Подарок богини зимы, или Стукнутый в голову инопришеленец

От автора: Начало этой истории случилось в день зимнего солнцестояния несколько лет назад. См. повесть «Варвара-краса и Тёмный властелин».

«Желающего судьба ведёт, не желающего – тащит»

Во владениях богини зимы

Богиня зимы скучала в своих холодных снежных чертогах. Не радовали морозные узоры, украшающие своды и стены. Не вызывали восторга дивные статуи, которых для нее создали ветра, выточив из цельных ледяных глыб.

– Как же скучно! – вздохнула беловолосая красавица. Поправила белоснежный мех своего манто, закинула ногу на ногу и разгладила невидимую складку на затканной серебром парчовой ткани белого, само собой, платья.

Снеговики, пытавшиеся порадовать свою владычицу, остановили свой унылый хоровод. Они уже который час и день – а может, и год, в снегах время течет иначе – пытались ее развеселить.

– Прогуляться, что ли, по мирам? – побарабанила длинными тонкими пальцами по подлокотнику трона богиня Ца́сси. – Сделать кому-нибудь доброе дело? Как раз пришло мое время… Время чудес.

Ближайшие к трону два снеговика переглянулись угольками глаз и подвигали носами-морковками. Чувство юмора, а также понимание счастья у Цасси были своеобразными. Как и у всех богов и богинь. Высшие сущности, что с них возьмешь.

Правый снеговик пошевелил пальцами рук-веточек. Мог бы – вздохнул бы. Но он был всего лишь снежным созданием, пусть и оживленным. Поэтому только внутренне поежился. Нет, не от мороза, царившего в ледяных чертогах. А от воспоминаний о жаре, коим его опалил заглядывавший как-то в гости к Цасси бог лета.

Богиня же зимы вскочила со своего трона и двинулась вдоль стен, увешенных ледяными зеркалами. Возле некоторых она ненадолго замирала. Другие не удостаивались ее интереса. Снеговикам было любопытно: что же рассматривает их владычица? Сменяющиеся с каждым шагом прекрасные наряды, схожие между собой лишь белоснежным цветом? Или же видения иных миров, которые демонстрировали зачарованные зеркала?

Но снеговики, даже волшебные и живые, не могут говорить. Поэтому они молча следили за происходящим и гадали: улетит ли в путешествие по иным мирам богиня зимы или не захочет в этом году?

– Да, вот так хорошо, – остановила свой выбор на брючном костюме из серебристой мерцающей ткани Цасси. – Освежает. – И она погладила кончиком указательного пальца правую бровь. Сверкнули искорки на глянцевом перламутровом покрытии на ее ногтях. – Так! А это что?

Она шагнула ближе к зеркалу и вгляделась. С минуту с интересом прислушивалась, а потом с некоторым удивлением хмыкнула. Подумала пару секунд и взмахом руки сменила изображение и мир за льдом. С усмешкой присмотрелась к новому изображению, после чего рассмеялась, притопнула и исчезла. Лишь вихрь снежинок закружился по полу.

Снеговики, оставшиеся в одиночестве, столпились в кучу. Потоптались, переглядываясь. И разбрелись по углам. Ждать, когда богиня зимы осчастливит кого-то из смертных. Те, глупые, правда, не всегда понимали и принимали свое счастье, но это уже никак не проблемы снеговиков.

Посиделки

– Ирка, ну посиди еще, – протянула Ленка.

Они по заведенной бог знает сколько лет назад традиции собирались вместе накануне дня зимнего солнцестояния. Отмечали раньше в этот вечер день рождения Варвары. Потом та выскочила замуж и уехала к своему супругу, коего они величали исключительно Темным властелином. Ведь ни за кого другого она точно не согласилась бы выйти.

Но Вари с ними уже не было, а привычка осталась. И последние три года подруги собирались уже втроем, чтобы поболтать, обменяться новостями и новогодними презентами. Последнее – заранее. Ведь потом будет некогда. Начнется бешеная гонка на работе, чтобы успеть всё доделать до начала долгих праздников. А после и корпоративы, беготня за подарками уже для близких. В общем, хоть Варвара и уехала скоропалительно за тридевять земель, к черту на рога, как говорит ее мама, а традиция собираться в тот же вечер, что и долгие годы отмечания ее дня рождения, сохранилась.

– Лен, мне пора. Ты же знаешь, я бы с радостью, но… – Ира покачала головой и взглядом указала на дочь.

– Вообще-то, твой козел мог бы один-единственный вечер в году и посидеть с ребенком. – Лена фыркнула и закатила глаза. Она и сама понимала абсурдность своего заявления.

Ирина только усмехнулась. Бывший муж, фигурировавший под кличкой «козел», по сути, им и был. Алименты на дочь платил эпизодически. Раньше, потом и так перестал. Навещал еще реже. Девочка его совсем не знала, видела раз в несколько месяцев. И уж конечно, не очень-то считала папой. Просто странный злой дядя, который появлялся иногда в их с мамой жизни, что-то требовал, кричал, читал нотации, недовольно ворчал, что Полина плохо воспитана и вообще – вылитая мамаша.

А в последний раз привез Полю к какой-то женщине и сказал, что это его невеста. Эта самая невеста, тетя Света, была крайне недовольна визитом ребенка в свой дом, чего и не скрывала. А Поля после возвращения домой шепотом попросила маму – «больше никогда». Ведь им и вдвоем хорошо.

– Ленка, отстань от Иры и Поли, – подмигнула девочке Наташа.

– Да я и не пристаю, – тут же отреагировала Лена. – Полька, я вот считаю, что твоя мама – настоящая красавица. И ей нужен нормальный муж. Только не такой, как твой папаша, уж прости.

– Ничего, тетя Лена. Я не хочу, чтобы папа к нам возвращался. Он… не наш. Нам с мамой нужен другой дядя.

– О как! – весело усмехнулась Наталья. – Ну-ка, дитя, удиви взрослых теть, расскажи нам, какой дядя нужен вам с мамой.

Ирина шикнула на подруг, но те от нее только отмахнулись. Будь Полинка совсем маленькой, конечно, они бы таких речей не вели. Но та уже ходила в выпускную группу сада, была настоящей дерзкой шестилеткой. А современные дети вообще рано начинают разбираться в жизни, телевидение и интернет не делают тайн ни из чего.

– Нам с мамой нужен дядя сильный, – начала перечислять девочка, загибая пальчики. – Умный. Добрый. Честный к нам. Богатый. У него должна быть хорошая работа. И свой дом. У нас с мамой тесно, всего одна комната, мы не сможем все вместе жить.

Взрослые обменялись веселыми удивленными взглядами и принялись дальше внимать юному поколению.

– Еще этот дядя должен хотеть семью по-настоящему. А не как мой папа. Он хочет только, чтобы за него все делали. А нам с мамой нужен дядя, который будет для нас всё делать. А мы тогда для него.

– А ребенок? – подперев кулаком подбородок, спросила Наташа. – Хочешь братика или сестричку?

– Не знаю, – взглянула на мать девочка. – Ма-а-ам?

– Поль, вряд ли мы с тобой встретим такого идеального дядю, как ты описала, – обняла ее за плечи и поцеловала в макушку Ирина. – Так что не светит тебе ни братик, ни сестричка.

– Точно, почти все мужики – козлы, – подмигнула Полине Лена.

– Рогатые, да? А почему я не видела таких?

Женщины прыснули от смеха, переглядываясь.

Сегодняшний вечер оказался несколько смазан присутствием ребенка, которого Ире не удалось пристроить к маме, та приболела. Сильно не выпьешь, допоздна не посидишь, но не отменять же из-за этого традиционную ежегодную встречу. Просто жизнь внесла коррективы.

– Ладно, дамы, мы домой, – допив последний глоток коктейля, сообщила Ира. – Поздно уже, и так засиделись. Польке всё же пора спать.

– Ну ма-а-ам, – заканючила тут же та. – Я уже большая. И завтра суббота, в садик не надо.

– Пойдем, большая ты моя! – рассмеялась молодая женщина, вставая из-за стола.

– Езжай, Полина, – помахала ей рукой Лена. – И следи, чтобы мама если уж и найдет нового козла, то только снаружи козлиного, но доброго внутри.

– Ленка! Ты чему ребенка учишь?! – шикнула на нее Наталья, но рассмеялась. – Поля, не слушай подругу твоей мамы. Она просто выпила слишком много лимонада.

– Ага, лимонада, – хихикнула девочка. Смешные эти взрослые. Как будто она не видит, что они пили совсем не лимонад.

– Никаких больше козлов! – погрозила пальцем подругам Ирина и стала помогать дочери одеваться. На улице царила настоящая метель, все занесло, дворники не успевали справляться с заносами.

Подруги прощались и не замечали, что из-за соседнего стола за ними с интересом наблюдает роскошная беловолосая дама. Она была одета дорого, красиво. На ее кипенно-белых брюках и ботильонах не было ни пятнышка грязи, словно она и не пришла сюда по улице.

Женщина с девочкой, одетой в ярко-розовый комбинезон, вышли из кафе, а эта элегантная дама тонко усмехнулась.

Лена случайно в этот момент повернула голову в ту сторону и мысленно завистливо вздохнула. Богиня! Как есть богиня. Великолепная и недосягаемая.

Но начать упиваться собственным несовершенством она не успела, ее отвлекла подруга:

– Лен, ну что? Еще по бокалу и по домам? А то когда еще увидимся в следующем году. А по телефону так не пообщаешься.

– А давай! – бросила та взгляд на часы. – Наташ, и давай загадаем, чтобы наша Варька там со своим властелином была счастлива. Умотала черт-те куда, и не звонит, не пишет. Даже фотки со свадьбы не прислала, засранка бессовестная.

– Да ладно тебе, – махнула официанту рукой Наталья. – Главное, что им хорошо вместе. А раз она на это решилась, им точно хорошо. Нам бы еще Иришку пристроить. Ну красивая же девка, скажи? И молодая. А Поля подросла уже, не напугает потенциального ухажера.

– Главное, чтобы на козла рогатого опять не нарваться!

– Да ладно, если просто рогатый, то еще ничего. Лишь бы не был такой сволочью, как Полькин папаша.

– Аминь! – чокнулись подруги бокалами, которые им принес официант.

Богиня Цасси

«Просто рогатый, но не сволочь?» – Цасси мысленно потерла руки.

Ее смех прозвучал хрустальным звоном разбившихся льдинок в полном зале, но лишь единицы услышали его. Но зато многие почувствовали внезапно пронесшийся сквозняк. А официант, подошедший убрать стол и забрать оплаченный счет со столика, где сидела потрясающая бизнес-леди в белом костюме, удивился, увидев горсть снежинок на стуле.

В далекой-далекой темной империи

– Керин, завидуй молча! – произнес Са́ндрлер. – И вообще, заведи уже себе свою женщину и не ломай кайф другим. Проваливай.

– Но, владыка!

– Керин, ну не нуди, – лениво протянула Варвара, она же – владычица темных земель, она же – обожаемая жена Темного властелина. – Съезди в отпуск, погуляй, развейся. Мы же тебя не на каторгу отправляем, а отдыхать!

– Да не хочу я отдыхать!

– А придется! – потеряв терпение, рявкнул Сандрлер. – Три года прошло, а ты ни разу за это время никуда не выезжал просто так.

– Владычица, ты плохо влияешь на господина. – Советник с размаху плюхнулся в кресло, вытянул ноги и почесал голову между рожек.

– Чешутся? – с лукавой улыбкой спросила вдруг эта несносная девчонка, которая три года назад перевернула весь миропорядок Темной империи с ног на голову, вскружила голову их повелителю и вышла за него замуж.

Нет, так-то она неплоха́. Как повелительница – лучше и не пожелаешь. Порядок навела и в замке, и на землях, слуг вымуштровала, они теперь по струночке ходят, свои обязанности выполняют так, чтобы не приведите темные боги недовольство владычицы не вызвать. Она ж на всю голову владычица. От ее недовольства потом плакать хочется и к светлым уйти.

Жаловались слуги на нее. А с кем еще замковым монстрам шепотом, оглядываясь поминутно, поделиться своей нелегкой долей? Все и шли к советнику Нанта́ру. По пе́рвости шли.

Потом перестали. Поняли, что легче все капризы, то есть требования, претемной владычицы исполнять, чем потом слушать, как она распекает их. И ведь надо понимать, что она хоть и простой человек, а править-то ими будет столько же, сколько муж ее любимый. Обряд-то они прошли перед богами, законные, значится, супруги. Срок жизни одинаковый. Так что не исчезнет она, как простые люди, через несколько десятилетий, нечего и надеяться.

И ведь претемная Варвара с такой доброй и милой улыбкой их воспитывает. Стоит, ножкой постукивает, глазками моргает, сущее небесное создание. И говорит, говорит, голосок нежный, аж мороз по коже.

Керин был свидетелем нескольких таких сцен, когда парочка монстров крупно накосячила – это ее слово, кстати, из своего зазеркального мира владычица его принесла. Так вот, проштрафились слуги. И претемная Варвара вызвала их к себе, стала объяснять, что нельзя так. Нельзя! Нельзя!

Бедолаг потом пришлось отпаивать успокоительным зельем. А один из них, похожий на огромного спрута из-за того, что вместо рук имел восемь щупалец, нервный тик заработал. Почти месяц дергался как припадочный и плакать начинал, если вдруг слышал издали стук каблучков владычицы. Стар он уже для таких выволочек.

Керин иногда даже завидовал супруге своего повелителя. Как ей удавалось, не сказав ни единого оскорбления, не ударив и не причинив физического вреда, не повысив голоса, так уметь приструнить созданий тьмы? И ведь даже не угрожала! Нет, поначалу, когда заменяла мужа, еще как угрожала. Но они же тогда думали, что она – это Сандрлер Сетзе́р.

Вот ведь страшный народ живет в ее мире! Не приведите боги угодить туда. И как только Темный владыка выжил там, пока обитал в теле своей любимой жены?

– Кери-и-ин! – пропела Варвара, выдергивая советника из размышлений. – Ты стал рассеянным.

– И ничего и нет, – по-детски обиженно протянул мужчина.

Владыка переглянулся с женой. Потом они оба уставились на него.

– Керин, оставь нам своего кота и уезжай.

– Не хочу!

– Почему? – вкрадчиво спросила владычица.

От ее мягких интонаций советнику захотелось поежиться. Жуткая женщина!

– Мне не нужен отдых. И с котом всё нормально. Он просто гуляет.

– Друг мой, жениться бы тебе, – подпер кулаком подбородок повелитель, удобнее устраиваясь на диване. – Нервный ты стал. А так жена станет о тебе заботиться. Детишек заведете.

– Вы же еще не завели, – украдкой покосился на живот Вари Керин. Мало ли, вдруг он не в курсе, а там маленький властелинчик уже подрастает. – И мне не нужны дети. Пеленки, соски, плач… Нет уж. Если уж жениться, то на женщине с подрощенным ребенком.

Выпалил он это и озадаченно примолк. Это он только что сказал? Он спятил?! Или… постарел?

– Ага! – обрадованно ткнула в него указательным пальцем Варвара. – Значит, ты, в принципе, морально созрел для семьи.

– Нет!

– Да! Да-да-да! – весело рассмеялась она, и Керин вдруг вспомнил, какая она на самом-то деле молодая по сравнению с ним и с владыкой. Сколько ей? Чуть больше тридцати? А им – многие-многие сотни.

Хм. Старый он уже. Может, и правда подумать о такой же живой и любящей женщине рядом? А что? Сандрлер вон второй раз женился.

Первый-то, конечно, был исключительно династический правильный брак. Ничем хорошим он не закончился. Но второй-то – по огромной любви, и вон как эти двое счастливы. Прямо светятся, когда друг на друга смотрят, и постоянно за ручки держатся, если не на публике. Вон и сейчас Варвара как ласковая ли́ска жмется к мужу, а он поглаживает ее по плечу.

Тьфу! Аж завидно!

Керин поерзал в кресле.

– Друг мой, езжай. Солнце, море, пляж. Мы со светлыми заключили перемирие, они открыли доступ на морское побережье теплого моря. Для нас, темных, это экстремальный отдых. А их любители острых ощущений на наше мглистое едут. Всем хорошо.

– Не хочу!

– Керин, не веди себя как ребенок. Мы знаем, и ты знаешь, что тебе надо отдохнуть. Ты устал. Тебе завидно, когда ты смотришь на нас.

– И ничего не завидно! – вскинулся рогатый мужчина.

– Завидно-завидно. Я же вижу, – улыбнулась Варвара. – И ты тоже хочешь что-то подобное. Просто как настоящий темный не желаешь этого признавать. Но уж с нами-то можешь поделиться. Санька уже вырос, он взрослый кошак, который вечно гуляет по замку сам по себе. Светлые больше не лезут, с ними подписан договор. Подданных мы приструнили и всех виновных в неповиновении короне наказали. Ну зачем тебе сидеть тут безвылазно? Даже монстры в горах и то притихли. Зима же.

– Ну ладно, ладно! – прикрыл глаза ладонью советник. – Признаю!

Вдруг зачесался правый рог, и он непроизвольно его поскреб. Расти, что ли, вдруг начали? С чего вдруг? Вроде последний скачок роста уже был лет сто назад.

– Признаешь – что? – надавил чуть интонацией владыка.

– Признаю, что устал. Что хочу тоже как у вас. Чтобы жена любимая и любящая. И красивая, как Варвара, а не как дочери наших баронов. Клыки мешают при поцелуях. И отпуск хочу. Только не к светлым на море, а чтобы настоящее приключение.

– Ой, – расстроилась Варя. – Настоящее приключение – это не ко мне. Я ведь не богиня. А вот с хорошей девушкой могу попытаться тебя познакомить. Хочешь, давай устроим отбор невест? Или какой-то грандиозный праздник, бал, маскарад и пригласим кучу народа с женами и дочерями? У меня завтра день рождения, вот и приурочим, так уж и быть. Просто немного сдвинем.

– Ни за что!

– Только через мой труп!

Владыка и его советник были солидарны в своем ужасе перед подобными перспективами.

– Да ну вас, – обиделась владычица темных земель. – Давайте хоть Новый год весело и красиво встретим? Подготовиться успеем как раз. Зима ведь уже на переломе, сегодня день зимнего солнцестояния. Смотрите, как красиво на улице. Настоящая метель, все занесло. Все деревья усыпаны снегом. И мороз.

Они трое посмотрели на окно, затянутое морозными узорами. Вьюжило. Снег падал огромными хлопьями, укрывал все белым пуховым покрывалом.

На мгновение Керину показалось, что он встретился глазами с кем-то, кто смотрит на него сквозь крохотную прозрачную прогалинку в стекле. Он моргнул, и ощущение пристального любопытного взгляда исчезло. Зато причудилось, будто мелькнул, удаляясь от окна, белый силуэт.

Примерещится же…

На всякий случай советник активировал сканирующие заклинания, которые прощупали всю ближайшую территорию в замке и за его стенами. Нет, тишина и пустота. Зима и снегопад. Даже ветра нет. А единственные живые существа только внутри цитадели. На улице даже нечисть попряталась и впала в спячку до весны.

– М-да, – невпопад сказал он вслух. – Пойду-ка я отдыхать.

Он откланялся и побрел к себе. Его покои находились в дальнем крыле замка. Перебрался туда три года назад, почти сразу после свадьбы Сандрлера и Варвары. Они молодожены, у них бурная семейная жизнь, и ему не понравилось быть ее невольным наблюдателем. Так что собрал свои вещи, взял кота под мышку и перебрался подальше. Благо замок настолько велик, что его и за сутки пешком весь не обойдешь.

По пути в коридорах он посматривал на свое отражение в зеркалах. Их появилось много по приказу владычицы. Чтобы отражали свет от магических светильников и нынешнюю чистоту замковых просторов. Слуги поначалу шарахались от своих же собственных отражений. А потом ничего, привыкли, втянулись и даже полюбили эти заключенные в золоченые рамы зеркальные поверхности. Постоянно перед ними топтались, сначала рожи корчили, дурачились, а потом прихорашиваться стали. Смотрели, чтобы одежда опрятная была, чтобы хари умытые, рога отполированные, когти и клыки чистые. Те, которые не обладали человеческим обликом, так вообще порой зависали перед зеркалами и щупальцами всяческие фигуры в воздухе вырисовывали.

Керин сейчас спугнул одного такого… Внешне похож на огромного волосатого фиолетового осьминога с шестью красными горящими глазами, огромной зубастой пастью и закругленными рогами. Один из дюжины уборщиков с первых этажей, которые прекрасно справляются со своей работой, к слову. Варвара их хвалила, правда, при этом держалась за сердце и старалась в их сторону не смотреть. Но поощряла за хорошую работу.

А они ее боялись так, что непроизвольно начинали слизь испускать в ее присутствии, но и обожали. Ибо грозная госпожа – это ж счастье какое! Они даже Сандрлера так не опасались и не уважали, как ее, человеческую женщину из зазеркального мира.

И как только она это делает?

Богиня Цасси

Богиня Цасси покружила в вихре снежинок над темной цитаделью. Как удачно она заглянула на огонек. Думала, придется долго искать, кто подошел бы для девочки Полины и ее мамы Ирины, а тут удача какая.

«Будут тебе подрощенный ребенок, жена-красавица и приключение!», – рассмеялся морозный ветер.

Керин сбился с шага и прислушался. Подошел к окну и постоял, вглядываясь в поднявшуюся вдруг метель. Снова ему показалось, что видит чей-то силуэт.

Но заклинания опять показали, что никого и ничего живого или неживого поблизости нет. Ведь боги – они иные, их присутствие не так-то просто обнаружить. Надо будет хорошо отдохнуть, чтобы ничего не чудилось на ровном месте.

«Будет, будут, будешь…» – застучали в стекла твердые снежинки.

Советник Темного властелина шарахнулся от окна. Помотал головой и пробормотал:

– Спать! Отдыхать! А потом, может, и жениться. А то уже со снегом разговаривать начинаю.

Заснеженный потеряшка

– Мам, мам, мам, ну мам… – монотонно бубнила Поля, вышагивая под снегопадом.

Мать с дочерью сначала хотели поймать такси, но потом стали свидетелями двух аварий – небольших, но сам факт – и решили, что в такую пургу безопаснее будет на метро и пешочком.

– Нет! – с терпением, кое вырабатывается у всех родителей на каком-то этапе, ответила Ирина.

– Ну давай! Давай котика заведем? Или щеночка. Или хотя бы хомячка.

– Никаких хомячков! – Ирина смахнула с носа каплю от растаявших снежинок.

– А щеночка?

– А выгуливать его кто будет?

– Ты. Я еще маленькая, одна не могу.

– Вот именно!

– Тогда, значит, котик, – расплылась в улыбке девочка. – Котика не надо выгуливать.

– Нет.

– Ну ма-а-ам!

– Нет. Подожди, я ключи достану из рюкзака.

Они стояли у подъезда. Женщина пыталась отыскать завалившуюся куда-то связку ключей. А учитывая, что в сумке любой работающей, занятой женщины, у которой к тому же есть ребенок, скрывается запас всего на все случаи жизни, ключи никак не находились.

– Да что ж такое-то! – прошипела Ирина. – Поль, постой под козырьком, придется всё доставать, никак не могу отыскать.

– Ага… – отозвалась девочка, вглядываясь в темноту.

Там, в отсеке, где скрывалась дверь, ведущая к мусоропроводу, валялись заснеженные пакеты, коробки, стояли прислоненные к стене листы фанеры. И вот еще дальше, в самом углу, шевелилась какая-то большая куча тряпья.

Поля шагнула ближе, замирая от страха и от любопытства.

– Ма-а-а…

– Не сейчас. Подожди, пока я найду ключи.

– Ну ма-а-а…

– Полина! – раздраженно цыкнула женщина. – Минуту!

Тогда ее дочь бочком стала подбираться туда, где показалась из-под ткани чья-то рогатая голова.

– О-о-ой! – выдохнула Поля.

Она-то думала, что там или бомж, или большая собака. Но уж никак не ожидала увидеть рога.

– Ма-а-а… Там… Там…

– Ага! Нашла!

– Ма-а-ам, там дядя-козел! – громко воскликнула Полина, увидев наконец полностью, кому принадлежит голова.

– Поля, тебе не стыдно обзываться? Пойдем.

– Да нет же, мам. Это правда дядя-козел. Смотри же! Ну смотри! У него рога! Настоящие! Ой, мам! Он голый!

– Что?! – вот тут Ирина уже отреагировала бурно. – Где этот голый козел?

– Да вон же! Мам, вон! – подпрыгивая от возбуждения, ее дочка рукой тыкала в угол.

– Стой здесь! – велела ей мать, а сама включила фонарик на телефоне и направила туда, куда указывала Поля. – Ох ты ж боже мой! И правда голый! И рога-а-атый…

– С ума сойти, да, мам?! Да? Круто! А что он здесь делает? А почему он рогатый? А почему он голый? Он сбежал из…

– Откуда-то сбежал, это точно…

Ира в полном обалдении рассматривала черноволосого мужчину лет примерно сорока или немного меньше. Лицо его украшала небольшая татуировка на левом виске в виде молнии в круге. И – рожки. Самые настоящие черные рожки. Которые росли прямо из головы.

– Мам, а давай его себе возьмем? – прозвучавшее вдруг от дочери предложение вывело Ирину из ступора.

– В смысле?

– Ну, тетя Лена и тетя Наташа говорили, что все мужики козлы. И папа мой тоже козел. Но они все неправильные, у них рогов нет. А этот, смотри, настоящий. Рогатый.

– Поля! Не слушай тетю Лену и тетю Наташу! И не можем мы взять этого дядю себе.

– А он тогда замерзнет. Смотри же, он совсем голый.

– Я надеюсь – не совсем, – пробормотала Ирина. – Хоть трусы-то у него должны быть?

– Семейные? Как у дедушки? А давай проверим?