Солдат Чингисхана

Глава третья.

Гомо сапиенс? Аронар открыл глаза. Он висел на верёвке. Связанный, с кляпом во рту. Белые говорили на чужом языке. В другой комнате.

Кто гомо сапиенс? Аронар извернулся, стал смотреть по сторонам. Дверь, окно под потолком. Подёргал ногой. Маленький костяной нож выскользнул из сапога в руку. Раскачался. И стал резать верёвку. В очередном размахе резанул посильнее последние жилы пут и выпрыгнул в окно.

Может и сапиенс. Да только не было такого, чтобы монгольского богатыря сапиенсом вешали на всё обозрение.

Ударился. Не в окно, в стену, охнул. Открылась дверь. И прилетело. Прилетело сильно. Как никогда раньше.

Голова к славянам, нож к чёртовой матери, а мысли к предкам. К отцовским, к материнским, шаманов всех увидал, все шатры, все табуны монгольских степей. И глубокую монгольскую ночь.

– Этот? – Гарольд сидел у окна, рассматривая маленького азиатского парня. Невысокий, по сравнению с рыцарями, почти без мышц и без жира. Жилистый, как гончая собака, – Резвый монгол, чуть не сбежал.

– Этот, – Ричард был доволен. Добыл монгольского разведчика. Да как добыл, на самую простую уловку, – этот самый, что в прошлый раз двоих наших завалил. А третьего в плен уволок.

Ричард стоял у стола, рассматривая вещи пленного. Средний лук, похоже, многосоставной, клееный. Странный меч. Небольшой и загнутый. Кожаные ножны, кожаная кольчуга. Стрелы с костяными наконечниками. Ива, оперение птичье, знакомое. Щит, видно, что разломанный и собранный заново. Небольшой костяной нож. Сапоги. Колчан старый затрёпанный. И вообще, всё у этого монгола было старое, поношенное.

– У него ничего железного нет. Бедность или хитрость? Железо блестит и гремит. А это разведчик. Поговорим с ним? – Кивнул воину с ведром, что стоял возле пленника.

Тот резко вылил холодную воду на Аронара. Взял второе ведро и стал лить не спеша на голову. Монгол открыл глаза и стал дрожать. Вода была ледяной, из колодца. Что-то прохрипел на своём.

– Что он говорит?

– Просит ещё. Воды.

Ледяная вода отрезвляла. Аронар посмотрел по сторонам. Он в странном стуле, привязан. Рядом четыре белых человека. Так, вот эти двое главные, судя по одежде. А вот эти? Этот простой воин. А это непонятно кто, на носителя крестов не похож. Русич?

Непонятный человек подошёл и спросил по-монгольски:

– Как тебя зовут?

– Аронар. А тебя как?

– Я Олег. Но тебе говорить нужно не со мной. С ними, – он указал на рыцарей.

Те смотрели на разговор с интересом. А потом вступили и сами. Они хотели знать многое, почти всё. Много ли здесь монголов? Далеко ли их лагерь? Далеко ли им до родных степей? Надолго ли они на Руси? Где награбленное? Зачем пришли на Русь?

– А сами-то вы кто? Явно не местные. Вот он местный, – кивнул на Олега-толмача, – и одеты вы странно. Похоже, издалека. Нас монголов здесь так много, что степь проседает под нашими конями. Лагерь наш так далеко, что даже солнце не найдёт. Степи наши там, где мы захотим. И даже эта степь наша.

Рыцари переглянулись. Этот ничего не скажет. Повесим или заколем? Разберёмся. Сначала обед. Да здравствует мясо и вино!

Аронара утащили в другую комнату. Он слышал, как на столы ставили посуду, блюда, шумели люди, и лилась вода. Надо что-то делать. Открылась дверь. Вошёл Олег:

– Рыцарям пользы от тебя нет. Тебя повесят или заколют.

– Мы с тобой враги. Я убил много ваших воинов и разграбил много деревень. Мы пришли с войной. Но мы уйдём. А они пришли со своей верой. Они останутся и заставят вас молиться их богам. И дети ваши будут молиться им, и внуки. И внуки внуков.

– Зачем ты говоришь это?

– Принеси мой нож. Если я убегу, то уговорю своего хана помочь вам. Пусть ваш князь поговорит с нашим, и мы поможем.

– Хитрый ты, монгол. Но с нашим князем ты можешь и сам поговорить. Возьми, – он протянул костяной нож Аронара, – до своих тебе не добраться. Далеко. Беги до князя. В соседней деревне. Только успей показать это, чтобы не закололи, – Олег достал странный амулет на кожаном шнурке и отдал Аронару.

Толмач перерезал веревки. И встал у высокого окна, подставив руки – лезь уж, Аника-воин…

В монгольском лагере было шумно. Разведчики убиты. Наблюдатели видели произошедшее на ночной стоянке крестоносцев. В полдень они вернулись с плохой вестью.

– Надо напасть!

– Их не больше ста! Убьём всех!

– Не надо нападать! Их войско недалеко. Добычи у нас много, вернёмся в степь!

Лагерь шумел тысячью голосов. Кто-то предлагал отомстить. Кто-то вернуться в Монголию. Наблюдатели стояли возле Батыя.

– Где носители крестов? Сколько их?

– Пошли левее, вдоль реки, будут обходить нас. Мы видели только передовой отряд. Основное войско ещё не подошло.

– Отдыхайте. Пусть наблюдать поедет кто-нибудь из отряда Тумена, – Батый отпустил воинов. Налил себе чая.

Аронара жалко. Крепкий был воин добычи много. Юрта новая. Нашёл себе белую жену. Что с ней делать теперь? Пусть пока живёт в его юрте, потом разберёмся. Теперь подумаем о крестоносцах.

Рыцари сильны и умеют воевать. Мы одолели русских князей, набрали много добычи. Все телеги полны. Караваны с пленниками уже идут в родную степь, Хан будет доволен. Разведка проведена. Мы знаем многое и о многих. Через пару зим здесь будет наша империя. Батый допил чай, плеснул на землю остатки.

У нас есть один пленник с крестами. Будет ещё шесть, монгол я или нет? Надо притвориться, вызвать на себя атаку и выяснить, сколько рыцарей в передовом отряде, а потом убить часть, а часть полонить. Надо заманить их в узкое место. Ущелье? Ров? Река? Переправа? Переправа!

Аронар к князю не пошёл. Амулет это хорошо, но жизнь лучше. Выпрыгнув из окна, оглянулся по сторонам, рванул к лесу. Поля, поля. Какие у них огромные поля. А леса ещё больше. Коня бы. Но нет коня. Упал, притих. Стал осматриваться. Небольшая деревня, огороды. Кони рыцарей, охрана. Надо ползти. Ближе к лесу, ближе. Где дорога, ближе к дороге, иначе можно заблудиться в этих лесах. Вскочил в кустах и побежал. Бежал долго, отбил все ноги о корни и сучья. Но не заметил этого, бежал легко, как косуля, перепрыгивая упавшие деревья и большие камни. В лесу и на дороге было тихо, это придавало уверенности в спасении. Опять поле. Остановился. Отдышался. Какая-то маленькая русская деревушка. Раньше он такие деревушки грабил, а теперь надо стороной обойти. Лесом. Что-то знакомое. Не эту ли деревню он грабил недавно? Вроде нет.

Медленно, оглядываясь, стал обходить деревню. Слишком тихо вокруг. В животе заурчало, это засада. Остановился. Живот монгола никогда не подводил. Скорее всего, с луками в крайних домах. А сзади есть кто-нибудь? Обернулся. Тихо. Вернуться в лес? Или уже поздно? Повернулся в сторону леса. Достал нож.

Практически без свиста возле ног воткнулась одна стрела, вторая ближе к лесу, а третья в дерево подальше. Аронар послание понял, поднял руки, развернулся. Из домов выходили русичи.

В серых одеждах, светловолосые мужчины. Некоторые в кольчуге и шлемах, при мечах. Другие с щитами и копьями. Один махнул рукой, призывая Аронара. Аронар медленно подошёл, бросил нож под ноги. Опустил руки.

– Да это он! – Русич обрадовано воскликнул, глядя на Аронара.

– Зарежем его!

– Они все на одно лицо, не спеши. Позовём князя.

Аронара привязали к столбу посреди улицы. Он сидел спокойно, незаметно осматривался. Почему не убили? Почему засада? Почему одни воины? Где местные жители?

Подошёл русский воин, долго осматривал Аронара, заметил на шее талисман от Олега.

– Олег сейчас у крестоносцев. Откуда у тебя это?

– Он спас меня. Я был у них в плену. Я пришёл к вам с предложением.

– Интересно. У меня к тебе два вопроса .У вас белая девушка. Она жива?

– Зачем спрашиваешь? У вас женщин много.

– Это дочь одного князя. Вы захватили её много лун назад. Она жива?

Аронар замолчал. Неужели они спрашивают о его пленнице? Возможно. Он вспомнил тот день. Вначале их вторжения в русские земли…

Третий сон Аронара.

Он тогда проснулся от шума на улице. Сквозь дырочку в стене светило солнце. Юрта была старая, поношенная, доставшаяся от кого-то из убитых воинов.

Выглянул на улицу. По лагерю бродил народ. Узкоглазый, темнокожий, грязный. Кто разводил костёр, кто по воду, кто лепёшки стряпал, а кто с оружием возился.

Он свернул за юрту и помочился на куст. Почесал бедро. Зарядку бы надо сделать. Присел два раза и пошёл к реке, мыться.

Река была незнакомая, большая. Таких он не видел никогда. Родная Селенга намного меньше. Но даже её он никогда не переплывал.

А эта река была огромной. Стрела не перелетит. И конь не переплывёт.

У костра нашёл кусок лепёшки и монгольский чай. Быстро перекусил. Готовить что-то не хотелось, да и экономия. Если повезёт, то к обеду разорим какую-нибудь русскую деревню. Главное, быть в первых рядах, иначе ничего не достанется.

Как в прошлый раз. Был в середине войска. А толку-то. От коров только кишки остались и кости. Чёртовы монголы обглодали всю деревню.

Чёртовы монголы. Кстати, почему мы зовёмся монголы? Я вообще бурят и бурятов здесь много. А ещё есть калмыки, булагаты, эхириты, хори, сунниты, хатагины. Всех не перечислишь.

Не спеша собрал юрту в телегу. Запряг лошадь. Коня привязал позади. Лагерь тоже собрался. Навстречу утреннему солнцу потянулась длинная пыльная колонна.

Всадники, повозки, пешие воины и стада коров, овец и лошадей. Разговоры, блеянье, мычанье и топот миллионов ног и копыт слились в один привычный гул.

К первой, на сегодня, русской деревне вовремя он не успел. Похоже, у деревни был дозор. Или чёрная весть о захватчиках летела быстрее. В общем, деревня была пустой. Ни скота, ни запасов. Только ветер среди десяти избушек.

В обед он останавливаться не стал. Попил кумыс на ходу. Дожевал лепёшку. Продолжил путь. Впереди маячила группа всадников, разведка. Решил держаться за ними.

Рискованно, конечно, можно наткнуться на чужое войско и пропасть. Но запасы кончались, а прибылей всё нет и нет. Овёс завтра кончится, придётся лошадь продавать.

Разведчики свернули вправо и бросились по степи. Он за ними, хлеща лошадь, гнал свою повозку. Деревня! Выхватил саблю, нащупал в телеге щит. Шлема нет, ладно. Справа и слева спешили такие же голодные азиаты.

Бросился в первый дом. Где у русичей зерно? Бочка. Бочка! Щит повесил на спину. Достал мешок, горстями стал сыпать. Утащил в телегу. Второй мешок. Ох, лошадки мои, поедим сегодня.

В щит что-то воткнулось. Повернулся. Посреди избы стояла девушка. Руки пустые. Достал щит. В центре был воткнут нож. Деревенский, грубый, с деревянной ручкой.

Девушка была страшная. Кожа белая, прозрачная. Глаза навыкате, синие. Волосы жёлтые, платье до пят.

Отвернулся, стал черпать зерно. Загрузил в телегу три мешка зерна, муку нашёл, хлеб, русский кумыс. Серебра-золота в избе не было.

Девушку связал, закинул в телегу, прикрыв шкурой. В соседнем дворе разделывали корову. Отрезал кусок, тут же, у костра, на ломтики поделил и на палочки насадил.

Нормальная еда. Впервые за три дня. Оставшийся кусок закинул в телегу. До вечера не испортится…

В ребро слегка ткнули мечом:

– Тебя спрашивают, обезьяна. Она жива?

– Кто знает? Всех не упомнишь, – Аронар поморщился и зло посмотрел на воина, – Что ты хотел спросить ещё, князь?

– Развяжите его.

Воины принялись за руки и ноги Аронара. Князь дождался и жестом пригласил Аронара за собой. Пошли к дому.

Глава четвёртая.

Разведчики рыцарей бесшумно бежали по лесу. Один впереди, на удалении. И трое позади. Все почти без оружия, без защитных лат и кольчуги. Без шлемов и щитов. У каждого только нож в голенище. И сверху плащ грязного серого цвета. Они умели двигаться по лесу. Быстро и тихо, как лиса или волк.

Но это была не прогулка. Рыцари шли по следу Аронара. Шли как опытные ищейки на охоте. Не приближаясь, но и не отпуская. До этого они дожидались, пока он выпрыгнет из окна, пересечёт поле и углубится в лес. Они бежали, ползли, лежали, преследуя бывшего пленника.

Они видели, как Аронар вышел на край деревни и наткнулся на засаду русичей. Ого, это было интересно. Про эту деревню в лесу они ничего не знали. Понаблюдали. Аронара увели в дом. Стало темнеть.

– Похоже, больше передвижений не будет, – главарь разведчиков укутался в плащ, – мы останемся здесь. А ты бегом к Гарольду. Расскажешь. Рано утром вернёшься к нам.

Один из серых плащей молча, поклонился и растворился в лесу. Главарь лёг и, засыпая, сообщил:

– Дежурим по очереди. Леон, ты первый.

Серый плащ сначала шёл не спеша, тихо. Но удалившись от деревни, побежал, не беспокоясь о шуме. И через несколько часов был в лагере крестоносцев.

Охрана у двери пропустила его сразу. Плащ вошёл в дом и поклонился. За большим столом сидели Гарольд, Ричард и ещё четыре славных рыцаря. Гарольд жестом пригласил плаща подойти ближе:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.