Я продаюсь. Ты меня купил

– В глаза смотри, сука!

Он не помнил себя таким вообще. Никогда. Ярость часто бушевала внутри в юношеские годы. Но он научился ее подавлять, переводить в разрушительные действия, дающие удовлетворение. Теперь же сдержать ее было просто невозможно. Будоражащий сутки назад запах Ли почти исчез из дома.

– Отвечай! – прорычал Родриго, схватив мадам за волосы и притянув через стол к себе. – Кто он?

– Племянник… мой… – едва смогла выговорить хозяйка борделя, зажмурившись от боли.

Лицо Родриго исказилось до неузнаваемости. Казалось, он вот-вот обернется. Ноздри раздувались, грудь вздымалась от частого дыхания. Несмотря ни на что, он искал Ли по запаху.

Ее не было в доме мадам. И запаха не было. Она где-то шлялась с каким-то мутным племянником. Мозг оборотня взорвался от мгновенно воспроизведенных картинок. Ли едет вместе с другим оборотнем! Да как этот сосунок посмел совершить такое??? Против НЕГО, Родриго!!! Вклинился в мысли хозяйки борделя… А! Вон оно что. Этот самый племянничек не до конца осведомлен с произошедшем. Тем хуже для него… И значит, он не боится… Догадка, поразившая Родриго, заставила его сильнее сжать ладонь, схватившую крашенные волосы мадам.

– Я тебе что сказал, когда уезжал? – тихо спросил предводитель. Казалось, он сейчас не выдержит эту борьбу с собственной яростью. – Ждать, пока я вернусь. А ты что сделала? – оборотень слегка улыбнулся, сверкнув оскалом. – Или ты думаешь, что я ее не найду? – он в голос засмеялся, разжав ладонь, сжимавшую волосы мадам. – Прощай.

Круто развернувшись, он вышел из кабинета. В холле уже никого не было. Это не показалось Родриго странным. Мадам Касад – тертый калач. На несколько шагов отдалившись от дома, не оглядываясь, предводитель стаи кинул через плечо какой-то предмет. Ярость бушевала. Захлестывала. Мешала думать.

– Раз… Два… Три… Четыре… Пять…

Взрыв раздался за спиной Родриго, когда он открыл дверцу своего авто. Спокойно сел за руль. Закрыл глаза и на секунду расслабился. Силы взрыва хватило с лихвой, чтобы уничтожить это заведение похоти. Ярость получила свою жертву. Яркими рыжими всполохами горел публичный дом. Холодным взглядом Родриго осматривал местность – свою территорию. Его собственность. И потому он мог с ней поступать так, как ему заблагорассудится. Уничтожить всех. Против не будет никто – не посмеет. Да и предъявить особо нечего. Сгорел бордель. Неосторожно упавшая сигара, легко воспламеняющиеся стены. Глупые проститутки. Клиенты, расплескавшие в порыве страсти алкоголь. Причин предостаточно. А то, что он там был, не скажет никто из выживших. Мадам Касад об этом лично позаботится, в этом он не сомневался.

Родриго рассмеялся. Пострадавших нет. Он это точно знал, рассчитывая и обдумывая до секунд момент, когда дверь подвала, ведущего в дальний гостевой домик, захлопнется за мадам Касад – последней, желающей избежать трагедии. Она, конечно же, подстраховалась. И хорошо. Построит новый бордель не позже, чем через три месяца. А пока и в гостевых домиках поживут. Как говорится, в тесноте да не в обиде. Придется некоторое время принимать более сговорчивых клиентов, согласных довольствоваться небольшой территорией и скудными условиями. Мадам Касад смирится.