Я – предатель?

Сексоты и доносчики

Генерал требует создавать сеть осведомителей.

Чем больше, тем лучше. Прослушка – это хорошо: знать о разговорах в комнатах. А вот о чем люди говорят на прогулке, в спортзале, у источника? Ведь жучки не прикрепить к каждому человеку. Поэтому в каждой компании должен быть свой человек, свои уши. А как уговорить человека стать ушами, то есть, стукачами? Это надо уметь. Не всякий на это согласится. Это раньше люди за идею готовы были мать и отца продать.

Сейчас Павликов Морозовых уже нет. Естественно, трудности добывания информации возросли многократно. Но это касается новичков. Но ты не первый год в разведке, как говорят, дай Бог каждому иметь школу, которую он прошел. Поэтому и спрос к тебе повышенный. А с твоими экстрасенсорными способностями еще больше.

Мне кажется, ты слабо их используешь. Согласен, материал зарубежный и родной здорово отличаются. Но у тебя богатый опыт работы именно с соотечественниками. Ты уже в Домах Дружбы кого больше слушал? Наших работников, которые положили глаз на западные ценности и только думали о них, забывая о Родине. Я читал отзывы о твоей работе. Твое умение читать мысли других позволило обезвредить мысли «кротов» и даже тех, кто пытался ими стать. Но, как говорят, зигзаги в судьбе бывают у всякого. Тебя они тоже не обошли. Давай вместе выходить из очередного виража. Я уверен, у тебя получится, ты справишься. Поэтому принимайся за работу, которая для тебя не новая. Я думаю – отдохнул, привел в порядок мозги, успокоил нервы и в бой. Я тебе скажу одно. Западная разведка копает на нашем огороде уже давно и очень успешно. И она откапывает нужные ей плоды. Она ищет то, что с гнильцой. Они ей нужны. А как она их использует, за примерами ходить далеко не нужно. Ты сам свидетель событий 90-х годов. Их совершили именно гнилые души, которые были завербованы по указанию Запада, подкапывали и подгрызали наш фундамент. Ты можешь подумать, что я нагоняю страху. Нет, я констатирую факты, о которых ты знаешь не хуже меня, а, чтобы это не повторилось, нам надо работать и работать, ежедневно и ежечасно помнить о прошлом.

Сейчас мечтать о будущем, чем мы занимались 70 лет, не надо – пустое занятие. Надо жить настоящим и хорошо его изучать, особенно людей, которые рядом с нами. Повторяю, а у тебя есть опыт этой работы. Надо знать, о чем они думают, искать их слабые места, кто на что падок: на женщин, на деньги. Соблазнов много и этим надо пользоваться. Поэтому завербовать человека можно многими вещами. А если это деньги, то не давать ему сразу оклад, а платить конкретно за информацию. И опять же – информация информации рознь. Умей торговаться. Раньше говорили: тот, кто владеет информацией, тот правит миром. Очень верно. Вот мы с тобой этим и занимаемся.

По должности ты должен заботиться о здоровье людей. Но здоровье – вещь двоякая. Оно бывает и физическим, и психическим. Вот второе тебя должно больше интересовать.

Поэтому главная твоя задача – собирать информацию о людях. И, как я тебе сказал, разными способами. И самый главный из них – через сеть осведомителей, говоря проще, с помощью стукачей. Грубо звучит, некрасиво. Но пока еще другого определения не придумали. Может быть, русский язык родит что-то красивое. Но сейчас надо плевать на название. Надо уметь уговаривать людей работать на нас. Многие не захотят быть доносчиками. Объясни им: они просто секретные сотрудники, они будут получать деньги. Ты не обижайся, что я тебе говорю прописные истины нашей работы. Не забывай: повторение – мать учения.

Я слушал генерала и думал: хорошо, что я всегда на встречу с ним брал магнитофон. Если бы он узнал, что я записываю его, он бы голову мне оторвал или с треском выгнал. А я вернусь к себе вечером и в спокойной обстановке прослушаю все им сказанное. И даже главное, основное, запишу в блокнот. Он так и называется «Для умных мыслей». Поэтому, когда надо, я заглядываю в него и вспоминаю, что говорил генерал год назад. Он, как я убедился, многое забыл. А я иногда возьму и процитирую его слово в слово. Он иногда глаза вытаращит от удивления: не может быть, чтобы это его слова, это он сморозил. И никак не хочет сознаваться. А я вижу по его глазам – неприятно ему слышать. Я в таких случаях и не настаиваю, не упорствую. Я тогда иду на попятную, начинаю отнекиваться. Говорит, что я, наверное, приписал ему чужие слова. Я давно понял, что, когда говоришь с начальством, надо хитрить и не наступать ему на больную мозоль.

Видишь, что ему неприятно – все, отступай, прикидывайся дурачком или вроде того. Говорить с начальством – это целая наука. Поэтому мой магнитофон и блокнот помогают осваивать эту науку. Я помню первые свои беседы с ним и вопросы, которые я задавал. Я еще не совсем понимал, что от меня требовалось и с каким контингентом людей надо работать. Не вербовать всех подряд, без разбора. В этом тоже должна быть какая-то система, свой порядок. Другой бы вспылил на мои бестолковые вопросы. Хотя на первый взгляд они были не такие бестолковые. В стране еще продолжался хаос, и в головах был бардак. Многие не понимали, куда идем и что строим. Порядок в мозгах был только у воров. И никто и ничто не смогло их отвлечь от их преступной деятельности. И Медведев тогда выдал очередной свой афоризм: «У нас молодая демократия и отсюда все беды». Вот когда она повзрослеет, тогда, мол, и будет порядок и в стране, и в головах людей. Генерал терпеливо мне объяснял. Вот ты, например, берешь в работу Сидорова, так ты изучи его со всех сторон. Может, у него не решен квартирный вопрос, дочь никак не найдет хорошую работу, внук в очередной раз не поступил в институт. Ты ему и предложи помощь в решении сначала одного вопроса, и действительно помоги. А взамен дай ему небольшое задание: достать такие-то сведения. Сделает он это, переходи к другим его проблемам. И так до конца, до полной его покупки. Ты ему – он тебе. Все, он наш человек, наш сотрудник, наш осведомитель. И еще один совет: установи во всех номерах жучки под видом противопожарной сигнализации, сейчас их ставят везде, они помогут тебе слушать разговоры в номерах днем и ночью.

Пульт установи в своем кабинете. Прослушка будет помощницей твоей экстрасенсорике: ты будешь в курсе всех проблем санатория.

Очередь возмущается (прослушка)

– Кто крайний? Никого? Тогда кто последний? Тоже нет таких?

– Ладно, я за вами буду держаться.

– Сколько ездила по санаториям, никогда не видела такого безобразия.

– А здесь увидите. Он же специализированный. Только для пенсионеров.

– Он был таким первые два года. Но потом ему надоело работать по-новому.

– И что случилось?

– Он стал работать так, чтобы пенсионеры не захотели сюда ехать.

– Но это же наш санаторий, отданный нам правительством как подарок.

– Это на бумаге. А на деле это капиталистическое предприятие для выколачивания из отдыхающих денег.

– Каким образом? Одно дело – работники ЦК, министры, их замы, секретари обкомов, райкомов – одним словом, толстосумы, но мы-то другая публика… С другими кошельками.

– У капиталиста свои законы. Главное для него – прибыль. Но пенсионеры родились и выросли при других законах.

– А главный закон тех времен – создавать очереди буквально за всем. Без них не интересно было бы жить.

– Это верно. Сейчас, здесь, видя эту очередь, я как будто окунулась в свое прошлое.

– Так что не возмущайтесь, а радуйтесь. Правительство представило вам возможность снова вспомнить о нем.

– Интересно, когда здесь отдыхали советские вельможи, очереди тоже были?

– Да вы что? Боже упаси, никогда.

– А почему?

– Во-первых, вельмож было намного меньше, чем пенсионеров. Сейчас нашего брата почти 40 миллионов. А подарок такой правительство нам сделало пока единственный. Может быть, потом еще расщедрится. И, во-вторых, санаторий еще не полностью наш. Сюда может приехать любой и купить здесь путёвку.

– Но это же несправедливо. Какой же это порядок? Насмехательство. Вот-вот. Об этом говорят все. В первую очередь обслуживают тех, кто покупает путевки за нал. Санаторию нужны наличные. А сегодня поток живых денег особенно большой.

– Да. Вы открыли мне глаза на многое. Ну, это только начало. Я уверен, вас здесь ждет очень много сюрпризов.

– Ой, не пугайте меня. Я думаю, после того, что мы пережили за годы Советской власти, нам уже ничего не страшно и ничем не удивишь.

– Ошибаетесь. Только сейчас, оглядываясь назад, мы начинаем многому удивляться и задаваться вопросом: как мы только выжили?

– Вы имеете в виду бесплатную медицину? И не только. Бесплатное образование, бесплатное жилье и многое другое. Это же были подачки государства за наш труд. Это была мизерная часть, чтобы мы не умерли с голоду. Денег хватало от зарплаты до зарплаты. А остальное заработанное государство забирало себе, прикармливало верных слуг и подкармливало коммунистов во всех странах мира. Поощряя их на борьбу с капиталистами. Отдавало бы нам заработанные нами все деньги и не надо бы было бесплатной медицины и всего остального. Мы бы сами платили за все. И производительность труда у нас была не в 5 раз меньше, чем в капстранах. И исчезла бы поговорка «Как нам платят, так мы и работаем».

– Да, вы прочитали мне целую лекцию. Честно, я о таких тонкостях и не знала, хотя и догадывалась.

– Ну, пока вы в очереди стоите, вы столько интересного слышите. Очереди этим и славятся. Это единственная от них польза. А так – потеря времени и больше ничего.

– А я, наверное, полжизни им отдала. Сколько себя помню, за чем только не стояла. За квартирой, а когда получила – за холодильником, за телевизором. А после рождения первенца – за молочком для него, за кефирчиком. Ой, лучше не вспоминать.

– Все правильно говорите, очереди – бич нашей страны. Это второй СПИД. Но от СПИДа вроде нашли лекарство. А вот с очередями за 70 лет Советской власти так и не справились. Сколько царей сменилось только при моей жизни: и Хрущев, и Брежнев, и Горбачев, и Ельцин. И ни один не одолел эту заразу.

– Да не хотели они с ними бороться. Это же такая отвлекаловка людей от проблем насущных. Стоит человек в очереди. Он как бы при деле. Ему бы на митинг сходить, свой протест высказать, а очередь не отпускает. Она главней. Она нужней.

– А пресловутые 6 соток? Вы что забыли про них? Они тоже были специально придуманы. Чтобы люди все свободное время отдавали копанию земли. Как все было рассчитано. Под маской заботы о людях. Правительство на самом деле думало только о себе. Чтобы народ на площадях не собирался, а как крот закапывался в землю.

– А я отказался от этого подарка. Тем более, нашему заводу дали участок под Шатурой, а там одни торфяники. Это же сколько надо сил потратить, чтобы их освоить. Не зря родилась поговорка: если хочешь потерять здоровье, возьми 6 соток.

– Это верно. В этом я убедился на собственном опыте. Бросовые земли – это полбеды. Главное, их нечем было осваивать. Ни лопат, ни граблей, ни топоров. И нигде их нельзя было купить. Это потом правительство поручило оборонке начать выпускать этот инвентарь. Одним словом, эти 6 соток – очередное издевательство над людьми. Испытание их на прочность. И они выстояли.

– А что вы их хаете? Если бы не эти сотки, когда Ельцин развалил страну, угробил колхозы и совхозы, только они и не дали людям умереть с голоду.

– Какое дальновидное было у нас правительство. Получается, оно давно знало, что придет время и Союз развалится. Поэтому оно заранее позаботилось о людях, обеспечив их землицей? Так, по-вашему, получается?

– Получается так. Но, по-моему, это просто случайное совпадение. Давайте не будем приписывать нашему правительству те свойства, которых у него никогда не было. Я имею в виду заботу о своем народе. И у первого ленинского правительства, и у теперешнего голова забита не нуждами народа, а совсем другим – международными делами. Ленин думал о мировой революции, Сталин – о послевоенном социалистическом лагере, а Ельцин – об олигархах, которые его выручали на выборах…

– Я с вами согласен полностью. Я только что говорил о зарплатах. И прежнее правительство при Советах, и нынешнее: зарплату нам начисляют в таком размере, чтобы мы не умерли с голоду. Это касается и пенсий, но тогда мы что-то могли получить бесплатно: лечение, образование, квартиру. А сегодня картина иная. Зарплата и пенсия опять мизерные. И семья из трех человек не может прожить, если работает один. Должен обязательно работать кто-то второй. И ничего бесплатного. Если что-то есть, то это фикция, только на бумаге. И у нас капитализм шагает по стране… Что может быть при нем бесплатным?

– Товарищи, вы уже ударились в политику. Любимую тему пенсионеров. О ней говорят в телевизоре, на скамейках, старушки около дома, на кухнях. А меня волнует вопрос. Я стою в очереди уже три часа, а движения почти никакого. Кто мне ответит. Почему? Что, правительство виновато или кто-то другой? Мы все привыкли сваливать на него. Я считаю, что виновато наше бездействие. Почему никто не побывал в администраторской и не узнал причину этого. Может, они спят там или чаи гоняют без перерыва.

– Голубушка, я уже называл только что одну причину: наплыв тех, кто покупает путевку за наличные. Сейчас, мне кажется, их стало меньше, и очередь ожила… И вы даже призвали заслать туда разведчика для выяснения причины нашего застоя… И сюда езжу не первый год и хорошо изучил работу сотрудников этой комнаты. Их там трое во главе с Марьяной Викторовной – «Буддой», это ее псевдоним. На самом деле она Лебедева. За что так ее окрестили? За ее любовь к кольцам, браслетам и перстням. Ими у нее увешены все пальцы на руках. Говорят, и на ногах тоже. Она их не снимает даже в бассейне. Но главная ее особенность – она может из любого приезжего выжать некую сумму, прежде чем выпишет санаторную карту, эту книжицу, открывающую двери кабинетов санатория.

– Тогда у нее клиенты были другие, с другими деньгами. Но с нас-то, пенсионеров, что она может взять?

– Она это прекрасно видит и очень сожалеет, что публика поменялась и доходы другие. Но они должны быть. Она просто себя перестанет уважать, если в конце рабочего дня один из ящиков ее стола окажется пустой. И ей неважно, чьи там должны лежать деньги: разбогатевшего чиновника или нищего пенсионера. Они должны там лежать обязательно. Она так умеет расписывать прелести двухместного номера с видом на горы, что вы без сожаления расстанетесь с несколькими купюрами, которые вы копили целый год.

– Скажите, а кормежка здесь хорошая?

– А вы поправляться сюда приехали? Это делать дома надо. Сюда худеть ездят, килограммы лишние сбрасывать. Вот местная водичка и поможет избавиться от них. Она с ними хорошо справляется. Вы на разносолы рассчитываете? Так вам сейчас их и подадут.

– Я на это и не надеюсь. Раз в советские времена воровали без зазрения совести, то сейчас и подавно этим занимаются. Тем более, нет никакого контроля. А ведь раньше были и народный, и партийный.

– А я вам скажу, дело не в контроле, в совести. Нет ее сейчас ни у кого. Ее уничтожили вместе со страной. А как вернуть ее обратно, никто не знает. Она исчезла вместе со старым поколением, с теми, кто страну строил. И приказы, и призывы возрождать скрепы, патриотизм и прочее не помогут. Здесь что-то надо другое, а что именно, никто не знает. Вы посмотрите, что кругом творится, какие лозунги на домах. Вместо «Человек человеку друг и брат» – «Бери от жизни все». А в телевизоре по всем каналам: «Как можно стать миллионером», «Секрет на миллион», а в лотереях выигрыши уже не меньше миллиарда. А что мелочиться, когда воруешь. Раньше чиновника за крупное воровство или взятку расстреливали. А теперь менты, которые должны ловить ворье, сами стали обогащаться без зазрения совести. И воруют так, что унитазы себе заказывают из золота. И получают за это 5–6 лет, как за украденный мешок картошки. У нас же суд самый гуманный в мире.

– Я вот послушал вас и удивляюсь, какие вы все смелые. Критикуете всех подряд: и правительство, и администраторшу… Вы всегда были такими, или когда стали пенсионерами?

– Я всегда был таким.

– А я нет, если честно. В молодости: семья, дети, работа. А сейчас чего бояться?

– Вот то-то и оно. И все же я бы вам посоветовал держать язык за зубами.

– Это почему? Оштрафуют, посадят?

– Это смотря кого будете критиковать и где. Здесь, я думаю, можете отвести душу. А что, кто-нибудь донесет, настучит?

– Не думаю, сейчас все делается проще с помощью техники. Например, висит здесь где-нибудь прибор, который и наблюдает за нами, и записывает, что мы говорим. И представьте такую картину: Вы попадаете в эту комнату, садитесь к столу администраторши, к «Будде»… И ждете, чем она вас обрадуете, в какой поселит номер, на каком этаже и в каком корпусе… А она уже вас видела на экране и слышала, что вы говорили в том числе и о ней. И вы за это получаете то, что вам совсем не нравится: старый корпус, и номер на четверых. Вам это совсем не по душе… И вот тут начинается торговля и заканчивается тем, что «Будда» выдвигает один из ящиков стола и глазами показывает вам, что надо делать.

– Вот так, дорогие товарищи, мое дело – вас предупредить, а ваше дело – сделать правильные выводы. Здесь женщина рассказывала, что она полжизни провела в очередях. Я предлагаю хотя бы здесь пропустить ее вне очереди. Она это заслужила.

Юбилейный доклад директора

– Ну что, дорогие товарищи, начнем наше очередное отчетное собрание. Вот уже двадцатый раз мы собираемся с вами в этом зале, и я двадцатый раз докладываю о наших достижениях. Если сравнить нас с соседями, то у нас их больше, чем у других.

Я имею в виду количество отдыхающих. Почему так к нам стремятся люди? Это вопрос особый, и я не буду сейчас на нем останавливаться и вникать в подробности. Сделаю это как-нибудь в следующий раз. А сегодня у нас собрание юбилейное, и не будем тратить время на всякие мелочи.

Чего скрывать – гремит слава о нашем санатории по всей стране. Некоторые могут сказать, что все дело в водичке, на которой он стоит. Я с ними не согласен. Я считаю, главный наш козырь – люди, которые работают в нашем санатории. Именно они создают отдыхающим те условия, тот комфорт, при котором эта водичка идет на пользу. Конкретно об этой стороне наших достижений я скажу позже. Сегодня я хочу ознакомить вас с перспективами. Они очень интересные. И я бы добавил: громаднейшие. И многие из них будут реализованы в ближайшее время. Но я ознакомлю вас с ними как-нибудь в другой раз. Я только скажу, что многое в жизни санатория скоро изменится, перестроится, я бы сказал, поломается. Это касается и характера нашей работы, и стиля обслуживания отдыхающих, и особенно их лечения. И это самое главное. Но об этом мы тоже поговорим в другой раз. Почему не сейчас? Потому что, как я уже сказал, планы по развитию нашего санатория громаднейшие. И, как говорил известный наш руководитель: «Планы ясны, задачи поставлены, засучим рукава и за работу». Мне кажется, это самое умное, что он изрек за годы своего правления.

Что касается меня, то я, как вы знаете, давно отступил от старых догм – от пятилеток и семилеток для выполнения намеченных планов. Я перешел к новым, совершенным методам – к стратегиям.

И вы сами убедились в их эффективности и преимуществе перед планами. Вы уже помните, у нас была стратегия на 10 лет, потом на пять, на один год… Но стратегию, как вы знаете, можно разбить не только на года, но и на месяцы: на январские, февральские, мартовские и так далее. Год-то большой, двенадцать месяцев, значит, можно ждать двенадцать указов. Очень удобно для их выполнения. Правда, иногда некоторые указы не выполняются, задерживаются в реализации, но опять же потому, что не названы конкретные сроки их выполнения… То ли от забывчивости, то ли от их ненужности. Поэтому сроки некоторых указов приходилось переносить. Например, майский указ пятилетней давности до сих пор не выполнен. Как мне сказали специалисты, ничего страшного в этом нет, просто надобность в нем давно отпала. А вот один указ десятилетней давности наконец-то был выполнен в прошлом месяце. И по этому поводу был устроен большой сабантуй. Все-таки событие значимое. Я, правда, никого не наградил, хотя предложений было много. Я, наоборот, хотел виновника этого торжества уволить, но пожалел. Как вы знаете, я не сторонник кадровой чехарды. Потому я считаю, главное в указе не срок, а его выполнение, когда бы это не произошло. И все же, начиная с будущего года, давайте возьмем за правило указы выполнять, даже с запозданием. Иначе для чего тратили чернила и бумагу?

В самом начале доклада я уже говорил, что главное богатство санатория – не вода, а люди, наши сотрудники. И они – результат кадровой политики, которую я провожу вот уже десять лет. И она не изменилась за все эти годы ни на йоту. Я вот смотрю на зал и сердце радуется – знакомые все лица. Так, иногда мелькнет новое, а в основном девяносто процентов те же люди, с которыми я начинал работать. Я тогда сразу поставил перед собой задачу – как можно меньше брать со стороны новичков. Растить кадры своими силами. Например, приходит новый человек и просит принять его на работу. Откуда он, что мы о нем знаем, чем он занимался раньше? Конечно, он в бумагах все может написать. И что, верить написанному? Я всегда вспоминаю слова Маяковского, которого не зря считают гением. Так он заявил: «Мало ли, что в книжке можно намолоть».

Эти слова должны стать лозунгом для нас и кадровиков. И я всегда их вспоминаю, когда открываю трудовую книжку человека. И тот лозунг:

«Никакой кадровой чехарды!». Люди должны оставаться на местах в любом случае, в любой ситуации, что бы с ними ни случилось, что бы ни произошло. И тогда коллектив будет сплоченным и крепким, как гранит. Правда, бывают случаи, когда человек оступился, провинился, не сделал своей работы. И что, увольнять его за это? Вот этого я никогда не допущу. А что делать в таком случае? Надо просто передвинуть его с одного места на другое. Можно с понижением должности, можно и с повышением. Но перед этим надо с ним обстоятельно побеседовать, узнать мотивы проступка, причины плохой работы, а, если он сильно удручен и расстроен, успокоить, пообещав новую интересную работу. И вы увидите, что человек расцветет у вас прямо на глазах. Кстати, такие ситуации я наблюдал не раз в нашем правительстве и стараюсь делать так же… Например, история с Чубайсом и Сердюковым. Но, повторяю, ни в коем случае не увольнять работника. В новой должности он может раскрыть все грани своего таланта, о котором он, может, и не догадывался.