меня порядком напугал, когда позвонил в субботу ночью и рассказал как ты обелась…
– Спасибо, хорошо … зачем было тебе звонить? Не понимаю…
– Он о тебе беспокоится. Надо это ценить. Правда о себе он тоже позаботился…
– Что ты имеешь в виду?
– Он договорился еще и за работу, потому что я собиралась сегодня на Киев … что-то он из той своей конторы решил пошиваться. Видимо боится, что они там пронюхали, чей он зять, и могут ему рога скрутить. Конкуренция… – Кира коротко рассмеялась.
– Правда? А я думала ты из-за меня осталась-платье заказать и всякое такое…
– Это он так сказал?
– Эгеж…
– Ну, пожалуй мы друг друга не поняли… будем считать, что я решила совместить приятное с полезным…
– Но что-то ты поздно пришла. Мы уже никуда не успеем … по крайней мере заказать платье.
– Во-первых, у меня были дела в горсовете, а во-вторых – я передумала куда-то ходить с тобой. Тебе сейчас важнее сохранить ребенка. А с платьями и ресторанами можно и не выходя из палаты разобраться.
Кира достала из сумочки планшет и положила на колени Карине:
– Или я не права? Сейчас мы с тобой прикинем, что нам нравится, а потом закажем примерку прямо сюда. Круто я придумала?
– Мам! Дай я тебя обниму! Это действительно отличная идея…
– Ну, с ресторанами по аналогии – посмотрим их фотки, то ли, как там, его… галереи… а потом вызовем их сюда меню составлять и всякое такое… а там – аванс на карту и вперед! Двадцать первый век на дворе, а мы тут ездить будем…
– Нет слов, мама…
– А … чуть не забыла-на Новый год из больницы ни ногой! Поняла?
– Уууу… так нечестно, я думала мы вместе будем встречать…
– Вместе?– Кира сделала удивленное лицо,-я вообще-то только на выходные приехала. Сегодня должна была ехать, но Сергея твоего надо было трудоустроить. Я завтра снова на Киев-кучу дел надо сделать перед отлетом…
– Перед каким таким отлетом???
Карина схватила мать за обе ладони и крулыми от удивления глазами заглянула в Кирины спокойные глаза. Кира пожала плечами и совсем обыденным тоном ответила:
– Да я же послезавтра улетаю. На Майами Новый год буду встречать. А разве я тебе не говорила?
Глава двенадцатая
Карина захлопала глазами:
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.