Темный Волхв. Менестрель. Книга 2

Глава 4,

в которой Рита и Даня узнают, кто стоит за Архипом

Домового ребята увидели даже раньше, чем рассчитывали – на кухне своей избушки. Гоша сидел на столе и подозрительно обнюхивал лежащий на нем резиновый имитатор отходов пищеварительной системы человека. Имитатор качественный, с запахом.

– Так вот что имел в виду Борис Кириллович!.. – Даня с изумлением рассматривал привет от Архипа. – Ритка, глянь!

– Гадость какая, – поморщилась девушка. – Борис Кириллович тоже хорош. Ничего себе юмор!

– Сортирный, – пожал плечами Даня.

– Не устаю тебе удивляться, Данимир, – поджал губы домовой. – И где ты такие, с позволения сказать, сортиры видел?

Не дожидаясь ответа подростка, Гоша – Данимиру-то приходилось бывать не только в Заповеднике, и домовой прекрасно об этом знал – предельно аккуратно завернул метку в мешочек с нарисованными на нем черепом и костями. И, буркнув «зайдете ко мне, как переоденетесь», вышел через дверь. Не дематериализовался, а именно вышел!

Подростки проводили его недоуменными взглядами.

– Никогда прежде не видел Гошу настолько злым, – сказал Даня. – Интересно, он вообще в курсе, что Архип собой не владеет?

– Но и цацкаться с этим хамом нечего. – Рита встала на сторону домового. – Таких, как Архип, лучше в Заповедник… да в любое общество таких пускать нельзя. Вот нас с тобой из-за него проветриться отправляют, а Гоша остается здесь. И ему придется иметь с ним дело, еду ему носить, и вообще… Так что, Гошу я очень хорошо понимаю.

– Да это я так, – вдруг вздохнул Даня. – На самом деле я Гошу тоже понимаю.

– ?

– Домовой реагирует таким образом на смертельную опасность. Ты ведь видела, как он?..

– …относится к тебе, когда на нем нет анти-некромантового амулета? Видела. Так ты хочешь сказать, что этот Архип?..

– Нет, Архип ни в коем случае не темный волхв. Но раз на него так реагирует Гоша, то он несет в себе опасность. Очень большую, смертельную опасность для Заповедника. А мы с тобой уезжаем… Надо будет сделать все, чтобы поскорее вернуться.

– И помочь Заповеднику! – согласно закивала Рита.

На том друзья и разошлись – готовиться к обещанному волхвом походу.

Оставшись одна, девушка получила возможность отдышаться и осмыслить произошедшее. И результаты раздумий Рите очень не понравились. В жизнь Заповедника снова вторгалось нечто. Нечто, ломающее его привычный уклад. И ее размеренную жизнь. В прошлый раз предвестниками напасти были варры И-горр и О-гарр, юные жители мира Варравар. Пока они оставались на Земле (и даже какое-то время спустя), на Заповедник и его обитателей обрушивалась одна беда за другой. Когда же все успокоилось, Рита наконец поняла, что помимо потрясений и запредельных усилий существует еще и другая жизнь. Что это хорошо – просто просыпаться и бежать в сосняк. Просто завтракать с друзьями. Играть на синтезаторе или барабанах для души, а не потому что сердце разрывается от боли и горя. Посещать занятия, на которых она мало-помалу открывала для себя мир магии и правила существования в нем. Кстати, на занятиях тоже было опасно, а иногда и очень опасно. Огонь оставлял серьезные ожоги, а в бревнах девушка застревала, и не один раз. Потом старший друид Заповедника только за голову хватался: как такое вообще могло случиться?

А взять затяжные прыжки как способ постижения воздушной стихии? Конечно, за ней и ее друзьями присматривали самые настоящие маги, инструктор, волхв и даже дракониха-оборотень, готовая выловить из толщи неба горе-парашютиста, если у того не заладится прыжок. Но тело об этом не знало, и движения поначалу сковывал страх.

Зато как было здорово этот самый страх преодолеть. И на прыжках, и на других занятиях, практически по всем видам магических стихий. Разве это плохо – просто жить насыщенной жизнью? И в конце концов выучиться на самого настоящего мага?

Правда, Рита не вполне понимала, кем она в результате обучения станет. Ее будущее, в отличие от будущего тех же боевых магов Коли и Вани, про которых было известно, что рано или поздно им придется защищать Землю и ее население, до сих не было определено. Или вот взять Даню. То есть темного волхва Данимира. Про него тоже все было более или менее понятно. Такие, как он, становились целителями всякого рода недугов. Или наоборот, источниками тех самых недугов – порчу насылали, одним словом. Впрочем, последнее Дане не грозило, слишком светлой была его душа… А вот кем станет она? Рита столько раз интересовалась у наставников: какого рода маг из нее получится? И всякий раз получала уклончивые ответы.

– …Ты станешь очень хорошим специалистом, Рита.

В кресле у камина сидел волхв Борилий. В его руке тлела трубка, но запаха дыма не ощущалось.

– И каким? – порозовела девушка.

Потому что не заметила гостя?

– Не могу пока сказать, Рита. – Волхв привычно ушел от ответа.

Любому другому воспитаннику с таким же даром, как у Риты, он давным-давно бы сказал: менестрель. И сказал, и убрал добрую половину дисциплин из расписания, а вместо них поставил другие. И была бы Рита уже сейчас одним из сильнейших менестрелей планеты.

Вот только в случае Риты этого делать было нельзя. И одной из причин, по которой волхв запретил всем – и в первую очередь Данимиру, прекрасно видевшему, кто такая Рита, – говорить с девушкой о ее предназначении, был как раз пятый управляющий. С вероятностью, приближенной к ста процентам, тот должен был привлечь дочку Лисы Риту к выполнению своих поручений. Поручений страшных, жутких, смертельно опасных. А для фанатиков своего дела еще и несущих смерть: через пятого управляющего фанатики попадали в двадцать восьмое измерение, так называемый «рай для увлеченных». Для мага-менестреля это означало сидеть на одном месте, завороженно смотреть в одну точку и, пока жива Вселенная, наслаждаться чистым звучанием ноты ля… Или си.

– Но ты обязательно станешь очень хорошим специалистом, Рита. – Разрушил нарисованную им же картину возможного будущего воспитанницы волхв. – А пока не будем об этом. Мне бы хотелось поговорить вот о чем. Я прочитал твои мысли, Рита. И могу сказать, что любому нормальному человеку нравится спокойная жизнь. Война, несущая с собой горе и смерть, нормальному человеку не по душе.

– А я и так собиралась в поход! – Щеки Риты мгновенно стали пунцовыми.

Неужто волхв подумал, что она… струсила?!

– Нет. – Телепат смотрел прямо в глаза девушки-подростка.

Он прекрасно видел, что хотела бы сказать, но так и не смогла сформулировать до конца воспитанница. Что ее жизненный опыт мал, а опираться на знания других людей она не хочет. И быть вовлеченной в чужие игры тоже. Рита так до конца и не поняла, были ли необходимы ее присутствие на олимпиаде и путешествие на Варравар. Ее знаний было недостаточно, чтобы охватить проблему такого масштаба. Действия Риты основывались на вере в окружающих – волхва Борилия, Лису, Даню… Но на ее взгляд, было бы куда лучше, берись она за то, с чем может справиться сама, без чужой помощи. За то, что ей понятно.

Однако высказать все это вслух Рите мешал жгучий стыд. Казалось, заговори она об этом – и тут же предаст своих друзей! А через это и саму себя.

Волхв воздушной природы читал мысли и сомнения девушки как в раскрытой книге. Читал и мысленно с Ритой соглашался: чужие игры – всегда паршиво. Вот только, он при всем желании не мог защитить воспитанницу от пятого управляющего, помощника Создателя, вознамерься тот ее привлечь.

– Я понимаю тебя, Рита. – Голос наставника будто гладил по голове. – И знаешь?.. Я часто стою перед тем же выбором, как и ты. Я ведь тоже многого не знаю. Но у меня есть кому доверять, а это немало.

– Доверять? – растерянно переспросила девушка. Как это, волхв Борилий многого не знает? – Доверять волхву Терентию, да?

– Ему, – подтвердил собеседник. – Серому Волку, с которым ты и Данимир скоро должны отправиться в путь… Кстати, о Данимире.

Волхв бросил задумчивый взгляд на тлевшую трубку, все так же находящуюся в его руке.

– Что еще с Данькой? – почему-то испугалась Рита.

Уж кому-кому, а Дане она доверяла даже больше, чем самой себе.

– С Данимиром-то что? – Волхв, все-таки затянувшись, выпустил одного за другим двух волков. Рита про себя отметила, что дымом не пахнет. Наставник всегда бережно относился к другим. – Пока все хорошо. Но я просчитал… А тебе, наверное, известно, что я иногда пытаюсь просчитать будущее своих сотрудников?

– Известно. – Слова наставника не требовали подтверждения, но девушке почему-то было страшно, очень страшно молчать.

А перед мысленным взором уже вставали простые ученические тетрадки, озаглавленные «Рита», «Данимир», «Лиса»… В таких тетрадях Борис Кириллович разводил какие-то немыслимые вычисления с использованием немыслимых же математических категорий. Рита – о, с разрешения наставника, разумеется! – как-то раз пролистала одну тетрадку. Увидела там четырех-, а то и пятиэтажные формулы и невероятные значки… И тетрадь закрыла. И больше не любопытствовала.

– Так вот, Рита. – Волхв смотрел воспитаннице в глаза. – Я просчитал, у Данимира в судьбе наступит переломный момент. И наступит уже скоро. Поэтому будет очень хорошо, если ты будешь рядом с ним и сможешь его поддержать.

– Кого? Даню? Конечно, поддержу, иначе и быть не может. Но… – Рита с сомнением смотрела на наставника. – Но что с ним такого может произойти? Это же… Даня!

Ее Даня, самый сверхнадежный из сверхнадежных людей на Земле. Рита была уверена: что бы ее другу ни уготовила судьба, он выйдет из испытаний с честью. И вообще…

– И вообще?.. – Поднял бровь телепат.

– И вообще, – зарделась Рита как маков цвет, – вам не меня надо предупреждать, а его.

– Данимира я уже предупредил, не беспокойся, – волхв говорил, а сам думал: «И жаль, что предупредил только об этом». Потому что говорить о пятом управляющем на этом, начальном, этапе, когда будущее еще не очерчено, было попросту рано. И опасно. Кроме того, Данимир, по идее, не должен был о пятом управляющем знать, а вводить парня в курс дела было долго. – Больше с тобой на эту тему я разговаривать не буду, раз ты такая… щепетильная. Но ты все-таки не забудь, о чем я тебе сказал.

– И вовсе я не щепа… не щепетильная! – насупилась девушка. – Просто…

– Просто?

Но Рита сама не знала, что «просто». Ей было очень нелегко понять саму себя – в том, что касалось ее отношения к Дане. Поэтому она спросила:

– А переломный момент в судьбе Дани не с Архипом, часом, связан?

Девушка надеялась на прямой ответ, но волхв подкинул очередную загадку:

– Может, и с ним… А может, и нет. Архип или кто-то другой будут только декорацией, антуражем на жизненном пути твоего друга. Одно я знаю точно: Дане придется нелегко. Жизнь потребует от него напряжения всех сил. И даже сверх этого. И я очень, очень рассчитываю на твою поддержку. Так понятно?

– Понятно. – Рита решила не разгадывать загадок волхва. – Понятно, что если моему другу Дане понадобится моя поддержка, то я, как и всегда, ему помогу. Хорошо?

– Пусть так. – Волхв вздохнул… и вдруг сделал несколько пассов руками – будто рвал невидимую паутину. – Пора нам прекращать посиделки вдвоем, дитя мое. А то Данимир поймет, как справиться и с этой защитой тоже.

– И с этой тоже? – Рита воззрилась на наставника в священном ужасе.

Борис Кириллович об этом знает? Итак спокойно об этом говорит?

– Он ведь не подслушивает. – Волхв напрягся всем телом, будто собрался разорвать что-то особо крепкое… Но вдруг передумал: – Силища в твоем друге необыкновенная. Находясь на земле, он не прилагает никаких усилий, чтобы услышать то, что должным образом не защищено. А теперь представь, что будет, когда Даня встанет перед нелегким выбором.

– Выбором между добром и злом? – Рита не верила в то, что говорит. Но именно на это наставник и намекал.

– Ты правильно меня поняла.

На это Рита не нашла, что ответить. Она привыкла к Дане, она видела его каждый день. Она не могла представить себе Даню, изменяющего своим же принципам.

– Вот поэтому я и прошу тебя, Рита. Пригляди за своим другом. – Волхв вперил в девушку взгляд багровых глаз. А потом резким движением разорвал защиту! И уже совершенно спокойно произнес: – Заходи, Данимир. Послушай кое-что о предстоящем походе.

В комнату Риты действительно вошел Даня. Он понимал, что наставник знал о его направленном внимании к беседе с Ритой, и ни капли не смущался. Просто подошел к камину и прищелкнул пальцами – из мха, служившего девушке ковром, начал быстро расти пенек.

– Х-м-м… – Наставник не без любопытства наблюдал за действиями воспитанника. – Так вот, молодые люди. Я хотел поговорить с вами о тех, кто через Архипа пытается забраться в Заповедник.

– Итак, мои юные друзья. – Волхв Борилий разразился серией дымных чудиков. – Как вы уже догадались, спокойная жизнь в Заповеднике заканчивается. Нам с вами придется попробовать разгадать, кто стоит за Архипом… Ты уже догадался, Данимир?

Юный темный волхв кивнул:

– Конечно. Казимир. Он это, больше некому.

В свое время Казимир доставил много неприятностей вообще и каждому участнику беседы, в частности.

– Он-то он… – аж поперхнулся от такой уверенности начальник Заповедника. – Но не забывай, Казимир силен, скажем так, чужими руками. Он…

– …всего лишь запечатанный темный волхв, – вместе с наставником закончил фразу подросток.

На что волхв Борилий грустно так улыбнулся:

– Ты зря так легкомысленно относишься к Казимиру, мой друг. Он не просто запечатанный темный волхв, не просто калека, обиженный на судьбу за то, что она лишила его силы. Это человек, пытающийся свою силу вернуть. И поверь мне, в своих попытках он пойдет до конца. Тебе известно, что Казимир принимал участие в Великой битве, которая произошла пятнадцать лет тому назад?

– Нет, не известно. Но… как он сумел? Зачем? Он же…

– Калека, лишенный магии? – невесело усмехнулся волхв. – И тем не менее Казимир стоял в оцеплении рядом с темным волхвом Владимиром. У Казимира текла носом и ушами кровь, его шатало, гнуло и буквально выворачивало наизнанку. А он держался.

– И зачем?

– А затем. Затем, что во время Великой битвы силы и энергии бушевали такие, что Земля могла разлететься на куски! Тебе это ни о чем не говорит, мой друг?

– Говорит, – мрачно кивнул Даня. – Возможно, Казимир пытался этими самыми энергиями сорвать печать. Но у него ведь ничего не вышло!

Произнося эти слова, юный темный волхв заметно нервничал: ему была неприятна эта тема. Но вдвойне неприятно ему было разговаривать о Казимире в присутствии Риты. Ведь два года тому назад именно с подачи Казимира Риту чуть было не забрали из Заповедника на якобы законных основаниях.

– Правда, Борис Кириллович! – Рита понятия не имела, из-за чего так занервничал ее друг. Но Дане беседа была неприятна, и этого было достаточно, чтобы в нее вмешаться: – К чему все разговоры о Казимире? Если у нас тут этот папенькин сынок Архип?

– А к тому, молодые люди. К тому, что Архип лишь первая ласточка, за ним много кто последует… Кстати! Та метка в вашей избушке. Знаете, чья она?

– Нет, – в унисон ответили подростки.

– Имя Черный Волк вам, ребятки, ни о чем не говорит?

– Нет, – снова ответили Рита и Даня в унисон.

И синхронно порозовели.

Волхв еле заметно покачал головой: «И эту малышню я должен отправить в пасть к Черному Волку!»

Но вслух произнес совсем другое. Тон наставника был бодр и деловит.

– Значит, выясните потом. Главное, чтобы вы понимали: вслед за Архипом и Черным Волком появится Казимир. И появится не один, а с подельниками. И именно с этими… прожженными негодяями и злыднями нам всем и вам, в частности, придется иметь дело.

– И кто же эти злыдни, Борис Кириллович? – в один голос спросили подростки.

И уже жарко покраснели.

– Варры-отступники. И, наверняка, гоблины.

– Гоблины? – переглянулись Рита и Даня.

С варрами они были знакомы достаточно хорошо. А вот кто такие гоблины, им было неизвестно.

– Страшные они твари, ребята, страшные… – Волхв открыл было рот, чтобы просветить воспитанников, но вдруг к чему-то прислушался… – Дальше без меня. Все равно, варров и гоблинов в обозримом будущем вы, скорее всего, не увидите. Проводить вас я постараюсь, это важно. А сейчас дуйте прямиком к Гоше. Скажете про тропу.

Как и предсказывал волхв, Гоша про тропу знал. Черные глаза домового мало не вылезли из орбит, когда Даня и Рита, переступив через порог подсобки в избушке волхва, огласили свое новое задание.

– Вас? – Гоша застрочил рукав будущей рубашки. – На волчью тропу? Вот прям сейчас? Да что же это делается? Он что, совсем извилины на интегралы променял? Вот и рубашку из-за него, самодура, испортил!

Подростки терпеливо ждали, пока выговорится домовой. Наконец Гоша, махнув лапкой на испорченное шитье, выскочил из-за швейной машинки и буквально ввинтился в деревянный пол.

Даже таким непосвященным в суть вопроса людям, как Даня и Рита, было видно: то, что ищет домовой, на одном месте не лежит. Гоша, держась задними лапками и даже хвостом за надраенный до кошачьего блеска пол, поворачивался из стороны в сторону.

– Мог бы и к Макарычу их отправить за артефактами, – доносилось до ребят глухое ворчание, – раз уж совсем из ума выжил!

Риту кудахтанье домового только забавляло. Вот что им угрожало? Если они вернулись с Варравара, где сгинули целых две экспедиции, XVIII и XIX веков? С ними же будет Серый Волк! Неужто он о них не позаботится, на своей-то тропе?

– Волку бы самому выжить. – Гоша наконец ухватил искомое и пулей выскочил в подсобку. От него исходил слабый, но вполне осязаемый незнакомый запах. Из лапок вырывался резной деревянный ларец. – Вот тут… – Домовой высыпал содержимое ларца в простецкую матерчатую котомку. Крепко затянул тесемки. Протянул Дане: – Тут так называемые сказочные артефакты. Но не все, одного не хватает.

– А живая и мертвая вода там есть? – Рита изо всех сил давила в себе желание отобрать котомку у друга и исследовать ее содержимое.

Она с такими сумками уже сталкивалась. Казалось, в них можно было втиснуть только небольшой кошелек и какую-нибудь книжку. А на самом деле котомка была вместительней багажника экспедиционной машины (а то и двух). На внешнем весе внутренний не отражался.

«Это магия домовых, – пояснял еще в самом начале обучения на лекции по сказочным существам и артефактам Земли волхв Борилий. – По части изобретения полезных бытовых мелочей с ними не сравнится никто».

Гоша пресек исследовательский пыл девушки на корню.

– Здесь осматривать содержимое нельзя, – очень спокойно произнес он. Но именно этот нехарактерный для домового тон сказал подросткам больше, чем все возможные сопутствующие эмоции. – Лови потом ее содержимое по всему Заповеднику! Вот встанете на тропу, и уж там, по мере необходимости, сума сама выдаст вам то, что надо. А еще один артефакт к вам в пути придет.

– А мы его признаем? И с остальными как разберемся? – засомневалась Рита.

Она никогда прежде не пользовалась сказочными артефактами – не довелось. А тут смотри-ка! Целая котомка.

– Там и младенец разберется. – К домовому вернулось его обычное ехидство. – Да и Волк подскажет, если что.

Еды Гоша с собой не дал. Одел-обул в привычные джинсы-рубашки-кроссовки. А вот штормовкам, непромокаемым и заговоренным от смертельных ошибок, уделил особое внимание.

– Не снимать, – сказал тихо, но проникновенно. – Даже если будет адски жарко.

– От Волка не отходить, слушаться беспрекословно. – Вошедший в подсобку волхв присоединился к наставлениям.

– А если в туалет? – Покраснела Рита.

– Попросишься, – серьезно ответил волхв. – На Варраваре как было?

Рита, вспомнив уже, казалось, прочно забывшиеся подробности походно-полетной командировки в мир варров, покраснела еще больше. Но волхв был прав: после Варравара никто друг над дружкой не смеялся, пальцем не показывал.

Правда, в тот раз вместе с ними была Лиса…

– А в этот раз будет Волк, – парировал телепат. – Поверь мне, в некоторых вопросах он гораздо мудрее этой… этой сотрудницы Заповедника.

Рита не нашлась, что ответить. Для нее Лиса если и не была образцом для подражания, то бездонным колодцем знаний и опыта – несомненно.

– Хм-м-м… – зажглись кислотным оранжевым глаза волхва. – Тоже мне нашла, кладезь премудрости. Скажи-ка, старший друид Заповедника мудрее Лисы?

– Да!

– Вот видишь. А Волк, может, еще и помудрее старины Макса будет… Да не обидится на меня мой друг.

Последние слова волхв произносил нарочито громко: в дверях появился вышеупомянутый «старина», пришедший проводить воспитанников.

– Не обижусь, не надейся! – Друид подмигнул другу. – Куда мне до Серого Волка! Ну?.. – Перевел он взгляд на подростков. – Собрались, птахи перелетные? Тогда держите вот это. Отдадите первому, кому понадобится.

И друид с полновесным поясным поклоном протянул Рите сосновую шишку – из таких в Заповеднике растили избушки для жилья.

Торопливо и криво поклонившись в ответ, девушка еще быстрее распрямилась. С любопытством принялась вертеть шишку в руках: вдруг та откроет ей какую-нибудь новую грань?

Но нет. Шишка выглядела, пахла и даже звучала совершенно обычно.

– А как мы его узнаем? – Даня искоса следил за исследованиями Риты.

Откуда этот самый «первый нуждающийся» узнает о наказе друида? Им что, извещать о шишке всех и каждого?