Бинарный код – 2. Полигон цивилизации

– Я никого не убивала. Эти кадры специально смонтированы, – умоляюще сказала она.

– Так я тебе и поверил, жди манны небесной, – отрезал Рутра.

– Ты мне не веришь, но скоро ты будешь в таком же положении, как и я, – ответила жалостливо она.

– На каком основании я должен тебе верить? – спросил Рутра с явным любопытством.

– Я уже не в первый раз участвую в такой бойне. Соответственно, я позаботилась о том, что взять с собой в качестве доказательства.

– И какое же это доказательство?

– Я тебе сейчас кину карточку. Посмотри, что на ней написано.

– Кидай быстрее. Только я не пойму, в чем смысл всего этого?

– В том-то и дело, что смысл совсем не в том, что ты думаешь.

– Да заткнись ты! Откуда тебе знать, что я думаю, – ответил нервно Рутра.

– Этот полигон – испытание. Выживает сильнейший, чтобы затем отправить его на полевое задание, настоящий бой; имеется в виду не война, а террор. Это нужно, чтобы боец был испытан, смог реально убить того, кого считает врагом для себя. Он должен быть подготовленным, как настоящий вояка. Я сейчас покажу тебе документ издалека, чтобы ты не думал, что я кину тебе нечто другое, потом брошу его тебе. Прочти, – объяснила она, показала лист и кинула ему.

Рутра увидел перед собой ламинированный кусок бумаги, поднял его. На нем была фотография этой самой мадам в военной форме (звание капитана), а под ней надпись: «Манто Ольга Давыдовна. Старший оперативный сотрудник отдела активных мероприятий». Чуть ниже мелким шрифтом значилось: «Направление: Пакистан, Индия».

– Прочел? – крикнула она.

– Объясни, черт побери, что здесь происходит? – крикнул ей в ответ Рутра.

– Здесь готовят боевых террористов, но не тех, которых показывают в хрониках новостей, а их командиров, инструкторов. Здесь готовят спецов, которые будут управлять событиями, направленными на возбуждение конфликтов, в разных областях земного шара, в зависимости от национальной и религиозной обстановки. Нужно, чтобы специалист был подготовлен физически, хладнокровен, эмоционально мотивирован, был полностью подконтролен с помощью имеющегося на него компромата и родственных связей, – объяснила она.

– А почему у тебя есть такая карточка, а у меня нет? – спросил Рутра, подозревая подвох.

– Потому что ты первый раз проходишь испытание, а я третий. Тебе выдадут такую же после выхода из зала. Еще я схитрила, сделала фальшивую утерю карты, иначе они бы с ней меня сюда не пустили. Я ее спрятала.

– Для чего? Ты знала исход событий? – спросил Рутра.

– Нет. Я никак не могу пройти испытание на компромат, поэтому меня все время возвращают сюда, – сказала она.

– Что за компромат? – поинтересовался Рутра.

Но вместо ответа в зале послышался голос из динамиков:

– Испытание закончится через минуту, победитель выходит.

Рутра понял, что надо действовать, а не слушать ее бредни. Кроме того, подумал, что она использует время для занятия лучшей позиции.

– Послушай, я знаю, как отсюда выйти и сбежать, это не так трудно, – быстрее заговорила она. – Это шанс. Все равно – или мы поубиваем друг друга в таких поединках, или погибнем на операциях. В дальнем углу есть выход в морг. Оттуда, через холодильную камеру, можно пробраться в шахту утилизации. Шахта старая, заброшенная. Это все когда-то было подземным карьером. Через шахту можно выбраться, хотя она местами взорвана, затоплена и заминирована. Я видела карту, там можно пройти. Решайся! Подумай о своих детях, подумай о моем ребенке! Пожалуйста, быстрей! Сейчас они придут!

Мозг Рутры готов был взорваться, он не мог понять – что правда, а что ложь. С одной стороны, перед лицом смерти женщина могла говорить все что угодно, с другой – если это правда, то он убьет невинного человека, а сам займет его место. Все, что здесь происходило (и сам объект), не поддавалось логическому осмыслению. По уровню своей деятельности он имел допуск к информации о том, что во всех значимых боевых нелегальных формированиях есть инструктор извне. Тот, кто держал связь с поставщиками оружия, через кого шли деньги. Все это было завуалировано, но без него эта группа не значила ничего. Она или подчинялась этому правилу, о существовании которого не ведала, или переходила под командование такой группы, а если не подчинялась – отдавалась на заклание противнику. Судьба любой подобной группы была определена – подчинение или смерть. В конце концов оставались только те, кто был нужен, если, конечно, они оставались еще нужны.

Время шло быстро. Что значило «сейчас они придут», «испытание закончится через минуту, победитель выходит»? На самом деле верить ей у Рутры было больше оснований, чем тем, кто заманил его сюда. Еще он помнил слова двойника: «Ты здесь никто». Он решил проверить. Спецы его уровня сотни раз проходили испытания, которые назывались на профессиональном жаргоне «постановка». Это когда человек, который долго втирался в доверие, участвует в заговоре против тебя. «Как, например, эти Васильевич и Иванович», – рассерженно вспомнил Рутра.

– Выходи, бежим! – крикнул ей Рутра.

– Держи оружие, оно пригодится, – ответила она и кинула ему АКСУ.

Рутра поймал его на лету, отпустив висеть на ремне свое. При движении кольнуло в области сердца. Видимо, он был ранен, но под действием адреналина не чувствовал. Он рефлекторно пытался схватиться больной рукой за это место, но рука заболела еще сильнее, обессилела, и, чтобы не уронить ее, он схватился пальцем за нагрудный карман. Еле зацепившись на секунду, пальцы отпустили край кармана, сил не было.

Рутра стоял на одной ноге, прислонившись к стене, в полусогнутом положении. Нагрудный карман отвис. Рутра разглядел содержимое, вспомнил о записке, которую положил ему двойник. Что же было там? В данный момент все могло повлиять на его решение, поэтому, несмотря на стремительно развивающиеся события, он решил проверить. Приложив неимоверные усилия, превозмогая боль, он вытащил пальцами раненой руки записку. В это мгновение потух свет, замигала синяя лампа, завыла сирена. Рутра немного растерялся. В проблеске аварийного света он пытался прочесть, что было написано на бумаге. Свет то появлялся, то пропадал. Сквозь шлем было плохо видно. Он поднял маску, кое-как разобрал написанное по «кадрам», которые возникали при каждом всполохе света, и ошалел. Обрывок за обрывком, «кадр» за «кадром» – сложилась целостная картина. Там было написано: «Не верь ей».

На доли секунды Рутра оцепенел, пытался понять, что происходит в этой организации. Его привел в чувство вид яростного лица нападающей соперницы. В первое мгновение Рутра подумал, что она несется к нему, чтобы сбежать с ним, но вид направленного на него УЗИ не оставил сомнений.

Немного придя в себя, Рутра рефлекторно использовал свой излюбленный прием. В таких случаях он не отскакивал в сторону, не бежал, а падал и стрелял снизу. Это экономило время и давало возможность занять лучшую позицию. В следующую секунду он получил удар пулей по касательной о шлем и сквозь шум сирены услышал выстрелы. Рутра упал на спину. Страх, разочарование, ненависть, гнев перемешались в нем. В руках был АКСУ, и он решил не менять его.

Она появилась в проходе. Рутра, собрав силы, нажал на курок, но выстрела не последовало. Нажал еще, еще раз. Выстрела не было.

Время летело со скоростью света, и только скорость мысли могла сравниться с ним, однако даже его не хватало на «наслаждение» от разочарования, ярости, гнева и жажды мести. Эта сука его перехитрила, кинула оружие без патронов, чтобы он отложил свое.

Думать было поздно. Она уже целилась в него. Прием немного помог – женщина искала его в стороне и машинально стреляла туда. Рутра мгновенно бросил автомат в нее и ударом по колену сбил с ног. Она, падая, стреляла в его сторону. То, что он лежал, спасло его. Пули прошли мимо, но одну он почувствовал: попала в руку, вернее – в «Глок», который Рутра успел выхватить невредимой рукой, и сбила его. Женщина упала и лежа попыталась выстрелить, но, видимо, закончились патроны. Она перевернулась, как раненая змея, и, схватив нож, готовилась сделать последний бросок.

Рутра тоже перевернулся на живот, чтобы встать. В голове у него была только одна мысль, которую он повторял как заклинание: «Я здесь не умру!» Женщина, приподнявшись, хотела прыгнуть на него.

Времени искать «Глок» не было, хватать винтовку тоже. Она, словно черный демон, уже была над ним. В следующую секунду Рутра резко перевернулся на спину и ощутил теплый поток жидкости у себя на шее. Это была ее кровь – он всадил ей нож в горло. Террористка тоже его зацепила. Он с трудом убрал свою голову в сторону, а женщина так и осталась лежать на нем. Рутра плохо понимал, что происходит, силы его покидали.

Последнее, что он увидел: включился свет, замолкла сирена. Кто-то оттаскивал ее тело от него. На мгновение он потерял сознание, потом, очнувшись, увидел, что его несут на носилках, и опять «вырубился».

***

Очнулся Рутра в «местной» одиночной больничной палате. Это он понял по интерьеру и отсутствию окон. Он был почти весь перевязан, голова ужасно болела. Приглядевшись, обратил внимание на то, что палата была напичкана электроникой. Рутра понял, что это не палата в привычном понимании, а специальный кабинет, лаборатория, причем с очень высокотехнологичным оснащением. Он убедился в этом, когда прибор, похожий на глаз, вытянулся на баллистическом держателе к нему, прямо в область переносицы. «Глаз» стал двигаться влево и вправо, фиксируя щелчками движение глазных яблок Рутры, после откатился на место и направил узкий луч света на прибор за головой. Рутра вытянул шею и попытался посмотреть, что там. Разглядеть он сумел большой экран с матричным изображением человека, на теле которого мигали несколько точек – в области головы, груди, рук и ног. Сверху была надпись. Присмотревшись, он смог ее прочесть. Там было написано: «Система подключена и функционирует».

Рутра внимательнее присмотрелся; от его рук, ног, головы и груди к разным приборам шли провода и трубки. Его охватило беспокойство.

Открылась дверь, зашел человек в белом халате.

– Добрый день, Рутра! С возвращением, вернее – с прохождением на высший уровень.

Рутра узнал его. Это был Юрий Яровитович.

– Добрый день, – ответил Рутра. – Хотя не совсем понятно, когда здесь день, а когда ночь. По-моему, сейчас ночь.

– О да, система дает о себе знать, – сказал Яровитович и, пройдя мимо, стал вглядываться в экран за койкой.

Потом он сел за стол, надел что-то типа очков и стал манипулировать изображениями, которые периодически появлялись над поверхностью стола.

– Как себя чувствуешь? Наверное, злой на нас? – спросил он.

«Злой» было не то слово. Рутра был в ярости, но виду не подавал. Его цель была выйти отсюда, из этого подземелья.

– Я тебя понимаю, ты хочешь во что бы то ни стало сбежать отсюда, но теперь тебе делать этого не надо, ты теперь другой человек. Скоро ты вернешься наверх. Только успокойся, все будет хорошо, – говорил, глядя в экран компьютера, Яровитович. – Ты пойми, всегда натуральная подготовка лучше любого тренажера и убеждения. Это были действительно террористы, поэтому жалеть их не стоит. На их совести много невинных жертв, так что ты научился без колебаний уничтожать зло. Или я не прав?

– Еще не знаю, я странно себя чувствую, – ответил Рутра.

Он был немного слаб, речь давалась тяжело, голос был осипший.

– В чем выражается эта странность? Ты чувствуешь себя сильнее, слабее, слышишь голоса, шум в голове, знаешь то, чего не знал, понимаешь то, чего не понимал, что-то забыл, чего-то не понимаешь теперь? Что именно странно? Мне надо знать. Приборы показывают, что ты функционируешь нормально.

– Функционирую? – повторил Рутра. – Это у вас так называется?

Он не мог и не хотел проявлять эмоции, ему было тяжело. Было ощущение, что осколки в теле остались.

– Отвечайте по существу, полковник Пасхов, – спокойно, без эмоций сказал Яровитович.

– Все нормально, – недовольным тоном ответил Рутра.

Он помнил разговор с боевичкой и понимал, что его положение очень зыбкое.

– Что нормально, что Вы чувствуете? – спросил Яровитович.

– Немного тяжело, тело болит, – ответил Рутра.

– В голове болит? – спросил он.

– Да, – ответил Рутра.

– Как болит, в чем это выражается?

– Такая тупая боль, как будто что-то мешает, как будто голова стала больше, – объяснил Рутра.

– Это нормально, это пройдет, – ответил успокаивающе он. – Полежите, отдохните, ничего не бойтесь. Вы прошли испытание, скоро Вы поправитесь. Мы использовали в Вашем случае лучшие технологии, не доступные гражданской медицине. Скоро Вы почувствуете себя намного лучше. Поначалу многое покажется странным, но не удивляйтесь. Мы почистили и усилили Вас.

– Что? – спросил Рутра.

– С помощью специальных препаратов мы усилили Ваше тело. Это секретные технологии. Вы теперь сильнее, быстрее, зорче, более устойчивы к неблагоприятной окружающей среде. А мозг! Мозг – это вообще шедевр. Для начала Вам хватит. Главное – Вы живы и готовы побеждать, – хитро улыбаясь, сказал он и направился к выходу.

– Подождите! Что Вы сказали о мозге?

– Спите, отдыхайте, – напоследок ответил он и вышел.

Рутру обеспокоили слова «готов побеждать». «Что это могло означать, неужели эта сука была права?» – раздумывал Рутра.

Его размышления прервал вошедший в комнату человек. Это был достаточно пожилой, суховатый старичок с хитрыми маленькими глазками.

– Здравствуйте, как поживаете? – спросил он, растягивая слова.

– Еще не знаю, – с некоторой грубостью в голосе ответил Рутра.

– Я, главный медик станции, должен Вас осмотреть и заодно посвятить. Не просветить, а посвятить, – повторил он, объясняя свои намерения, чем еще больше озадачил Рутру.

– Что? – спросил взволнованно Рутра.

– Вы не волнуйтесь, это такой тип научной политинформации. Это Вам морально поможет.

– Что?! – переспросил Рутра.

– Ну полно Вам, полно, боец. Вижу, приборы показывают – все у Вас лады.

– Вы тут все можете говорить нормально, не загадками? – не выдержал и с яростью спросил Рутра.

– Спокойней, спокойней, миленький. Лежите, отдыхайте, а я Вам расскажу о достижениях науки. Они Вам на пользу пойдут, в прямом и переносном смысле.

Рутра был возмущен, однако сделать ничего не мог. Он откинул голову на подушку, с безразличным выражением лица стал всматриваться в потолок. Тем временем медик начал свою «научную политинформацию».

– Итак, 11 имплантируемых устройств, которые скоро будут в теле человека.

После «вступления» Рутра приподнял голову, посмотрел внимательно на медика, приборы, обстановку вокруг, тяжело выдохнул, пошевелил пальцами рук и ног, безмятежно разлегся и стал слушать. Главный медик станции уловил его беспокойство, сделал короткую паузу, потом продолжил:

– Все вокруг обсуждают, как изменится мир с повсеместным использованием переносных электронных устройств – коммуникационных, медицинских, геопозиционных и подобных. Но эти технологии являются промежуточными. Недолго осталось ждать того момента, когда подобные устройства будут переноситься не на теле человека, а внутри него. Это будущее, которое мы пока видим в основном на экранах кинотеатров и телевизоров, но в котором будет жить уже нынешнее поколение. Сразу скажу, для обычных людей – это фантастика. Но здесь и в подобных местах это давно уже привычная экипировка спеца. Понятно, что невозможно и нельзя останавливать прогресс. Эти технологии скоро появятся в гражданской жизни, у обычных людей, поэтому мы должны иметь более усовершенствованные варианты и полностью контролировать подобные технологии. Мы представим несколько технологий, которые скоро станут привычными для Вас и Вашего тела. Это: 1) имплантируемые смартфоны; 2) лечащие чипы; 3) роботы в кровеносных сосудах; 4) умные татуировки; 5) электронные таблетки с обратной связью; 6) встроенный контроль рождаемости; 7) интерфейс мозг – компьютер; 8) растворимые батареи питания; 9) бионическое зрение и глаз как сенсор; 10) умная пыль; 11) имплантат для парализованных. Расскажу подробнее. Итак, имплантируемые смартфоны. Что это?

Рутра в общих чертах знал, о чем он ему хочет поведать, поэтому слушал неохотно, лишь изредка вслушиваясь в тему.

– Мы стали практически неотделимы от наших телефонов и смартфонов, но разработчики уже работают над тем, чтобы сделать эту связь еще более плотной. И примеры использования такой технологии уже есть. Группа исследователей экспериментирует со встроенными датчиками, они превращают человеческие кости в живые колонки. Другие работают над глазными имплантатами, которые позволяют фотографировать видимое изображение и передавать его в любое локальное хранилище. Но что заменит экран смартфона? Специалисты компании Autodesk уже экспериментируют с «имплантируемым интерфейсом пользователя» – изображения могут напрямую транслироваться в глазной имплантат.

Медик следил за тем, как его слушает Рутра.

– Лечащие чипы. Уже сегодня есть пациенты, которые используют имплантированные устройства, работающие совместно с мобильным приложением для того, чтобы контролировать течение болезни или даже ее лечить. В агентстве DARPA разрабатываются имплантаты в мозг, способные как записывать сигналы, приходящие из нервных узлов, так и стимулировать другие нервные узлы в реальном времени для того, чтобы эффективно переподключать поврежденные секции мозга, что позволит восстановить память. В Стэнфордском университете в США разработали имплантируемый в тело человека чип, который может быть запрограммирован на осуществление определенных медицинских задач и передачу результатов беспроводным способом во внешнее устройство. Устройство не требует питания, а электричество получает за счет направленного на него ультразвука. И вот еще интересный пример. Компания Boston Scientific разработала имплантируемый нейростимулятор мозга Vercise. Имплантируемое устройство содержит батарею, которая может работать в течение 25 лет без замены.

Рутра всё-так же безучастно смотрел в потолок.

– Роботы в кровеносных сосудах. Разработчики из бостонского Brigham and Women’s Hospital разработали компьютерный чип – убийцу рака, который может «жить» в крови пациента. «Умные» татуировки. Татуировки сейчас в моде, почему бы не сделать их «умными»? Цифровые татуировки не только круто выглядят, но и могут выполнять полезные функции, например, разблокировать двери автомобиля или смартфон, а также могут осуществлять мониторинг внутренних процессов тела с поверхности кожи. Чип имплантируется в палец с помощью очень простого процесса, похожего на нанесение татуировки, и позволяет разблокировать устройства или вводить код, просто указывая на нужный гаджет пальцем… Электронные таблетки с обратной связью. Имплантаты могут связываться не только со смартфоном, они даже могут напрямую «общаться» с врачом. Эти миниатюрные устройства передают врачу «внутреннюю информацию», позволяют ему убедиться, что вы правильно используете прописанные медикаменты и они дают необходимый эффект.

Медик говорил с увлечением, надеясь пробудить интерес.

– Встроенный контроль рождаемости имени Билла Гейтса. Это миниатюрный, встроенный в тело чип; генерирует небольшие количества контрацептивного гормона внутри женского тела и может работать до 16 лет без перерыва. Кроме того, по мнению разработчиков, «возможность включить или выключить устройство – это очень удобный инструмент для тех, кто планирует состав своей семьи». Главное – не потерять свой пульт управления.

Последнее предложение медик сказал с улыбкой, изучая реакцию Рутры. Рутра с абсолютно безразличным видом смотрел на потолок, хотя и слушал внимательно. У него было странное чувство дежавю. Ему казалось, что он это все знает, не дословно, конечно, но общий смысл известен. Вот только откуда? Врач, подойдя поближе, продолжил:

– Интерфейс мозг – компьютер. Подключение человеческого мозга напрямую к компьютеру – это мечта реализована. Используя массив электродов размером с таблетку аспирина, имплантированный в мозг, ученые смогли показать, что сигналы нейронов могут быть в реальном времени декодированы компьютером и использованы для управления различными устройствами. Представьте, что вы получили способность пользоваться интернетом, используя свои мыслительные способности. Это может показаться восхитительной возможностью, главное только научиться избавляться от путаницы в мыслях и пользоваться мозгом как инструментом. Это не такая простая задача, как кажется… Растворимые батареи питания. Одной из проблем имплантации является доставка питания в устройство, которое находится в теле человека. Вы не можете его подключить к розетке, не можете часто его извлекать, чтобы заменить батарею. Исследователи лаборатории Драпера в Кембриджском университете разработали биоразлагаемую батарею. Она способна генерировать энергию внутри тела, передавать ее беспроводным способом, если это необходимо, а затем просто растворяться и исчезать.

Рутра начал увлекаться рассказом.

– Бионическое зрение и глаз как сенсор. Австралийская компания Bionic Vision разработала прототип имплантируемого бионического глаза. Это небольшое устройство напоминает видеокамеру, объектив которой расположен на специальных очках, а изображение передается с помощью имплантируемого устройства через зрительный нерв прямо в мозг… «Умная»» пыль – это, возможно, самая последняя инновация в имплантологии. Представьте себе матрицу из настоящих компьютеров с антеннами, каждый из которых намного меньше песчинки; может самоорганизовываться внутри тела в любую нужную сеть для того, чтобы обеспечить выполнение различных сложных внутренних процессов. Представьте себе полчища этих микроустройств, атакующих ранние стадии рака или способствующих облегчению боли в ране; можно использовать и для хранения важной информации, которую будет очень трудно расшифровать или украсть.

Эти технологии становятся все более фантастичными. А раз мы говорим о фантастике, так скажем еще и о том, как эта фантастика становится реальностью. Надеюсь, Вас не утомил. Слушайте. Уверяю Вас, это Вам очень пригодится.

Дедок будто читал мысли Рутры. Ему, несмотря на общее недовольство ситуацией, действительно было интересно. Рутра не произнес ни слова, он настроился слушать. Медик выдержал паузу и продолжил:

– Чтение мыслей становится реальностью. В последние годы человечество сделало большой шаг вперед. Достижения, о которых люди могли только мечтать всего 10 лет назад, уже сегодня доступны большей части населения. Почти разумные роботы; телефоны, не уступающие по многофункциональности и производительности небольшому компьютеру и помещающиеся в ладони; компьютеры, чья вычислительная мощность в сотни раз превосходит разум всех людей планеты. Это только те достижения, которые можно приобрести в магазинах. Специализированные устройства разрабатываются в области медицины, науки, промышленности, военной техники и т. д. Совсем недавно ученые компании Neuro представили небольшое и пластичное устройство, прикрепляемое к голове и способное проводить мониторинг активности мозга, считывать и с помощью определенной программы расшифровывать его сигналы – попросту говоря, читать мысли. Устройство позиционируется как медицинское оборудование. Получить окончательный вариант подобного устройства в свое пользование не откажутся ни военные, ни сотрудники спецслужб, ни сотрудники полиции. Как заявили ученые, их цель состоит в том, чтобы в один прекрасный момент врачи смогли заглянуть в мозг больного так же легко, как сейчас могут измерить кровяное давление. Использование силы мысли для управления самолетом – это уже реальность! Летчики будущего смогут управлять самолетами, используя для этого команды головного мозга. Ученые из Мюнхенского технологического университета и Берлинского технологического университета продемонстрировали практическую возможность полета самолета, управляемого силой мысли пилота, при этом показав поразительную точность.

Помолчав несколько секунд, старичок произнес:

– Так что, номер 4—23, добро пожаловать в новый мир с новым телом. Извините, усовершенствованным. До свидания. Не стоит задавать вопросов, – как бы предупреждающе сказал он и вышел.

В голове Рутры появились еще более тяжелые раздумья. Неожиданно ему пришла невероятная мысль. Он догадался, всё это уже есть в его теле. Как только прошла по мозгу молнией эта мысль, прибор в виде глаза включился, потянулся к его глазам, замигал и резко направил луч света прямо в оба зрачка. Рутра пытался от неожиданности отпрянуть, но ему это не удалось. В следующую секунду он почувствовал, что его сознание куда-то проваливается. Он терял сознание или засыпал, все происходило без его воли.

Очнулся Рутра от вибрации и музыки. Играла та музыка, которую часто прокручивали в нерабочих помещениях центра «Зеро», в местах досуга и отдыха. Это была динамичная, активная, побуждающая мелодия; в «Зеро» так ее и характеризовали, поэтому подобные ритмы приветствовались и в рабочих помещениях. Рутра осмотрелся. Он был в той же палате. Теперь Рутра лежал более свободно, приборы к нему не были подключены. Вибрировала кровать, точнее, матрас как бы массажировал тело. Включился опять прибор в виде глаза, вытянулся к нему, защелкал перед глазными яблоками, подвигался влево и вправо, потом вернулся на место. Рутра осматривался, пытался найти часы или календарь. Беспокоила мысль – как восприняла его отсутствие в первую очередь семья и коллеги. Что им сказали, как объяснили?