Ночной поезд на Ригель
- -
- 100%
- +
– Мне сообщили, что в этом поезде едут три врача, причем люди, – продолжал Растра. – Думаю, что было бы неплохо, если бы кто-нибудь из них осмотрел ваш ушиб.
– Все в порядке, – заверил я его. – Мне доводилось получать шишки и похуже этой, когда я играл по воскресеньям в футбол в колледже. Мне просто нужно принять пару таблеток и немного полежать.
– Как хотите, – сказал посредник, хотя, судя по всему, я его не убедил. – Но если вы все еще будете себя плохо чувствовать, когда мы прибудем на Джуркалу, я буду настаивать на том, чтобы вас осмотрели врачи. На пересадочной станции есть дежурные специалисты по человеческой медицине.
– Договорились, – ответил я, слегка неуверенно поднимаясь на ноги. – Бейта, не могли бы вы подать мне руку?
Она молча встала и подошла ко мне. С тех пор как они вместе с Растрой и пауком, которого привлекли для поисков, вытащили меня из ящика с пряностями, она не произнесла ни слова. Все так же молча она осторожно взяла меня под руку – собственно, сейчас она вообще впервые коснулась меня, и даже сквозь рубашку я чувствовал холод ее пальцев. Я сделал вид, будто с некоторым трудом переставляю ноги, и мы направились по коридору к моему купе.
Едва за нами закрылась дверь, как девушка отпустила мою руку, словно обожглась.
– Как вы могли? – спросила она дрожащим голосом – от ее прежней невозмутимости не осталось и следа. – Как вы могли им позволить его забрать?
– Спокойно, – сказал я, падая на край койки и доставая чип из кармана. – Ничего они не забрали.
Бейта уставилась на чип, словно на часы, возвращенные фокусником.
– Но…
– Почему в таком случае на меня напали? – закончил я за нее. – Хороший вопрос. Но прежде чем мы его обсудим, давайте убедимся, что им не хватило ума его подменить.
Она поморщилась, но кивнула.
– Хорошо. Схожу за своим ридером.
Она отсутствовала ровно столько, сколько нужно было мне, чтобы убедиться, что мой ридер не показывает ничего, кроме безобидного набора путеводителей.
– Есть вероятность, что они могли сделать копию? – спросил я, когда девушка взяла у меня чип и вставила его в свой ридер.
– Нет. – Бейта нажала на какие-то кнопки, посмотрела на дисплей и кивнула. – Смотрите, – сказала она, передавая мне ридер.
Пятьдесят с лишним файлов с информацией о системе безопасности и датчиков квадрорельса!
– Отлично! – сказал я. – Будет что почитать по пути на Модхру.
– Вы все еще хотите отправиться туда? – уточнила девушка с неожиданной заботой в голосе. – Я имею в виду… может, вам все же сначала показаться врачу?
– Со мной все в полном порядке, – заверил я ее и хотел было покачать головой, но тут же передумал. – Кроме того, все это начинает становиться весьма интересным.
– Интересным? – переспросила она. – То, что на вас напали, вы называете интересным?
Я пожал плечами, что, как оказалось, причинило лишь чуть меньше боли, чем попытка покачать головой.
– Просто так обычно никто ни на кого не нападает, если ничто не угрожает им самим. Похоже, это означает, что мы подобрались чересчур близко.
– Близко к чему? – упорствовала моя спутница. – Все, чем мы располагаем, – это название – Модхра и совет Джан Кла отправиться именно туда.
– Плюс все ухищрения, которые им потребовались, чтобы заставить его сообщить нам это название, – напомнил я.
– Что на самом деле могло быть лишь поводом, чтобы отправить нас подальше с Керфсиса! Или не подпускать нас к чему-нибудь еще.
Я поколебался, в очередной раз пытаясь решить, сколько и чего я могу ей сказать. Мне до сих пор не было до конца понятно, что происходит и на чьей стороне Бейта.
Тем не менее она явно была в союзе с пауками или по крайней мере с какой-то их группой. Учитывая только что случившееся, даже сомнительные союзники были лучше, чем никакие.
– Я не хотел ни о чем говорить в присутствии Растры и Джан Кла. В баре, куда я пошел за «Джеком Дэниельсом», оказался чересчур болтливый беллидо. Он спросил, куда я направляюсь…
– И вы ему сказали?
Я уставился на нее, чувствуя, как стучит кровь в висках, и пытаясь понять выражение ее лица, тон ее голоса, язык ее тела, – а затем, по давней привычке разведчика, собирая кусочки головоломки и складывая их в единую картину.
И в это, казалось, растянувшееся на долгие минуты мгновение все мои неясные подозрения внезапно сменились холодной и твердой уверенностью. Бейте прекрасно было известно все, что касалось Джан Кла, Модхры и беллидо.
– Тогда мне это казалось не слишком существенным. – Я старался, чтобы мой голос звучал ровно. – Суть в том, что он куда-то исчез, скрывшись в вагоне первого класса. А потом мне дали по голове и заперли в ящике с пряностями.
– И вы думаете, эти события как-то связаны между собой?
– Однозначно. – «Что ей известно на самом деле? » – Чип им явно не был нужен, поскольку он остался у меня. Мой кошелек тоже – по той же самой причине. Чего еще они могли хотеть, кроме как помешать нам отправиться на Модхру?
– Но как он мог связаться с кем-то в хвосте поезда? – спросила она. – Вы же сами сказали, что он ушел в другую сторону.
– Этого я пока и сам еще не понял, – согласился я, пристально глядя на нее. Однако девушка снова полностью контролировала себя, и лицо ее ничего не выражало. – Могу лишь предположить, что он каким-то образом воспользовался компьютерной системой квадрорельса или сумел найти какой-то иной способ, чтобы передать сигнал.
Бейта медленно покачала головой.
– Не думаю, что это возможно.
– Так или иначе, сообщение он как-то послал, – проворчал я. – В этом я уверен.
– Но я все равно не понимаю… Чего они надеялись добиться?
– Они надеялись задержать меня достаточно надолго, чтобы мы миновали Джуркалу и гракланскую ветку, – ответил я. – Это единственное, что имеет смысл. Кто-то почему-то очень не хочет, чтобы мы попали на Модхру.
Уголок ее рта дернулся.
– И конечно, именно туда вы и намерены отправиться?
Я пожал плечами.
– Я иду по следу. И он ведет именно туда.
Похоже, она взяла себя в руки.
– На Модхру я не хочу.
– Никаких проблем, – ответил я. – Можете подождать меня на Джуркале.
– А что, если я потребую, чтобы пауки аннулировали ваш билет?
Я поднял бровь.
– Вы мне угрожаете?
– Там может быть опасно, – уклончиво ответила она. – Очень опасно.
Я подумал о «саариксе-5» в ручках моих чемоданов.
– Везде опасно. Такова жизнь.
– Но вы можете там погибнуть.
Что ж, сомнений больше не оставалось. Модхра действительно была ключом к загадке… и наши враги готовы были принять весьма серьезные меры, чтобы не позволить мне завладеть этим ключом.
– Погибнуть я могу везде, – возразил я. – Например, столкнуться с каким-нибудь циммахеем в вагоне-ресторане и сломать себе шею. Похоже, вы знаете о Модхре кое-что такое, о чем мне не говорите?
На мгновение у девушки проступили желваки на скулах. Но она быстро нашлась:
– Просто у меня предчувствие.
– Что ж, прекрасно, благодарю за заботу. – Я сделал вид, будто верю в ее искренность. – Я еду туда. У вас есть пять часов, чтобы решить, сопровождаете вы меня или нет.
– Господин Комптон…
– А пока, – прервал я ее, – скажите, нет ли у вас предчувствий, с какой стороны мне может грозить опасность?
– Откуда угодно, – спокойно заметила она. – У вас же нет друзей.
– А вы? – шутливым тоном уточнил я. – Вас ведь хотя бы волнует, погибну я или нет, верно?
Бейта вздернула подбородок.
– Я вам не друг, господин Комптон, – ничего не выражающим голосом сообщила она. – И меня это вовсе не волнует.
Повернувшись, она направилась в коридор.
Я долго смотрел на закрытую дверь, чувствуя, как к горлу подступает горький комок. Еще минуту назад я надеялся хоть на какое-то подтверждение того, что мы с ней по одну сторону.
Но – нет. «Я вам не друг. И меня это вовсе не волнует».
Замечательно! Тогда меня тоже не будет волновать, что случится, когда я поступлю с ее драгоценными друзьями-пауками так, как намеревался поступить.
И когда я это сделаю – я рассмеюсь ей в лицо.
Улегшись на койку, я осторожно опустил голову на подушку. Должно было пройти еще полчаса, прежде чем обезболивающее, которое я принял, наконец подействует и позволит мне немного поспать.
Вызвав на дисплей первый из файлов, полученных от пауков, я начал читать.
Глава 10
Остановка – Джуркала. Распрощавшись с Растрой и Джан Кла, я покинул элитный вагон и направился через платформу к пути, на который должен был через два часа прибыть поезд, следующий по гракланской ветке. Бейта шла рядом со мной, не говоря ни слова, с самым безразличным видом.
Я подумывал о том, чтобы попытаться сбежать с поезда тайком, но потом решил, что это не стоит потраченных усилий. Даже если беллидо еще не сообразили, каким образом мне удалось смыться из их импровизированной клетки, им вполне хватит времени, чтобы заметить нас, пока мы будем болтаться по станции в ожидании нашего поезда. Можно было, конечно, попробовать найти убежище в одном из служебных зданий пауков, но… В этой игре участвовало много игроков, и я не видел никакого смысла в том, чтобы демонстрировать свои близкие отношения с пауками любому, кто еще не понял этого сам.
Особенно если учесть, что мы всегда могли воспользоваться этими отношениями ради собственной выгоды.
– К двоим беллидо из первого класса присоединились еще трое, – прошептала Бейта, когда мы подошли к первому из путей, которые нужно было перейти, чтобы добраться до нашей платформы. – Они вышли из вагона третьего класса.
– Наверняка ведут беседу? – прошептал я в ответ, с трудом подавляя желание оглянуться. Если я хотел, чтобы пауки сообщили мне об этом через Бейту, мне следовало вести себя так, будто я ничего не подозреваю о происходящем у меня за спиной.
– Да, – ответила она. – Но поблизости нет никого из пауков, кто мог бы их услышать.
– Скажите мне, когда они куда-то пойдут. Больше никто нами не интересуется?
Между тем мы приблизились к следующему пути, невысокий защитный барьер вдоль которого раздвинулся перед нами, превратившись в пешеходный мостик для нас и катившихся следом чемоданов.
– Не думаю, – ответила она. – Хотя погодите. Пятеро беллидо снова разделились на две группы и направляются сюда.
– Как быстро?
– Не очень. – Мы перешли через пути, и мостик позади нас поднялся, снова став частью барьера. – И они на самом деле не следуют за нами, просто идут в эту сторону.
Либо они делали вид, будто мы их не интересуем, либо просто шли на тот же поезд, что и мы.
– А что Растра и Джан Кла?
– Они вышли из элитного вагона и идут к зданию станции, – сообщила девушка. – Охранник, Йир Тук У, тоже с ними.
– Вероятно, собираются договориться, чтобы вагон прицепили к другому поезду.
Джан Кла сделал свое дело, подтолкнув меня в сторону Модхры, и теперь он и его окружение, судя по всему, вышли из игры.
Мы оказались на платформе гракланской ветки, вдоль которой тянулась обычная череда ресторанов, магазинов, баров и служебных зданий.
– Когда-нибудь пробовали джурианскую крем-соду? – поинтересовался я.
– А? Нет.
– Тогда вы многое потеряли. – Я взял ее под руку и повел к одному из ресторанов – к тому, что побольше.
– Я не голодна, – запротестовала девушка, пытаясь высвободиться.
– Это скорее десерт, чем еда, – заверил я, не отпуская ее руки. – К тому же, учитывая, что там полно официантов-пауков, у нас будет больше возможностей следить за другими, чем в обычном зале ожидания.
Примерно половина столиков в ресторане были заняты, что вполне меня устраивало. Подавив желание сесть там, откуда видна была дверь, я повел Бейту к одному из столиков в центре.
– Будете крем-соду? – спросил я.
Она молча пожала плечами. Я вызвал меню, нашел нужный пункт и заказал два напитка.
– Как я понимаю, вам не часто приходилось бывать в Джурианском сообществе, – предположил я, откидываясь на спинку стула.
– Да. – Она поколебалась. – На самом деле – вообще не приходилось.
– Вот как! – Я огляделся по сторонам. В отличие от бара в поезде, защита от посторонних ушей здесь предусмотрена не была. – А как давно пауки стали вашими друзьями?
– Сколько себя помню. – Бейта понизила голос. – Не думаю, что здесь подходящее место для подобных разговоров.
– Почему? Кстати, я не очень люблю работать с теми, о ком почти ничего не знаю.
Она надула губы.
– Если уж на то пошло – о вас мне тоже известно не слишком многое.
– Ваши друзья, похоже, знают обо мне всю подноготную.
– Но это не значит, что я в курсе. – Она слегка наморщила лоб. – Эти беллидо вошли в один из залов ожидания на платформе гракланской ветки.
Значит, предпочли не рисковать оказаться замеченными и спугнуть добычу – хотя, с другой стороны, тем самым они упускали шанс подслушать наш разговор. Они определенно знали, что делают.
– Так что вы хотели бы знать?
– О чем или о ком?
– Обо мне.
Девушка внимательно посмотрела на меня: не пытаюсь ли я заманить ее в ловушку?
– Ладно. За что вас уволили из разведки?
Я почувствовал, как у меня перехватило горло. Мне следовало предположить, что она нанесет удар именно с этой стороны.
– Вы что, проспали последние два года? – рявкнул я.
Уголок ее рта дернулся.
– Мне действительно хотелось бы это знать.
Я отвернулся, медленно обводя взглядом ресторан. Большинство посетителей были джури, но я заметил также несколько халков и циммахеев.
И конечно, мы, люди. Шляемся по всей Галактике, будто она – наша собственность…
– Вам известно, каким образом человечество оказалось на двенадцатом месте в перечне империй пауков?
– Полагаю, таким же образом, как и все остальные, – ответила она. – Когда какая-то раса колонизирует достаточное количество систем, пауки включают ее в свой перечень.
– Если быть точным, то колоний должно быть четыре. – Я вспомнил услышанные несколько дней назад слова полковника Эпплгейта: «Пять вместе с Яндро». – Всего получается пять, включая родную систему. Благодаря Яндро Земля преодолела барьер и нас пригласили в клуб избранных.
– И что, были какие-то проблемы?
Я вздохнул.
– Проблема заключается в том, что там нет ничего ценного. Вообще. Несколько сортов пряностей, немного древесины, несколько видов животных, которые, возможно, когда-нибудь удастся – или не удастся – одомашнить.
– И?
– Что значит – «и»? Директорат ООН спустил в трубу триллион долларов на постройку станции квадрорельса лишь для того, чтобы придать себе больший вес и получить возможность путешествовать по Галактике.
Глаза Бейты вдруг расширились – похоже, она поняла.
– И вы пытались этому помешать?
– Черт побери, да! – прорычал я. – На фоне поддельных сведений о ресурсах и тщательно подготовленного энтузиазма колонистов могло показаться, будто Яндро – новая Аляска. И я не мог такого допустить.
– Аляска?
– Самый северный штат Западного альянса, – сказал я. – Когда-то идею покупки Аляски называли «безумием Сюарда» по имени государственного секретаря, который несколько веков назад настоял о приобретении этой земли за деньги, которые, по мнению большинства, были выброшены на ветер. Насмешки продолжались до тех пор, пока там не обнаружили месторождения золота и нефти[1].
– Вы не думаете, что то же самое могло бы случиться и с Яндро?
Я покачал головой.
– Информация, сообщавшаяся общественности, была мастерски подделана. Но мне в руки попали подлинные сведения, и можно было представить отчаяние экспертов: по мере того как их исследования приближались к концу, они так и не смогли найти на Яндро что-либо достаточно ценное для того, чтобы его можно было экспортировать в более-менее серьезных количествах.
– Могу понять, почему члены директората ООН на вас обиделась, – пробормотала она.
– О да, они обиделись, это точно! – горько согласился я. – И общественность точно так же обиделась на них. На какое-то время. Проблема в том, что обида эта длилась не слишком долго для того, чтобы могла на что-то повлиять. Директорат устроил большое шоу, уволив нескольких козлов отпущения, снял с себя всю ответственность и подождал, пока шум сам утихнет из-за отсутствия интереса. А потом они спокойно продолжили свое дело и начали строить станцию. Могу добавить – с помощью своих друзей и сторонников, получивших большую часть контрактов на материалы и строительные модули.
– А потом они вынудили вас поплатиться за ваше противодействие, – тихо сказала девушка. – Мне очень жаль.
Я пожал плечами.
– Все в порядке. Я уже пережил.
Что, естественно, было ложью. Даже несмотря на то, что прошло уже немало времени, при любом разговоре на эту тему у меня внутри все переворачивалось.
К нашему столику подошел паук, держа поднос с пенящейся крем-содой.
– Малиновая и из джурианского шишуна, – сообщил я, ставя высокие стаканы на столик. – Какую хотите?
Моя спутница выбрала малиновую, и мы молча принялись за напитки. У меня не было настроения продолжать разговор, а она то ли чувствовала себя так же, то ли была слишком занята общением со своими друзьями-пауками, чтобы уделить мне хоть какое-то внимание.
Лишь когда мы уже шли назад к платформе, я с опозданием сообразил, что вопрос Бейты о моей карьере полностью разрушил мои планы выяснить хоть что-то о ней самой.
Поезд, отправлявшийся по гракланской ветке, оказался – впрочем, неудивительно – значительно короче того, на котором мы прибыли в Джуркалу, что соответствовало меньшему пассажиропотоку и объему перевозимого груза. Пауки зарезервировали для нас очередное двойное купе первого класса, и мы уже устраивались, когда раздался сигнал со стороны двери и кондуктор передал Бейте чип.
– Это информация от Растры и Джан Кла? – спросил я, пока она доставала ридер.
– Кондуктор этого не знал, но я полагаю, что да. – Девушка несколько секунд изучала экран. – Именно так, – сказала она, протягивая ридер мне.
Я просмотрел список файлов.
– Не вижу ничего о двоих халках, которые набросились на меня в комнате для допросов.
– Вероятно, у них пока не было времени собрать сведения.
Я поморщился. Никогда не могут довести дело до конца!
– Как насчет беллидо?
– У двоих из них купе сразу за нашим, – медленно проговорила моя спутница. – Остальные трое пошли в последний вагон третьего класса.
– Нам нужны сведения и о них тоже, – сказал я. – Добавьте-ка и это в список заданий для пауков.
Поезд тронулся. Я посмотрел в окно, но по эту сторону пути бродили лишь несколько рабочих.
– Я могу поговорить с начальником станции на следующей остановке, – продолжала Бейта. – Но до Си-старрко всего четыре дня пути. Они могут просто не успеть собрать данные.
– Все нормально, – сказал я, садясь в кресло. – У меня и так уже хватает чего почитать. Хотите ко мне присоединиться?
– Нет, спасибо. – Девушка направилась к двери. – Если понадоблюсь – я у себя в купе.
– Погодите! – Я нажал кнопку, открывавшую перегородку между нашими купе. – Давайте не будем без особой нужды выходить в коридор, хорошо? Слишком уж любопытные у нас соседи.
– Ах, да, – кивнула она. – Верно.
Бейта прошла мимо меня в свое купе, нажав на кнопку со своей стороны. Я подождал, пока закроется перегородка, а затем поднялся с кресла и подошел к койке. Забросив чемоданы на полку, я приглушил свет, откинулся поудобнее на подушку и начал читать.
Учитывая, в какой спешке пауки собирали информацию, я не ожидал обнаружить что-либо выдающееся или удивительное, однако и разочарован тоже не был. Растра родился в семье, занимавшей неплохое, хотя и не слишком высокое, положение в обществе, и делал карьеру в качестве телохранителя, пока у него не обнаружился талант к улаживанию конфликтов, следствием чего стало звание посредника. В этой роли он продолжил свое повышение по служебной лестнице, занимая все более высокие посты, пока не получил титул «фальк» и свои нынешние полномочия, позволявшие ему отправляться куда угодно, где в нем нуждалось его правительство. Пауки приложили сведения о его передвижениях квадрорельсом за последние пять лет, и оказалось, что последние три месяца он провел в дороге вместе с Джан Кла, несомненно скрашивая путь верховного комиссара сквозь мрачные лабиринты джурианского протокола.
В противоположность ему Джан Кла родился в одной из семей халканской элиты. Он обучался искусству быть аристократом, после чего получил должность комиссара на Влизфе. Там он прослужил три года, зарекомендовав себя не с самой худшей стороны, а затем последовательно получал все более важные посты на различных халканских планетах. О подробностях того, каким образом он стал верховным комиссаром, не сообщалось, но у халков это мог быть результат заслуг, семейных отношений или даже интуитивной прозорливости, позволившей оказаться в нужном месте в нужное время. Большинство из его путешествий квадрорельсом за последние пять лет – поездки внутри империи Халкависти.
Насколько я мог понять, сравнивая эти данные, ничто не говорило о том, что он и Растра когда-либо бывали в одной и той же звездной системе до нынешнего своего длительного визита в Джурианское сообщество.
Мне показалось, будто в поле моего зрения что-то мелькнуло. Я поднял взгляд, но ничего подозрительного не увидел. Осмотревшись по сторонам, я снова переключил свое внимание на ридер и сменил чип на тот, где содержались данные о системе безопасности туннеля.
В первый раз у меня для знакомства с ними было лишь несколько минут, но даже тогда, несмотря на головную боль, я успел заметить немало интересного. Сейчас же, углубившись в детали, я обнаружил, что первое впечатление оказалось верным.
Естественно, датчики реагировали на взрывчатые вещества, включая заряд в пистолетных патронах, это было известно всем. Однако детекторы обнаруживали и многие из куда более безобидных компонентов, из которых можно было собрать нечто такое, что могло бы взлететь на воздух посреди ночи. Так что даже самодельная взрывчатка явно исключалась.
В списке также присутствовало большое количество химических и биологических ядов, болезнетворных микробов, как быстро, так и медленно действующих, многие из которых мне были неизвестны. Некоторые представляли угрозу для всей Галактики, к примеру «саарикс-5» или вирус сибирской язвы, которые в той или иной степени воздействовали на любые организмы, метаболизм которых был основан на углероде, другие же – вроде ВИЧ или токсина шоршианских панцирников – представляли опасность лишь для определенных видов.
Перечень включал в себя и все стандартные средства нанесения увечий, от плазменного и лазерного оружия до тадвамперов и шреддеров, с которыми я был хорошо знаком, а также более изощренные устройства вроде арбалетов и даже нунчаки и полицейские дубинки. Если и существовало оружие, которое пауки не учли, то я не мог себе представить, что бы это могло быть.
Очевидно, одни лишь датчики вряд ли смогли бы справиться со столь сложной задачей, но в чипе содержался ответ и на этот давно интересовавший меня вопрос. Датчики действительно проверяли пассажиров, прибывавших на челноках, но более глубокое и более тонкое сканирование проводилось по пути к платформам, с помощью устройств, встроенных в пол туннеля и стены служебных зданий. В итоге каждая станция квадрорельса оказывалась напичкана техникой, защищавшей пассажиров друг от друга.
И их стоимость явно не входила в расходы, составлявшие большую часть триллиона долларов, пошедших на постройку станции. Все это было добавлено уже позже, самими пауками. Таким образом, стоимость новой станции была не столь уж и завышенной, как мне всегда казалось.
Мне снова почудилось, будто что-то промелькнуло рядом, но, подняв взгляд, я опять ничего не увидел. Впрочем, на этот раз я заметил кое-что, чего не замечал раньше: чересчур занятый содержимым чипов и собственными мыслями, я забыл сделать окно непрозрачным. Нахмурившись, я отложил ридер, выключил свет и, когда глаза привыкли к темноте, увидел, что от окна исходит слабое свечение. Несколько мгновений я не мог понять, где находится его источник, потом сообразил, что вижу отражение света Оси от окружавшей нас стены туннеля.
Поднявшись, я подошел к окну и с минуту стоял возле него, глядя в вечную ночь туннеля. Интересно, сколько тысяч световых лет составляет протяженность путей квадрорельса? Наверняка достаточно, чтобы соединить все известные обитаемые планеты, и, вероятно, уже готовы новые линии, которые ждут появления новых, подающих надежды рас. Возможно, вскоре будет уже тринадцать империй, а потом четырнадцать, пятнадцать…
Внезапно где-то в хвосте поезда сверкнула яркая красная точка. Потом она мигнула снова, и я едва не подпрыгнул от удивления. Теперь я понял, что она вовсе не такая уж и яркая, просто кажется такой на фоне мягкого свечения Оси для моих сузившихся зрачков. Я уставился в то место, где только что была светящаяся точка, думая, не она ли привлекла мое внимание ранее и что это вообще может быть. Что-то вроде ходового огня? Но на поездах квадрорельса, насколько мне было известно, не было никаких ходовых огней. Тогда что – предупреждающий сигнал? Я от всей души понадеялся, что это не так.