Необычайно обычная жизнь. Двадцатилетние тоже люди…

– Люди меняются! Твои слова, между прочим. Скажи честно, Ами, ты стесняешься меня? Стесняешься моего положения в обществе?

– …

– Понимаю, не каждому приятно общение с бомжом. И я могу представить, что ты думаешь обо мне. Но, Ами, я не какой-то неудачник, у меня есть квартира, машина…

– Стой, не продолжай. Я не стесняюсь тебя и никогда бы не посмела! Вообще, почему ты такого мнения обо мне? Давай закончим этот разговор, мне пора.

Я снова сбежала, но в этот раз наша встреча не была такой бессмысленной, верно?

Что верно, Ами, ты разговариваешь сама с собой! И все-таки, я не могу. Не могу смотреть на то, как превращаются в пепел наши с Джэфом мечты. Не могу и не хочу.

Это сон. Ну скажите мне кто-нибудь, что это сон! Я не стала офисным рабом, не стала жить от звонка до звонка, не стала забивать на свои желания. Я не стала врать себе…

Черт, зачем я вообще живу?

Утро выдалось беспокойным. Я впервые благодарна судьбе, если она вообще существует, за то, что сегодня суббота. Желание ни с кем не контактировать достигло апогея. На пару минут мне даже показалось, что я способна разорвать в клочья любого, кто потревожит моё самобичевание.

И все-таки, нужно отвлечься. Помню, как в детстве Джэф тащил меня делать печенье у него на кухне, чтобы избавиться от вечных моих беспокойств. Он знал, что я по натуре – «грузовик», мне об этом говорили абсолютно все. Да я и согласна, не помню и дня без тревоги и пережевывания собственных мыслей. Мне от себя так душно, честное слово! Но эти печенья… это были самые вкусные печенья, честное слово! Черт, Джэф, я снова о нем вспомнила. Ладно, способ же был рабочий, пойду поищу простенький рецепт.

Оказывается, я способна испортить муку, сахар и яйца. Ладно, проехали, закажу доставку.

Такс, курьер положил мне печеньку с предсказаниями, так уж и быть, дам выгуляться моему «внутреннему ребёнку». Что тут у нас:

«ВЫ УБЕГАЕТЕ ОТ ЧЕГО-ТО ВАЖНОГО И СТОЯЩЕГО. МОЖЕТ, НУЖНО ПРОСТО ПОПРОБОВАТЬ?»

Ну понятно, какой-то аутотренинг с ванильными псевдо-мотивашками. Тошнит от такого.

Хотя, может и правда стоит встретиться с Джэфом снова. Ну не могу я поверить, что наше общение может быть столь корявым. Да, точно, мы просто отвыкли друг от друга. Да и я себе придумала, что Джэф несчастный неудачник. Он что-то там говорил про себя, я не особо помню. Но, вроде как у него все хорошо, и под мостом он не умирает. Зря я убежала от нашего разговора.

– Ало, Джэф, нам нужно поговорить. Снова.

– Я ждал твоего звонка, Ами.

– Бог мой, Джэф, как ты меня терпишь?

– Забыла? Мы знакомы почти с пелёнок. Я знаю о тебе все, и я привык к твоей переменчивости. Это же «изюминка творческих людей», помнишь, ты мне так говорила!

– Нет, не помню, да это и не важно. Давай завтра устроим посиделки у меня дома. Включим фильм, запасемся попкорном, как в детстве.

– Слушаюсь и повинуюсь!

[В квартире]

– Джэф, ты несчастен?

– С чего ты взяла?

– Скажи честно, я запутала тебя ещё тогда, в детстве, да? Я помню свои глупые и абсолютно инфантильные мысли о жизни. Мне казалось, что я знаю больше, чем все эти взрослые. Но понимаю, что в голове тогда носила кусок ваты вместо мозгов, не иначе. Послушай, Джэф, я не хочу тебя учить чему-то или наставлять. Просто дам парочку советов. Мне кажется, тебе нужно сейчас вправить мозги, пока твоя жизнь не превратилась в абсолютное болото. К тому же, я тебя старше и уже много чего увидела…

– Ну да, старше всего на пару месяцев, не забывай…

– Не перебивай, пожалуйста. Я просто хочу исправить свои ошибки по отношению к тебе. Я говорила, как классно быть свободным от всего. Как нас сковывают ещё с самого детства и делают «хорошими» мальчиками и девочками. Как губят в нас творчество и индивидуальность, создавая из нас серую отупевшую массу послушных людишек. Они потеряны, совсем не знают себя и не слышат внутренний голос. Они ходят на нелюбимую работу. Или хуже всего, они ходят туда, где им «нормально». Просто нормально, приемлемо, никак. Ты помнишь эти слова?

– О, даа, они стали некой мантрой для меня.

– Вот и я об этом. Я говорила, что не стоит слушать других. Говорила, что работа создана для приковывания нас невидимыми цепями. Но, я была глупа тогда. Мне стал понятен этот взрослый мир только сейчас. Радужных единорогов в нем нет, да и никто тебе их и не обещал. Ты никому не будешь нужен без постоянной работы, «доставания» очередной партии денег и вечных разговоров ни о чем с такими же угрюмыми, как и ты. Иначе, не выжить. Да и угрюмость эта в нас заложена. Я раньше думала, что в детстве нужно постоянно улыбаться и радоваться жизни, чтобы остаться таким же в будущем. Но, как мы оба можем заметить, это не особо работает.

Так вот, Джэф, берись за голову. Ты уже не ребёнок. Жизнь пожует и выплюнет тебя, как тот странный пирог, который я готовила на твой день рождения, помнишь? Я могу поговорить с боссом, он ценит меня. Попрошу взять тебя к нам снова. Только научись носить маску адекватного человека, стань взрослым уже. Я давно поняла, что проще быть середнячком и не отсвечивать. Меньше вопросов к тебе будет, поверь мне.

– Стоп, мы вроде как на одном языке говорили, но я все больше перестаю тебя понимать. Почему ты пытаешься меня спасти? Нет, от чего ты пытаешься меня уберечь? Куда тебя вообще повело, Ами?

– Ты действительно думаешь, что в твоей жизни все прекрасно и твой затасканный пиджак выставляет тебя в самом лучшем свете? Ну и твои ежедневные «тусовки» на ступеньках холдинга тоже добавляют тебе статуса в обществе? Да ты практически бомжуешь, Джэф, выдумав себе абстрактную идею свободного человека. Разве я не права?

– Нет! Я не узнаю тебя, Ами. Я думал, что мне показалось. Ну не может так быстро измениться самый мудрый и позитивный человек, которого я только мог знать. Что стало с твоим мышлением? Тебя будто отравили этими нормами общества, пустыми шаблонами, симуляторами «нормальной жизни». Которую ты, между прочим, всегда боялась. Да тебя же тошнило от этой нормальности и тихого конформизма всех вокруг. Кажется, моя очередь тебя спасать, Ами.

Я счастлив! И я отказался от материального, но не от всего. Только лишь от хлама и сверхпотребления. И не растрачиваю все свои силы на работу и достижения, от которых нет толку. Ну не буду я вешать в рамочку звание «менеджер года» или «лучший глава отдела». Плевать мне на это! Я себя нашёл. Да я понял, черт возьми, в чем счастье этой жизни. Нужно искать баланс, понимаешь. Создавать свой мир, свои правила, чтобы наше обитание здесь не было столь бессмысленным. Да я лучше останусь без всего, чем предам себя.

Помнишь, как мне всё детство запрещали быть музыкантом? И откуда у родителей эта паническая боязнь, что я обязательно стану бомжевать и упиваться своей сломанной жизнью, не понимаю…

– Не хочу быть грубой, но ты и так…

– Не перебивай, Ами, прошу! Я записал песню! И пусть это звучит крайне инфантильно, но я не предам свою мечту теперь. Ну признайся, что тебе тоже осточертела эта работа. Ты же всегда была творческой, ты другая, Ами! Отстань уже от себя, отпусти вечный контроль, перейди на тёмную сторону сраного сознания, оно вытянет тебя, ты увидишь путь.