Я тебя не смогу отпустить

3. Знакомство

Ангелина перевернула последний лист толстенной книги, захлопнула её и устало откинулась на спинку стула. Взгляд юной герцогини скользнул по высокому потолку, украшенному замысловатой росписью и едва заметными знаками, которые она не раз встречала в предоставленных ей учебных пособиях.

С её губ сорвался тяжёлый вздох. Уже прошло две недели, как герцог Кресский забрал её к себе и принялся лично заниматься с ней, чтобы восстановить всё то, что она якобы позабыла. Он оказался строгим преподавателем, но благодаря этому ей удалось за такое короткое время полностью изучить местный этикет.

К невыразимому счастью Ангелины, она оказалась самой знатной леди после императрицы и принцессы Кресской, что значительно упрощало жизнь. Ей не нужно было расшаркиваться перед остальной знатью. Напротив, следуя этикету этой империи, это они обязаны склониться, едва она появлялась на горизонте.

Но вместе с плюсами имелись, конечно же, и довольно неприятные минусы. Ангелина узнала, что является самой завидной невестой. Причём не только данного королевства. Что уж говорить о всех родовитых семьях, имевших сыновей. Они в своих мечтах видели, как её взор упадёт на кого-то из их наследников.

Ангелина на миг прикрыла глаза, вспоминая момент, когда дед Олега сообщил ей обо всём…

– Вы с готовностью пожертвовали собой, невзирая на то, что мои слова должны были показаться вам откровенным бредом, – в первый день занятий неожиданно произнёс герцог Кресский. – Хотя вы вряд ли мне поверите, но я очень высоко ценю ваши чувства к Олкэйю, поэтому и решил оплатить по достоинству жертву, которую вам пришлось принести.

– Не стоит, – покачала она головой. – Высшая награда для меня – видеть, что он жив и счастлив.

– И всё же, – нисколько не смутившись её отказом, продолжил он: – Вы достойный человек. Не каждый пойдёт на такое ради другого. – На губах герцога скользнула горькая усмешка. – Моя супруга, к примеру, настолько сильно ненавидела меня и навязанный ей брак, что помогла заговорщикам похитить собственных детей, чтобы отомстить мне.

– Что? – широко распахнула глаза Ангелина. – Но ведь это были и её дети тоже.

– Она не испытывала к ним материнских чувств, – пояснил он совершенно спокойно, словно уже давно примирился с этим фактом. – К тому же насолить мне – лишить наследников – было её заветной мечтой.

– Простите, – неожиданно смутилась Ангелина и, потупив взгляд, произнесла: – Но в вашем состоянии вы с лёгкостью можете завести ещё детей. – Её щёки ярко пылали. – Получается, что её месть была какой-то бессмысленной и глупой.

– К сожалению, это не так, – улыбнулся герцог, глядя на её покрасневшее лицо. – Я бы с радостью оставил вас супругой своего внука, но вы не сможете выносить его ребёнка. – Он устало вздохнул. – Именно из-за этого детям королевского рода всегда подбирали невест с самыми выдающимися магическими данными.

Ангелина в несколько шагов преодолела расстояние, разделяющее их, и коснулась его руки.

– Прошу, подберите Олегу хорошую девушку, чтобы она искренне полюбила его.

– Я постараюсь, – не выдержав мольбы в изумрудном взгляде, ответил герцог и, поправившись, добавил: – По крайней мере, симпатию они друг к другу испытывать будут, обещаю.

– Хорошо, – радостная улыбка украсила её губы.

– Но давайте поговорим о вас, – внезапно сменил он тему.

– Обо мне? – растерялась она. – Зачем?

– Однажды вам придётся выйти замуж, – предупреждая её протест, герцог продолжил: – Таких знатных невест, как вы, никто не оставит в покое.

Ангелина вдруг хитро улыбнулась.

– Вы же сами говорили, что во мне нет магии. Кому нужна жена, которая не сможет родить достойного наследника?

– Магия у вас всё же есть, – неожиданно сообщил он.

– Этого не может быть, – пролепетала она в изумлении и с подозрением продолжила: – Вы что, солгали?

– Нет, – покачал головой герцог. – Когда мы оказались в этом мире, я первым делом попытался привязать магию моей сестры и её мужа к вам. – Он на мгновение замолчал. – Но тут произошло необъяснимое. Их энергия самовольно вошла в вас, будто вам и предназначалась.

– И что теперь делать? – Ангелина никак не могла ничего понять.

– Боюсь, вам придётся принять этот факт, – слишком уж мягко улыбнулся герцог. – Единственное объяснение произошедшего, которое мне приходит в голову, – моя сестра знала обо всём заранее и провела обряд передачи.

– Обряд… п-передачи? – запинаясь, выдавила она.

– Он смертелен, но при этом проводится добровольно, – негромко поведал он. – После обряда у мага остаётся три месяца жизни. – В его глазах влажно сверкнула боль. – Всё указывает, что моя сестра ждала вас.

– Но… почему? – Ангелина никак не могла найти обоснования для подобного поступка. – Зачем ей это было нужно?

– Не знаю, – чистосердечно признался герцог. – Мы с братом пытались отыскать её душу, но это ничего не дало.

– С королём? – зачем-то уточнила она. – Он что, в курсе всего происходящего?

– Да, – кивнул он. – У нас с Крайосом нет тайн друг от друга.

– То есть ему известно, что место племянницы будет принадлежать какой-то самозванке? – опешила Ангелина от творящегося бедлама в Кресской империи.

– Пусть и в прошлом, но вы принадлежали к моему роду, – покачал головой герцог. – Мы вместе решили подарить вам новую жизнь.

– Я очень надеюсь, что наследный принц более здравомыслящий, чем его дедушки, – не сдержалась она, осеклась, осознав, что сказала, и нарочито смиренно добавила: – Простите, дядюшка, если моё замечание обидело вас.

– Знаете, чем ближе узнаю вас, тем больше понимаю, почему Олкэй не остался к вам равнодушен, – усмехнулся он, неожиданно коснулся рукой её щеки и ласково погладил. – Знали бы вы, как бы мне хотелось не отпускать вас из нашего рода.

– С-спасибо, герцог, – судорожно сглотнув, выдавила она, опуская глаза, пытаясь скрыть выступившие слёзы. – Но для меня главное, чтобы Олег был счастлив.

– Для вас я больше не герцог, – опустив руку, произнёс он. – Зовите меня так, как звала племянница – Кирос. – Герцог тихонько вздохнул и внезапно продолжил: – Обещаю вам, Ангелина, что замуж вы выйдете только, если сами того пожелаете.

Она растерянно взглянула на него. С её ресниц сорвалась прозрачная капля и неторопливо покатилась по щеке.

– Большое вам спасибо… Кирос.

Ангелина медленно возвратилась из поглотивших её воспоминаний. Ей вдруг пришло в голову, что вполне может возникнуть такая же ситуация, как с юной сестрой короля и герцога. Неужели в таком случае она сможет отказать родовитому жениху и поставить этим под угрозу жизнь королевства?

Размышлять об этом, откровенно, не хотелось. Как не хотелось думать и о предстоящей встрече с любимым супругом, который будет видеть в ней лишь родственницу. Но лучше уж так, чем каждый день ходить на его могилу и в бессилье смотреть на неё, понимая, что его больше нет.

– Эх, очень сомневаюсь, что пожелаю, – вырвавшись из страшных размышлений, сухо проронила она и поднялась со стула. – Но, если придётся… Ладно, не стоит сейчас об этом.

Ангелина чуть слышно вздохнула, взяла в руки книгу и направилась к дальним стеллажам, чтобы убрать её на место. Она привстала на носочки и потянулась вверх, пытаясь вернуть учебное пособие на нужную полку. Но оно упорно не хотело вставать туда, куда его направляли.

Юная герцогиня потянулась сильней и вдруг с ужасом осознала, что книга вот-вот выскользнет из рук и упадёт. Боясь повредить увесистый том и вместе с тем получить им по голове, Ангелина судорожно подняла вторую руку и попыталась удержать его. Но вместо успешного завершения дела, почувствовала, что теряет равновесие.

Звук упавшей книги так и не раздался, но думать об этому было некогда – пол стремительно приближался. Ангелина зажмурилась и инстинктивно вытянула ладони вперёд, пытаясь защитить себя от удара. Внезапно её подхватили сильные мужские руки. Она в изумлении распахнула глаза и обернулась, столкнувшись с сияющим серебристым взглядом.

Молодой человек, лет двадцати с небольшим, крепко прижимал её к себе, обеспокоенно и вместе с тем заинтересованно разглядывал её. Его длинные чёрные волосы коснулись её лица и неожиданно напомнили ей о муже. Сердце мучительно сжалось. На глазах выступили слёзы. Ангелина судорожно сглотнула и поспешно сморгнула предательскую влагу.

– Вы кто? – невольно сорвалось с её губ.

– Забавно, – насмешливо ответил он. – Кто бы мог подумать, что однажды моя милая Ангелия позабудет меня.

Ангелина покраснела, осознавая, что слишком уж близко прижимает её к себе незнакомец и чересчур смело касаются его руки её тела, пусть и облачённого в одежду. Она смущённо закусила губу, не в силах что-либо ответить.

– Ну что ж, давайте познакомимся ещё раз, – внезапно лучезарно улыбнулся он. – Аристон – наследный принц сего королевства и ваш родственник.

4. Влечение

Гулкий стук колёс по каменистой аллее невероятно раздражал. Золотистые лучи проникали сквозь окна кареты и упрямо касались лица, словно пытались добраться до глаз и ослепить. Олкэй нахмурился и едва заметным взмахом руки закрыл небольшие атласные занавеси.

Он откинулся на мягкую спинку сиденья и погрузился в безрадостные думы. Уже прошёл почти год, как деду удалось достучаться до него, поведать всю историю их семьи и вернуть блудного внука. Только никакого восторга это не приносило. Лишь время, проведённое в магической академии, скрашивало переполнявшее его сердце одиночество.

И вот дед решил лишить его последней радости – вырвал в середине учебного года, причём выпускного, домой. Олкэй сердито скрипнул зубами. Какое ему дело до того, что наконец пришла в себя его родственница? Неужели он должен теперь лично ухаживать за ней? Прислуги уже недостаточно?

Прерывая его размышления, карета остановилась, и дверца привычно распахнулась. Олкэй молчаливо поднялся и покинул экипаж. Гневно поджимая губы, он направился к дому. Внезапно в памяти всплыл последний разговор с герцогом Кресским. Дед попросил присмотреть за пострадавшей, пока он будет занят.

Олкэй злорадно усмехнулся. О, он обязательно позаботится о ней, да так, что на третий день эта фифа соберёт свои многочисленные наряды и отправится домой. Болезненным барышням место не в гостях, а у целителей, тем более таким именитым, как эта герцогиня.

Дворецкий широко распахнул перед ним двери и поспешно склонился. Олкэй решил не откладывать задуманное и остановился на пороге. Слуга выпрямился и заметил потемневший пристальный взгляд хозяина. Зная его непростой характер, он с недоумением ожидал вопроса от юного господина.

– Скажи, а герцогиня Ольская уже прибыла? – нарочито заинтересованно произнёс Олкэй.

– Да, – тут же расплылся в восхищённой улыбке дворецкий, вспоминая милую и необычайно добрую гостью. – Если вы хотите поприветствовать её, то она находится в библиотеке.

– В библиотеке? – изумился он и на мгновение засомневался в своём решении.

– Её Светлость попала в аварию и утратила память, – с глубокой скорбью сообщил слуга. – Сейчас она восстанавливает все те знания, что были ею утеряны.

– Хм… – неопределённо промычал Олкэй и решительно направился в библиотеку, на ходу бросив: – Я навещу её и узнаю, как она себя чувствует.

– Конечно, господин.

Олкэй торопливо двигался по длинному коридору, не обращая внимания на узорный мраморный пол и высокие стены, украшенные роскошными фресками. Его они никогда особо не занимали, даже когда он впервые очутился в этом особняке. Сейчас же ему и вовсе не было до них дела.

После новостей о родственнице его уверенность в справедливости собственного решения подверглась сомнению. Похоже, дед не зря так переживал о ней. Что, если она действительно находится в тяжёлом состоянии и нуждается в квалифицированном уходе? Он же являлся довольно сильным магом, владеющим подобными силами.

Олкэй остановился перед высокими резными дверями и уже поднял руку, чтобы постучать. Но слова дворецкого заставили его попросту войти, чтобы не заставлять пострадавшую лишний раз отвлекаться и волноваться. Юный герцог бесшумно переступил через порог, скользнул взглядом по комнате и застыл от представшей перед ним картины.

Его троюродный брат – наследный принц Кресской империи, Аристон – крепко держал на руках худенькую, словно тростинка, девушку и о чём-то говорил ей. Её уложенные в замысловатую причёску чёрные волосы подсказали, что это, по всей видимости, и есть герцогиня Ольская.

Олкэй заметил, как заалело её лицо, а длинные ресницы смущённо опустились на щёки. Его отчего-то до ужаса разозлило происходящее. Он гневно толкнул дверь, и та с грохотом захлопнулась, привлекая внимание. Пара вздрогнула от неожиданности и повернулась к нему.

Удивительный изумрудный взгляд остановился на нём. Олкэй от неожиданности затаил дыхание, погружаясь в их невыносимую глубину. Он вдруг ощутил, будто она незримо коснулась его сердца своей нежной ладонью, и уже давно жившее там чувство одиночества внезапно исчезло, сменяясь на приятное тепло, согревшее все потаённые уголки заледеневшей души.

Ему неожиданно захотелось подойти и вырвать её из цепких рук Аристона. Он уже сделал первый шаг, как вдруг заметил, что пылающие щёки в мгновение ока укрыла смертельная бледность. Прекрасные зелёные глаза потемнели и с невыразимым ужасом смотрели на… него?

– Ол… – сорвалось с её губ, длинные ресницы резко дрогнули и опустились на посеревшие щёки. Юная герцогиня потеряла сознание.

– Ангелия! – испуганно выпалил принц и бросился к нему. – Скорей веди целителя, ей плохо!

Олкэй никак не мог прийти в себя. Её последнее слово, которое она так и не договорила, – это ведь было его имя. Но почему? Они же даже не знакомы и уж тем более никогда не встречались. Он бы точно ни за что не смог позабыть эти невероятные глаза, напоминавшие драгоценные камни.

– Да что с тобой? – в ярости заорал на него Аристон, приводя в себя.

– Отдай её мне, – гневно парировал он и ловко выхватил её из его рук. – К чему целитель? Я сам справлюсь.

Олкэй спешно вышел из библиотеки, распахнув с помощью сил двери, и устремился на второй этаж к ближайшей гостевой комнате. Страх брата за юную герцогиню неожиданно передался и ему. Его взгляд то и дело останавливался на красивом, но невыносимо бледном лице.

«А что, если она больше никогда не откроет свои удивительные глаза?» – вдруг пронеслось в голове.

Безумный страх когтистой лапой сжал сердце, безжалостно раня его. Олкэй нёсся так, словно за ним гналась куча злейших демонов. Ещё никогда до этого ему не приходилось так волноваться о ком-то. Он всегда с равнодушием наблюдал за тем, если кто-то испытывал боль или страдал.

Олкэй сам не заметил, как оказался у гостевых покоев. Он порывисто ударил ногой по дверям, совершенно позабыв о магии, и бросился в спальню. Там уложил юную герцогиню на постель и коснулся ладонью её лба. Его магия мягко проникала в тонкое тело и исцеляла.

К его удивлению, кроме сильнейшего нервного истощения, она больше ничем не страдала. Этот вывод принёс с собой множество новых вопросов. Неужели его гостья настолько сильно испугалась, что потеряла сознание? Возможно ли, что ей рассказывали о его дурном нраве, и она не хотела лишний раз показываться ему на глаза?

– Как она, Олкэй? – в распахнутую дверь вбежал принц и остановился у постели. – Ангелии лучше?

– Её зовут Ангелия? – совершенно игнорируя заданные вопросы, спросил он.

– Да. – Аристон укоризненно посмотрел на него. – Она твоя родственница и потеряла несколько месяцев назад родителей, а ты даже не удосужился узнать у герцога, как её зовут. – Он ошеломлённо вздохнул. – Я был о тебе лучшего мнения.

– Я сам был о себе лучшего мнения, – чуть слышно пробурчал Олкэй, не сводя с неё глаз.

– Пожалуй, заберу её во дворец, – покачал головой принц и сердито продолжил: – Там третьей принцессе Кресса обеспечат надлежащий уход.

– Я не отдам её тебе, – прорычал он, ощущая, как внутри угрожающе заворочалась магия. Его сила не желала расставаться с юной герцогиней.

– Что ты себе позволяешь? – Аристон приблизился к нему и заглянул в глаза. – Она тебе вещь, что ли? Никаких прав на герцогиню Ольскую нет ни у герцога, ни, тем более, у тебя.

С постели донёсся тихий стон. Это заставило их отбросить выяснения отношений и обратить всё внимание на пострадавшую. Её тонкое красивое лицо исказила горестная гримаса страдания. На лбу выступила испарина. По щекам неожиданно покатились слёзы.

– Я согласна на всё, только пусть живёт… – сдавленно всхлипнула она.

Принц тяжело вздохнул и едва слышно произнёс:

– У них была очень крепкая и любящая семья. Ей до сих пор их не хватает.

– Хорошо, если она захочет уехать с тобой, я не стану препятствовать, – неожиданно для себя решил Олкэй. – Если же останется – обещаю, обеспечу её лучшим уходом, который только может быть.

– Я верю тебе и настаивать не буду, – кивнул Аристон и вдруг тихо признался: – Знаешь, когда она появилась на свет, её мать хотела обручить нас.

Сердце вмиг замерло. Олкэй неожиданно осознал, что не в силах позволить случиться этому.

– Ты побоялся, что она не сможет подарить тебе наследника? – через силу поинтересовался он.

– Да нет, моя магия не настолько могущественная, как твоя, подарить мне сына – Ангелия вполне сможет, – покачал головой принц. – Просто до сегодняшней нашей встречи я никогда не видел в ней девушку, – задумчиво ответил он. – Но после трагедии она словно стала другим человеком. Да и выглядит такой нежной и хрупкой, что мне хочется защищать и оберегать её. – Его губы неожиданно растянулись в мягкой ласковой улыбке. – А ещё, меня до ужаса тянет к ней, и теперь я подумываю о том, чтобы поговорить с дедом насчёт помолвки.

Олкэй вспомнил обращённые к нему лучистые изумрудные глаза и с силой сжал зубы. Ну уж нет! Он перевернёт мир, да что мир – вселенную, но обязательно отыщет способ не допустить этот брак.

Аристон с нежностью взглянул на Ангелию и неожиданно обратился к нему:

– Присмотри за ней несколько минут, я скоро вернусь, – не дожидаясь ответа, он торопливо покинул гостевые покои.

5. Чувства

Огромный зелёный дворик приветливо распахнул перед ней ворота, безмолвно приглашая войти, но она замерла на месте, не в силах сделать шаг вперёд. Ангелина понимала, что стоит ей переступить этот порог и зайти на территорию детского дома, как закончится её беззаботная жизнь.

Впрочем, жизнь закончилась ещё два месяца назад, когда родители решили отправиться в место, где родились. Они звали дочь, но нежелание пропускать школу и оставлять друзей заставило её отказаться. В итоге, друзей больше нет, да и школу пришлось оставить.

Эх, лучше бы она поехала и разбилась вместе с родителями.

К глазам подступили слёзы и заструились по щекам. Огромный ком встал в горле, болезненно царапая его и не позволяя нормально вздохнуть. Она судорожно сглотнула, пытаясь протолкнуть его. Вязкая горечь одиночества разлилась в сердце, отравляя само существование.

– Ангелина, не упрямься, пойдём, – вдруг обратилась к ней высокая статная женщина с недовольным выражением лица. – Не можем же мы весь день проторчать у ворот.

– Екатерина Андреевна, здравствуйте, – внезапно донеслось до них, и они невольно обернулись, уставившись на черноволосого подростка. Голубые глаза с интересом остановились на ней, и Ангелина смущённо опустила голову. – О, у нас новенькая?

– Здравствуй, Олег, – неожиданно мягко ответила женщина. – Да, её зовут Ангелина. Слушай, может, проводишь?

– Конечно, – сразу же согласился он, и девочка незаметно покосилась на него.

– Спасибо, – с облегчением вздохнула Екатерина Андреевна и на прощание добавила: – Тяжело тебе здесь будет, деточка, с таким характером.

Парень бросил на удаляющегося работника детского дома равнодушный взгляд и обернулся к Ангелине.

– Привет. – Он подошёл к ней поближе и протянул руку. – Как ты уже слышала, меня зовут Олег.

– Приятно познакомиться, – робко кивнула она, старательно избегая его взгляда. Странный парень отчего-то вызывал в ней смущение. – Ангелина.

Он мягко пожал её ладошку.

– Думаю, тебе известно, что в этом месте выживает только тот, кто может постоять за себя, – озвучил ей Олег общеизвестный факт прямо в лицо.

Это вызвало у неё горькую усмешку.

– Знаю, только я, к сожалению, не из таких, – она нервно передёрнула плечами. На глаза вновь набежали слёзы. – Мне даже не приходилось ни с кем ссориться.

С ресницы сорвалась слеза и покатилась по щеке. Ангелине стало неловко, что она делится с человеком, который вряд ли оценит подобное признание. Скорее всего, её слова вызывали у него презрение. Тепличный цветочек, который волею судьбы оказался здесь, не сможет заслужить уважение у этих детей.

Внезапно её щеки коснулись его руки и бережно вытерли слезинку. Ангелина изумлённо распахнула глаза и ошеломлённо посмотрела на Олега. Он со странным выражением глядел на неё и не отводил пальцы от её лица, трепетно касаясь его, будто пытаясь успокоить.

– Не переживай, тебя никто не тронет, – вдруг произнёс он. – Скажу всем, что ты моя.

– Твоя? – в недоумении растерялась она.

Олег неожиданно рассмеялся.

– А имя у тебя действительно подходящее, – покачал он головой. – Ты настоящий ангел, ничего не смыслящий в пороках мира. – Заметив, что Ангелина стала нервно поглядывать на него, пояснил: – Будешь моей девушкой.

– Но мне же всего тринадцать, – севшим голосом выдавила она. – Никто не поверит.

– Нет, ты действительно очень наивная, – ласково усмехнулся Олег. – Это для детей из семьи, может, и рано, а тут взрослая жизнь начинается намного раньше.

Ангелина предпочла не задумываться над тем, что он имеет в виду под выражением «взрослая жизнь». Оно отчего-то отталкивало и вызывало стойкое омерзение. Единственное, с чем она поспешила согласиться, так это стать фиктивной девушкой, понимая, что от его помощи отказываться не стоит.