- -
- 100%
- +
– Да-да! Разве Бруно не сказал?
– Нет, – презрительно посмотрела я на Бруно.
– Я решил, что вам это не интересно, и поэтому не сказал ничего, – объяснил он свой поступок, не глядя на меня и краснея.
– А что это ты, братец, решаешь за Розу?! – начала возмущаться Хосе, и я её поддержала.
– Мне, однако, пора на работу. Поговорим позже! – закончил он разговор и вышел из-за стола. Быстро же съехал он с темы, этот Бруно!
Мы с Верой навели порядок в доме и пошли в сад подышать свежим воздухом. Вчерашний случай всё ещё не выходил у меня из головы. Я не могла найти оправданий для отца и Хермана. Может быть, отец решил, что так будет лучше для меня, но Херман!.. Он мог бы предупредить меня, и я уже сама решила бы, идти мне на встречу или нет. Безусловно, есть и плюсы: сейчас меня никто не ищет, а значит, на какое-то время я могу выдохнуть.
– Не обижайся на отца, дорогая, – успокаивала меня Вера. – Жених у тебя вместо этого может быть другой, а вот отец…
– Вера!
– Я серьёзно. Присмотрись к нашему Бруно, мне кажется, что ты ему тоже нравишься, иначе он уже познакомил бы тебя со своим другом, – посоветовала она то ли в шутку, то ли всерьёз. – Но, кроме шуток, я хочу помочь тебе доказать твою невиновность. Но ты должна мне рассказать всё. Всё, как было на самом деле.
– Ты права. Это случилось три месяца назад. Я была нормальной, обычной девчонкой, работала на улице…
– На улице? Тогда ты не была нормальной девчонкой, – перебила меня Вера. – Я не знала, что у тебя было такое прошлое.
– Да как ты могла такое подумать?! Я кофе на улице продавала, а не то, что ты там себе напридумывала.
– Прости! Прости, ради Бога, продолжай.
– Я, как обычно, продавала кофе и встретила своего друга, продавца газет Нео. Он был очень расстроен: газеты плохо продаются, а он сам уже давно несчастлив и не рад своей жизни. Я постаралась его переубедить, ведь унывать причин нет: мы здоровы, нам светит солнце. У тебя, Нео, красавица жена, ну и что, что под сто пятьдесят кило? Ведь её можно поделить на две! Но он не отреагировал на мои шутки, был всё такой же грустный. А потом к нам пришёл Херман и рассказал, что дом, где расположен приют святой Каталины, хотят продать, и тогда всем придётся жить на улице, ведь другого места у жильцов нет.
– Какой ужас! – всплеснула руками Вера.
– Ещё какой ужас! – подтвердила я.
– Ну а что было потом?
– Потом мы пошли к сестре Каталине и разузнали все подробности. Там как раз был хозяин дома, он же известный нотариус. И когда он ушёл, Херман придумал дурацкий план. Он предложил мне соблазнить этого нотариуса, снять эту сцену на видео и шантажировать его, пока тот не согласится не продавать дом или хотя бы оттянуть оформление сделки до того времени, пока мы не найдём новое место для прихода.
– Прости, что он предложил? – уточнила Вера, как будто не поняв меня с первого раза.
– Да, именно то, что я сказала.
– Как будущий муж может предложить такое своей невесте? Ты прости, конечно, но мне кажется, что твой Херман – подлец ещё тот! – в сердцах воскликнула Вера.
– Только теперь я это поняла. Жаль, что тогда согласилась участвовать в этой авантюре.
– Тс-с-с! Тихо! Берна идёт, – шёпотом предупредила меня Вера.
И мы замолчали, чтобы Берна не услышала наш разговор. Пришла она по мою душу: ей кажется, что я стала мало заниматься с детьми.
Я не стала уточнять, что мало – это сколько? Ведь я совсем не занимаюсь с ними. Чему я могу их научить? Я сама троечница. С Хосе мы смотрим телевизор и обсуждаем журналы, а с Лео… Вот с ним я недавно опробовала методику запоминания историй, которую нашла в журнале. Она не только тренирует воображение, но и интересна в целом. С её помощью Лео даже смог выучить историю.
– Да, у Лео я заметила прогресс. Он стал увереннее, почти не заикается. Продолжайте в том же духе, – сказал Берна и пошла вглубь сада.
– Вера, а расскажи, что стало с твоим мужем. Он тоже работал здесь? – спросила я.
– Нет, милая. Я пришла сюда после его смерти. Он был военным и погиб на службе. Мне было сложно содержать дом одной – я уже говорила, что посвятила всю жизнь театру. Тогда моя знакомая, которая знает эту семью, договорилась на работу в полставки. И вскоре я переехала сюда насовсем и продала свой дом.
– А на что ты потратила деньги?
– Кто сказал, что потратила? Не потратила! – довольная Вера засмеялась и тут же посерьёзнела: – Я смогу одолжить тебе денег на адвоката, он поможет доказать твою невиновность и убедить в ней других.
Глава 7
Когда я переворачивала третью оладью на сковороде, мне в голову пришла, как мне показалось, отличная идея насчёт рабочих, устроивших бунт на фабрике.
Выключив огонь, я пошла к Бруно, чтобы поделиться этой идеей. Может, он посчитает меня глупой, но так или иначе я всё равно выскажусь.
– Бруно, можно войти? – спросила я, просунув голову в дверь его комнаты.
– Да, конечно.
– Бруно, я тут готовила оладьи, и мне в голову пришла идея для вашей фабрики, точнее, для её рабочих.
– Говорите.
– Так вот, я переворачивала оладьи и подумала… Получается, что вы хотите избавиться от старых рабочих как от вещей. Но Вера тоже старая, точнее, пожилая, а она же отличный повар! Вы об этом знали?
– Не понимаю, к чему вы клоните?
– Так вот, а что если старые рабочие будут готовить на старой технике и выпускать пасту аля-маравия, а на этикетке мы можем, точнее, вы можете печатать рецепты от Веры? Ведь она отлично готовит и знает этих рецептов уйму!
– Да-да, вы уже сказали это. Но – нет, – отрезал Бруно.
– Подождите. Старые рабочие будут работать на старой технике и, следовательно, выпускать дешёвую линию макарон для бедняков, скупердяев или экономных. Да, может, прибыли будет меньше, но вы продадите больше. Что вы молчите, Бруно? Я сказала ерунду?! – возмутилась я.
– Нет, не ерунду… Постойте-постойте… – видно было, как в голове его работал калькулятор… – Роза! Как же я сам не додумался до такого?! Вы гений! Не будем увольнять, оставим рабочих – уйдут проблемы с профсоюзом, со всеми этими забастовками, недовольством. На сэкономленные деньги можно разработать новую упаковку, а используя в производстве старые машины, я сэкономлю на покупке новых. И в итоге все останутся в плюсе! – воскликнул он и радостно рассмеялся.
– Правда? Вам всё-таки понравилась моя идея? – уточнила я недоверчиво.
– Да, спасибо вам!
Бруно был так рад, что не заметил, как обнял меня и прижал к себе. И только спустя несколько секунд понял, что перешёл границы дозволенного.
По этому поводу, конечно, не смогла не позлорадствовать Вера. На днях она пообещала мне, что даст денег на адвоката, если я смогу развеселить или охмурить Бруно. Что это означает, я пока так и не поняла. Охмурить и развеселить – разные вещи. Но даже настоящего убийцу найти будет легче, чем увидеть, как смеётся всегда очень серьёзный Бруно, пояснила Вера. Она думает, что мы идеально подходим друг другу. Ага! Как леди и бродяга, только я не леди. Если бы в обычной жизни наши пути пересеклись, Берна бы сделала всё, чтобы помешать нам. И я могу её понять.
Нет, думать сейчас об интрижках я не могу. Во-первых, у меня есть жених, во-вторых, я беглая преступница, и мне надо решить эту глобальную проблему. Кроме того, моё спокойствие по случаю моей же смерти было недолгим. Хосе сегодня сообщила, что познакомилась на фабрике с парнем, которого Бруно устроил к ним по доброте душевной за то, что тот вернул ему проданные Хосефиной семейные часы. И кто бы сомневался, что этим парнем окажется воспитанник прихода Каталины – Санчо! Да, он хороший парень, но он точно не забыл, как я выгляжу. И если Хосе приведёт его домой, то добром это не кончится.
– Вера, я хочу написать письмо отцу, – сказала я, найдя Веру на кухне.
– Я понимаю тебя, твоё желание. Ты можешь написать письмо, а я попрошу Рика отвезти его твоему отцу.
– Спасибо тебе. Ты столько делаешь для меня! – обняла я её.
– Это тебе спасибо. С твоим появлением дом словно проснулся. Давно в нём не было столько смеха и жизни.
Вечером Рик отвёз письмо в кафе-магазин отца и оставил его в туалете, спрятав в бачок. Я просила не делать так и просто передать письмо официантке, но Рик и Вера видели слишком много детективов, чтобы упустить возможность прикинуться героями одного из них.
– Как мы узнаем, что отец прочитал письмо?
– Я вернусь туда завтра, и если твой отец такой же грустный, как сегодня, значит, он не нашёл письмо, – рассудил Рик. – И тогда я помогу ему. Ну а если все веселятся и поют, то, значит, нашли.
– Спорно, но ладно. Подождём до завтра. Главное, чтобы его нашли те, кому оно адресовано.
Когда дети улеглись спать, Бруно позвал выпить с ним по чашечке чая. Так сказать, закрепить успех идеи с бюджетной пастой, на которую я его подтолкнула. И за разговорами я узнала, что он по профессии адвокат. Он как раз закончил обучение в тот год, когда умерли родители. Бруно так и не успел поработать по специальности, ведь ему пришлось вникать в дела фабрики.
– У меня есть одна знакомая, – начала я издалека. – Так вон, она как раз ищет адвоката. Вы не могли бы её проконсультировать?
– Конечно, пусть она позвонит мне или приедет в офис.
– Она в другом городе, – поспешила ответить я. – Но позвонить сможет. Спасибо.
Глава 8
Утром Рик уехал в кафе-магазин моего отца, я помогала Вере с уборкой на кухне.
– Ты так и не рассказала до конца историю, как ты стала убийцей, – спросила Вера, протирая стол.
– Да что там рассказывать?! В день икс я вырядилась как… Ну, как та девица из твоего воображения обо мне, которая работает на улице. Мы приехали к бару, где, как мы узнали, каждый вечер засиживается допоздна наш знакомый.
– Тот, который нотариус?
– Да. Он. Я вошла в бар в вызывающем, сильно вызывающем виде. Только представь себе: на голове голубой парик, юбка еле прикрывает стыд, красные лакированные высокие сапоги на не менее высокой шпильке. Я проходила мимо нотариуса и якобы случайно задела его локтем, и тот пролил на себя содержимое бокала. Я и так бы упала – обувь на высоком каблуке придумали мужчины, и это заметно. Она сделана для того, чтобы женщины страдали.
– Ну и что было дальше?
– Этот нотариус сразу понял, кто я, судя по моему внешнему виду и поведению. И начал распускать свои ручищи. На мои слова: «Я же приличная девушка!» – смеялся во весь голос. Оно и понятно. Так вот. Херман тоже был в баре, сидел за столиком рядом и снимал нас на камеру. Когда я увидела знак, о котором мы заранее договорились, – о том, что запись сделана, я наспех попрощалась с нотариусом и поспешила уходить. Он дал мне свою визитку – на случай, если я захочу чего-то большего, чем просто поговорить.
Вера не могла понять, как связано всё это между собой. Я, если честно, тоже не понимала. Но, рассказывая эту историю сейчас, я подумала, что меня подставил Херман. Ведь, когда мы приехали домой, Херман сказал, что запись не удалась и лучше переснять при свете получше. Он попросил меня позвонить нотариусу и пригласить на встречу, но уже к себе в квартиру. И вот я позвонила Альберту, так звали нотариуса, и предложила встретиться снова. Тот, как назло, был очень рад моему звонку и, не раздумывая, согласился. На следующий день он приехал по указанному адресу в назначенное время. Мы разлили по бокалам шампанское, и он предложил потанцевать. Мне было неприятно, что меня трогает какой-то мужик, но отступить я не могла. Херман пообещал, что если что-то пойдёт не так, то он сразу же выйдет и всыплет ему по первое число. И после того как Альберт выпил третий бокал шампанского, он окончательно слетел с катушек. Он повалил меня на кровать, а на мои крики из другой комнаты выбежал Херман. Он оттащил нотариуса от меня и изо всей силы ударил его по лицу.
– Так это Херман убил его? – уточнила Вера.
– Нет, конечно! Слушай дальше. Херман ударил его, и тот упал на пол, а когда пришёл в себя, то мы рассказали ему всё. Про запись, про шантаж, про здание. И сказали, что если он не согласится не продавать здание прихода, то мы передадим эту запись его жене и в СМИ. Он сказал, что подумает и позвонит нам завтра.
– Позвонил?
– Да.
– И что было потом?
– Мы с Херманом решили встретиться около нотариальной конторы, где работает этот Альберт. Я пришла вовремя, а Херман написал СМС, что задержится. Но по телефону нотариус тоже сказал, что если мы не придём в назначенное время, то он аннулирует предложение и будет продавать здание.
Подождав Хермана еще полчаса, я решила пойти к нотариусу одна. Когда вошла в кабинет, то увидела его на полу с ножом, торчащим из груди. Я машинально подбежала к нему и зачем-то пыталась достать нож. Позвонила Херману и всё ему рассказала, он велел вызвать скорую и уходить оттуда. Я так и сделала. Через две недели ко мне домой пришла полиция, и меня арестовали. И когда меня везли в тюрьму, где я должна была ждать суда, машина попала в аварию. А дальше ты всё знаешь, – закончила я свою печальную историю.
– Алекса, ты меня прости, но ситуация настолько идиотская, что я не могу сдерживать своё негодование. Ты скажи мне: ты что, никогда не смотрела фильмов, где убивают героев? – спросила Вера.
– Смотрела… – ответила я, всё ещё не понимая, к чему она клонит весь этот разговор.
– Ты должна была знать, что нельзя бросаться к ножу, даже если он торчит из груди, и особенно если человек всё ещё жив. И, конечно, ни в коем случае нельзя убегать с места преступления! И последнее. Очевидно, что тебя подставили, но пока не понятно кто.
Вера высказала свою версию произошедшего, и я задумалась: а ведь и правда, если по камерам нашли меня, то могли вычислить и настоящего убийцу. А вскрытие подтвердило бы время убийства, и по камере проверить, кто приходил именно в это время, не составило бы труда. Наверняка детективы знали об этом. Теперь в деле ещё больше вопросов, чем ответов… Но я всё же не верю, что меня подставил Херман. Его ничто не связывало с нотариусом. Я верю в это.
* * *Сегодня произошло настоящее чудо. И виновницей тому Вера, правда, это чуть не убило Рика. Несколько дней назад Бруно пригласил меня с детьми на выставку картин одного его знакомого. Мира как раз была в отъезде, и у Бруно выдался свободный вечер. Однако Лео пригласили на футбол, чему он был несказанно рад, а Хосе решила поработать на благо фабрики, хотя на самом деле мне кажется, что она влюбилась в своего партнёра – Алекса.
В итоге на выставку мы поехали с Бруно вдвоём. Я так думала. Оказалось, что это двойное свидание, подстроенное другом Бруно, и второй девушкой была Вероника – коллега Пабло. Эх, мужчины! Бегают за девушками, которым не нужны, и не замечают тех, кто преданно остаётся рядом в самую ненастную погоду.
И вечер был бы неплохим, если бы на это мероприятие не заявилась Мира, неожиданно вернувшаяся домой из-за отмены рейса и заставшая Бруно в компании Вероники. И сейчас ходят слухи, что они с Бруно сильно поругались. Вплоть до расставания. Но это странно. Она же не в постели их застукала, а в гардеробной. Не голыми, а в одежде. И я думаю, что Мира использовала это как повод, потому что это скандал из ничего.
Так вот, вечером, когда я вернулась с вернисажа, Вера показала мне свою кладовую. Сказать, что я была удивлена, – не сказать ничего. Чего там только нет. Это целая гримёрка на колесах. А платьев!.. Всяких разных! Вера наложила мне пробный грим, который чуть не убил Рика, а значит, задача грима выполнена и меня в таком виде точно не узнает никто, даже родной отец!
И завтра я наведаюсь к своим. Мое желание увидеть родных сильнее страха быть пойманной. Хоть я и привязалась к семье, где работаю, все же они не моя семья.
Сегодня Вера, кстати, задала вполне резонный вопрос: что будет, когда приедет настоящая Роза? Она же не будет постоянно пребывать в коме…
Глава 9
Я стояла возле больничной кровати и не верила в то, что это происходит со мной. Вчера я пришла в кафе-магазин отца и, пока пила чай, узнала, что Херман пострадал на съёмках своего нового фильма, и решила во что бы то ни стало увидеть его! Я всегда говорила, что работа каскадёром не доведёт до добра, но он не слушал. И вот сейчас он без сознания, весь перемотанный бинтами с ног до головы, словно мумия, лежит передо мной, а я даже не могу обнять его, чтобы утешить.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.