Заколдованная Мелодия

Женщина пролистала личное дело девочки и пожала плечами:

– Я смотрю, оценки у тебя средние. – Жанна Анатольевна захлопнула папку и поднялась из-за стола.

От цокота каблуков Марика запаниковала. Захотелось вскочить и убежать подальше от тяжелого взгляда, покинуть поскорее мрачный директорский кабинет.

Но каблуки словно гвоздями прибили Марику к стулу – не пошевелиться.

Директор нависла над девочкой, а та еще сильнее вжалась в жесткое сиденье:

– Послушай меня, Голубева, тебе нужно сосредоточиться на учебе. Постараться. Выполнять домашние задания, слушать учителей, подтягивать оценки, иначе… – Жанна Анатольевна сделала долгую паузу, а у Марики все заныло внутри. – Иначе придется тебя оставить на второй год или вообще порекомендовать перевод в специальное заведение. Для тех, кто не в состоянии освоить стандартную программу. Думаю, можно вызвать в школу маму по поводу твоих перспектив, она, кажется, не работает, да?

Слова застряли в горле настолько глубоко, что Марика сумела только покачать головой.

Девочка с трудом выдавила:

– Не надо маму, я… постараюсь.

Директриса провела ладонью по гладкому пучку волос на затылке и наконец вернулась на свое место:

– Хорошо, но до первого замечания. Ты свободна, Голубева. И помни о нашем разговоре.

Марика поднялась и на ватных ногах направилась к выходу из кабинета. Девочку трясло, даже ручку двери она нашла не сразу. Все время, пока дрожащие пальцы неуверенно скользили по полированной поверхности, она чувствовала спиной злые черные колючки глаз Жанны Анатольевны: они воткнулись ей прямо в затылок.

Щелкнул язычок замка, и девочка заторопилась по опустевшему коридору. После звонка школа безмолвствовала, однако за дверями классов звучали строгие учительские голоса – начались уроки. Ошарашенная Марика ничего не видела перед собой, просто шагала, задыхаясь от подступающих слез.

Бежать! Скорей! Как можно дальше от кабинета директрисы! Она проскочила мимо своего класса, свернула в какой-то мрачный тупик, вернулась обратно и помчалась по лестнице.

Школьница быстро шла наугад, пока не уткнулась лбом в железную дверь.

Прохлада металла чуть остудила голову. Нет, плакать сейчас нельзя – не время. Девочка вздохнула, скользнула за дверь и задумалась. Ни в коем случае нельзя допустить, чтобы мама узнала о ситуации в школе. Она только начала изредка улыбаться, а когда увидит злое лицо Жанны Анатольевны, то опять закаменеет и замкнется в себе.

Девочка решила пойти в класс, но вспомнила о Кристине, которая, конечно, уставится на нее, едва Марика войдет в кабинет. Наверняка задира в курсе, что новенькая побывала у директрисы, поэтому будет насмешливо смотреть на нее. А что еще хуже – изводить с удвоенной наглостью, зная, что избежит любого наказания.

Теперь Кристина не сомневается, что после разговора с директрисой Голубева не посмеет ей возразить. Значит, Марика окажется в ее власти, как и остальные ребята.

От ужасной мысли о возвращении в класс, где ее будет буравить презрительный взгляд Кристины, ноги снова подкосились. Марика не смогла сделать ни шага. Она принялась озираться по сторонам, чтобы понять, куда ее занесло. Девочка, видимо, очутилась в подсобке дворника, где были ведра, метла, лопаты.

«Посижу пока здесь, – решила Марика и опустилась на перевернутое ведро у другой металлической двери каморки. – После звонка незаметно прошмыгну в класс. На уроке Кристина не будет меня доставать. А вот на большой перемене… Или после занятий…»

Марика поежилась и прислонилась прохладному металлу старой двери, пытаясь успокоить клубок тревожных мыслей, который раскручивался в голове. Но тут створка скрипнула и приоткрылась, поэтому девочка чуть не свалилась с импровизированного сиденья.

Оказалось, что дверь закутка дворника не заперта, а отсюда можно попасть на школьный двор. Марика выглянула наружу и с удовольствием втянула носом осенний запах улицы – смесь аромата желтеющих листьев и свежего воздуха. Голова прояснилась, ослабевшие руки сжались в кулачки.

«Нет, я не сдамся, я не позволю издеваться над собой. Пускай даже ее мать – директор школы. Я найду способ избавиться от Кристины! Обязательно! Нельзя огорчать мою маму! Должен быть какой-то выход. Просто надо хорошенько подумать над тем, что случилось. Но ни мама, ни Жанна Анатольевна ни должны ни о чем догадаться. Открыто ругаться с задирой не стоит, надо найти ее слабое место, и тогда я смогу дать ей настоящий отпор. Не кулаками, а словами. Быть хитрее ее. Но в чем же уязвима Кристина?»

Раздался школьный звонок, и Марика, которая вновь опустилась на перевернутое ведро, подпрыгнула на неудобном сиденье. В коридорах зазвучали голоса, раздался топот ног.

Девочка затаилась в убежище, прикидывая, как бы потихоньку пробраться в класс. Внезапно обидчица, вокруг которой вертелись тяжелые мысли Марики, показалась во дворе. Марике было хорошо видно одноклассницу в дверную щель. Она приникла поближе к металлическому полотну, чтобы понаблюдать за врагом.

Кристина уселась на невысокую оградку, которая отделяла двор от спортивной площадки, и отвернулась от ребят. Но и те не спешили звать ее в компанию. Девчонки хихикали, собравшись в звонкую стайку, мальчишки гоняли старенький мяч, на нелюдимую Кристину они лишь изредка бросали осторожные взгляды, но никто не подходил к вредине, даже подлизы-одноклассницы.

Ну а задира демонстративно уткнулась в телефон. Марика видела ее лицо в профиль. И то, что она обнаружила, было неожиданным. Высокомерная злючка Кристина что-то листала в мобильном и… улыбалась. Она буквально светилась от радости, шевелила губами и даже пальцем погладила экран.

Марика не могла отвести удивленного взгляда от смягчившегося лица Кристины. Счастливая девочка с телефоном в руках была совершенно не похожа на надменную Завирову. Когда зазвенел звонок, Марика испуганно отпрянула от щели, а Кристина натянула на физиономию привычное горделивое выражение и направилась к зданию школы.

Марика Голубева выскочила из подсобки и поспешила в класс, поднимаясь по лестнице и перепрыгивая через две ступеньки. Девочки влетели в кабинет почти одновременно и плюхнулись за парты.

Начался урок, ребята раскрыли учебники и слушали объяснения учителя.

Одна Марика не отводила глаз от ехидной одноклассницы: после сегодняшнего открытия на перемене она следила за каждым жестом Завировой, сверлила худую спину с острыми лопатками, пытаясь разгадать тайну обидчицы.

Кристина же от пристального внимания новенькой притихла, на переменах убегала и возвращалась в класс лишь после звонка. За хмурой маской она тщательно прятала светлую тайную радость, которой наслаждалась в одиночестве. Марика старательно наблюдала за ней, хотя не смогла понять, чему радуется девчонка.

Поэтому, когда начался последний урок – литература – твердо решила: «Прослежу за ней после занятий и узнаю, чем она увлечена».

Первая смена закончилась, и холл быстро опустел, но, в отличие от одноклассников, Марика Голубева не торопилась домой. Девочка спряталась за деревьями и кустами, что росли вдоль школьного забора, и терпеливо ожидала, когда покажется долговязая Кристина. Наконец, девчонка вышла из широких дверей, но не одна, а в сопровождении Жанны Анатольевны.

Марика от досады прикусила губу: вдруг они сейчас поедут на машине, и не удастся выведать тайну Кристины. Мать и дочь пересекли двор, Жанна Анатольевна привычно отстукивала каблуками быструю дробь, а девочка плелась позади.

У ворот директриса остановилась, с недовольством осмотрела девочку.

Женщина пригладила выбившуюся русую прядь Кристины, поправила воротник школьной формы дочери и выпятила подбородок:

– Кристина, еще раз повторяю. Идешь домой, потом уроки и гаммы. Поешь, помой посуду, а затем – двадцать страниц чтения. И не надевай эту дурацкую ленту. – Наманикюренные пальцы содрали с тугого хвоста голубую измятую ленточку из шелка.

– Отдай! – Кристина, которая только покорно кивала на все приказы, неожиданно проворно выдернула ленту и сунула в карман. Девочка отступила на несколько шагов от матери. – Я все помню, я пошла.

Жанна Анатольевна грозно сверкнула очками:

– Что за дурость, зачем тебе грязный обрывок! Еще и на голову тряпку намотала! Чтобы я больше такого не видела, выкини немедленно.

– Хорошо. – Кристина согласно тряхнула головой, стоя на асфальтовой дорожке, а после развернулась и кинулась прочь, убегая подальше от строгой матери.

Жанна Анатольевна проводила ее взглядом, поджала губы и зацокала обратно к школьному зданию. А Марика выбралась из укрытия и припустила изо всех сил за Кристиной – надо ее догнать и узнать, куда она торопится.

Через несколько метров ветка с размаху шлепнула школьницу по щеке. Марика ойкнула и остановилась. Как же больно и как некстати!

Темно-синий школьный пиджак мелькнул среди желтеющих листьев – Кристина быстро нацепила на хвост голубую ленту. Затянув кончики, оглянулась по сторонам и вдруг резко бросилась по направлению к проспекту. Петляя между деревьями словно заяц, Марика помчалась за одноклассницей. Она то замирала за стволами, то стремительно неслась за мелькающим впереди синим пиджаком.

Кристина то и дело озиралась, чтобы проверить, не увидел ли ее кто-нибудь. Марика вовремя пригибалась к земле. Такими перебежками девочки наконец добрались до шумной широкой улицы, заполненной транспортом. Двор с жилыми домами был позади. Гудели машины, звенели трамваи, пассажиры толпились под козырьками, выискивая нужные маршруты. Но следить за девчонкой в такой многолюдной суматохе и оставаться незамеченной стало легче, Марика чуть замедлилась, а потом протиснулась вместе с худенькой бабулей на заднюю площадку троллейбуса.

Впереди, над серой ручкой одного из сидений, маячила знакомая голубая ленточка на русом хвостике. Не выпуская Завирову из поля зрения, девочка пристроилась рядом с массивной сумкой старушки. Если Кристина поворачивала голову, Марика сразу наклонялась, чтобы поправить шнурок или отряхнуть невидимую грязь с обуви.

Троллейбус медленно трясся в плотном потоке машин, осеннее солнце прогревало густо набитый пассажирами салон. Через некоторое время двери распахнулись, и многие принялись протискиваться наружу, стало гораздо просторнее, и Марика занервничала.

Старушка с огромной сумкой с трудом спустилась по ступеням, и в салоне осталось совсем немного пассажиров. Кондуктор дремал в кресле, Кристина сидела, уставившись в окно. Через несколько минут она вскочила и бросилась к дверям, переминаясь с ноги на ногу от нетерпения.

Механический голос объявил: «Остановка “Ипподром”», – и девчонка заторопилась наружу. Двери уже с шипением начали закрываться, когда Марика ринулась в узкий проем.

Она оказалась на залитой мягким осенним солнцем остановке. Марика повертела головой, но девчонка с голубой ленточкой в волосах уже исчезла с безлюдного пятачка.

Рядом с дорогой, кроме навеса остановки, ничего не было. Сразу за асфальтированной площадкой высились деревья с золотисто-зеленой листвой.

Марике ничего не оставалось, кроме как идти куда-то по вытоптанной тропинке. Первые шаги были сделаны с опасением, однако через несколько метров лес перестал казаться жутким. Он совсем не пугал: стройные сосны, а между ними на земле – упругая ароматная хвоя. Где-то поблизости звучали человеческие голоса, поэтому девочка не испытывала страха, шагая по тропе в одиночестве.

Она с изумлением вслушивалась в незнакомые для нее звуки – переливчатое ржание, приглушенный травой топот копыт. Внезапно из-за деревьев вышла крупная лошадь: пораженная Марика застыла, но не струсила.

Лошадь действительно была большой, но обладала удивительным изяществом. Крутой изгиб шеи в прядях шелковой гривы, вытянутая морда с блестящими внимательными глазами и мускулистое туловище в серо-белых переливах, словно животное обсыпало серебристым снегом.

Лошадь тихо фыркнула, наклонила голову и втянула ноздрями воздух рядом с лицом Марики. Волосы всколыхнул пряный яблочный аромат мощного дыхания. Девочка осторожно протянула руку и погладила вытянутую морду, чтобы показать свой дружеский настрой. Под пальцами заскользила теплая бархатистая и мягкая шкура.

Лошадь фыркнула еще раз и направилась в глубину леса, через пару шагов остановилась и оглянулась, проверяя, идет ли за ней девочка. Марика последовала за неожиданной проводницей. Крепкие копыта почти неслышно ступали по хвое, солнечные зайчики озаряли серебристые всполохи на гриве, а от мерного покачивания сильного тела девочке вдруг стало спокойно и легко.

Марика подумала, что лошадь можно сравнить с кораблем, который плывет через золотистое море с сосновым ароматом. Когда деревья поредели, девочка увидела широкое поле, обнесенное частоколом. На черном вытянутом овале двигались лошади разных мастей с наездницами на спинах.

Провожатая Марики обернулась напоследок, острые уши на прощание шевельнулись, грива взлетела светлой волной. Звездная лошадь вновь шагнула в лес и почти мгновенно исчезла среди деревьев, столь же бесшумно, как и появилась.

Девочка прижалась к древесной коре. Марика волновалась, что кто-нибудь из всадниц заметит ее появление. Но на поле для выгула и тренировок животные и люди были увлечены своим делом. По периметру вытоптанной площадки оказались расставлены препятствия из сена, хрупкие наездницы, по очереди похлопывая поводьями, направляли к ним лошадей.

Послушные животные по команде взмывали вверх, вытягиваясь в живую струну. Невысокая женщина у забора внимательно наблюдала за проходами, иногда давала советы, а порой подходила, подхватывала уздцы и начинала объяснять седоку, как лучше выполнить прыжок.

Присмотревшись повнимательней, Марика поняла, что одна из наездниц и есть Кристина Завирова! Голубая ленточка вздрагивала на голове в такт шагам вороной до угольной черноты лошади, девочка уверенно сжимала поводья, короткими приказами разгоняя четвероногую партнершу перед препятствиями.

Марика невольно залюбовалась ею, такой изящной выглядела одноклассница в седле. Кристина покачивалась вместе с лошадью, перед прыжком наклонялась вперед, а затем они сливались в одно целое, вторили движениям друг друга, взмывали в воздух и парили несколько секунд.

После каждого удачного упражнения Кристина гладила черную шею животного и что-то шептала в нервно подергивающиеся острые уши. Лицо светилось от счастья, щеки вспыхивали еще сильнее всякий раз, когда лошади удавалось вытянуть ноги, не задеть сено копытом и приземлиться далеко от стены из соломы.

Тренер одобрительно кивала и показывала жестами – продолжай. Всадница в ответ улыбалась и шевелила поводьями, направляя верную спутницу на новый круг. Она совсем не походила на мрачную, высокомерную Кристину, которая насмехалась над одноклассниками, строила рожицы и устраивала жестокие розыгрыши. Девочка была полна энергии, она не стеснялась своей улыбки, озаряющей раскрасневшееся лицо.

Марика воочию увидела тайну Кристины Завировой. Правда, теперь ей почему-то не хотелось мстить, ведь противница не казалась злой задирой, пользующейся защитой мамы. Сейчас одноклассница превратилась в обычную девчонку, которая невероятно рада заниматься любимым делом. На поле она была настоящая и живая, без вечной маски недовольства на физиономии.

Тренер окликнула всадниц. Девочки на лошадях сразу же выстроились в вереницу, затрусили в сторону зеленых крыш и большой вывески «Академия конного спорта “Зеленый замок”».

Марика отступила в глубину лесочка, укрывшись за стволами высоких деревьев. Открытие удивило и смутило ее, теперь она не знала, как действовать дальше. Использовать информацию против Кристины и заставить ее бояться? Судя по разговору с матерью, она не должна оказаться на ипподроме, значит, занятия проходят в тайне от строгой Жанны Анатольевны. Однако после встречи с невероятной «заснеженной» лошадью, после улыбки на лице Кристины желание мстить и вовсе куда-то пропало.

Марика внезапно поняла, что ей не хочется прятаться за деревьями. Наоборот, она бы с удовольствием направилась к загону, чтобы послушать поближе мелодичное ржание, завороженно понаблюдать за перестуком мощных копыт, полюбоваться солнечными бликами на лоснящихся боках. В пальцах до сих пор сохранилось ощущение шелковистых прядей гривы, бархата губ над ухом.

Марика застыла в нерешительности. Как же теперь поступить?

Вдруг совсем рядом раздались звонкие голоса девчонок, которые, вероятно, шли после тренировки на остановку, чтобы вернуться в город. Марика моментально пригнулась и юркнула в кусты, мелкими шажками пробралась в заросли. Будет очень глупо, если Кристина ее заметит и поймет, что одноклассница вела за ней слежку. Случится новая ссора, а война никогда не закончится. Нет, надо действовать по-иному, придумать новый план!

Может, поговорить с Кристиной наедине и рассказать, что Марика видела ее на ипподроме? Хотя девочка сразу поняла: да, она хочет пообщаться с Кристиной, но не для того, чтобы та испугалась и отстала, а чтобы выяснить имя серебристой лошади. Ведь если она гуляет в лесу, то, скорее всего, живет с другими животными в конюшне спортивной академии «Зеленый замок».

Поэтому Марика снова сможет ее увидеть, погладить нежную морду, вдохнуть пряную сладость, идущую от шеи и гривы.

Голоса зазвучали уже очень близко. Девочка юркнула за огромное дерево, а потом попятилась и схоронилась в укромном месте, образованном сросшимися соснами. Марика подождала, пока затихнут шаги на засыпанной хвоей земле, вылезла из-под широких лап-ветвей и принялась отряхивать иголки, нападавшие за шиворот.

Когда труха и хвоя перестали колоться, Марика сделала несколько шагов. И еще. Но вместо просвета и утоптанной тропы перед ней почему-то появилась глухая стена из иссиня-черных елок. Девочка поозиралась, приподнялась на цыпочки, чтобы высмотреть пространство за деревьями, но тесно сплетенные ветки стояли перед лицом черной колючей массой.

Марика торопливо зашагала в глубь леса, заглянула за раскидистые ветки и наконец сообразила, что потеряла ориентир – три стоящих рядом сосны, которые обнялись, будто в танце.

Девочка кружила из стороны в сторону, но никак не могла понять, как выйти обратно к тропинке. Конское ржание и голоса, раздающие на ипподроме, стихли, а деревья стали совсем одинаковыми, поэтому Марика метнулась сначала к одному просвету, затем к другому, пробежала несколько метров и наткнулась на овраг.

Попыталась пройти вдоль него в поисках тропы к остановке, но неожиданно нога предательски соскользнула, и Марика покатилась кубарем к серому завалу из бурелома. Сучкастая обглоданная временем коряга больно ударила в бок, хотя такое «грубое обращение» все же помогло Марике остановить падение.

Девочка неловко поднялась и тут же вскрикнула от боли. На лодыжке проступили алые капли – один из сучков противной коряги пробороздил ногу. Это была лишь длинная царапина, но кожа натягивалась и саднила, когда Марика попыталась выпрямиться в полный рост.

Девочка отмахнулась – ей надо отсюда как-то выбраться. Густая трава скользила под ногами, получилось сделать пару шагов, но земля опять ушла в сторону. Однако на этот раз Марике удалось не полететь еще ниже по склону, она успела рухнуть на четвереньки и вцепиться пальцами в желто-зеленые травяные пряди. Девочка рывком подтянулась – в кулаках остались пучки и корни вырванной из земли растительности, – но она все же сумела приподняться чуть повыше.

Еще раз захват, всем телом вверх и упереться коленями! И еще! Сантиметр за сантиметром, но у девочки почти получилось вскарабкаться по склону подальше от торчащих сучков бурелома. Марика уже приготовилась к последнему рывку, но высокие стебли на краю оврага, в которые она вцепилась, легко вылетели вместе с рыхлой почвой.

Комки грунта полетели прямо в лицо, Марика вздрогнула, потеряла равновесие и опять скатилась по скользкому травянистому ковру.

В отчаянии она застонала: нога болела еще сильнее, а земля покрыла рану толстой коркой грязи, в горле уже пересохло, пальцы дрожали из-за напряжения. Силы были на исходе, пестрая, желто-зеленая стена равнодушно высилась перед лицом. В носу защипало, а в уголках глаз выступили горькие слезы. Марика поняла, что угодила в ловушку. Ведь никто не знает, где она сейчас.

Мама и папа даже не подумают искать дочь в лесу рядом с ипподромом, да и звать на помощь нет смысла – никто не услышит. Наездницы наверняка ушли с поля, а тренер сейчас в конюшне. Дорога слишком далеко от лесного массива, а овраг вообще неизвестно где и на каком расстоянии от тропинки.

Глаза вновь налились слезами, девочка не выдержала и пересохшими губами прошептала:

– Неужели я не смогу вылезти отсюда?!