- -
- 100%
- +
ТОЛПА. Куда их? – В овраг: там виселица. – Пойдем туда! – Нет, тут прозеваешь: я больше люблю костры… Глядите: факелы уже! Сейчас…
К кострам подходят УГОЛЬЩИКИ с факелами наготове. Первого из осужденных на открытой части квемадеро привязывают к столбу сзади костра. Других вводят внутрь статуй апостолов и с лязгом захлопывают двери.
ПЕРВЫЙ ГРАНД (Второму). Смотрите, смотрите: в той ложе, где дон-Балтасар, – костры уже загораются. Вы видите его лицо? Пламя уже лижет ему ноги.
ВТОРОЙ ГРАНД. Довольно вам шутить, сеньор!
ПЕРВЫЙ ГРАНД. Я не шучу. Его лицо – вы видите его лицо?
ЖЕНЩИНА НА КВЕМАДЕРО (перед статуей апостола крепко уперлась ногами, не идет. Вскрикивает). Я каюсь! Я не хочу! Я каюсь. (Ее уводят в овраг.)
ТОЛПА (удовлетворенно). Ага-а!
СТАРУХА С КЛЮКОЙ (протискиваясь в толпу). Ой, что же это? Ой, дорогие мои сеньоры, – пропустите!
ОФИЦЕР АЛГУАСИЛОВ. Ты что, старуха, кричишь? Чего тебе?
СТАРУХА С КЛЮКОЙ. Ой, сеньор алгуасил, красавец мой! Пропустите меня, старуху, вперед! Ведь последний раз в жизни взгляну, как будут жечь собак неверных… (Пролезла.) Ох, слава тебе, святая Мария, милосердная дева! Ох, в последний раз ведь…
ТОЛПА. Не бойся, бабушка, не последний: еще в пекле с ними встретишься! (Смех.) – Тише, тише. Еще один кается… Вон, вон: который руку поднял…
ОСУЖДЕННЫЙ НА КВЕМАДЕРО (громко, подняв руку). Я каюсь! Я каюсь в том, что раньше не покинул эту церковь, где вместо Христа – палач, а вместо Бога…
МУНЕБРАГА (указывая пальцем, кричит). Наденьте ему гаг! Гаг! Скорей! Чего же вы смотрите, ротозеи?
Палачи кидаются к осужденному, надевают ему на рот гаг, торопливо привязывают к столбу сзади костра.
ПЕРВЫЙ ГРАНД (Второму). Ах, если бы можно было надеть гаг – сразу на всех испанцев! Подумайте, ничей слух не оскорбляли бы такие вот – неудобные – слова. Вернейший способ!
ВТОРОЙ ГРАНД (с сердцем). Сеньор, неужто и на смертном одре вы будете вот так же шутить и будете…
ПЕРВЫЙ ГРАНД (схватив Второго за руку). Смотрите, смотрите!
На квемадеро палачи подходят к последнему из осужденных, еще стоящему перед костром на коленях, и берут его под руки. Это – РЮИ. В ложе – БАЛТАСАР, крепко вцепившись в балюстраду руками, весь перегнулся туда, к квемадеро. ИНЕСА сидит, низко опустив голову, закрыла глаза.
РЮИ (на квемадеро – вырвавшись от палачей и подбежав к краю). Вы! Рабы! Вы спокойно смотрите, как эти, смеющие называть себя христианами…
ИНЕСА (после первого же слова Рюи – как бы проснулась: вскочила, секунду дико смотрит на квемадеро). Рюи! Рюи!
Рюи остановился, обернулся к ложе. Раскрыл рот – что-то сказать Инесе. Но на него сзади уже накинулись и надевают ему гаг. Вскочил и что-то кричит МУНЕБРАГА. Инеса обеими руками схватила за плечо Балтасара и трясет его. Смятение в ложах, в толпе. Балтасар и еще несколько человек из соседних лож схватывают Инесу и уносят ее вниз – через толпу – к башенным воротам.
(Отбиваясь). Пусти! Пустите, говорю вам! Я хочу к нему!
БАЛТАСАР (крепко держит ее). Инеса…
ИНЕСА (отогнувшись назад в руках Балтасара и как будто только увидев его). А-а, ты? Так ты обманул меня? Ты заставил меня обмануть его? Предатель! Не смей меня! – пусти! Нет! Нет! (Вытаскивает из корсажа кинжал и ударяет Балтасара.)
БАЛТАСАР. Благодарю… (Медленно оседает на землю.)
На квемадеро – уже курится дымок. Место происшествия заслоняет густая толпа; возбужденный гул голосов; вытягиваются на цыпочках, стараются заглянуть через плечи стоящих впереди. ЖЕЛТЫЙ и РУМЯНЫЙ с женами – в стороне от других, направо.
ЖЕЛТЫЙ. Оттуда, с оврага, ветер: чувствуете? Еще насморк, пожалуй, схватишь. Идем домой. (Уходят.)
Занавес