Отвергнутая невеста. (Не) нужная жена

Глава 10. Дракон

– Не кричите вы так! Весь дом перебудите! – послышался голос старой Бэтани.

– Опять переписывать! – рыкнул я, глядя на разбросанные листы. – Ты список всех умерших аристократов принесла?

– Да, – кивнула Бэтани, неся мне целый перечень. – Вот они, покойнички! Тут свежие, тут несвежие!

Я снова открыл альбом, размял плечи и положил перед собой письмо ныне усопшего лорда Кавила. Передо мной стояли копии всех фамильных печатей герцогства.

– Очаровательнейший ребенок, копия отца, – написал я, шумно втягивая воздух.

– Почерк не сильно похож! – произнесла старая служанка, тыча пальцем в округлость буквы.

– Пусть думают, что лорд Кавил напился на радостях! – прорычал я, выводя каждую строчку хвалебной оды ребенку.

– Да кто ж так пишет! – бурчала Бэтани. – Пишите! Только левой рукой! Премилейшее дитя, воспитанное и вежливое… Даже плачет по-особенному, по-аристократическому… Больше этих «усипусек»! В ее движениях чувствуется будущая кроткость, покорность и скромность… Сразу видно, что дитя придерживается высоких моральных принципов. Когда нянька меняет ей пеленки, она кричит, пока ее снова не запеленают. И обязательно добавляйте. Из нее получится отличная супруга. Счастлив будет тот, кому достанется такая невеста! Нужно подчеркивать, что она – копия родителей! Это важно!

Я старательно выводил очередную оду и шлепал печать.

– Когда она уже повзрослеет? – спросил я, выводя каждую строчку, перерисовывая буквы с чужого письма.

– Так она у нас графиня? Баронессам достаточно двадцать шесть страниц, маркизам и графиням – тридцать. Герцогине – не меньше пятидесяти. Так что пишите. И радуйтесь, что у вас не герцогиня! – ворчала Бэтани.

– Может, я ее указом до баронессы понижу? Всё ж писать меньше! – прорычал я.

– Но родилась-то она графиней? Так что писать и так, и так придется! Лучше не отвлекайтесь! Быстрее закончите, быстрее пойдете спать! – ворчала старуха. – Женщины так не пишут! Вы сейчас пишете за баронессу Штраль. Диктую… Ах, я пребываю в восхищении от этого милейшего создания! Я бы обцеловала ее с ног до головы… Настолько она прекрасна! В ней чувствуется утонченная красота матери, которая…

Я засыпал над строчкой, стараясь подражать летящему почерку баронессы и ее вечному восторгу!

Шел третий час ночи. Детство кончилось. Капля зелья состарила чернила. Хотелось выть от отчаяния.

– Не ту, не ту… Вон ту! – всполошилась Бэтани, когда я чуть не прилепил к одной маркизе печать барона. – Ну, теперь у нас юность! Итак, здесь мы восхваляем ее красоту и манеры!

– Восхвалил, – откинулся я в кресле.

– Что? Думаете, всё? Закончилось? А как же стихи? – уперла руки в боки Бэтани. – Всем приличным девушкам посвящают не меньше сорока стихотворений! Причем стихи проверяют в первую очередь… Чтобы не было совпадений! Или вы думаете, что поэтам запросто так деньги платят? Должны быть тайные воздыхатели. Поэтому стихи пишутся с инициалами. Но без имени поэта.

– Стихи… – простонал я, чувствуя, что сдаюсь. – Ладно… Ты как роза… эм…

– Ну… развивайте мысль, – подбадривала старушка. – Не очень талантливые поэты стоят дешевле талантливых! И это минус для девушки! Обязательно подчеркивайте, что вместе вам не быть… Иначе подумают, что вместе вы уже были… Что кому-то повезет больше, чем несчастному поэту.

Я уже перехотел жениться вообще. Свечка сгорела почти полностью, капая воском на разбросанные бумаги.

– Начинать надо издали и туманно… Что-то вроде… Развивайте тему! Итак, начали… Я вас увидел у кареты… – начала Бэтани.

– Потом представил вас раздетой, потом вас мысленно одел. И больше вас не захотел! – усмехнулся я, а перо поставило кляксу. Я был злым и уставшим.

– Я вас увидел у кареты, вы… – намекала Бэтани.

– Вы в шляпку модную одеты? – спросил я, уныло глядя на строчку черновика. О, лучше бы я и дальше писал оды прекрасному ребенку!

– Ни в коем случае! А то вдруг и правда подумают, что она голой из кареты вышла! Я вас увидел у кареты…

– В лучах изысканного света… – проворчал я, подпирая щеку.

– О! Слышите! Это поэт в вас зевает! – усмехнулась старуха. – Потом про ее красоту и про то, что вместе вам не быть! И дальше по шаблону! Где увидел, что подумал, сравнил с чем-то прекрасным, влюбился, осознал, что вместе быть не суждено. Вот и вся наука! Вперед!

– Я вас увидел у кареты, в лучах изысканного света… – писал я, пытаясь придумать, что дальше. – Вы были словно из мечты, явленье чистой красоты…

– О! Отлично! Записывайте быстрее, а то забудем! – всполошилась Бэтани.

– Я уже забыл, – зевнул я. – Я вас увидел у кареты… В лучах изысканного света, вы… вспомнил! Были словно из мечты, явленье чистой красоты. Но нам не суждено быть вместе! Судьба чужой вам стать невестой… Но я влюбился без оглядки…

– Ну вот! Почти отлично! – согласилась Бэтани. – Вам заплатили бы пять золотых!

– Давай поедем мы на бл… – продолжил я, в старуха выдохнула, услышав неприличное слово. – Я не могу так! Я же сказал, что я не поэт!

– А вы поднатужьтесь! – спорила со мной служанка. – Помните, она – приличная девушка! Пишите! Теперь я ваш весь, без остатка!

Я записал.

– Фух! – выдохнула Бэтани, падая в кресло. – Одно закончили. Осталось еще тридцать девять.

Я стал хитрее и опытней уже на втором стихотворении… Я стал выписывать рифмы в столбик. Мне очень нравилось слово «женой» и «жена». С ним рифмовалось огромное количество слов. «Не суждено вам быть со мной, вы будете чужой женой…»

– Пишите, пока не забыла! – ткнула Бэтани. Я приготовился.

Старуха поморщилась.

– Всё, забыла, – выдохнула она. – Там что-то было про судьбу-злодейку… Не помню уже…

Я снова встряхнул листочек с местами встреч.

– Я вас увидел на балконе, – начал я, поглядывая на косые строчки. – Меня скукожило в поклоне…

– Слово «скукожило» уберите! – вздохнула Бэтани. – Слушайте. Идите-ка в библиотеку. Берите томики стихов, будем вдохновляться!

Глава 11

Я подошла к двери, опасливо приоткрывая ее. Старинное поместье было наполнено тишиной. Изредка в ней раздавались странные шорохи, которые можно списать на сквозняки, мышиный «тык-дык» и ветер. Когда я ночевала первую ночь в этом мире, я наложила кирпичей на всю Китайскую стену, когда ветер впервые задул в камин.

Я еще раз осмотрелась и вышла, прикрывая за собой дверь. Честно сказать, я готова была в любой момент дать деру в комнату, но коридор казался пустым. Я осторожно направилась по нему, глядя на скорбные лица на портретах. Были ли это просто картины или портреты семьи, я не знала.

Коридор сворачивал за угол, а я вышла к лестнице, как вдруг увидела силуэт. Темный силуэт стоял внизу. Казалось, на нем был плащ. Лица его видно не было. Казалось, что на нем темная маска.

Недоверчиво глядя на силуэт, я сначала подумала, что это статуя. Но когда статуя зашевелилась, вместе с ней зашевелились волосы у меня на голове.

– Тише, – прошептала я себе. – Это может быть кто-то из слуг. Мало ли, вдруг по ночам они играют в ролевые игры?

Мысль немного меня приободрила.

– А вы почему не спите? У вас что-то случилось? – спросила я, решив напасть на незнакомца раньше, чем мужество снова сойдет на нет.

Но мне не ответили. Я решила, что это не мое дело, поэтому постаралась развернуться и направиться в комнату. Неокрепшей после столь сильного разочарования нервной системе этого показалось вполне достаточно.

Я направилась в коридор, как вдруг увидела тот же самый силуэт, но уже перед собой.

На всякий случай я глянула вниз. Мало ли, бывают близнецы?

– Вы что от меня хотите? – услышала я свой довольно напряженный голос.

Я сделала шаг назад, но мне не ответили. Незнакомец хранил молчание.

– Раз ничего, тогда я пойду, – произнесла я, но не ему, а словно напоминая себе, что пора делать ноги.

Почему меня не предупредили, что даже призраки здесь невежливые!

В этот момент он попытался схватить меня за руку. Я как бы завизжала, а как бы нет. Рука его была в перчатке, но при этом я чувствовала холод.

Он потянул меня на себя, а я дернулась в противоположную сторону. Я схватила вазу, которая стояла на столике, и ударила его наотмашь. Ваза словно прошла сквозь него и разлетелась вдребезги о стену.

Секунды мне хватило, чтобы броситься бежать по коридору куда глаза глядят. Для себя я решила, что если вдруг увижу хоть где-нибудь свет, я сразу туда! И не важно, что там может быть леди Кэтрин. Сейчас я была рада любому, кто спасет меня от привидения.

– Опасного! – подсказывало сердце.

Мне что-то казалось, что приличные призраки должны вздыхать, сокрушаться не то о безвременной кончине, не то о поведении своих потомков, являться где-нибудь печальные и таинственные и как бы намекать взглядом: «Ты жив, скотинка? А меня вон с этой лестницы муж спустил, застукав на измене!» или «Ты живой, значит, а я в этом кабинете на уроке опасного макраме, требующего наличие табуретки, закончил свои дни за долги!».

– Помогите! – увидела я свет, как вдруг дверь открылась, и я налетела на кого-то. Книги рассыпались по полу, я чувствовала, как умудрилась плечом войти в дверной косяк и что у меня будет синяк под глазом из-за того, что вошла лицом в стопку книг.

Я подняла глаза и увидела открытую дверь библиотеки и своего будущего мужа!

Глава 12

Он смотрел на меня взглядом: «Ты что тут делаешь?». Сомневаюсь, что он посчитал меня интеллектуалкой, которая без хорошей книжки перед сном испытывает дискомфорт. И поэтому с диким криком бежала в библиотеку посреди ночи. Конечно, сойти за такую интеллектуалку было бы очень лестно, но я решила сказать правду!

– Там… – выдохнула я, показывая дрожащей рукой в сторону пустого коридора. – Призрак… Он… Он гнался за мной…

Взгляд мужа отследил мою руку, не увидев там ничего подозрительного.

– Вы как хотите, – сглотнула я, понимая, что только что послала все правила приличия в одно узкое и грязное отверстие. – Но я спать одна не буду! Можно я буду спать с вами?

Наверное, дракон сам привык склонять женщин к непристойностям. Поэтому, когда женщина начала склонять его, взгляд будущего мужа изменился.

– Будешь. Но только после свадьбы, – заметил он, собирая книги с пола.

– Свадьбы может и не быть! – воскликнула я. – Но призрак есть! И он гнался за мной!

– Мне кажется, – голосом чопорного джентльмена произнес супруг. – Кто-то просто влюбился с первого взгляда и сейчас пытается ускорить события.

В этот момент приличная леди должна почувствовать жгучий, как кайенский перец, стыд.

– Призраку своему скажите! Это он пытается ускорить события, но не я! К тому же я вас не люблю! – выпалила я, снова оглядываясь на таинственный пустой коридор.

– И как выглядел твой… призрак? – спросил муж, поднимая с пола последнюю книгу.

Из моих уст просилось слово «писец»! Но приличная леди никогда не ссылается на обилие пушнины вокруг. Поэтому, проглотив первые неприличные слова, которые лучше всего охарактеризовали бы увиденное, я выдала:

– Черный. Высокий. Он похож на джентльмена, только лицо у него покрыто маской. И глаза горят. Он стоял внизу, а потом резко оказался передо мной… Он попытался меня схватить, но я вырвалась…

Я растерла запястье, которое все еще помнило холод чужого прикосновения.

– Призрак в маске? – спросил будущий муж.

Что-то немного изменилось в его лице. Совсем незначительное. Не то красивые брови чуть-чуть нахмурились. Не то уголок рта опустился.

– Да, – подтвердила я. Но за этим вежливым «да» тянулся целый ворох таких неприличных слов, после которых будет нужен утюг и твердая для удара рука, чтобы изгладить впечатление о себе. Или убрать ненужного свидетеля.

Немного подумав, Розен кивнул.

– Хорошо. Будешь спать в моей комнате.

«Ура! Ура!» – ликовало что-то внутри. «Мы спасены! Спасены!» – орали нервные клетки, которым уже не терпелось вытолкать меня замуж.

Я забыла про боль от случайной встречи с дверью и дверным косяком.

– Я вас провожу, – произнес дракон, но без особой радости.

Мельком я увидела названия книг, которые он нес. «Стихи о любви», «Поэтический сборник сонетов»…

– Сюда, – послышался голос, а он впустил в роскошную комнату. Я немного замялась на пороге, но муж явно не планировал оставаться со мной.

– А вы куда? – спросила я, видя, как он целенаправленно выходит за дверь.

– Соблюдать правила приличия, – усмехнулся он, даже не обернувшись. – Спокойной ночи!

Так, час от часу не легче. Я тут, значит, рискнула остатками репутации, согласилась на такое, после чего дороги обратно уже нет. И он просто ушел?! Я, получается, променяла шило на мыло? Какая разница, в какой комнате лежать и бояться? Я была уверена, что он останется со мной. Или хотя бы посидит, пока я не усну!

Послышался звук, который мне не понравился. В дверном замке провернулся ключ.

– Теперь вы можете спать спокойно, – усмехнулся голос мужа за дверью.

Послышались удаляющиеся шаги.

Делать было нечего, я прошла по мягкому ковру, вдыхая чужой запах.

Поежившись, я отдернула штору, потом задернула ее обратно.

Я улеглась, накрывшись одеялом. Промелькнула мысль, что скоро я буду спать здесь. Я даже не знаю, понравилась она мне или нет. Сейчас мне было все равно.

– Интересно, – прошептала я, пытаясь занять мысли чем-нибудь другим. – А кому он там стихи писать собрался? Причем любовные? Или читать!

Мысли о том, что у него уже есть какая-то дама сердца, меня почему-то обидели. Неужели у него есть любовница? А если… А если это леди Кэтрин?

Глава 13

Была у меня мысль посмотреть документы будущего мужа. Тем более что стол был в соседней комнате. Но я вдруг подумала о том, сколь неловкой будет ситуация, когда меня поймают за несанкционированным обыском.

Мысль о том, что между моим мужем и леди Кэтрин что-то есть или было, я отмела. Не думаю, что между ними есть что-то, иначе бы они вели себя иначе. Наверное…

Я ворочалась, а потом усталость навалилась на меня, раскатала по кровати, а я решила подумать об этом завтра. Или когда-нибудь.

Несколько раз я просыпалась от странных звуков, но тут же ложилась спать, прячась под одеялом. Я искренне надеялась, что призрак больше не появится.

Проснулась я оттого, что кто-то расхаживал по комнате. Я слышала шелест тяжелых штор. Луч света, который я видела мутными глазами, становился все шире, подбираясь к моей груди. Пришлось зажмуриться, когда яркая полоса света ослепила меня.

– Вставайте! – послышался скрипучий и вредный голос Бэтани. – Опоздаете на завтрак!

Организм намекал, что недосып – это опасно для здоровья окружающих. Ворча, как старая бабка, я встала.

Бэтани принесла два платья, а я вздохнула, зевая на все тридцать два зуба.

Чувство было такое, словно с перепоя. Я чувствовала себя унылой, разбитой и весьма мятой. Я решила все-таки надеть платье, подаренное мужем.

Оно сидело на мне вполне неплохо. Не хватало украшений, маленьких безделушек, которые делали образ завершенным. Я подошла к вазе и сорвала несколько цветов, украсив ими прическу. Теперь я выглядела посвежее.

Закончив с туалетом, я вышла в коридор, вдыхая запах старины и пыли.

Сейчас поместье казалось светлым, словно сквозь него насквозь проходил солнечный луч. Ничто не напоминало о событиях вчерашней ночи.

Я шла по коридору, всматриваясь в портреты. Мне почему-то казалось, что вчера я видела кого-то из этих людей. Если отбросить пионеров и пенсионеров, отмести чахоточных красавиц со взглядом: «Сколько еще рожать?», то оставалось не так много кандидатов.

Не то чтобы я хотела вычислить потенциального возмутителя спокойствия, но любопытство – не порок. Я пробегала глазами по портретам, как вдруг остановила взгляд на относительно новом портрете платиновой блондинки. Она смотрела на меня с улыбкой на миленьком личике. Ее волосы были уложены в аккуратную прическу, украшенную маленькими розами – заколками. На шее у нее была кружевная бархотка с круглым медальоном.

– Так-так, – послышался за моей спиной насмешливый голос леди Кэтрин. Я вдохнула, чуя запах ее хрустально-цветочных духов. – Да будет тебе известно, приличные девушки не спят в комнате мужа до брака!

Я повернулась в ее сторону.

– Жаль, что мой отец умер, а не то бы он тоже зашел с туза, – ядовито произнесла я.

Бежевое атласное платье, пышное и многослойное, подчеркивало стройность ее фигуры. Нежное кружево напоминало пену на шампанском, а нитка жемчуга, многократно обвивающая белую стройную шею, кокетливо пряталась в корсет.

– Как остроумно! – раздраженно и ядовито заметила леди Кэтрин, гордо вскинув головку. – А я вижу, что ты нашла свою предшественницу. Познакомься. Предыдущая невеста старшего герцога. Жаль бедняжку! Умерла буквально за пару дней до своей свадьбы. Ее кто-то задушил в ее покоях… А до этого она жаловалась всем, что ее преследует призрак.

– А ты откуда это знаешь? – спросила я, глядя на леди Кэтрин.

– Мне Аскель рассказал. Он очень беспокоился, что я тоже увижу призрака, – заметила леди Кэтрин, разглядывая портрет. – Но я его не видела… Это означает то, что дом меня принял!

Я смотрела на леди Кэтрин, которая с усмешкой рассматривала портрет.

– Если увидишь призрака, кричи громче, чтобы я успела заказать траурный наряд, – шепнула леди Кэтрин. – До встречи на завтраке!

Она направилась в сторону столовой, подметая юбкой пол.

Я последовала за ней. Волнение, охватившее меня, чувствовалось в каждом движении. Рассеянно я вошла в столовую, наполненную дневным светом. Пришлось немного приспустить шторы, чтобы он не слепил собравшихся. Старая Бэтани раскладывала приборы, ворча что-то себе под нос.

Аскель тут же бросился отодвигать мой стул. Леди Кэтрин сузила глаза, глядя на то, как я присела и вежливо поблагодарила Аскеля.

Потом он подошел к жене и тоже усадил ее за стол. Розена не было. Часы над камином показывали одиннадцать часов дня.

Глава 14

Дверь открылась, а я увидела злобное и сонное существо, которое по некоторым признакам напоминало моего будущего мужа.

– Сегодня у меня мало достоинств. У меня одни «недоспатки»! Сразу предупреждаю, чтобы потом не было обидно! – фыркнул дракон, приземляясь рядом. Глядя на хмурые брови и мятый вид, правила этикета решили быть не правилами, а, скорее, рекомендациями.

– Я вспомнила про альбом, о котором вы вчера говорили, – заметила как бы невзначай леди Кэтрин. Я только успела открыть рот, чтобы спросить про призрака. Ведь одно дело, когда об этом говорит леди Кэтрин, а другое, когда об этом заявляет будущий муж.

– Леди Кэтрин! – усмехнулся дракон, глядя на нее сонным и недобрым взглядом. – Вы что? Собираетесь жениться на моей невесте? Раз вы так интересуетесь ее альбомом?

– Нет, но я забочусь о своих сестрах, – чопорно заметила леди Кэтрин. – Если вдруг так получится, что вы женились на недостойной девушке, мой брак обесценится в глазах общества. И обесценятся мои младшие сестры.

В глазах дракона было сначала удивление, словно напротив него сидит привидение и жонглирует пирожными. Потом он заржал. Так, что даже стекла задрожали.

– Бесценная моя, – просмеявшись выдал он. – Обесценить ваш брак?

– Брат, не надо! – дернулся Аскель, бледнея.

– Дамочка, сильнее обесценить уже невозможно! – заметил Розен, все еще посмеиваясь. – Вас проиграли в карты! Ваш муж – мот и кутила. У него была невеста, которую он бросил! И об этом знают все! И вы с этой невестой живете под одной крышей, поскольку у вас нет средств для покупки собственного поместья. А их у вас нет, потому что каждый месяц вашему брату выделяется немалая сумма денег. Но сейчас все уходит на погашение его долгов!

Что-то мне уже про призрака спрашивать перехотелось.

– Однако, я требую альбом! – горделиво произнесла леди Кэтрин. Как-будто она что-то знала. Ну, в столице распространяются быстро слухи и тараканы. Из чего следует вывод, что тараканы еще те сплетники!

– Чтобы прикрыть обложкой альбома позор старого платья, которое вы уже второй раз надеваете в свет? Что ж, почему бы и нет! – заметил Розен. – Я вас прекрасно помню на балу два года назад. Вы были в нем же. Только розочек было побольше. И кружево поменяли.

Леди Кэтрин застыла, словно у нее появилась какая-то надежда. Ее лицо вдруг приобрело скромное и слегка смущенное выражение.

– Бэтани, принеси альбом! Иначе она не успокоится! – махнул рукой дракон. Я сидела и молча ела, пока ворчливая Бэтани пошла к двери, вспоминая покойную матушку драконов с просьбой присоединиться к ней, чтобы отдохнуть.

Через пару минут тишины я услышала ворчливые шаги. Роскошный, украшенный драгоценностями альбом Бэтани внесла в столовую.

– Шлепни его перед леди Кэтрин, – мрачно произнес дракон.

Я была удивлена не меньше, чем Кэтрин, у которой от приземления альбома даже тарелка с мясом и салатом подпрыгнула.

Это был не мой альбом!

Недоверчивая леди Кэтрин листала его, поглядывая то на меня, то на моего будущего мужа.

– Стихи, конечно, слабоваты, – заметила она со вздохом. И тут я увидела, как в руках будущего мужа гнется фамильная вилка. – Я вас увидел на балу, и небу я вознес хвалу. Вы красотой всех покорили. Но слов любви не говорили… Какой-то слабенький поэт попался. Наверняка малоизвестный… Сразу видно, что стихи какие-то неискренние…

И тут до меня дошло. Согнутая вилка на салфетке, внезапно появившийся альбом, сопровождаемый кругами под глазами мужа, стопки книг со стихами о любви. Догадка показалась мне сумасшедшей. Но я промолчала.

– Не знаю, я бы эти стихи сразу забраковала! Знаете, мне каждый день присылали стихи, и я выбирала лучшие для своего альбома! А тут, видимо, выбора не было… Ну что ж, благодарю. Теперь я спокойна за вас, – заметила елейным голосом леди Кэтрин, а Бэтани, стоявшая у нее над душой, забрала альбом и унесла обратно.

Я смотрела на Аскеля. Он-то видел мой настоящий альбом. Но сейчас он молчал, скрывая тайну. За это я была ему очень благодарна.

– Свадьба будет через три дня, – произнес Розен. – Я уже разослал приглашения…

– Приглашения? – удивился Аскель. – Ты что? Хочешь нарушить семейную традицию на скромные тихие свадьбы и пригласить гостей?

– А кто мне запретит? – удивился Розен. – Так что свадьба будет с гостями и балом. Кто виноват, Аскель, что ты и балом не вышел!

Я немного покосилась на мужа.

– Я говорю, что балом ты в высший свет не вышел, – заметил Розен. – Но мне никто не запретит. Так что вы тоже приглашены.

Я покончила с едой и смотрела на Аскеля. Внутри было желание отомстить за несбывшиеся надежды, уязвленную гордость, за чувства, которые я испытывала к нему. Мне казалось, что он до сих пор уверен, что я все еще люблю его. А я не знала, что я чувствую к нему. Пока что все застилала обида, которая черной тучей висела перед глазами.

Я вежливо встала, Аскель бросился отодвигать мой стул, но мой будущий муж опередил его, глазами указывая ему на место.

Выйдя из столовой я почувствовала некоторое облегчение. Все вокруг менялось так стремительно, что я только сейчас осознала, что пути назад у меня нет.

Я не могла осознать, правильно ли я поступаю, согласившись на этот брак. Три дня… Через три дня я стану женой Розена.

Чувство реальности вернулось ко мне, когда я услышала, что из столовой выходит будущий муж.

– Я хотела бы поговорить с вами о призраке, – начала я. – Он ведь существует? Не так ли?

– Не забивай свою голову ерундой, – произнес Розен уставшим голосом. Он просто отмахнулся от меня, а я поняла, что время и место не сильно располагают.

– Тогда я хотела сказать вам спасибо за альбом, – произнесла я, видя, как муж остановился. – Это чудесные стихи. Лучшие из тех, которые я слышала.

Розен обернулся, а я поспешила отойти подальше от прикрытой двери столовой. Я смотрела на его лицо. Мне действительно хотелось сказать ему что-то приятное, но в то же время я чувствовала себя как-то неуютно.

– И что же я буду иметь за свое бескорыстие? – усмехнулся дракон, глядя на меня уставшими глазами. – А с чего это ты решила поговорить?

– Мне просто хотелось узнать вас получше перед свадьбой, – усмехнулась я без особой радости.

– Рискованная затея, – ответил муж. – Боюсь, узнав меня получше, свадьбы может и не быть! Ладно, до вечера меня не беспокоить.