Я из команды №12
- -
- 100%
- +
За забором стоял ярко-салатовый мотоцикл, и парень подал мне свой шлем. Я нахлобучила его на голову и уселась позади неожиданного доброжелателя. Мы поехали – да так быстро, что мне пришлось вцепиться в свитер парня не хуже клещей. Когда остановились, я еле разогнулась.
Я отдала шлем, поблагодарила парня и потопала к Главному Дворцу, надеясь, что мои родители – целые и невредимые – уже там. Но их не было. Спасатели организовали поиски и опросили лидеров всех участков, но никто не нашел незнакомцев, которых прибило к берегу.
Тогда мне стало по-настоящему страшно. Я не могла поверить, что мои родители погибли. Потому что они не могли погибнуть! Я же выжила!
С такими мыслями я оказалась на абсолютно чужом мне острове, и меня, как несовершеннолетнюю, определили в бесплатный приют. Я жила там целую неделю, все еще надеясь на чудо: что мои родители все-таки прибудут на остров и отыщут меня.
Но с каждым днем ожидание чуда гасло, а потом я решила, что пора самой о себе заботиться. Придя в Защитный департамент, я заявила, что могу быть защитницей. С собой у меня не было ничего: ни винтовки, ни пояса, ни формы, ни сертификатов. Зато у меня было мастерство.
Его я показала специалистам в Защитном департаменте. Они оценили мою стрельбу на восьмерку (по десятибалльной) и разослали лидерам защитников Интернет-уведомления: мол, вам нужен новый рекрут, владеющий винтовкой на восемь баллов? Не каждый готов просиживать на одном и том же безлюдном клочке земли и постоянно ждать нападения, поэтому некоторые защитники оставляли работу. В таких ситуациях лидеры команд обращались в Защитный департамент с просьбой о найме нового защитника или ждали Дня Перемен. Также Главный Дворец мог сам посылать уведомления о появлении готового к работе защитника, если тот объявит о себе. Как я.
На Интернет-уведомления отозвались две команды, и в оговоренный день в Защитный департамент пришли два лидера. Одного из них я тут же узнала: это был тот самый парень, который подвез меня до Дворца!
Другой был высокий, мощный парень с коротко стриженными черными волосами и голубыми глазами. Взглянув на меня, он замер. Я в недоумении взглянула в ответ и поняла, что ошиблась: не голубые у него глаза, а зеленые. И смотрит с такой теплотой, словно встретил друга после продолжительной разлуки…
Собеседование прошло нормально: я показала, как стреляю по движущимся мишеням и, по-моему, нигде не ошиблась. Потом мой знакомый мотоциклист встал и сказал:
– Отлично стреляешь, Элира. Как на счет вступления в мою команду?
Второй парень тоже встал. Он смерил первого ледяным взглядом (нет, все-таки голубые!) и сказал:
– Оливер, у тебя снова будет две девчонки. Не слишком опасно для участка рядом с участком №13?
Значит, его зовут Оливер.
– Предлагаешь взять Элиру непосредственно на участок №13, Генри? – спросил Оливер.
– У меня еще двое крепких парней, если не считать меня, – заявил он. – С нами девчонке будет безопаснее.
Я устало смахнула челку со лба. Девчонка… Просто слово, а как режет слух. Словно я какое-то беспомощное существо, которое нужно оберегать.
– Элира, участок №13 – самый опасный на всем острове, – объяснил мне специалист Защитного департамента. – В основном, туда берут крепких парней, но если не боишься, можешь вступить в команду Генри. Защитникам с восьмеркой это позволяется.
– У нас весело! – Генри подмигнул мне. – Мы хотя бы не подыхаем от скуки, как остальные команды.
Парень по имени Оливер промолчал и только лишь задумчиво взглянул на меня. Видимо, у него было не так весело.
– Спасибо, мальчики. Я так понял, вы оба не против взять в команду эту очаровательную барышню? – хлопнул в ладоши специалист Защитного департамента. – Что ж, будем иметь в виду, а пока – всего доброго!
Лидеры ушли, а я растерялась. Отец был бы рад, если бы его дочь устроилась защитником на самом опасном берегу. А мама – нет. Она бы сказала, что девочкам в таких местах лучше не работать. Марко бы сказал: «Элира, быть защитником – значит, жить в одном доме далеко не с родными людьми. Так что я буду выбирать не участок, а людей, с которыми мне работать».
Что же выбрать?
Я поймала себя на мысли, что стараюсь подогнать свое решение под парня по имени Оливер, чтобы оказаться в его команде. Зачем? Может, потому что он показался любезнее Генри? Или потому что он не такой хвастун, как Генри? Или потому что он – первый человек, с которым я познакомилась на этом острове?
Я сама не могла объяснить, почему выбрала команду №12. И я твердо знала, куда пойду завтра, пока специалист Защитного департамента объяснял ситуацию с нагами на участках 12 и 13 и готовил для меня снаряжение. Переночевала я в приюте, а наутро собрала свои нехитрые пожитки и отправилась в дом №12.
Слегка волнуясь, я постучала в дверь, обитую железом. Открыл мне светловолосый парень примерно моего возраста. У него были светло-серые глаза, обрамленные пушистыми ресницами, и правильные черты лица. Он странно посмотрел на меня и произнес:
– Ух ты…
Я замялась на пороге, а он улыбнулся и сказал:
– Привет.
– Привет, – пролепетала я, пока он оглядывал меня с головы до ног. По пути сюда я заготовила фразу, но заготовлена она была для Оливера, и потому я стала лихорадочно прикидывать, что же сказать.
– Да ты заходи, не стесняйся! – парень схватил меня за плечо и втащил в прихожую. – Чай? Кофе? Сок? Мы всех курьеров угощаем чем-нибудь вкусненьким.
– Э-э… вообще-то… – начала было я, но он обхватил меня за плечи и потащил на кухню.
За кухонным столом сидела красивая девушка. Она пила кофе и листала газету. Ее золотисто-рыжие волосы свободно струились по плечам и спине и сияли на солнце, будто золотые нити. Когда мы вошли, она подняла глаза от бумаги и посмотрела на меня. На какое-то время ее изящная рука с чашкой застыла возле лица, потом она аккуратно поставила кружку на стол и вопросительно приподняла брови:
– Рик, это кто?
Дурачась, светловолосый парень шепотом спросил у меня:
– А ты кто?
– Элира, – ответила я.
На кухне повисло неловкое молчание, словно я сказала что-то неприличное. А потом парень по имени Рик разрубил молчание:
– Ты принесла нам водооталкивающие очки? Где нужно расписаться?
У рыжеволосой при этом нервно дернулась бровь.
Я изумилась. Неужели меня приняли за девушку из доставки? Я внутренне хмыкнула, сбросила с плеч руку Рика и решительно сказала:
– Я защитница, и Оливер вчера предложил мне работу.
Улыбка Рика мигом потухла, а девушка почему-то укоризненно покачала головой. На мгновение на кухне воцарилась тишина, и я увидела, как эти двое обменялись особенными взглядами.
– Он ведь не сошел с ума, да? – тихо спросил Рик.
– Он все делает по-своему, – вставила рыжеволосая.
О чем они? Они что, меня не ждали?
– Элира, – Рик серьезно посмотрел мне в глаза, – послушай-ка, это ошибка, ты не подходишь…
– Она другая, Рик, – раздалось за спиной. – И прекрасно владеет винтовкой.
Мы развернулись. Я увидела парня, который, сложив смуглые руки на груди, небрежно прислонился к косяку. Каштановые волосы были тщательно причесаны, а темные глаза смотрели на меня с теплотой. Оливер. Он улыбнулся:
– Добро пожаловать в команду, Элира.
– Она тоже поначалу хорошо стреляла, – заявил Рик.
– Оливер, то, что случилось с той девочкой… – начала было рыжеволосая, но Оливер ее оборвал:
– Лиза, я уже принял решение. А теперь, пожалуйста, покажи Элире ее комнату и весь дом.
Девушка по имени Лиза нехотя встала и повела меня на экскурсию. Я прямо-таки чувствовала витающее в воздухе напряжение, хотя Лиза старалась рассказывать о доме с веселостью. Это выглядело наигранно, а ее слова не давали мне покоя.
– Лиза… а что случилось с той девочкой? – наконец, осмелилась спросить я. – Она была здесь до меня, да? Ее убили наги?
Лиза отвела взгляд. Ответила:
– Это теперь неважно.
И я отступила. Я нанялась в эту команду, и я сделала выбор. Оливер не сомневался, когда предлагал мне работу, и потому о девочке, с которой произошло бог весть что, лучше забыть.
Так я стала частью команды Оливера. Несмотря на прохладный прием, со временем мы сдружились между собой. А я узнала кое-что еще: в этой команде прошлое ворошить не любят. И друг о друге знают только то, что лежит на поверхности.
Меня это устраивало. Как-то не хотелось рассказывать, что мой корабль потопили наги, а я чудом выжила.
И о той безымянной девочке знать совсем расхотелось.
Глава 8. Ледяная война
– Радар Ласа не был сломан, но и не зафиксировал прибытие нагов, – Оливер отхлебнул из кружки. – Это означает, что нагов на берегу не было. Казалось бы. Но знаете что обнаружил Защитный департамент, пока я разговаривал с Ласом? Радар был отключен ночью.
– Странно, – обронила Лиза.
– Это же грубейшее нарушение безопасности, – заметил Рик. – Отключать радары запрещено. Это могут делать только спецы из Защитного департамента, когда обновляют механизм…
– Лас не мог отключить радар, – сказала я. – Даже случайно. Он не рассеянный весельчак-балагур.
– Да никто не нападает на твоего любимого Ласа, успокойся, – поморщился Рик.
– А что Защитный департамент? – спросила Лиза.
– Пока ничего, – отозвался Оливер. – Пытаются выяснить, как получилось, что радар был отключен, и думают, какой вынести вердикт.
– А мы чем можем помочь? – поинтересовалась я. Я представляла, в какой незавидной ситуации сейчас находится команда №14.
Оливер посмотрел на меня, помолчал и покачал головой:
– Ничем, Эл. В том-то и дело. Мы даже не свидетели и не сможем высказаться на суде.
– На суде? – хором изумились мы с Лизой.
– Команду Ласа будут судить? – уточнил Рик.
– Да. Завтра. Это уже решено.
– Они считают, он случайно отключил радар? – спросила я.
– Без понятия, что они считают, – отозвался Оливер. – Но вы знаете правила Защитного департамента: отключенный радар – худшее, что может случиться на участке. Особенно, если радар исправен.
– Но тогда получается, кто-то из ребят забрался на крышу, открыл щиток и опустил рычаг, – рассудила я. – Они бы так не сделали!
– Сделали или нет, а это уже звоночек, что Лас такой себе лидер, – сказал Оливер.
Я ощутила, как все внутри падает. Представила непривычно грустное лицо Ласа, его потухшие глаза. Ему нравилось быть лидером, он с восторгом рассказывал о нагах и защите участка. Он действительно горел своей работой… а тут – это.
– У них нет доказательств, – прошептала я.
Храм. Храм нагов на участке №14. Его создали наги-тени. Их магические колебания должен был зафиксировать радар, но не зафиксировал, потому что был выключен. Страшно подумать, сколько нагов мог бы позвать храм и дать им неуязвимость, если бы защитники во главе с Генри не догадались проверить соседний участок со своей рогаткой…
Какой это все бред. Просто смешно!
– Какая у тебя версия, Оливер? – спросила Лиза. – Почему так получилось с Ласом?
Оливер промолчал, словно прикидывал – говорить или нет. А потом все-таки ответил:
– На самом деле, у меня одни только догадки… Но здесь что-то нечисто. Я думаю, это Генри.
Генри? Я вспомнила его лицо, перекошенное злобой, когда он напал на Лизу.
– Откуда такой вывод? – уточнила я.
– Почему ты защищаешь этого фенька долбанутого? – взвился Рик.
– Никого я не защищаю, – пробормотала я. – Просто мне стало интересно, почему именно Генри.
Оливер встал, и его стул резко скрипнул по полу. Он подошел к окну, уселся на подоконник лицом к нам и положил ладони на колени. Негромко сказал:
– Мне кажется, каким-то образом Генри отключил радар Ласа. Потом он перенес храм со своего участка на участок Ласа, пока радар не работал и оставил его там. Потом, конечно, пришел и уничтожил его. И вызвал Защитный департамент. Те зафиксировали остаточные следы магии от уничтоженной жемчужины и заключили, что храм настоящий.
Я нахмурилась. Сказала:
– Даже если так… получается, Генри потом включил радар обратно?
– Получается, так. – Оливер кивнул и добавил. – Если следовать моей теории.
– Но зачем Генри это все? – удивилась я. – Я не думаю, что он способен…
– Прекрати его защищать! – закатил глаза Рик. – И не говори, что подпала под обаяние смазливой мордашки Генри. Пожалей лучше Ласа…
– Ой, Рик, заткнись! – вышла я из себя.
– Я просто предполагаю, – вмешался Оливер. – Могу и ошибаться. Все равно в Защитном департаменте до моего мнения никому не будет дела. Так что это все неважно.
Он соскочил с подоконника и вышел из кухни. Рик накинулся на меня:
– Чего ты пристала со своим вопросами? Оливер бы сейчас нам все выложил! Мы бы смогли провести расследование и разоблачить Генри! А ты!..
– Что я сделала? – возмутилась я. – Просто задала пару вопросов!
– Оливер прав в девяноста пяти процентах случаев! Он – мозг, понимаешь?! А ты, блин, его расстроила!
– Чем, интересно?
– Усомнилась в нем! Стала защищать этого долбанутого Генри, чтоб ему провалиться в туалете!
– Никакого Генри я не защищала, идиот! Я лишь хотела сказать, что ему это невыгодно и…
– Невыгодно?! А ты приглядись, Эл! Лас – друг Оливера, а Генри – враг Оливера! Генри желает зла Оливеру и всем тем, кто ему дорог, черт подери! Он спит и видит, как однажды поквитается с ним!..
– Захлопнитесь оба! – взвизгнула Лиза.
Рик замолчал, а я вздрогнула и забыла, что еще хотела выкрикнуть ему в лицо. Увидев, что восклицание на нас подействовало, Лиза продолжила уже более спокойно:
– Ссора – это не выход. Давайте закроем эту тему. Завтра будет суд, мы узнаем окончательное мнение департамента и снова поговорим. Идет?
Рик пробормотал что-то нечленораздельное и вышел из кухни. Я услышала, как он топает по лестнице, поднимаясь в свою комнату.
– Чего он так набросился на меня? – спросила я, борясь со жгучим желанием заплакать.
– Оливер – его лучший друг, – пожала плечами она. – И Ласа он знает неплохо.
– Но я же ничего такого…
– Верно. Вопросы безобидные, согласна. – Лиза фальшиво улыбнулась. – Но ведь это мальчишки! Кто их разберет?
– Рик сказал, что Генри – враг Оливера, который желает ему зла, – я украдкой вытерла левый глаз. – И еще сказал что-то про «поквитаться»… Что у них произошло?
Лиза замялась.
– Лиза, я знаю, как в этом доме любят хранить секреты, но мы одна команда и должны чем-то делиться друг с другом, – не выдержала я.
– На самом деле, особо нечего рассказывать…
– Давай, говори!
– Ну, хорошо. Я тоже знаю немного, – Лиза откинула волосы со лба, глубоко вдохнула-выдохнула и начала рассказ. – Оливер и Генри учились в одной школе, в одном классе. Кажется, где-то на материке. Они постоянно друг с другом соперничали. Во всем. Касалось ли это школьных соревнований, или учебы, или стрельбы из винтовки. Когда Оливер выиграл соревнования защитников и ему предложили работу, Генри озверел. Он возмущался что-то про подставу, но его никто не послушал, и Оливера определили в команду к защитникам, которые должны были плыть на этот остров. Генри же собрал своих закадычных друзей, и они побили Оливера. А на следующий день у Генри сломалась новая винтовка. Пополам. Доказать, что это сотворил Оливер, было невозможно, но Генри и без доказательств это знал.
– Сколько им было лет? – уточнила я, когда Лиза остановилась, чтобы перевести дыхание.
– Вроде, двенадцать. Да, двенадцать. Так вот, Генри был в ярости. Он сказал, что изобьет Оливера до полусмерти, а тот в ответ нацелил на него винтовку и пообещал выстрелить. Страсти накалились, а потом Оливер пропал куда-то на целый год. Затем объявился здесь, на нашем острове и на Дне Перемен выступил с речью, что хочет взять под лидерство команду. Когда все увидели результаты его тестов и стрельбы, лидерство ему отдали без сомнений.
– И здесь оказался Генри, – догадалась я.
– Да, здесь оказался Генри, – кивнула Лиза. – И вражда вместе с соперничеством начались снова, только теперь – в ледяном виде.
Я вспомнила свою первую встречу с Генри и то, как они с Оливером друг на друга смотрели, встретившись в Защитном департаменте. Мне стало нехорошо. Я выдавила:
– Но ведь это же ничего такого… обычная вражда, идущая со школьной скамьи. Я имею в виду, ничего смертельного.
– Я тоже так думала, когда услышала эту историю. Но нет, Эл, это что-то гораздо большее, чем школьная вражда. Вот война – да. – Помолчав, она добавила. – Кто знает, что у них еще происходило?
– А кто рассказал тебе эту историю?
– Бывший одноклассник Оливера и Генри. Каким-то ветром и его занесло на этот остров. Одно время он пробовался на место защитника, но не преуспел, уехал обратно на материк. Самый правдивый парнишка, какого я встречала, – увидев мой вопросительный взгляд, Лиза пояснила. – Я была в команде с ним и Генри, пока Генри не попросился стать лидером.
Вот оно что…
Я бы никогда не подумала, что Оливер и Генри знают друг друга с раннего детства. И что они оба с материка. И что они враждуют. Я покачала головой. После рассказа Лизы внутри образовалась удивительная пустота.
Они перетягивали меня, словно канат… Просто потому, что один не хотел уступать другому?
Оливер против Генри, а Генри против Оливера. Ледяная война.
Превосходно.
Глава 9. Примирение
С первого дня знакомства Оливер вызывает доверие. Не знаю, в чем причина: то ли во внимательном взгляде, то ли в участливом тоне голоса, то ли в уверенности каждого движения, то ли в спокойствии духа – неважно. Доверие – вот что приходит на ум, когда думаешь об Оливере.
Но эта ледяная война… соперничество… гораздо больше, чем просто вражда?
Что за чушь?! У меня складывается впечатление, что они оба ведут себя как обиженные школьники. Хотя, может, Лиза права, и мы видим только верхушку айсберга?
У меня щемит в груди, как подумаю, что Оливер взял меня в команду вовсе не за мастерство, а затем, чтобы я не досталась Генри. Та сцена в Защитном департаменте заиграла новыми красками: они соперничали друг с другом, используя меня. Как же неприятно!
Но с другой стороны, Оливер предложил помощь после кораблекрушения, когда Генри и близко не было. Бескорыстно, не требуя ничего взамен и не зная, кто я такая. Наверное, я просто накручиваю себя.
– Надеюсь, ты дырку на мне не прожжешь? – спросил Оливер, и я осознала, что смотрю на него уже минуты три немигающим взглядом, а мой утренний кофе, тем временем, благополучно остывает.
Я уставилась в свою чашку и пробормотала:
– Прости. Задумалась.
– Все в порядке? – уточнил он.
– Да…
– Извини.
– Что? – я подняла глаза.
– Я должен был остановить вчера Рика, чтобы он на тебя не кричал.
– Откуда ты знаешь, что он кричал? – я немножко покраснела.
– Вы с ним орали так громко, что вас расслышали, наверное, в Главном Дворце, –Оливер откусил кусочек печенья.
На этот раз я покраснела, как помидор. Увидев мой подавленный вид, Оливер улыбнулся, заговорщически придвинулся и заверил:
– Не бойся, я никому не скажу.
Надеюсь, наш с Лизой разговор Оливер не слышал. Иначе я сгорю от стыда за то, что спрашиваю о нем у кого угодно, только не у него самого.
– Оливер, я вчера вовсе не думала тебя перебивать и уж тем более защищать Генри, – покаялась я. – Я просто…
– Прошу, не объясняй.
– Но ты ведь поделишься своими гипотезами о Генри? – с надеждой спросила я. – Иначе Рик меня убьет.
– Для начала съезжу в суд и посмотрю, чем закончится дело. А там снова все обсудим, – сказал Оливер.
– Когда ты в суд?
– Допью кофе и отправлюсь. Если браслет подаст сигнал, вы знаете, что делать. Я примчусь почти сразу.
– Как скажете, босс! – я отдала честь.
Он усмехнулся, залпом допил кофе и накинул на плечи зеленую куртку с номером нашей команды на спине. У всех защитников были такие для официального выхода – не поедешь же в люди в заплеванной нагами ветровке.
Оливер защелкнул у горла застежку, на которой блеснул номер нашей команды, и глянул на себя в зеркале:
– Надеюсь, меня не снесет ветром.
Да, погодка сегодня та еще. Сильный ветер свистит за окном и немилосердно гнет к земле сосны, а дождь разошелся не на шутку: все колотит и колотит по крыше. Вообще-то я люблю дождливые дни, но в такие шторма чувствую себя не очень хорошо: болит голова, во всем теле – слабость, как после особо тяжелой тренировки.
– Тебя и без этой дурацкой куртки сдует, – «утешила» я.
– Думаешь? Ну и ладно! – он схватил со стола ключи и ушел. Ветер яростно захлопнул за ним входную дверь, а потом я еле расслышала мотор мотоцикла.
Я почти допила кофе, когда наверху послышались шаги: по лестнице кто-то спускался. Я думала, что это Лиза, но потом засомневалась – уж слишком тяжелый шаг. И не поверила глазам, увидев Рика. Давненько он в такую рань не поднимался!
– Куда-то собрался? – выдавила я вместо «доброго утра».
– Ветер разбудил, – буркнул Рик, вошел на кухню и поставил чайник. И уселся на стул напротив меня.
На кухне повисло тягостное молчание. Мне было стыдно, что я повысила на него голос, а Рику было неприятно, что он взвился на пустом месте. То есть, я надеюсь, что ему было неприятно.
Рик посмотрел на меня через стол сонным взглядом и сказал:
– Зря я на тебя накричал.
– Я тоже сожалею, что назвала тебя идиотом, – выпалила я.
– Дурацкий вчера выдался денек, а? – Рик провел ладонью по лицу. – Наши друзья погрязли в проблемах из-за этого паршивого храма, Генри бог знает что о себе возомнил, а вечерок закончился просто гениально.
– Я виновата, прости, – покаялась я.
– Нет, Эл, это я дурак. Полез на тебя без причины.
– Забудем, – вставила я.
Рик кивнул, закипел чайник. Он налил себе чай и вернулся на место.
– Кстати, кого Оливер оставил за главного сегодня? – спросил он таким тоном, будто ответ был очевиден.
– Меня, – я улыбнулась.
– Ч-что? – Рик захлебнулся чаем, и я перегнулась через стол, чтобы похлопать его по спине. – Тебя? Да из тебя лидер – все равно, что из Лизы певица!
– То есть, великолепный? – спросил кто-то. Мы повернулись и увидели Лизу в дверном проеме. Она сонно улыбалась.
– Да нет, просто отвратительный, – отозвался Рик.
– Спасибо, Рик! – в один голос воскликнули мы с Лизой.
– Я не скупой на комплименты. Да, кстати, раз уж я снова главный…
Хлопнула дверь и оборвала Рика на полуслове. Мы дружно вздрогнули и выскочили в коридор. На пороге стоял Оливер. А с ним – Лас в бирюзовой куртке с номером своей команды. Оба выглядели потрепанными.
– Что такое? – спросила я. – Разве у вас не должен быть суд?
– Кое-что случилось, – Лас сглотнул, словно ему не хватало воздуха. – Лия пропала.
Глава 10. В поисках Лии
Лия была на год младше меня и постоянно заплетала волосы мышиного цвета в коротенькие косички. Она была молчаливой, прилежной и обязательной девочкой, и Лас любил ее, как младшую сестренку.
А тут она исчезла.
Поисковый отряд вызвали в тот же миг, когда поняли: Лии нет. Она не отзывалась на звонки, не отвечала в мессенджерах. Последний раз ребята видели ее, когда она, пожелав всем спокойной ночи, отправилась в свою комнату. А утром она пропала. Входная дверь была открыта, и калитка то и дело хлопала от сильного ветра.
Когда Лас шагнул за порог нашего дома, я испугалась – его лицо побелело, как мел. Дрожащим голосом он попросил нас о помощи. А нас и не нужно было просить: пока Лас говорил, мы уже натягивали куртки и вешали на плечи винтовки – на тот случай, если придется отбиваться от нагов.
– Какие места в городе она посещала? – спросил Оливер.
– Библиотека, – прошептал Лас. – Но я там уже был. Лию не видели. Понимаете, она не могла далеко уйти… ее мопед на месте. Думаю, надо получше проверить берег.
– Рик, Лиза, отправляйтесь на участки пятнадцать и шестнадцать, – распорядился Оливер. – Элира, ты посмотри на нашем, а я пойду на участок Генри. Не беспокойся, Лас, мы найдем Лию.
Вот, мы уже идем по берегу №12. На плече у меня винтовка, на глазах – очки от барабанящих капель. Рядом идет Лас: на его плече тоже винтовка, а глаз цепляет каждый куст, каждый ствол сосны.
– Лас, надень капюшон, – попросила я, вся закутанная, словно капуста. – Иначе заболеешь.
Лас то ли не расслышал из-за свирепствующей непогоды, то ли предпочел не обратить внимания на мои слова. Его светлые кудрявые волосы скатались в толстые пряди и превратились в темную паклю.
Мы молча прошли берег №12 вдоль самой воды, посмотрели за каждой сосенкой, но Лии нигде не было видно. Потом Лас внезапно остановился и принялся смотреть на бушующее море. Оно грохотало и нападало на берег, с неба его поддерживал сплошной ливень. В такую погоду любят появляться наги, так что следовало быть начеку.