Ночной поезд на Ригель

Глава 5

Восемь часов спустя, точно по расписанию, мы прибыли на станцию Яндро.

Окно-дисплей в купе я настроил на показ записи путешествия через Швейцарские Альпы, по большей части потому, что поездка на экспрессе через Европу ассоциировалась у меня с загадками и интригами, подобными тем, с которыми я имел дело сейчас. Когда поезд выехал из главного туннеля на станцию, я отключил воспроизведение и сделал окно прозрачным.

Все станции квадрорельса, на которых мне приходилось бывать, выглядели примерно одинаково, словно были построены по единому образцу лишь с небольшими вариациями. Станция Яндро не являлась исключением, отличаясь от других только количеством и расположением служебных зданий. Поезда останавливались лишь на двух из тридцати путей, соответственно только там имелись пассажирские платформы, а рядом с ними – погрузочные краны. Учитывая, что поток пассажиров и груза через станцию был минимальным, даже это казалось чрезмерным. Колонистам Яндро, вложившим в станцию триллион долларов, похоже, предстояло продать немало местной древесины, чтобы хотя бы окупить затраты.

Я почувствовал, как у меня снова неприятно засосало под ложечкой, когда мы остановились и я увидел, что на платформе ждут посадки всего шесть пассажиров.

Краем глаза я заметил, что Бейта шагает по платформе к одному из двух служебных зданий, пытаясь делать вид, будто нисколько не торопится. Она скрылась внутри, и я посмотрел на часы, надеясь, что она следит за временем. Стоянка – всего пятнадцать минут, и при всем заявленном желании пауков сотрудничать я сомневался, что они пойдут на то, чтобы задержать отправление поезда ради нас.

Похоже, Бейта тоже не строила в этом отношении особых иллюзий. Она вышла из здания через полторы минуты и бегом помчалась по платформе, да так, что вполне могла составить конкуренцию олимпийскому чемпиону. Но даже при этом я не был уверен, что моя спутница успеет на поезд, пока она не появилась в купе две минуты спустя, все еще тяжело дыша.

– Я сделала… – Девушка рухнула на диван. – Начальник станции передаст запрос. Данные должны быть готовы к тому времени, когда мы прибудем на Керфсис. Их доставят в наше купе в следующем поезде, на котором мы поедем.

Я посмотрел на настенные часы, показывавшие внутреннее время нашего поезда. Было начало одиннадцатого вечера стандартных двадцатидевятичасовых суток пауков, и до станции Керфсис оставалось еще девять часов пути – достаточно, чтобы успеть поспать и позавтракать. Я уже собрался было в бар принять рюмочку на ночь, когда раздался сигнал, предупреждающий о визите.

– Вы кого-нибудь ждете? – посмотрел я на Бейту.

Она покачала головой, плотно сжав губы.

– Это не паук.

Звонок раздался снова. Я подумал о том, не отправить ли Бейту к себе в купе, потом решил, что у меня слишком мало времени для того, чтобы развернуть стену, не вызывая подозрений чересчур долгой задержкой.

– В ванную! – велел я ей, вставая и направляясь к двери.

Подождав, пока Бейта скроется в кабинке, я нажал кнопку замка.

На пороге стояла парочка халков – плоскомордых, отдаленно напоминавших бульдогов существ, отличавшихся чрезмерной болтливостью и страстью к земной корице, – их словно окружало плотное облако со специфическим запахом.

– Ух ты, – заявил тот, что пониже. – Это не скви. Это человек.

– Думаю, ты прав, – согласился тот, что повыше, наклонившись ко мне и прищурившись, словно ему с трудом удавалось сфокусировать взгляд. – Интересные у них морды.

– Чем могу помочь? – спросил я, заслоняя собой дверной проем на случай, если им придет в голову ввалиться без приглашения.

Тот, что пониже, махнул лапой, со свистом рассекая воздух длинными когтями.

– Мы ищем друга. Тоже халка. Извините за беспокойство.

– Никаких проблем. – Я вежливо улыбнулся, заглянув ему в глаза. – Надеюсь, вы его найдете.

– Если он здесь, то найдем, – произнес он, растягивая губы в улыбке, из-за которой его лицо показалось еще более плоским.

Взяв своего приятеля под руку, он повернулся и, пошатываясь, зашагал по коридору, ритмично постукивая когтями по стене, словно пытался удостовериться, что она от него не убежит. Я отступил назад в купе и нажал на кнопку, но прежде чем дверь успела закрыться, быстро высунул голову наружу.

Двое халков все так же шли по коридору, однако никто из них уже не шатался и не постукивал по стене. Впрочем, ничего удивительного – еще раньше я заметил, что зрачки у них вовсе не были расширены, как это обычно бывает у халков в состоянии опьянения.

Фальшивые пьяные. И соответственно повод для их появления у моей двери был столь же фальшивым.

Я успел убрать голову, прежде чем сработали автоматические предохранители, и дверь плавно закрылась.

– Кто это был? – поинтересовалась Бейта, выходя из ванной.

– Парочка халков искала своего дружка. Вы не заметили, за вами никто не шел следом, когда вы возвращались в поезд?

Она наморщила лоб.

– Не знаю… я на самом деле не смотрела. Извините.

– Ничего страшного. – Я открыл дверь. – Не ждите меня.

Халков уже не было – то ли вышли через заднюю дверь вагона, то ли зашли в одно из купе.

Я дошел до конца вагона и нажал кнопку. Дверь открылась, и я прошел через раскачивающийся тамбур в следующий вагон.

Возможно, по часам пауков сейчас и был поздний вечер, но по царившему в вагоне оживлению этого сказать было нельзя. Игра в карты до сих пор была в разгаре, некоторые кресла поменяли свое местоположение – часть старых компаний распалась, зато образовались новые. Верхнее освещение сменилось приглушенным ночным, но поскольку каждое кресло было снабжено индивидуальным светильником, вся разница заключалась в том, что освещенная зона начиналась на уровне груди, а не потолка. Некоторые пассажиры спали в своих креслах, надев на голову наушники с нейтрализаторами.

Среди пассажиров было несколько халков – они играли в карты, мирно беседовали или спали. Я медленно шел зигзагами по вагону, разглядывая каждого из них. Человеку неподготовленному нелегко различать халков, но я не принадлежал к таковым и на восемьдесят процентов был уверен, что среди них нет тех, кого я искал. И во всяком случае, среди них не было ни одного, одетого так же, как и мои посетители.

Я уже дошел до середины вагона, когда на фоне всеобщего шума послышалось:

– Пять вместе с Яндро.

Я застыл как вкопанный, бросив взгляд в ту сторону, откуда раздался голос – вполне человеческий. Через несколько кресел справа от меня сидел пожилой мужчина в ничем не примечательном костюме, лицо которого было наполовину скрыто в тени. Он посмотрел на меня, и губы его изогнулись в подобии улыбки.

– Ну-ну, – с упреком сказал он. – Только не говорите, что забыли свою собственную поговорку.

Несколько мгновений я смотрел на него, судорожно напрягая память. Потом мой мозг добавил к его образу отсутствующие усы и бороду, и я тут же вспомнил: полковник Терренс Эпплгейт, разведка Западного альянса. Когда-то – один из моих начальников.

– Это была не моя поговорка, – сухо бросил я и пошел дальше.

– Прошу прощения, – сказал он, поднимая руку. – Неудачная шутка. Садитесь.

Я замешкался. Что и говорить, сейчас куда больший приоритет имели поиски заинтересовавших меня халков, чем воспоминания о старых, но отнюдь не добрых временах. Особенно в обществе того, кто всячески этому поспособствовал.

Но, с другой стороны, мы находились на квадрорельсе, и за исключением туалетов и купе первого класса в поезде было не слишком много мест, где можно было бы спрятаться. К тому же было несколько любопытно, что делает задница офицера среднего звена разведки в кресле вагона квадрорельса первого класса.

– Крайне неудачная, полковник, – пробормотал я, пробираясь через лабиринт кресел к свободному месту рядом с ним. Развернув кресло к нему лицом, я сел. – Ну, как дела в разведке?

– Насколько я слышал, все так же, – ответил он. – И теперь я просто господин Эпплгейт. Я ушел в отставку восемь месяцев назад.

Я многозначительно обвел взглядом вагон.

– Похоже, это не отразилось на вашем финансовом положении.

Он пожал плечами, беря из держателя на ручке кресла наполовину заполненный стакан.

– Теперь я работаю на ООН.

– Неплохо. – У меня не было возможности это доказать, но я давно подозревал, что ООН приложила руку к моему увольнению. – И, как я понимаю, новая должность позволяет вам путешествовать первым классом?

– Не совсем, – сухо ответил он. – Сейчас я просто делаю свою работу.

– Только не говорите, что снова стали телохранителем.

– А что такого! Я до сих пор могу справиться с пятью щенками вроде вас.

– Не сомневаюсь.

Хотя бы раз в жизни стоит продемонстрировать лояльность.

– Но сейчас я скорее выступаю в роли консультанта, – продолжал он. – Заместитель директора, Лосуту, едет на переговоры с циммахеями по поводу покупки нескольких боевых кораблей, и ему нужен военный эксперт.

Значит, Бирет Лосуту тоже здесь. Замечательно!

– Не слишком ли это рискованно с политической точки зрения? – предположил я. – Я считал, что официальная позиция ООН заключается в том, что земные военные корабли ничем не хуже прочих.

Эпплгейт фыркнул.

– И вы, и я прекрасно знаем, что это всего лишь фантастика, достойная Пулитцеровской премии. Впрочем, в ООН не слишком владеют искусством лицемерия.

Я подумал обо всех крокодиловых слезах, пролитых в мой адрес, когда меня без долгих рассуждений вышвыривали с работы, причем часть этих слез пролил сам Эпплгейт.

– Полагаю, вряд ли они владеют и искусством запудривать мозги другим.

– К счастью, в данном случае этого не потребуется, – криво усмехнулся он. – Циммахейские истребители будут направлены в окрестности Яндро и Нью-Тигриса. Мы оба знаем, что увидеть их там мало кто сможет.

– И тем не менее подобная сделка пробьет немалую дыру в бюджете ООН, – сказал я. – Кто-нибудь наверняка заметит.

– Возможно, – согласился он. – Но вы же знаете, как они говорят: миллиард тут, миллиард там… и вскоре подобные расходы кажутся вполне реальными. Так или иначе, речь идет лишь о пятистах миллиардах за восемь истребителей, если только мы не решим по-другому. Именно для этого меня и позвали – чтобы помочь принять правильное решение. – Он отхлебнул из стакана и теперь смотрел на меня над его краем. – Но хватит обо мне. Что вы тут делаете?

– Ничего особенного. Так, решил прокатиться…

– В самом деле? – Он бросил взгляд на дверь, через которую я вошел несколько минут назад. – Кто-то умер и оставил вам целое состояние?

– Это деловая поездка. – К счастью, я уже успел разработать легенду, хотя и не ожидал, что она потребуется столь скоро. – Меня наняла крупная туристическая компания, чтобы оценить новые возможности, которые можно было бы предложить нашей пресытившейся путешествиями публике.

– Ах вот как! – понимающе кивнул он. – И конечно, для этого обязательно требуется купе первого класса?

– Это лишь часть моей работы. – Я пожал плечами. – К несчастью, нам приходится обслуживать и не столь состоятельный контингент, так что вскоре мне придется перейти в вагон второго, а потом и третьего класса.

– Жаль, – проворчал Эпплгейт. – Как я понимаю, Нью-Тигрис и Яндро вы в расчет не берете и начнете свою инспекцию с Джурианского сообщества?

– С чего вы взяли, что я там не задерживался?

– По двум причинам. – Он поднял палец. – Во-первых – оба мы знаем, что ни там, ни там нет ничего такого, что могло бы заинтересовать туриста хотя бы на четверть часа. – Криво усмехнувшись, он поднял второй палец. – А во-вторых – потому что я видел, как вы садились в поезд на станции Терра.

Я моргнул.

– Вы там были?

– Да. Прилетел дипломатическим транспортом, через Рим и Эльфайв. Чертов лайнер опоздал – мы едва успели. Собственно, а почему бы мне и не быть там?

– Разумеется. – Я чувствовал нечто вроде профессиональной досады из-за того, что не заметил его. Агенту разведки непозволительно терять бдительность. – На самом деле я не это имел в виду. Лосуту тоже был с вами?

– Нет, он и циммахейские торговые представители сели в поезд на Нью-Тигрисе.

– А где вы все-таки находились на станции? – Так не хотелось верить в собственную небрежность!

– Я уже стоял на платформе, когда прибыл ваш челнок. – Терренс понимающе улыбнулся. – Успокойтесь! Даже профессиональные навыки разведчика со временем теряются. Кроме того, вы только и делали, что таращились на паука, который уносил ваш багаж. Вам его, кстати, вернули?

– Да, – ответил я, окидывая взглядом вагон. Разговор сворачивал к теме, которую сейчас не хотелось обсуждать. – И, честно говоря, мне пора идти.

– Куда? – Бывший начальник схватил меня за плечо, вдавливая в кресло. – Да сидите вы спокойно! Это же не из-за Лосуту, верно?

– Почему я должен беспокоиться из-за того, кто когда-то пожелал мне провалиться ко всем чертям, сдохнуть или еще что-то в этом роде? – мрачно напомнил я.

– Только не надо! – фыркнул Эпплгейт. – Лосуту, конечно, может болтать что угодно, но у него и без того хватает врагов, чтобы волноваться из-за каких-то мелких проблем двухлетней давности. Собственно, как только он узнает, что вы в поезде, вполне вероятно, что он пригласит вас выпить.

– А что, разве в баре подают яд?

– Вряд ли. – Мой собеседник мгновенно посерьезнел. – Между нами, Фрэнк, – у директора Клейна есть проблемы с парламентом Западного альянса по поводу некоторых его предложений. Возможно, бывший агент разведки вроде вас сумеет развеять их опасения?

– А вы здесь разве не для этого?

Он пожал плечами.

– Лишнее мнение никогда не помешает.

– Ну да, есть шанс, что для горстки представителей альянса, когда-то принявших мою сторону, может оказаться весьма полезным, если я во всеуслышание выступлю в поддержку предложений директората?

Эпплгейт недовольно выпятил губы.

– Узнаю так свойственную вам тактичность.

– Придется вам обойтись своими силами. Как я понимаю, яблоко раздора – та самая сделка с циммахейскими истребителями?

– В том числе и это, – последовал утвердительный кивок. – Но мне бы действительно очень хотелось, чтобы Лосуту рассказал обо всем сам.

Внезапно у меня в мозгу словно что-то щелкнуло. Двое циммахеев за столиком в углу в баре, куда мы с Бейтой зашли несколько часов назад выпить чая и лимонада. Человек, который сидел вместе с ними…

– Так это вы вели тихую беседу за чашей пунша-скински?

– Вот видите? – улыбнулся он. – Вы еще не совсем потеряли чутье. Да, я пригласил наших коллег на неформальную встречу, пока Лосуту работал над своим докладом. Может быть, мне следовало подойти и поздороваться, но у вас, похоже, тоже был серьезный разговор.

Я мгновенно напрягся, но поспешил успокоить себя. Из-за акустики бара у него не было никакой возможности нас подслушать. Увидеть – да, я беседовал с молодой женщиной и, хорошо зная своего бывшего начальника, мог предположить, что выводы он сделал соответствующие, то есть неверные.

– Да, интересно побеседовали, – проронил я безразличным тоном.

Терренс насмешливо приподнял бровь.

– Уж в этом-то я не сомневаюсь. – Взгляд его устремился куда-то мне за плечо. – И, как я вижу, продуктивно, – добавил он и затем, чуть повысив голос, произнес: – Госпожа, он здесь.

Я обернулся. К нам шла Бейта, хмурое выражение на лице которой тут же исчезло, как только она меня заметила.

– Вот вы где, – с явным облегчением сказала она, переводя взгляд с Эпплгейта на меня и обратно. – А я уже начала волноваться.

– Ну и зря, – заверил я девушку. – Просто встретил старого товарища, вот и все.

Говоря это, я смотрел на Терренса, но даже краем глаза сумел заметить, что Бейта неожиданно вся напряглась.

– Вы один из друзей господина Комптона? – спросила она неожиданно изменившимся голосом.

– ГосподинаКомптона? – несколько озадаченно переспросил Эпплгейт. – Гм…

– Это Бейта, – сообщил я. – Моя помощница и секретарь.

Секундой позже я пожалел о собственных словах. Девушка своим поведением разрушила лучшую версию нашей легенды, а именно романтические отношения, оставив в качестве единственного иного варианта исключительно деловые. Проблема заключалась в том, что на Терре наши с ней пути никак не пересекались, и Эпплгейт наверняка это видел. Последнее, чего бы мне сейчас хотелось, – чтобы он вспомнил данное обстоятельство.

Но придумывать какую-нибудь историю получше времени уже не оставалось. Все, что я мог, – не обращать внимания на возникшую непоследовательность и надеяться, что он попросту предположит, будто мы независимо друг от друга собирали сведения для нашей мифической туристической компании.

– Бейта, это Терренс Эпплгейт, – продолжил я представление. – Бывший полковник разведки Западного альянса, в настоящее время советник директората ООН.

– Очень приятно, – кивнула Бейта, в голосе девушки все еще чувствовалась настороженность.

– Аналогично, – ответил Эпплгейт. – Что ж, рад был пообщаться, Фрэнк, но день был долгим, и у меня уже глаза закрываются.

– Конечно. – Я встал. – Кстати, вы случайно не видели парочку халков, которые проходили здесь за минуту или две до меня?

– Нет; впрочем, я не обращал особого внимания на окружающих, – ответил он. – Что-нибудь важное?

– Вероятно, нет. – Придется отказаться от дальнейших поисков. За это время халки вполне могли успеть спрятаться, а у меня не было особого желания обыскивать ради них весь поезд. Достаточно было просто держать ухо востро и ждать, когда они снова появятся. – Они заявились ко мне в поисках своего приятеля, похоже не вполне трезвые, и я подумал, что, возможно, стоило бы дать знать кондуктору.

– Я бы не стал особо беспокоиться, – посоветовал Эпплгейт. – До сих пор не слышал, чтобы пьяный халк вел себя буйно. И они не задавят до смерти, даже если свалятся на тебя сверху, в отличие от циммахеев.

– Верно, – сказал я. – Спокойной ночи.

Бейта не произнесла ни слова, пока мы не вернулись в свое купе.

– Этот Эпплгейт – ваш друг? – спросила она, когда я запер дверь.

– Он был одним из моих начальников. И, учитывая, что он был также одним из тех, кто хотел меня вышвырнуть со службы, я бы даже знакомым его не назвал.

– Значит, скорее враг?

С чего это девушка так заинтересовалась?

– Скажем так – одно из мелких жизненных разочарований.

Пауза длилась более минуты.

– Ладно, – наконец сказала она. – Собираетесь сегодня еще куда-нибудь?

– Если только в мир сновидений, – ответил я, глядя на часы. До Керфсиса оставалось чуть больше восьми часов – вполне достаточно, чтобы поспать. – Все, я в койку.

– Хорошо. – Девушка пристально смотрела на меня. – Те двое халков – они ведь не были на самом деле пьяными, верно?

Я поколебался – по давней привычке разведчика мне вовсе не хотелось говорить лишнего, тем более что о своей спутнице я до сих пор почти ничего не знал.

– Нет. И точно так же я сомневаюсь, что они искали какого-то друга.

– Кого же они искали? Нас?

– Они не ломились к другим, когда я вышел в коридор тридцать секунд спустя. Так что делайте выводы.

Бейта покосилась на дверь.

– Вы не будете против, если я оставлю стену открытой, пока мы будем спать?

– Если только вы не станете храпеть.

Честно говоря, я сам пытался найти способ, как бы получше предложить то же самое. В конце концов, если она знала о ловушке с «саариксом-5», то можно предположить, что мне ничто не угрожает. А если нет – то, по крайней мере, любому, кто попытался бы меня убить, пришлось бы иметь дело с двоими. Так что определенные неудобства потерпеть ради этого стоило.

Глава 6

Пассажиропоток на станции Керфсис, хоть и небольшой по джурианским меркам, все же был достаточно впечатляющим по сравнению с другими станциями, через которые мы проезжали, включая Терру. Не меньше шестидесяти пассажиров выстроились у выходов из разных вагонов нашего квадрорельса, и примерно столько же ждали посадки на платформе – в большинстве своем джури, хотя среди них попадались и представители других рас, однако мы с Бейтой оказались единственными людьми.

Мы шли по платформе, направляясь к челноку для пассажиров первого класса, когда я заметил двоих халков, выходящих из вагона третьего класса в хвосте поезда. Они были слишком далеко, чтобы различить черты их лиц, но их подпрыгивающая походка сразу же напомнила мне о наших визитерах. Взяв спутницу под руку, я свернул через толпу по направлению к ним.

– Куда мы идем? – удивилась она. – Мы же собирались сесть на челнок?

– Я знаю, – пробормотал я, ускоряя шаг.

Но то ли халки заметили, что я их преследую, то ли сами куда-то торопились. Прежде чем я успел преодолеть половину разделявшего нас расстояния, они добрались до челнока третьего класса и скрылись в люке.

– Нам нужно на челнок первого класса. – Бейта решила проявить настойчивость.

Несколько мгновений я боролся с искушением пренебречь протоколом и последовать за халками. Однако джури, являясь ярыми приверженцами всевозможных правил, весьма неприязненно относились к любому, кто осмеливался эти правила нарушить. Мы с Бейтой были пассажирами первого класса, соответственно нам полагался челнок тоже первого класса, и если бы мы им не воспользовались, дело могло бы закончиться немалым скандалом.

– Да, – согласился я и снова повернул к челноку.

Джури принадлежали к тем обитателям Галактики, кто мог себе позволить шоршианские силовые ускорители для создания искусственной гравитации. Это означало наличие внутри челнока настоящей лестницы, следовательно, я мог нести чемоданы сам, а не отдавать их в распоряжение автоматической системы. Учитывая, что произошло с моим багажом в последний раз, когда я потерял его из виду, оставалось только радоваться, что я смогу держать его в поле зрения.

Когда я поднимался в туннель на станции Терра, я пытался найти хоть какие-то признаки охранных датчиков. Сейчас, спускаясь по ступеням в челнок, я столь же внимательно приглядывался к стенам, но где бы пауки ни прятали свои устройства, делали они это весьма качественно. В противоположность им джурианская охранная система отнюдь не маскировалась.

Подлетая к пересадочной станции, наши три челнока прошли под двумя компактными боевыми платформами, на которых стояли наготове истребители на случай возникновения каких-либо проблем. К счастью, никаких проблем не возникло. Наш челнок причалил к станции, и несколько минут спустя мы вошли в зал прибытия.

– Нам туда? – Бейта кивнула на толпу возле таможенных стоек в дальнем конце зала.

Мое внимание, однако, привлекли не стойки, а широкие двери за ними, наверняка усеянные многочисленными датчиками. Интересно, сумеют ли они обнаружить «саарикс», спрятанный в моих чемоданах? Но выяснять это сейчас я пока не собирался.

– Незачем, – ответил я. – Мы ведь не намерены здесь оставаться, помните?