Струны волшебства. Книга третья. Рапсодия минувших дней

Глава 4

Я бросила на свою тень короткий взгляд. Она знала больше Раса, да и имела удовольствие собственными глазами видеть сестер Неумолимой, так же как и то, что с ними стало. Я еще помню тот злорадный, хотя и несколько истерический смех рыси, когда она постукивала по каменным изваяниям рукоятью своего кинжала.

– Но высок риск и не вернуться оттуда, Рас. Сестры Неумолимой не просто служительницы культа, как это во всех иных государствах. Во-первых, они все до единой – магички. Причем, магия их страшная. Никто не знает, что именно они умеют. Но говорят, в их силах вызвать тварей с изнанки, уж не знаю зачем. Во-вторых, жители Дагры настолько запуганы и запутаны, что они не станут вам помогать. Побоятся, так как с молоком матери впитывают страх перед теми, кто в любую секунду может увести их на очищающий костер.

– И то верно, сиятельная. Про жриц Дагры как раз и ходят эти слухи – про тварей и изнанку. Потому и нужно уничтожить угрозу. Наш мир и так лишился светлого волшебства с уходом сидхе. А если еще и люди начнут вызывать всякую жуть… И риск не вернуться есть, правильно. Да только у наемников этот риск ежедневный. По острию меча ходим, леди. Работа у нас такая.

– А что вы хотели от меня, Рас?

– Да я… – Он помялся. – Мне известно, что вы родом из закрытого королевства, графиня. У меня свои источники, вы не думайте, что это кто-то из слуг проболтался или Ирма. Но раз проведал про то я, узнают и многие другие. Тайное всегда становится явным и в самый неподходящий момент. Вам бы укрыться, леди. Народ тут, конечно, в основном неплохой и мирный, но дураков везде хватает. Как только война начнется, появятся первые жертвы, найдутся и желающие отомстить за погибших близких. Кто-нибудь от горя умом тронется, а родственники или друзья поддержат, и вспыхнет, как лучина, жажда крови. А толпа разума не имеет. Уж поверьте, насмотрелся я всякого по молодости. Путешествовать-то много приходилось с караванами. Так вот что я скажу… Если всплывет, что вы дагрийка, то придут к вам. Одуревшие от отчаяния и желания найти виновных идиоты не станут разбираться, на чьей вы стороне, им хватит вашего происхождения.

Я переглянулась с Ирмой. Такое мне в голову не приходило.

– Так что, вы бы это… – Рас поскреб затылок пальцами. – Ну, убежище себе нашли какое. Как благородные прячутся, а? Дракону своему намекните. Ну и амулеты всяческие, артефакты. Скоро на них цены взлетят до небес. Вы уж заранее позаботьтесь. Потом-то, как всё закончится, уже не страшно будет, если кто узнает, что вы дагрийка. А вот во время войны… Не надо оно вам. Убьют, не посмотрят, что девчонка еще совсем и к тому же леди. Еще и надругаются. Знаете же, как с бабами-то бывает. В смысле…

– Я поняла, Рас, – отмахнулась от его попытки извиниться за «баб». Уж я-то видела, как оно бывает, пока скиталась. И не единожды. – Значит, информация обо мне ушла дальше, чем я планировала. Ну что ж, этого следовало ожидать. Правда, я не предполагала, что мне может грозить опасность с этой стороны.

– Сейчас опасности нет, леди, – покачал головой немолодой наемник. – Пока тихо, бойни не было, нет и жертв. А вот позже, как начнет дуреть народ от крови и смерти, вот тогда точно чьи-нибудь горячие головы пойдут громить дом прокравшейся к драконам дагрийки.

– Это так меня называют? «Прокравшаяся к драконам дагрийка»?

– Эм-м… – понял, что проболтался, мой собеседник. – Да, сиятельная. Пока, правда, беззлобно. Просто языками треплют.

У меня вырвался нервный смешок.

Просто поразительно. Ожидала преследований из-за того, что я сидхе, но внезапно стало важным не это, а то, что место моего рождения – закрытое королевство.

– Спасибо, Рас. Я приняла информацию к сведению и обязательно озабочусь приобретением защитных амулетов. Ну и прочего.

– Ирма, я тебе шепну адресок, – глянул оборотень на мою тень. – Если совсем припечет, обратись к моему корешу, с которым по молодости работали. Он уже давно не вояка, покалечен. Но поможет укрыться или еще чего. Сбереги госпожу.

– Можешь не сомневаться, – фыркнула она на последние слова. – Я его знаю?

– Мала ты еще, знать моих корешей молодости, – иронично усмехнулся он.

На этом мы закрыли тему. Я была признательна Расу за внезапное предупреждение и заботу. Вроде ж не обязан он меня опекать, кто я ему? А он проявил беспокойство, и это тронуло меня.

Плотно поев Жужиных пирогов, гость ушел, еще раз напутствовав нас с Ирмой, чтобы мы не мешкали, а уже сейчас занялись подготовкой к возможным грядущим неприятностям.

Но я и не планировала затягивать.

Этим же днем, сразу после отбытия оборотня, мы отправились в Тьяру. Ирма хорошо знала всех торговцев амулетами и артефактами. Даже, скажем так, теневых. Она сначала помялась, издалека намекая, что можно бы поискать и что-то эдакое, не открытое для широкой публики.

– Ирма, главное, чтобы не ворованное. А уж есть лицензия у выполнившего эту безделицу мастера, или нет, меня не интересует. Мы купим всё, что поможет нам с тобой уберечься. И для меня, и для тебя. То, что не помешает тебе уходить в подпространство.

– Мне если только оружие, сиятельная, – подумав, обронила она. – Увы, не придумали еще магических амулетов, которые не влияли бы на уход в подпространство. Иначе тени бы уже давно знали об этом.

– Жаль, что я не умею делать их, как моя мать. Наше волшебство иное, оно, наверное, не мешало бы теням.

Ирма выпрямилась столбиком и замерла, осмысливая мои слова. Медленно повернула ко мне голову и, глядя широко открытыми глазами, изумленно выдохнула:

– А ведь и правда… Но почему никому не пришло это в голову? Это бы так помогло!

– Может потому, что сидхе уже тысячу лет нет в этом мире? – грустно усмехнулась я. – Мама вот умела делать артефакты и накладывала на них свои особые чары. Я, увы, вообще не представляю, как к этому подступиться. Мне сначала нужно отучиться в академии.

На то, чтобы приобрести все желаемые амулеты и артефакты, у нас ушло несколько дней. Сейчас я была ими увешана с ног до головы. Это помимо двух перстней, уже имеющихся у меня. Пришлось отложить на время свои фамильные драгоценности. Теперь у меня даже серьги были не просто украшением, а парным артефактом.

Кстати, купили мы его у нелегального торговца, на которого намекала Ирма. Старый, сгорбленный и сморщенный, словно сухой гриб, человечек сначала долго и пристально меня рассматривал, что-то бормоча себе под нос. Я уж даже решила, что он не в себе. Но нет, оценив покупательницу, он ушаркал в другую комнату, после чего вернулся с маленьким черным бархатным мешочком и положил его на стол передо мной.

– Вот, деточка, – хрипло откашлявшись, подвинул он ко мне свой товар. – Тебе вот это подойдет. А всё прочее и внимания твоего не стоит.

– Эй, ты с леди-то повежливее, – негромко одернула его Ирма, стоящая за моей спиной.

Старик только отмахнулся, не желая вдаваться в спор. А я развязала мешочек, вытрясла из него на ладонь сережки. Изящные, аккуратные цветочки. Лепестки покрыты эмалью и украшены капельками бриллиантовой росы, а сердцевина из александритов.

– Прадед мой делал. Или прапрадед? Не помню уже. Ну-ка, примерь, детка, а я взгляну, сольются они с тобой или нет.

Ирма зашипела, собираясь опять напомнить ему, что он разговаривает с аристократкой и нечего «тыкать», но я жестом остановила ее. Это такая мелочь, право слово…

Надев сережки, я вопросительно взглянула в тусклые серые глаза немолодого мастера. Он пошамкал губами, потер подбородок, рассматривая что-то, видимое лишь ему. После чего кивнул:

– Как для тебя делали, девчушка. Бери. Хорошие артефакты, уберегут от многих бед.

– А подробнее? Что именно они должны делать? Как их активировать при необходимости? И почему их до сих пор никто не купил?

– Сами активируются. Они сродни вот этим твоим колечкам, – ткнул он пальцем сначала в перстень, подаренный когда-то в трактире магичкой, а потом в тот, что мне вручил Дарио. – А не купил их никто, потому что я не всем их предлагаю. Они с аурой должны сливаться, а не каждая аура к этому готова. Твоя вот подходит, тебе их и продам.

– Хорошо. Сколько?

Я не торгуясь заплатила названную высокую цену. Действительно высокую. Но я считала по эмоциям, что мастер не пытался нажиться и озвучил ровно столько, сколько эти серьги и должны стоить.

Ирма же приобрела себе кое-что из оружия. Тут я вообще не вмешивалась. Молча сидела в уголке лавки, пока они с оружейником что-то обсуждали, а потом бесстрастно оплатила выбранные смертельные безделушки. Тень работает на меня и защищает мою жизнь, чем лучше она вооружена, тем в большей я безопасности. А денег у меня более чем достаточно.

Об одежде я тоже побеспокоилась на всякий случай. Никто не знает, как жизнь повернется. Пусть будет. Удобный, качественный и добротный дорожный костюм еще никому не был лишним. Уж я-то знаю, как это важно в пути, чтобы ничего нигде не натирало, не жало, но и не болталось.

С этой частью было покончено. Почти. Осталась одна деталь.

Я давно уже об этом подумывала, но рука не поднималась. А тут сами боги намекают.

– Ирма, – позвала я тень и протянула я ей ножницы. – Режь.

– С ума сошли?! – всплеснула она руками, уставившись в мое отражение.

Я сидела в спальне перед туалетным столиком. Волосы распустила, расчесала, и они сейчас золотым водопадом стекали по спине, озерцом растекаясь на полу.

– Знаешь, я носила длиннющие косы с самого детства. Такие были у мамы, и мне казалось, что это самая красивая и лучшая прическа, какая только может быть. Когда мне пришлось их отрезать перед активацией личины, я едва не рыдала, так мне было их жаль. Позднее жизнь наладилась, и мне чудилось, что я непременно должна вернуть их. Чтобы снова почувствовать себя – собой, стать прежней. И я растила их с помощью эльфийских эликсиров. И вот у меня вновь волосы ниже колен. Я мучаюсь с ними, трачу огромное количество времени на то, чтобы промыть и просушить, расчесать и заплести. Они оттягивают голову, так как очень тяжелые…

– Но?

– Но я не чувствую себя прежней. Я уже не та Рэмина, что была в отчем замке. Я другая. Больше не хочу носить две косы, как делала это в детстве. И я не такая, как мама. А это ее прическа, не моя. – Взяв прядь волос, я потянула ее вперед, намотала на палец. – Так что режь, Ирма. Давай оставим длину до талии. Чтобы я смогла сделать что-то приличное на голове при необходимости, но не более того.

– Жа-а-лко, – протянула Ирма. – Такую красоту – и резать. А уж как негодовать будет лорд Шедл… Он же был без ума от ваших волос.

– А он вообще был без ума последние месяцы. Проклятие на крови такая штука, Ирма… Когда он вернется и ты узнаешь его настоящим, без той дряни, что опутывала его сознание и тело… Тебе понравится. Потому что настоящий Дарио Шедл совсем другой.

– Скучаете?

– Скучаю, – согласно качнула я головой и потрясла ножницами, чтобы Ирма их взяла. – Но ему нужно оправиться. Он вернется, когда придет время.

– Почему вы в этом так уверены? – хмуро примериваясь к моим локонам, спросила она.

– Я это знаю. У нас сложные отношения, Ирма. Так просто в них не разберешься. Но он придет.

– Вот как придет, так и будет орать в своей манере, что вы всю красоту отрезали, – наконец определилась она и начала орудовать ножницами.

– На меня он не орет.

– Ну, на вас… На вас он и дышать-то боялся, вы же его драгоценное сокровище. А вот всем остальным прилетит, что позволили вам такое кощунство совершить, – ворчала тень, но шустро занималась порученным ей делом.

Длинные золотые локоны с тихим шорохом опадали вниз. Не прошло и десяти минут, как мою голову больше не оттягивала назад никакая тяжесть.

– Стало намного легче, – улыбнулась я оборотнице и тряхнула головой, позволяя прядям разметаться.

Та покрутила ножницы на пальце, продев его в колечко, и обронила:

– Не надо было вас слушаться. Все же лучше бы не до талии длину, а хотя бы до бедер.

– Нет, Ирма. До талии – самое то! Не хочу длиннее. А теперь давай-ка соберем все отрезанные волосы и сожжем их. Не сто́ит оставлять слугам.

Ох и причитали Линда и Марша, когда обнаружили свою госпожу с укороченной шевелюрой. Оказывается, это был предмет их гордости, они соседским служанкам хвастались, какие роскошные волосы у их хозяйки.

Мы с Ирмой только переглянулись, услышав это, и едва сдержали смех. Вот кто бы мог подумать?

Я же чувствовала себя превосходно, избавившись от наследия прошлого. Словно не лишнюю длину волос отрезала, а скинула с плеч груз обязательств и долг памяти, что ли. Мне почему-то все это время казалось, что я должна носить именно две длинные косы, ведь так хотела мама.

А на самом-то деле – это всего лишь мои собственные заблуждения. Ведь я давно не ребенок, и только мне решать, как одеваться, как причесываться, что есть и пить, и чем заниматься.

Было неожиданно понять это.

Врасплох застало и осознание еще одного. Я скучала по Дарио, да. Но сейчас, когда он жив, здоров, больше не проклят, где-то рядом, но не со мной… Мне стало легче.

Это странное чувство. Понимать, что буду рада его увидеть, что мне хочется с ним пообщаться. Но при этом внезапно почувствовать себя свободной. Словно вдохнула полной грудью.

Я даже не осознавала, насколько сильно меня гнетут те безумные и сложные отношения, что сложились между мной и Даром после моего нервного срыва и его переезда в этот дом. Мне думалось, что я смирилась с такой абсурдной ситуацией, привыкла к ней и приняла. К тому же все окружающие уверяли, что это нормально. Не для меня!

И когда Ирма как-то во время чаепития в саду задала вопрос, не пора ли пригласить лорда Шедла на обед или ужин, я неожиданно для себя самой озвучила эти чувства:

– Он должен приехать сам, Ирма. И он приедет, но позже, когда придет время. А я буду рада принять его в качестве гостя. Но жить вместе мы больше не будем.

– Почему? – после небольшой заминки спросила рысь.

– Не могу больше. Он мне бесконечно дорог, я его уважаю и по-своему люблю. Но жить с ним вместе, рядом, да хотя бы даже под одной крышей, я уже не в силах. Он ломает меня, Ирма. Неосознанно, не желая зла, наоборот, оберегая изо всех сил, но при этом ломает.

– Хм… Но вы же понимаете, что он не отступится? Вы его сокровище.

– Иногда сокровища исчезают. Но драконы продолжают с этим как-то жить. Я теперь понимаю маму. Вероятно, она не просто любила папу, но и была рядом с ним самой собой. Он не давил на нее никогда. Знаешь, Ирма, быть сокровищем дракона – это вовсе не радость и удовольствие. Упасите боги тебя от такого счастья.

– Не понимаю, – развела она руками. – Вам-то на что жаловаться? Лорд Шедл с вас пылинки сдувал, мог всё что угодно сделать. А уж то, что он на вас молиться был готов, – не секрет ни для кого. Обожал всем сердцем.

– Да, как птичку в клетке. Любимая птичка в лучшей золотой клетке. Ей всегда насыплют отборного корма, принесут свежего червячка и нальют родниковой воды, лишь бы она пела и ни в чем не нуждалась.

Я произнесла эти слова и внезапно вспомнила, как когда-то давно, кажется, в прошлой жизни, пела в борделе, рассматривая шлюх. И размышляла о птичках и золотых клетках.

Прошла целая вечность между теми моими скитаниями и нынешней жизнью. Столько всего случилось. У меня дом, безопасное место для жизни, я не нуждаюсь в деньгах, здорова, и рядом Дарио. А свободной себя не чувствую. Даже тогда, на грязных трактах далеких королевств, я больше принадлежала себе, чем в последние месяцы. Каким-то немыслимым образом «сокровище» стало собственностью дракона.

Меня аж морозом по спине сыпануло, когда я это осмыслила. Под пристальным взглядом своей тени я встала и ушла в спальню. Ей дала знак за мной не ходить.

А тем временем Тьяринда уже гудела от новостей. Вести разносились быстро, и все государство драконов уже знало, что в далеком-далеком закрытом королевстве…

Надо отдать должное жителям этой страны. Они не пожелали остаться равнодушными к угрозе всему сущему от практикующих запретную некромантию жриц богини смерти. И пусть это всё творилось настолько далеко, что обычным людям и представить-то сложно. «Где-то на другом конце мира». Но ведь творилось.

И шла та самая мобилизация, про которую говорил Дарио, а позднее Рас.

Мы с Ирмой периодически выезжали в город и, стараясь не привлекать внимания, осматривались, прислушивались. Иначе невозможно быть в курсе событий.

Именно так, случайно став свидетельницей чужого разговора, я узнала новости про Дарио. Он возглавляет отряд драконов, который должен стать ударным. Им предстоит пробить купол… Дальше наемники принялись рассуждать о стратегии и тактике, так что я быстро потеряла нить разговора. Папа учил меня многому, но не военному делу. А вот Ирма слушала внимательно, и по ее глазам было видно, что она понимает, о чем речь.

В Тьяре добавилось количество наемников разных рас. Сновали эльфы с луками за спинами. Эти прибыли со всей страны, чтобы отметиться и принять участие в очистительной войне. Грядущим убийствам уже дали название… Звучит вдохновляюще – «очистительная война». Если бы только речь не шла о моей родине, какой бы она ни была.

А потом внезапно город опустел. Полностью исчезли все носящие оружие мужчины.

Было странно ехать по улицам, где больше не сновали гибкие хищные перевертыши, грациозные, но при этом опасные эльфы. Не видно крепко сбитых людей. Пропали драконы, которых от последних можно было отличить зачастую лишь по росту и прическе. Ну и по ауре, если ее видишь.