- -
- 100%
- +
Ну, вот и нужная мне остановка. Дальше все просто: N-е количество шагов, двор, дом, подъезд, ступени, лифт, квартира. Звонок, двойной, как договорились…
Шарканье тапочек за дверью рассмешило, скрывая улыбку вошла.
– Привет.
– Привет! Как у тебя темно.
– Шторы… Сейчас раскрою. Проходи.
Я прошла в кухню, стараясь не смотреть на гору посуды в раковине и пригорелую плиту.
– Ты где? Я раздвинул шторы. – Он, сутулясь, появился в дверном проеме.
– Я тебе мед принесла, настоящий, не хухры-мухры и настой ромашки. Все дохаешь?
Кривая улыбка в ответ и попытка спрятать рыжий небритый подбородок в накрученный на шее верблюжий шарф.
– Дохаю. Совсем забыл тебе сказать, чтобы ты ничего не приносила, все есть – ребята постарались. – Он передернул плечами. – А мед забери, у меня на него аллергия.
– Ребята, говоришь, постарались. – Попыталась отловить его взгляд, нет, не смогла. – Они еще не все свои дела на работе на тебя свалили?.. А мед отдай кому-нибудь, обратно не потащу.
Поставила чайник и прошла мимо него в комнату. Он, кашляя, вернее громыхая, как в трубу, послушно пошел следом. Со стороны сцена могла показаться нелепой – маленькая женщина отдает приказания, а видный высокий тридцатилетний мужчина слушается. Он пригнулся еще ниже, стесняясь своего роста, шутка ли – почти тридцать сантиметров разницы.
В комнате рабочий хаос. Кресло завалено файлами с бумагами, на ковре разлетелись вырезки и подшивки из старых газет, монитор компьютера облепили цветные бумажки-заметки.
– Работа на дом, – тихо рассмеялась, повернувшись к нему. Пожал плечами. – Хорошо, что ты не патологоанатом…
– Шутка?.. – ответный смех, тут же переходящий в кашель.
– Дело серьезно, милый, будем тебя лечить…
– Не надо, я тебя боюсь. – Мальчишеская улыбка тронула такие влекущие и недоступные губы. – И потом на сегодня работы валом.
– Температура?
– Вчера была, сегодня пока нету.
Махнув рукой, эффектно упала в свободное от макулатуры кресло, понимая, что видимо скоро меня выпроводят. А честное слово, осталась бы тут навсегда. Потом уютно устроившись на подушке возле низкого журнального столика, с которого предварительно были сброшены кипа бумаги и папок, пили кофе. Говорили, снова кофе. Морщась, смотрела, как он курит с больным горлом, все равно курит.
Мирно отсидела отвоеванное для себя у его работы время. В половине первого сама засобиралась. Он, казалось, уже забыл о работе и молча созерцая меня в своем кресле, думал о чем-то в облаке сигаретного дыма.
– Уже уходишь?
– Тебе работать, не хочу злоупотреблять, а то больше не позовешь.
Он не понял – шучу я снова или уже серьезна.
– Спасибо за внимание…
– Мне оно в радость. – Перебила я. – А зеленого друга опять не полил.
Не дожидаясь реакции, взяла банку с отстоявшейся водой и полила растение неизвестной породы, тяжело гнездившееся на подоконнике. Почему-то вспомнился разговор двухлетней давности:
– … а у тебя комнатные растения есть?
– На кухне, на холодильнике что-то зеленеет.
Повернулась к нему. Этот взгляд – полу-удерживающий, до боли знакомый, родной и чужой настолько, что перехватило дыхание. Как правильно, если двое не стали любовниками, они могут остаться друзьями. Дружба связывает, даже, если в ней ничего не связывает. Невидимая нить, которая прочна, только благодаря обоюдному желанию не забыть, что есть он и есть я. Нить, а вместе с нею нежелание одного приблизиться, а другого отпустить и отступиться. Надолго ли? Почему, зачем?..
Медленно подошла, как во сне, подняла руку, провела ладонью по шершавой щетинистой впалой щеке. Он осунулся, похудел, но тот же – мой, запретный…
Тряхнула головой, чтобы отогнать наваждение.
– Ну, милый, я пойду… – Смущенно улыбнулась, запоздало отдернув руку. – Пойду, потолкаюсь в автобусе. Ты знаешь, какие очередины в метро в час-пик?
– Правда? – Он удивленно приподнял брови.
– Ах, да, Солнце, я и забыла, что ты не ездишь на метро, как же, личное авто! – Слова прозвучали, как издевка. Оставалось надеяться, что и эта сойдет мне с рук, сойдет как все остальные. Почему мне все сходит с рук!? Как жаль, что его не вывести из себя, не зажечь тем же огнем, каким пылаю к нему я. Жаль… А иначе – меня бульдозером не выдворить отсюда и черт с ней, с его простудой!..
Он засуетился, глянул в зеркало, приглаживая непослушные волосы на макушке.
– Я тебя отвезу.
– Ты болеешь, тебе нельзя. Да и на чем, на машине?
– Я хочу. – Он упрямо выпятил подбородок.
– Нетушки, не поеду я на машине. – Пока он не опомнился, привстала на цыпочки и чмокнула его в выставленный подбородок.
– Твердо решила? – Пожав плечами, он распахнул дверь.
– Пока.
– Пока. – Он наклонился и легонько коснулся моей щеки своими губами…
Кровь прилила к лицу, сердце заколотилось, стало так легко и радостно! Хотелось петь… и остаться…
– А может, все же я тебя отвезу?..
– Нет, не надо, не хочу на машине… Эх, там – Такая Осень!..
Ветер
Можно ли поймать Ветер? Кто знает, может и можно. На миг, на час, на время. Но вот удержать его, привязать, заставить, потребовать быть рядом – нельзя. Не зависит это от него, не в силах он это выполнить, даже если пообещает, и сам поверит. Ветер, он ветер всегда, чтобы не случилось.
Но она не поверила, не захотела. Он пролетал мимо и зацепился, сам не зная почему. Заигрался с ее ленточкой в волосах, зарезвился, бросил горсть парашютиков от спелого одуванчика ей в лицо. Она отвернулась, засмеялась и начался разговор:
– Привет, Чудо!
– Привет!..
И будто знакомы давно-давно. Нет секретов, скрывать нечего, да и ни к чему, зачем? Хорошо вместе, хоть пока и не встретились, и знакомы лишь по телефону. Ей – уютно, ему – весело. Если грустно, стоит чуть поговорить по душам и как рукой грусть снимает.
– Ты скоро приедешь?
– Через пару недель.
– Вот и здорово, ты с отдыха, я из командировки… Встретимся, скорей бы…
Она не верила ему – смешной, легкий, загадочный, и в тоже время такой понятный, свой, близкий. Хорошо с ним, волнительно, спокойно. Голос приятный, теплый, согревающий. Верить ли во встречу? Нет, боязно – сколько уже обмана было, напраслины, пустословья. А может быть он потому и не отстает, чтобы она вновь поверила, оттаяла сердцем, загорелась, ожила?? Дай то Бог! Но нет, не верит, рано, рано верить – пока не встретились, пока не заглянула ему в глаза. Какие они, что там в них? – Насмешка ли, желание поиграть или искренность и сердечность?
Снова звонок, поздний, уверенный:
– Солнце, как дела, что делаешь?.. Дома? А я сейчас с улицы звоню – тут дождь, замерз смертельно…
Хриплый простуженный голос в трубке, узнаваемый отныне с первой
ноты. И уже почти верится, что все не просто так, не случайно, а необходимо.
Кто-то сказал бы – верь, смотри как он постоянен, как вьется, ждет. Другой сказал бы – нет, слишком смешливый, несерьезный, поверхностный, романтичный. И то, и другое верно. Заигрывает, манит, интригует… Но ведь она поддержала игру – из любопытства, из-за «нечего терять», безысходности, тоски, скуки. Причин много. Но одна главная, и она не обсуждается. – Она поддержала игру, всерьез или нет – не важно.
Месяц свиданий вслепую привил желание ждать. Понимая, что ничего не ясно – привязалась, потянулась.
– Как там твой?..
– Какой мой!.. – Смех в ответе, осознание шутки и в то же время затаенная трусливая печаль и отблеск крохотной надежды – «а вдруг, вдруг мой?!»
И наконец Встреча:
Как это бывает – слова комом и наперебой, потом внезапное молчание обоих. Рука в руке – теплая, сильная. А можно ли на нее опереться?
Взрывы смеха, подначки, шутки, подколы, общие желания, раскрытые секреты. Он нервничал, курил, она искрилась и пылала. Заворожили друг друга оба.
Кто он – принц или нищий, лжец или пророк, временный или надежный?
Бунтарь, весельчак, не привыкший выставлять напоказ проблемы. Рисовался? – А как же! Но, ведь и она тоже.
Он пьянил ее, она вдохновляла, озадачивала, ставила в тупик… Она поняла, что он – ветер, еще до встречи, до первого прикосновения.
Ветер – в тупике, забавно, но ненадолго. Ветер – романтик? Ой ли, ни капли. Просто он мечтатель и выдумщик, и игрок.
Вечер с Ветром – сказочно, будоражаще-прекрасный пролетел в одно мгновенье.
Спуск в метро… Она, держась за него, утопала в мареве изумрудно-зеленых глаз! Держалась за него, ускользающего, а ему за что было держаться? Он держался за нее, цеплялся, пытаясь удержать. Но она убегала, как рябь на воде, как волна на поле. Не оставляя ему опоры.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.