- -
- 100%
- +
– Да-а… эко как вас поломало… – сочувственно вздохнул мужчина, задумчиво поглаживая подбородок.
Только сейчас Таня заметила, что вынужденный слушатель тщательно выбрит. Его чистая рубашка выглажена, а стрелками на брюках можно порезаться, хотя было видно, что одежда самая простая, как говорится, для рабочего класса. Таня перевела взгляд на его ботинки. «Хоть и не новые, но отполированные ваксой до блеска…» – уважительно подумала она, сразу вспомнив выражение, что обувь – это второе лицо человека. Она глянула на свои поношенные туфли и криво усмехнулась. Поднялась со скамейки.
– Спасибо, что выслушали меня. Ну… и за то… – она мотнула головой в сторону дороги.
– Погодите! – мужчина также поспешно встал. – Мы даже не познакомились!
– Зачем? – удивилась Таня. Вот чего-чего, а каких-либо отношений с мужчинами она не планировала. Ни в ближайшее время, ни потом, так как ничего хорошего они ей не сулили, а причиняли только боль и разочарования.
– Нет-нет, вы меня неправильно поняли! – поспешил успокоить её незнакомец. – Я вовсе не собираюсь вторгаться в ваше личное пространство. Я лишь хочу вам помочь!
– Чем вы мне можете помочь… – вздохнула Таня. – Меня сейчас интересует только работа… Та, которой нет…
– Так о работе я и хочу с вами поговорить! Дело в том, что я работаю на плодоконсервном заводе в сортировочном цехе. И я как раз ищу работницу на сортировку овощей и фруктов. Да, работа тяжёлая, весь день на ногах, не каждый сможет выдержать. К тому же зарплата очень маленькая! Но стабильная.
– Да кто же меня возьмёт? У меня ни образования нет, ни опыта работы. Да и сидела я… – вздохнула Таня, как будто не она только что об этом рассказывала незнакомцу.
– Неважно! – воскликнул тот. – Если что, я за вас поручусь. Главное, чтобы вы сами хотели выбраться из той «ямы», в которую угодили!
– Я-то хочу… – начала было Таня, но мужчина её прервал: – Вот и замечательно! А теперь давайте всё-таки познакомимся! Николай Михайлович. Можно просто Николай.
– Татьяна… – Таня, стесняясь, протянула Николаю руку, и тот в знак приветствия слегка сжал её пальцы. Впрочем, тут же отпустил, словно обжёгшись о раскалённую печку.
Но Таню это совсем не обидело, даже наоборот – успокоило.
– Только вот какое дело… Я скажу, что вы моя дальняя родственница. Я бригадир, на заводе на хорошем счету, поэтому проблем не будет. Единственное условие: вы должны будете мне подыграть и ни в коем случае никому не рассказывать, при каких обстоятельствах мы с вами познакомились. Ну как? Вы согласны? – Николай выжидающе смотрел на Таню.
– Не знаю… – протянула она, но испугавшись, что её сомнения Николай примет за отказ, поспешно добавила: – Конечно! Большое спасибо! Я буду стараться, честное слово!
– Вот и договорились! – воскликнул мужчина. – А теперь пойдёмте-ка пообедаем. Вон там за углом есть отличная «Пельменная».
Но заметив, как Таня испуганно отпрянула, словно её пытались затащить в постель, Николай рассмеялся:
– Татьяна! Да что с вами? Я просто чертовски голоден! А вы о чем подумали? Да, кстати, и хватит выкать – мы же «родственники»!
Глава 10
Таня с аппетитом уплетала пельмени, и ей казалось, что она ничего вкуснее в жизни не ела! Николай украдкой, чтобы не смущать женщину, бросал в её сторону быстрые взгляды, одновременно прокручивая в голове, куда её определить. Решив, что лучше всего она справится с сортировкой картофеля (тем более в преддверии осени с поставками проблем не будет), успокоился и также принялся за еду.
…В провожатые к Тане он не напрашивался, боясь спугнуть возникшее между ними доверие. Но удивительным образом оказалось, что их с Таней дома находятся на одной улице, причём лишь в квартале друг от друга.
– Ты не находишь, что это судьба? – спросил Николай, как бы подтверждая это стечение обстоятельств.
– Ты это о чём? – Таня испуганно вскинула на мужчину глаза.
– Ну как же! Мы же должны где-то состыковаться, чтобы вместе пойти на завод? – успокоил её Николай, с досадой подумав о том, не поспешил ли он, предложив ей работу? Если она будет впадать в панику от каждого его обращения к ней, то начальство вмиг раскусит обман! И тогда не поздоровится ни ей, ни тем более ему!
– Таня, ты пойми, – стал успокаивать женщину Николай. – Ты же как-никак моя «родственница»! Но если ты будешь шарахаться от меня так, словно я грабитель из подворотни, то не стоит и начинать…
– Ой, простите… то есть… прости, – поспешила оправдаться Таня. – Я понимаю… и постараюсь…
– Вот и ладушки! – словно подведя итог, воскликнул Николай, хлопнув в ладоши. – Поэтому с сегодняшнего дня займёмся… твоим привыканием ко мне.
Но заметив, как напряглась Татьяна, успокоил её:
– Не в том смысле, о чём ты подумала. Да-да! Не отпирайся! – смущённо хмыкнул Николай. – Но могу тебя заверить, что я дорожу своей свободой и статусом волка-одиночки, поэтому в свою жизнь никого не хочу впускать! Как я понял, тебе отношения не нужны. Мне тоже. И этим мы с тобой очень похожи! Но пойми, без доверия ко мне ты просто не сможешь удержаться на работе! Да и меня подведёшь.
– Я понимаю, – облегчённо вздохнула Таня. – Я постараюсь… Так что, мне уже завтра выходить?
– Давай-ка, Татьяна, мы эту недельку просто с тобой погуляем в парке, сходим в кино, вновь отведаем пельмешек… Ты как относишься к пельмешкам? – улыбнулся Николай, с удовлетворением заметив, что в Таниных глазах перестал плескаться страх.
– Хорошо… – улыбнулась и Татьяна.
…Они долго гуляли по аллеям парка, болтали о том о сём. Но Таня вдруг заметила, что Николай, словно дирижёр, умело управляет беседой и направляет её в безопасное для него «русло», и все темы хитро обтекают вопросы, связанные с его жизнью. О себе-то Татьяна рассказала всё, а Николай так и остался «тёмной лошадкой». «Ладно, потом разберёмся. Под юбку не лезет – и слава богу!» – подумала Таня, радуясь, что наконец-то замаячил свет в конце туннеля.
Глава 11
Лизка стояла возле окна и высматривала мать. Нет, особо она не переживала, ведь сколько лет спокойно без неё обходилась. Но всё-таки совесть же надо иметь – с утра как ушла, до сих пор где-то бродит! Раз живут под одной крышей, нужно как-то считаться друг с другом.
В Лизкиной душе снова вспыхнула обида на мать. Может, зря она окликнула её на рынке? Пусть бы и дальше сидела… А теперь вот стой, думай, где она шляется…
В расстроенных чувствах Лизка даже не сразу заметила подходившую к дому мать. А когда увидела, что та не одна, а с мужиком, в ней вспыхнула злость. Вот и делай добро! Приютила на свою голову!
– Мало того что работу найти не может – сидит на моей шее, так ещё и хахаля успела подцепить! – зло хмыкнула девушка, открыла окно, высунулась наружу. Хотела позвать, но слова застряли в горле. Как крикнуть? Мама? Язык не поворачивается.
Тогда она постучала согнутыми пальцами по металлическому карнизу, привлекая внимание, и когда мать, услышав стук, подняла голову, махнула рукой, мол, иди домой! После со злостью захлопнула окно и рывком задёрнула занавески.
Таня прошла по коридору, стараясь не послать куда подальше Зинаиду, высунувшуюся из своей комнаты, заглянула на кухню. Лизка что-то помешивала в кастрюле и даже не оглянулась на звук шагов.
«Наверное, я её раздражаю», – решила Татьяна, по-своему растолковав молчание дочери. О том, что та может просто переживать из-за её долгого отсутствия, она даже не подумала.
– А я, кажется, работу нашла, – поделилась радостью Таня, опустившись на табурет.
– Ага, – хмыкнула Лизка. – Что-то мне подсказывает, что не без помощи того мужика!
– Ну зачем ты так? – сокрушённо покачала головой Татьяна, услышав ехидство в Лизкином голосе.
– А как? – Лизка резко повернулась к матери. – За какие такие заслуги первый встречный мужик предлагает тебе работу?
– Не смей… – начала было Таня, сощурив глаза и зло поджав губы. – Ты же не знаешь ничего!
– И знать не хочу! Никак понравилось на «грабли» наступать? Или надеешься теперь мне младенца подкинуть?!
– Какого младенца? – опешила Татьяна, но поняв, на что намекает дочь, взвилась:
– Какое ты имеешь право меня осуждать? Молоко ещё на губах не обсохло!
– Ха! – скривилась Лизка. – А было ли оно, то молоко?! Тебя бы покормили той бурдой, которой меня пичкали, кстати, по твоей милости! Посмотрела бы я, как бы ты потом «запела»!
Зинаида уже давным-давно покинула свою комнату и, подпирая косяк двери, наслаждалась бесплатным зрелищем. Ох, будет что потом рассказать соседкам! Но мать и дочь, не замечая зрительницу, продолжали оскорблять друг друга. Остановить их смогла лишь каша, которая воспользовавшись безнадзорностью, выползла из кастрюли и с шипением стала капать в огонь.
– Чёрт! – спохватилась Лизка. – Теперь подгоревшую кашу есть придётся!
– Ничего, Лиз, съедим… – тоже опомнилась Таня. И что это на них нашло?
…Позже они сидели возле открытого окна, молча ели прямо из кастрюли подгоревшую кашу, а прохладный ветерок обдувал их разгорячённые ссорой лица.
«Надо как-то налаживать с Лизкой отношения», – размышляла Таня, ковыряя ложкой в кастрюле.
А Лизка тем временем, украдкой бросая на мать взгляды, ловила себя на мысли, что совершенно не чувствует никакой привязанности к этой по сути чужой для неё женщине. И даже если бы та вдруг сию минуту встала и ушла, то Лизка бы не испытала ни капли сожаления.
Глава 12
– Ты сегодня идёшь на работу? – утром спросила Лизка Таню, лишь только та открыла глаза.
«Не терпится выпроводить, – хмуро подумала Таня. – Я её точно раздражаю». Но вслух сказала:
– Пока не знаю. Вечером спрошу у Николая, договорился ли он насчёт меня.
– Это тот мужик, что тебя провожал?
– Он…
Вот и весь разговор по душам… Словно два чужих человека случайно оказались в замкнутом пространстве и не знают, как отделаться друг от друга.
…С Николаем они договорились встретиться вечером. Всё-таки он человек занятой, не то что она.
Сначала Таня хотела отправиться побродить по городу, чтобы не мозолить дочери глаза, но увидев, что та собирается на работу, облегчённо вздохнула.
Пока Лизки не было, она приготовила обед, прибралась в комнате, даже успела прочитать от корки до корки «Работницу» – журнал, который нашла в стопке с газетами на тумбочке.
Когда Лизка пришла с работы, Таня накрыла на стол. Так же, как и накануне, они молча поужинали, погружённые каждая в свои мысли. После Лизка стала мыть посуду, отвернувшись к раковине, а Таня как неприкаянная сидела рядом, не зная, как себя вести, ведь со «спиной» особо не пообщаешься. Она еле дождалась, когда стрелки часов приблизятся к восьми (именно на такое время они с Николаем договорились о встрече), буркнула «спине»: «Я ушла», – и выскользнула за дверь.
Николай уже ждал её на углу улицы. Первой мыслью было спросить о работе, мол, как он, договорился? Но потом она вспомнила, что вначале у них было запланировано «знакомство друг с другом». В чём это заключалось, Таня не представляла, и это её малость напрягало. Вдруг Николай начнёт к ней приставать, полезет обниматься?
Но её опасения оказались напрасными. Мужчина руки не распускал, под юбку не лез, и вообще, вёл себя корректно. Они просто гуляли по улицам, разговаривали о том о сём. Правда, Николай больше расспрашивал Таню, слушал её, а о себе говорил неохотно, тщательно подбирая слова. Всё, что Тане удалось из него выведать, так это то, что он давно живёт один, родители погибли в войну. Женат не был. Много лет проработал бригадиром на какой-то стройке, где-то на Севере. Вот и вся биография.
Но Таня чувствовала, что в этой самой биографии кроется какая-то тайна, с которой Николай делиться не собирается. «Мне-то что, – подумала она, – не замуж же за него выходить. У любого человека есть свой «скелет в шкафу».
Следующие несколько дней были похожи друг на друга, как братья-близнецы: утром Лизка уходила на работу, а Таня погружалась в домашние хлопоты. Вечер же полностью был посвящён прогулкам с Николаем.
Первое время Таня нервничала, постоянно ожидая со стороны Николая какого-нибудь подвоха. Но когда поняла, что мужчина не посягает на её честь, успокоилась и даже стала получать удовольствие от ежевечернего променада.
Лизка тоже свыклась с тем, что Таня каждый вечер уходит из дому. Она понимала – к кому, но только хмыкала, недоумевая, что мать находит в тощем, как жердь, дядьке? К тому же ещё и намного старше её. Но Танины отлучки её вполне устраивали. Она чувствовала себя свободней, когда оставалась одна, потому что ей не нужно было мучиться, искать, а потом выдавливать из себя слова для поддержания ничего не значащей беседы.
Глава 13
С устройством на работу у Тани проблем не возникло. Она ожидала, что в отделе кадров её будут дотошно расспрашивать об её образовании, о предыдущем месте работы и обязательно заострят внимание на годах, проведённых за решёткой. Но всё прошло на удивление гладко. Видимо, Николай заранее договорился с начальством, или, возможно, на это место просто не нашлось других желающих.
Как позже поняла Татьяна, второе оказалось вернее. Работа и впрямь была не из лёгких. Нужно было стоять возле движущейся ленты транспортёра, по которой скакали и перекатывались с боку на бок клубни картофеля, и зорким глазом выискивать тот неликвид, который до этого пропустил агрегат.
К обеду у Тани просто отваливалась спина, а ноги подгибались от усталости. Но видя, как сноровисто работали соседки по цеху, выхватывая из общей массы подпорченный картофель, Таня испытывала стыд за свою слабость и неприспособленность.
– Ты не тушуйся! – тронула её за плечо рядом стоящая женщина. – Думаешь, ты одна такая? Поначалу всем трудно. Подожди! Завтра ты вообще руки не сможешь поднять! Ничего… Через неделю тело свыкнется – ты уже не так будешь чувствовать усталость.
– Я надеюсь, – благодарно улыбнулась Таня подбодрившей её женщине, продолжая монотонное занятие.
– Ты сильно-то не усердствуй! Нашего героизма всё равно никто не оценит, – с досадой в голосе продолжала учить Таню соседка. – Не ты, так другие гнилую картофелину заметят. Давай хоть познакомимся, а то ведь нам каждый день друг друга подпирать! Я Люда, а тебя как звать?
– Таня…
– У тебя муж, дети есть?
– Дочь, – нехотя ответила Таня.
– А Николай тебе кто? – продолжала выпытывать из Тани Люда. – Верка из отдела кадров шепнула, что именно он тебя привёл сюда.
– Ник… – вырвалось у Тани, но она вмиг прикусила язык. Как это «никто»? Ведь Николай её предупреждал! Поэтому, сделав вид, что у неё перехватило горло, откашлялась и охотно пояснила:
– Николай – мой дальний родственник.
– Ух, как здорово! – обрадовалась Людка. – А то я уж подумала, что это твой хахаль! Тут на него многие имеют виды – и холостые бабёнки, и одиночки, и даже замужние заигрывать пытаются! Мужиков-то по пальцам пересчитать. Но твой Николай – кремень! Ни с какого боку к нему не подступиться! Кстати, мне он тоже нравится… Поможешь?
– Чем? – Таня сделала вид, что не поняла просьбы.
– Пригласи Николая и меня в гости, а там мы уж сами как-нибудь… – усмехнулась Людка. Она задорно хлопнула себя по мягким бокам, демонстративно провела ладонями по своей внушительного размера груди, подмигнула ярко накрашенным глазом. Её обведённый красной помадой рот растянулся в довольной улыбке. – Ну что? Договорились?
– Извини, не могу… – выдавила из себя Таня. – Я у дочери живу. В коммуналке. Она будет против…
– Жа-аль… – протянула Людка. – А если к Николаю напроситься в гости? – продолжала настаивать женщина. – Предложи ему, а?
Таня нахмурилась и сделала вид, что увлечена работой. Разве объяснишь Людке, что она ничего не знает о Николае! Ни где живёт, ни с кем (хоть он и говорил, что живёт один). Если честно, она даже не задумывалась об этом. Какое ей дело до чужого мужика? И вообще, ей не понять тех баб, которые вешаются на мужиков! Вот ей уже скоро сороковник стукнет, но она как-то не парится из-за их отсутствия! Даже наоборот: ей казалось, что мужчина будет доставлять ей только неприятности и неудобства.
– Ну, так что? – вывела её из раздумий Людка. – Сведёшь меня со своим родственничком?
– Слушай, дай мне осмотреться, – отмахнулась от неё Таня. – Я ещё не знаю, выдержу ли такой темп (Таня сделала широкий жест, охватывая полцеха), а ты мне про мужиков…
– Ха! Куда ты денешься! Деньги ведь нужны? Иначе бы сюда не приперлась! – хмыкнула Людка, но поняв, что Татьяна не собирается поддерживать беседу, обиженно отвернулась и больше с разговорами к ней не приставала, чему Таня была безумно рада.
…Выйдя после работы из цеха, она увидела Николая. Заметив Таню, он приветственно поднял руку и поспешил навстречу.
– Ну как отработала? Не жалеешь, что пришла сюда? – обеспокоенно спросил он, пытаясь понять ответ по Таниному выражению.
– Тяжеловато… – вздохнула Таня. – Но работать-то надо. А то сидела на Лизкиной шее, как иждивенка!
– А мне показалось, что ты просто не хочешь идти домой.
Таня горестно вздохнула. Прав был Николай… Она представила, что будет опять напряжённо искать темы для разговора, понимая, что своим присутствием напрягает дочь, а та будет делать вид, что всё нормально.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.