Абраэль. Потерянный ангел

Глава 1.

Абраэль – самый старший и главный демон-инкуб, обходил территорию замка Семинор, прогуливаясь и, заодно, высматривая лазутчиков. Его длинные, доходящие до локтей, светло-русые волосы развевались от легкого ветра, открывая овальное лицо с мягкими чертами. Серые глаза под светлыми бровями зорко улавливали всякое движение. Прямой аккуратный нос был чутким, а его красивой формы губы бледно-розового цвета так и просились на грех. На шее, на длинной цепочке, висел медальон, потемневший от времени. Демон был статным, с военной выправкой, двигался он уверенно и гордо, немного расправив крылья кирпичного цвета с множеством узоров,будто начертанных раскалённой лавой, слегка выпуклых, похожих на шрамы. Он был одет в жилет из красной кожи, не предполагавший застёжек, открывавший гладкий мускулистый торс. Рельефы тела были выражены не ярко, в целом, он был изящно сложен. На брюках с низкой талией, из такой же красной кожи, как и жилет, красовался широкий черный ремень с квадратной пряжкой-защёлкой из бронзы. Обуви на нём не было – инкубам она только мешала, так как им требовалось тихо передвигаться и очень часто приходилось снимать брюки.

Его взгляд привлекла высокая черная фигура в доспехах, стоящая в пяти метрах от невидимой границы. За плечами развевалась ярко-красная мантия, а из глаз черной фигуры шел пронзительно-яркий свет, из-за которого трудно было рассмотреть всё остальное. Абраэль подошёл к самому краю защитного барьера и обратился к посетителю:

– Я приветствую тебя, Принц Востока! Зачем пожаловал в наши негостеприимные владения?

– Скажи, Абраэль, могут ли твои инкубы дать потомство? – спросил демон низким раскатистым голосом.

Инкуб ожидал всего, чего угодно от Люцифера, но не подобного вопроса. Демоны обычно губят жизни, а не создают их.

– С каких это пор Тьма интересуется вопросами репродуктивности? – прищурился Абраэль, скрестив мускулистые руки на груди.

– Отвечай, – спокойно, но требовательно сказал Люцифер.

– Нет, они не могут иметь детей, иначе на земле не осталось бы ни одного чистокровного человека, – усмехнулся инкуб, подумав о том, сколько женщин он поимел за свою долгую жизнь, и сколько всего демонов, подобных ему. А их было около тысячи.

– Абраэль, – вкрадчиво обратился к нему демон, – а хотел ли бы ты уподобиться Творцу?

– Ну, нет, можешь играть в свои игры с кем угодно, но только не со мной, – инкуб понял, к чему клонил Тёмный Принц – он намекал на его ангельское происхождение и связанные с ним способности, которые каким-то образом сохранились после его падения. Он всё ещё мог способствовать зарождению жизни.

– Я настаиваю, и точно знаю, что твои ангельские способности при тебе, хоть ты и пал.

Абраэль приложил кулак к губам, задумавшись. Через несколько мгновений он уточнил:

– Ты хочешь, чтобы я сделал своих инкубов способными к зачатию?

– Именно так, Абраэль. И заметь, не я это сказал, – в низком голосе Люцифера проскользнула нотка иронии.

– Я не стану этого делать. К тому же, насколько я знаю, у тебя уже есть два инкуба в твоём подчинении, – на этот раз уже Абраэль пошёл в атаку, – те дети, которых явили две суккубы от человека. Почему бы тебе не воспользоваться ими и не унижаться, прося меня о таких вещах?

– Это тебя не касается, Абраэль. Если, конечно, ты хочешь и дальше видеть свой народ независимым, – с угрозой в голосе предупредил демон и почти незаметно сжал кулак в металлической перчатке, отчего она издала противный скрежущий звук, от которого инкуба внутри передёрнуло, но вида он не подал.

– Если я выполню твоё желание, что ты можешь предложить мне в качестве награды?

– Можешь просить у меня что угодно, – ласково пропел Люцифер, – ты же знаешь, моё слово далеко не последнее в хитросплетениях Судьбы и мироздании в целом.

– Дай мне время на размышление, – сдался Абраэль и завёл назад свои длинные белокурые волосы.

– Один день. – Немного помолчав, демон добавил, – Один день думай, если ты не дашь мне ответ, за тебя ответит Самаэль.

Абраэль от души рассмеялся, отчего даже затрепетали его огромные крылья, пустив яркие символы в пляс:

– Ты многое пропустил, Принц. Я уже давно не подчиняюсь Самаэлю, причём настолько давно, что даже не помню, когда последний раз я исполнял его волю.

– Я знаю, – загадочно ответил Люцифер и испарился, будто его и не было.

Абраэль резко взмыл в воздух и залетел в окно замка. Он попал в центральный зал, для приёма гостей, хоть их визиты были исключительно редки. Инкубы старались никого не приводить в своё логово, только если в качестве пищи. Абраэль очень дорожил этим замком, домом, как он его называл. Высокие потолки дарили чувство некоторой свободы и простора, которых ему так не хватало многие годы. Хоть стены и были из серого камня, но он постарался всячески их украсить – на стены регулярно наносились гравюры, отражающие историю жителей замка и некоторые особо знаменательные сцены истории мироздания.

Инкуб подошёл к гравюре – одной из самых старых. На ней была отражена его история. Когда-то давно он был ангелом-хранителем. Его подопечная – молодая красивая египетская жрица, ум и талант которой восхищал его, однажды нашла способ связаться с ним по своему желанию. Они тогда о многом поговорили, девушка сразу поняла, кто перед ней и не питала иллюзий. Но это поставило под сомнение всё то, чему её учили. Абраэль влюбился в неё, как и она полюбила своего ангела. В то время он стал одним из приближенных Самаэля, почти его другом. И в тот день, когда Самаэль пал, Абраэля свела с ума страсть к своей подопечной, и он оказался в лоне этой человеческой девушки. А когда самая прекрасная ночь в его жизни закончилась, он осознал, что больше не может вознестись, и Тьма тянет его в Преисподнюю. Будучи обессиленным, он не смог долго сопротивляться и появился в Чёрном дворце прямо перед, сидящим на троне в центре зала, Самаэлем. Ранее белые одежды превратились в грязную мешковину, а теперь уже чёрные крылья были обожжены, остатки перьев тлели, издавая противный запах гари, в просветах между ними виднелась закопчённая кожа. Его русые волосы превратились в иссиня-чёрные, а из глаз исходил мертвенно-зеленоватый свет. Он посмотрел на Абраэля безжизненным взглядом, и сказал:

– Отныне друг, ты – мой советник и слуга.

Абраэль был настолько растерян и не понимал, что произошло, что не посмел сказать ничего против. Так он стал его помощником и слугой. Сам же он обрёл крылья – вместо белоснежных пушистых – перепончатые, кирпичного цвета, как у гигантской летучей мыши, мягкие пёрышки просто осыпались. Все остальные качества в нём сохранились, но добавилось одно новое, очень мешающее обстоятельство – безумное желание в паху, настолько сильное, что порой затмевало разум. Самоудовлетворение не принесло никакого результата, даже наоборот – желание только усилилось, доведя его до крайности. Видя его терзания, Самаэль приказал привести к нему женщину, но глупые черти притащили ему суккуба. Когда они остались наедине, она долго рассматривала его, ощупывала – изучала. А потом рассказала ему о своём виде, чем они питаются и как живут. Обнаружив общие черты, они выяснили, что он теперь такой же, только мужского пола. Так Абраэль стал первым инкубом.

Ему пришлось потратить много времени, чтобы принять свою нынешнюю природу и научиться нормально питаться. Ведь ангелам запрещено было предаваться любовным утехам без цели продолжения рода. В это время Самаэль, всячески пользуясь его безумием, заставлял выполнять его приказы, порой бессмысленные и странные. Так, однажды, ему пришлось «приручить» женщину, которая по его желанию принесла свою дочь в жертву ради того, чтобы доказать свою преданность Абраэлю. Когда мать поняла, что она сотворила, она попросила его оживить дитя, и Абраэль вселился в девочку. Около года он мучал её мать, а затем покинул тело, когда Самаэль снова призвал его.

Несколько сотен лет он служил своему Господину. А когда его рассудок вернулся, он явился к Самаэлю и сказал, что больше не желает служить ему, обвинив того в своём падении. На что Самаэль расхохотался и ответил, что таким образом он помог ему осознать и проявить свою истинную сущность. Что больше не нужно играть в прятки и выглядеть добрым и милым. А если Абраэль этого не ценит, то может катиться на все четыре стороны. Тогда Абраэль ушёл и возвёл замок Семинор, поставил защитный барьер и объявил на всю Преисподнюю о своей независимости. А также о том, что подобные ему демоны-инкубы могут беспрепятственно приходить в этот замок, а пожеланию – считать его своим домом. Вторым инкубом стал Салазар, до этого он был человеком, при жизни ни разу не испытав сексуального удовольствия – он был послушником в монастыре. Но его мечты и мольбы об этом грешном желании реализовались странным образом – после смерти он стал инкубом, чтобы теперь наслаждаться этим вдоволь. Абраэль с радостью принял нового жителя и на его правом крыле появился первый узор – символ, принадлежащий новому инкубу. Со временем, их обитель пополнялась всё новыми и новыми жителями, символы на его крыльях множились, и теперь они уже все чувствовали скорое появление новенького. Падшему ангелу пришлось установить законы и правила, чтобы сохранить мир между ними и не ввязываться в гнилые дела ада. Независимость всем пришлась по вкусу и инкубы сами стали предлагать нововведения, чтобы укрепить их замок и границы.

Абраэль шёл дальше мимо гравюр, размышляя о прошлом и пытаясь предположить дальнейшее развитие событий. «Я, конечно, могу сделать инкубов репродуктивными и попросить у Люцифера билет на небеса, но как он мне его обеспечит?» – Абраэль крутил свой широкий бронзовый браслет с множеством символов, точно таких же, как и на крыльях, вокруг запястья, – «Никак, потому что тогда легионы демонов родятся на земле, и путь обратно будет навсегда закрыт для меня… И что имел ввиду Люцифер, говоря, что за меня ответит Самаэль? Я ему не подчиняюсь, как он сможет меня заставить сделать это?» Его размышления прервал звук приближающихся шагов и хихиканье девушки. Он повернулся к входу и увидел, как Салазар ведёт под ручку очередную жертву.

Он был высок и более крепкого телосложения, чем Абраэль. В падшем ангеле сохранилось изящество, тогда как в этом демоне преобладала грубая мужская сила. Мощные серые крылья не складывались до конца из-за размеров, что давало ему схожести с только что встрепенувшейся крупной птицей. Длинные тёмно-каштановые волосы были заведены назад с помощью косичек, заплетённые на висках, открывая высокий лоб. Брови у переносицы располагались ниже, чем внешние края, правую рассекал небольшой шрам. Голубые глаза, холодного льдистого цвета всегда смотрели ясно и пронзительно, прямой нос, правильной формы губы, немного впалые щёки и высокие скулы с легкой щетиной придавали ему схожесть с индейцами. Ав левом ухе серьга – гладкое кольцо с висящим на нём равносторонним крестом. Одет он был точно также, как и Абраэль, только на его ремне была другая пряжка – гладкий прямоугольник из блестящей стали.

– Салазар! – окликнул его Абраэль, – мне нужно поговорить с тобой. Срочно.

Инкуб открыл противоположную дверь, которая вела в комнату, оборудованную под любовные утехи, или, как называли такие комнаты жители Семинора – обеденные. Салазар завёл туда девушку, шлёпнул по попке и подмигнул, закрыв за ней дверь.

– Я тебя внимательно слушаю, друг, – инкуб был в хорошем расположении духа, – явно что-то случилось, если ты не можешь дождаться окончания моей трапезы.

– Как бы ты отнёсся к тому, что теперь смог бы иметь детей?

– Хэх, – от удивления выдохнул Салазар, – трудный вопрос… Мне кажется, с одной стороны – это было бы прекрасно, возможность иметь семью и детей… Но ведь это невозможно, – пожал плечами инкуб.

– Что невозможно? – уточнил старший.

– Иметь семью, я же не смогу быть верным только одной, да и к тому же – на ком мне жениться? Выбирать жену из Ада? Нет уж, увольте, – поднял ладони вверх инкуб.

– А как же я? Ты мог бы жениться на мне! – послышался звонкий голосок из конца зала.

Демоны одновременно обернулись. Девушка бродила вокруг колонн в конце зала и пальчиком ощупывала гравюры.

– Кто её сюда пустил? – нарочито громко спросил Абраэль.

– Не обращай внимания, всё равно ей больше не выйти отсюда, – шепнул Салазар другу, подмигнув, затем ответил девушке – Конечно, женюсь, милая! Видишь, у нас с тобой даже есть жильё, да какое! Целый замок! И ты можешь всем пользоваться.

– Правда? – округлила глаза девушка, – и мы здесь будем жить одни?

– Не совсем, моя хорошая, – Салазар поспешил затолкать девушку обратно в свою комнату, – я тебе всё объясню чуть позже. Он страстно поцеловал её, так, что у неё подкосились ноги, и ему пришлось подхватить её на руки и уложить на кровать.

– Я скоро вернусь, – игриво пропел ей Салазар и замкнул дверь.

Абраэль уже стоял рядом.

– Если серьёзно, друг, – сказал Салазар и положил руку на плечо Абраэлю, – это станет для меня настоящим адом. Жениться, я, конечно же, не буду, тогда представляешь, сколько у меня будет детей? И зачем они мне? Я уже не смогу приходить к одной и той же женщине, если она будет беременна от меня. Ведь демон, что будет сидеть в ней, не даст мне ни капли её энергии – она нужна ему самому… И я потеряю стабильные источники питания. Нет, это плохая идея, – заверил его инкуб. – Откуда у тебя такие странные мысли?

– Люцифер, – коротко ответил Абраэль.

Салазар присвистнул.

– Этот прохвост явно что-то задумал… – демон изменился в лице, – Абраэль, не иди у него на поводу, ты же знаешь, чем это может обернуться для тебя и всех нас.

– Я знаю, – Абраэль подвёл своего друга к гравюре, на которой была изображена их история с Самаэлем, и указал на изображение, – он пригрозил, что Самаэль даст за меня ответ.

– Нет, такого не может быть, – демон встревожился, – Но всё же, тебе нельзя покидать замок некоторое время, пока всё не утихнет. Я не хочу, чтобы мой старый друг попал в ловушку, подстроенную этими нечистыми.

Абраэль посмотрел на свой браслет, затем тихо сказал ему:

– Пообещай мне, что если со мной что-нибудь случится, ты не дашь Саллосу занять моё место. Он продастся кому угодно ради большего могущества и власти. Я до сих пор не понимаю, как вышло, что такой человек, как он, стал инкубом. Я хочу, чтобы ты стал Главой. Ты больше других этого достоин.

– Я обещаю, друг, – они скрепили уговор крепким рукопожатием, коснувшись локтями, – но постарайся не доводить до этого.

Салазар удалился в комнату, где оставил девушку. Абраэль остался стоять в задумчивости, сложив руки на груди и провожая взглядом друга.

Глава 2.

Самаэль, по своему обыкновению, восседал на троне из костей разных существ, стоящему посреди огромного зала из чёрного блестящего камня.Его красивое лицо с мужественными чертами – прямой греческий нос, слегка выдающийся подбородок и скулы – выражало глубокую задумчивость. Чётко очерченные бледные губы были плотно сжаты. Суровый взгляд из-под прямых бровей источал бледный мертвенно-зеленоватый свет. Длинные иссиня-чёрные волосы были гладкими и доходили почти до пояса. Из-за спины выглядывали пики таких же чёрных крыльев, с синим отливом, формой напоминавшие птичьи головы, с острыми наконечниками. Верхняя часть его тела была обнажённой, открывая взгляду рельефный гладкий торс. Его кожа была бледной, с серым оттенком, а сильные руки заканчивались не длинными, но острыми чёрными когтями. Его нижнюю часть прикрывали остатки чёрного балахона, затянутые на бёдрах в виде длинной юбки, скрывающей ноги.

Чёрно-серые тени медленно маячили вокруг него, пока Самаэль, устремив свой холодный взор в черноту длинного коридора, мысленно перебирал каждую людскую душу в поисках подходящей. Обычно он выискивал запертые в мире людей души, оттого озлобленные или отчаявшиеся. Часто они были привязаны к месту или к предметам, не способные покинуть то, что им было дорого при жизни. Самаэль находил их и отрывал от их скорбной привязанности, забирая в своё подчинение. Но прежде, он старался замучить их или напугать до такой степени, чтобы они стали крушить всё вокруг без разбора и желали только одного – убивать живых существ.

Из глубины коридора показался свет, он становился всё ближе и ярче, и Самаэлю пришлось прервать своё занятие, потому что он знал, кто пожаловал к нему. Послышался скользящий шорох и противный скрежет металла. Самаэль поднялся и расправил свои рваные на концах крылья в приветствии.

– Принц Востока, – демон на долю секунды склонил голову в почтении и сложил крылья, – приветствую тебя в своей скромной обители.

Под «скромной» обителью понимался огромный замок, высеченный в горе из гладкого чёрного камня на границе Ада. Он имел сотни помещений и был разделён на уровни. В самой верхней части обитали горгульи, охраняя подступы к горе и зорко следя, чтобы никто не смог пройти через границу. Этаж ниже был отведён под гостевые и церемониальные комнаты. В нижних этажах когда-то жила прислуга и рабы, а в центральной части – Самаэль. Множество залов были соединены сетью коридоров, образуя своего рода лабиринт. Сейчас же замок был почти заброшен. Самаэль отдал в полное распоряжение горгулий их этаж, с условием, что они не будут ему мешать, а живых слуг он сделал мёртвыми, захватив их души, если они имелись. Его трон был создан как раз из их костей.

– Давненько я о тебе ничего не слышал, Самаэль, – со вздохом заметил Люцифер. – Решил проведать тебя, вдруг ты сгинул?

Самаэль щёлкнул пальцами, его несколько чёрных теней метнулись куда-то за стену и появились вновь за спиной Люцифера, установив шикарное кресло из золота, с кроваво-красной бархатной обивкой и затейливой резьбой по ножкам, подлокотникам и спинке. Демон сел, закинув ступню одной ноги на колено другой, поставив один локоть на подлокотник. После этого Самаэль сел сам:

– Угощения? – Тени вокруг него задрожали и съёжились в жутком ожидании.

– Не стоит, – ответил Люцифер, – ты самый радушный хозяин во всей Преисподней, хоть и самый мрачный.

Самаэль коротко кивнул в благодарность. Шутку Люцифера он оценил, но даже не улыбнулся. Он никогда этого не делал с того момента, как попал сюда. Люцифер продолжил:

– Хочу довести до твоего сведения, что твой слуга – Абраэль, отказался мне помочь.

– Он больше мне не служит.

– Почему же?

– Я отпустил его, – ответил Самаэль, проведя рукой по подлокотнику, – теперь это его право – соглашаться или нет.

– Ты не прав, Самаэль, – в голосе Люцифера проскользнули приказные нотки, – Слуга не может сначала служить, а потом просто взять и уйти. Слуга не может служить только по одной причине – если он уничтожен.

Самаэль скрестил когтистые пальцы на груди и прищурился. Он понял, что Люциферу что-то нужно от него, но в его привычки не входило говорить прямо. Самаэль решил последовать этикету переговоров:

– Какую услугу я могу тебе предложить?

– Мне нравится твоя проницательность, – Тёмный Принц принял величественную позу, – мне нужна более сильная власть над моими слугами. Их становится всё больше и больше, и я уже не могу также контролировать их, как раньше. Они пытаются иметь своё мнение, и уже были попытки к бегству.

– Я могу дать тебе часть своей силы, но на восстановление уйдёт очень много времени, а ты знаешь ему цену.

– Старый друг, неужели ты подумал, что я ничего тебе не предложу? – сладко пропел демон. – Я верну тебе Абраэля, он будет собирать для тебя энергию, как это было раньше и ты восстановишься в кратчайшие сроки.

Свечение глаз Самаэля стало более насыщенным. Он помнит, каким могущественным был, когда ему служил Абраэль. Будучи безумным, он приносил ему столько, сколько приносили все вместе взятые демоны в его подчинении. На тот момент, Самаэль был настолько силён, что с лёгкостью отпустил его. Но потом быстро пожалел об этом. Почти все демоны предали его, ему пришлось уничтожить их, впитав их силы в себя, но это было единовременным усилением. Тогда он переключился на духов. Чем злее они были, тем больше энергии высасывали из своих жертв и приносили ему. Он нашёл способ трансформировать их, и теперь они могли взаимодействовать с материальными предметами. Раньше он бездумно тратился на разные развлечения и забавы, теперь же ему приходилось только накапливать. Предложение Люцифера звучало очень заманчиво, он смог бы вернуть свою былую силу, и даже, стать ещё могущественнее, если у него будет козырь в лице Абраэля. К тому же, этот сукин сын, по какой-то причине не растерял своего ангельского дара, и он мог бы пользоваться его умениями, как своими собственными.

– Как ты сможешь вернуть мне Абраэля? – после некоторых раздумий спросил он.

– Это уже не твоя забота, – ответил Люцифер, – я скажу тебе, что и когда нужно сделать, чтобы получить его обратно.

– Я согласен, – кивнул Самаэль, положив руки на подлокотники, – я дам тебе необходимую силу после того, как получу поводок от ошейника Абраэля.

– Долго ждать тебе не придётся, – Люцифер встал, снял металлическую перчатку и протянул коричневую руку ладонью вверх.

Самаэль тоже встал и положил свою ладонь поверх его, вспышка света озарила помещение – сделка состоялась.

– Начнём сейчас же, – Люцифер одел перчатку, – Ты знаешь полукровку бестию по имени Лия?

– Конечно, она – одно из лучших твоих творений, – кивнул Самаэль.

– Тогда свяжи узами её с Абраэлем.

Мечущиеся тени вокруг Самаэля резко остановились.

– Зачем мне это делать? Абраэль должен служить мне, а не ей.

– Он будет тебе служить, не сомневайся. Даю тебе слово. Лия приведёт его к тебе.

– Люцифер, ты не хуже меня знаешь, что подобные связи просто так не разрушишь, – Самаэль прищурился, – если Абраэль будет во власти Лии, тогда она должна быть в моей власти. Но мне не нужен посредник.

– Всё верно, посредника у тебя не будет, – заверил его Люцифер.

Самаэль выдал подобие усмешки, приподняв один уголок губ.

– Я понял. Чтобы всё сработало правильно, – Самаэль положил свою когтистую ладонь на грудь Люцифера, – ответь, Принц Востока, готов ли ты принести в жертву полукровку бестию Лию ради моей власти над Абраэлем?

– Да, я готов пойти на это. – Твёрдо ответил Люцифер. Хоть ему были противны подобные обязательства, и он всячески старался их избегать, на этот раз по-другому было невозможно. Да и само слово «жертва» понятие растяжимое, так что иные пути всё равно сохранялись.

Самаэль отстранился с довольным выражением лица. Он сел в своё кресло и уставился куда-то вдаль. Чёрные тени носились с бешеной скоростью, затем они исчезли на долю секунды и появились вновь, уже спокойно паря в хаотичном порядке.

– Готово.

Довольный Люцифер легким кивком выразил уважение и вышел из зала.

Глава 3.

Абраэль прогуливался по замку, рассматривая древние гравюры. Он вспоминал старое, пытаясь найти ответы на свои вопросы и выход из сложившейся ситуации. Внезапно его будто поразило громом, острое желание пронзило всё его тело. Он не испытывал такого сильного чувства с того дня, как научился контролировать свои потребности. Он остановился, прислушался к внутренним ощущениям: к нему взывала женская плоть. Настолько сильно, будто женщина находилась прямо возле него. Абраэль на всякий случай обернулся, но никого не увидел. Возбуждение накрыло его новой более сильной волной, от которой ему пришлось опереться рукой на стену. «Когда я питался последний раз?» – сам себя спросил инкуб, и сразу же себе ответил – «Вчера. Я могу месяцами жить без подзарядки, откуда эти ощущения?» Следующая волна неистового желания прокатилась по нему, отчего он прогнулся и почувствовал болезненное пульсирование в паху. Абраэль настроился на волну желания, закрыл глаза, отдавая своё тело в направлении зова, и через мгновение открыл – он оказался в уютной девичьей спальне в человеческом мире. Слева у стены стояла кровать, возле неё маленькая светлая тумбочка, на которой царил беспорядок. Над кроватью висело бра – стеклянный цветок персикового цвета на изогнутой ножке. Позади инкуба стоял шкаф для одежды, а рядом с ним – комод. Из окон струился лунный свет сквозь прозрачную тюль.

Симпатичная девушка невысокого роста безмятежно спала в своей постели. Её короткие каштановые волосы были растрёпаны, красивой формы аккуратные губки набухли и приоткрылись, выдавая её возбуждение. Под изогнутыми бровями закрытые глаза быстро двигались – ей явно снилось что-то очень приятное. Она спала нагишом, открывая взору полную грудь. Одеяло прикрывало лишь нижнюю часть её стройного тела. Демон носом втянул воздух – аромат её желания разбудил каждый нерв его тела. Он сделал шаг в её сторону, и незнакомка повернулась на спину, открыв выразительные зелёные глаза, в обрамлении тёмных загнутых ресниц. На её лице отразилось сначала удивление, а затем понимание. Она прищурилась и, потягиваясь, нежным голосом пропела: