Попаданцы и их жёны. Книга шестая. Планета Фея. Том 1

После ужина Илью захомутал маг. Или мерг, как тут эту породу называли. Причём, как понял Илья, тот сразу нацелился создать автоматный патрон – не больше, не меньше. А чего ж отказываться, если получится? Во-первых, боеприпасы не бывают лишними – их всегда и везде мало или очень мало, а во-вторых, не плохо бы и самому научиться материальные предметы создавать. То, что он умел – раскрывать пока не собирался, а маг вроде никаких способностей у него не обнаружил – энергоузлы были замаскированы качественно. У самого мага подобное «приспособление» Илья успел заметить. Быстро осмотрев всех, к удивлению, увидел слабые узелки у близняшек. Это пока слабые – специальные же занятия нужны, да и просто возраст, может, не позволял усиливаться. После видно будет.

В общем… Сразу выяснилось, что маг, наверное, состоял в дальних родственных отношениях со стариком Хоттабычем. Тот ведь смастерил уличный телефонный аппарат из цельного куска золота, не озабочиваясь никакими внутренностями. Тут главное, что этот Карлен не побоялся неудач – взял и сделал. «Довести до ума можно и напильником».

Когда маг, разглядев патрон, взвесив его, обнюхав и попробовав на зуб, создал точную копию, естественно, цельнометаллическую, Илья на дороге нарисовал ему и всем желающим целый комикс-анекдот с поправкой на средневековые условия. Вручили, например, кузнецу чертёж сложного шлема, а у того получается ведро и всё. Чертеж чуть не сжевал с расстройства мастер – ничего, кроме ведра, не выходит. Не выдержал, пошёл к чертежнику. Тот и обматерил беднягу, указав на мелкую подпись под рисунком, которая гласила, что окончательная доводка производится напильником. Кто это говорил, что с чувством юмора тут не очень? Очень даже «очень»! Несмотря на языковые проблемы. Сурдоперевод – это не ерунда какая-нибудь! Особенно, когда собеседники умные. А в том, что именно такие и встретились, Илья уже не сомневался.

Маг, отсмеявшись, потребовал объяснить ошибку. В Илье горестно и шумно вздохнула жаба, даже поцарапалась и укусила, но он вытащил пулю, аккуратно высыпал на листок растения пороховой заряд. Показал, что состав должен быть очень точным по весу, если структура аналогична. При невозможности достичь таковой необходим эксперимент с соблюдением техники безопасности и охраны труда. Понятно? Иначе башку оторвет, а то и еще чего-нибудь более нужное. Маг понятливо кивнул. Затем несколько крупинок Илья переместил на сухой листок и поджег зажигалкой. Порох вспыхнул. Маг задумчиво почесал тыковку, повертел зажигалку, сам поджег еще часть заряда, забормотал чего-то, пытаясь совсем уйти в себя. Но Илья не дал – надо ж всё сразу показать! Взял стреляную гильзу – он после выстрелов, конечно, их прихватил. Показал на капсюль, сравнив целый и разбитый. Объяснил, чем капсюль разбивается, и что происходит с патроном дальше.

Внимательный слушатель понял вроде всё, и Илье предложили уматывать и не мешать творческому процессу думания. Илья умотал, только зажигалку всё равно вложил Карлену в руку – делай, давай, заодно и это! Мелкие уже заждались, изнывая от нетерпения. И сна – ни в одном глазу. Да, между прочим, и у взрослых появилось немало вопросов по картинкам. Кто-то просто хотел знать, что за животное, например, крокодил или жираф, кто-то интересовался, с чем их едят в буквальном смысле. Лора с Ларой уже пометили то, что есть в этом мире, с удовольствием просвещая неуча с пирамиды. Лиза хотела увидеть побольше людей, воины – оружия… Илья попросил немного, несколько дней хотя бы с этим подождать, сначала ему нужно узнать побольше о месте, где оказался. Поняли, согласились. А! Элен волновало, как можно такие картинки создавать. Она показала медальон с портретом молодого парня, который теперь – Мельен наверняка. Но то был рисунок. Да не может быть, чтобы маги не знали способов, пусть не фотографирования, так какого-нибудь магического производства картинок, фильмов, звукозаписи. Или копирования – вот то, что Карлен пытается сделать. Элементарно для доказательств хотя бы… не важно чего – преступлений, договоров. Или для развлечений. Надо узнать.

Пока же просто сделал несколько снимков – притом пришлось вспышку применить, стемнело как-то незаметно за всеми хлопотами. Показал. Включил и диктофон на воспроизведение.

– Буду слушать и повторять, понятно? – причем сказал это уже на местном языке. Коряво сказал. Но брови окружающих поползли вверх по лицам.

– Илья, ты же уже говоришь по-нашему? Так быстро?

– С такими учительницами и быстрей можно! – Илья прижал к себе близняшек. – Читать научите? И писать?

– Да они и сами-то ещё еле-еле! – засмеялась Элен. – Вот вместе и будете учиться. Правда, магу, вижу, уже не до занятий будет. Но вот Лиза поможет, да и ещё образованные найдутся.

Посмотрели на свои фото, послушали диктофон, поржали над произношением Ильи… Послушав несколько фраз на языке Ильи, мелкие тут же нацелились научиться говорить по-русски, но обломались – пора спать, и в этом Элен была неумолима. Хотя Илья, приняв как неизбежное, настырность девчонок, предполагал, что они от этой мечты не откажутся. Да и ладно, взаимная учёба плодотворней и интересней.

Расположились окончательно на ночлег. Элен с Мельеном устроились в карете, воины для себя и мага поставили походные палатки. Родители вознамерились забрать близняшек к себе, но Илья установил им свою палатку, непромокаемо-утеплённую, уложив под днище толстый слой лапника – ничего особенного, зато внутри постелил пуховый спальник, на двух мелких впору, еще и место осталось. Посмотреть на счастливых девчонок в этом укрытии явились все. Каждый из этих всех посчитал своим долгом проверить работу молнии. А Лиза расположилась рядом с ними на одеялах. Предварительно смущенно и вопросительно посмотрела на Илью. Тот только улыбнулся, показав, что будет ночевать у костра с охраной. Девочкам было не холодно, а лапник – тот же матрас, так что засопели они, обнявшись, очень скоро. И Лизу к себе втащили.

Илья думал, что совсем ему будет не до сна – от переживаний, мыслей, неспешных, точней, через пень-колоду разговоров с дежурными. Действительно, стало не до сна, но причина того… Часа через два после полуночи лагерь был разбужен. Не охраной и не сигналкой, установленной магом, а диким воем со стороны болота. В этих звуках Илья не разобрался – пронзительные визги, утробное рычание… Все вскочили, хватая оружие, готовя факелы. Лошади испуганно ржали, прижимаясь ближе к костру. Девчонки высунулись из палатки, к ним тотчас кинулась Элен, потеснив дочерей и Лизу назад, в укрытие. Но полог закрывать не стала – нужна же возможность выскочить быстро, если потребуется.

Вой и лай в лесу то усиливались, то немного стихали, чтобы стать громче снова. Илья оглядывался на попутчиков, но все молчали, напряжённо прислушиваясь.

– Я не уверен, но… – настороженно проговорил Карлен вполголоса. – Но это могут быть водяные волки. А на них магия не действует, только сталь.

– «Что ещё за ерунда? – подумал Илья. – Это я накаркал в небесах: съедят, мол, гражданин!»

– А вдруг там люди? – наконец не выдержал он.

Мельен пожал плечами – всё может быть.

Подняв автомат, Илья показал в сторону непонятного шума, посмотрел на Мельена вопросительно. Тот оглянулся на бойцов. Те поняли вопрос, кто утвердительно кивнул, кто просто обнажил оружие, кто бросился за факелами. Понятно: если вдруг звери напали на людей, надо выручать. Неважно пока, кто они – да хоть лесные разбойники, после разберёмся… Никто не сомневался в выборе поступка. Оставили пятёрку охраны, маг проверил свою защиту, двинулись в дорогу, в темноту, где шум практически стихал, только уже далеко слышалось нечто, похожее на странный собачий лай.

Илья успел достать и прикрепить налобный фонарь. Обычный такой, из любого рыболовного магазина, что в соответствии с рекламой «действует до тысячи метров». Как правило «до» могло означать и сотню, и много меньше. Но этот, усиленный аккумуляторами, подзаряжающимися от энергии человека, мог и до тысячи, если местность ровная. А так – Илья расфокусировал отражатель, чтобы захватывать светом побольше площадь, – метров на двести светил уверенно. Попутчики уже и не удивились – столько уже увидели, только прибавили скорость.

До источника неведомых звуков оказалось не более трёх километров, причём он был несколько правее предполагаемого болота. Полчаса скорого, насколько было возможно, хода – и отряд вышел к месту события, на опушку леса. В переломанном, помятом редколесье виднелось… На первый взгляд – груда скрученных неведомой силой телеграфных столбов, чёрных, лоснящихся под светом фонаря. Приготовив мечи и арбалеты, рассредоточились, подошли ближе. Илья обшарил лучом фонаря всё вокруг – ничего подобного больше не было видно.

Огромная змея, так похожая на земную анаконду, сжала в смертельных кольцах двух животных, очень походивших на собак. Шкуры их, одна абсолютно чёрная, вторая – серая, были изодраны, в крови. Только пасть одной сомкнулась на горле змеи, другая ухватила тварь прямо спереди за нижнюю челюсть. Все три зверя были мертвы.

– Наверно, змея переползала в соседнее болото, наткнулась на стаю водяных волков, решила поживиться. Обычно волки уходят – не по зубам им эта шкура, а тут… Это ведь самки, может решили защитить щенков, вступили в драку. Остальные ушли, – так Илья понял предположения Карлена.

Потому внимательно прислушался. Чуть слышный писк доносился из-под близких корней упавшего дерева. Там оказалось три щенка, которых он с большой осторожностью вытащил и уложил на вынутый из рюкзака плащ. Щенки дрожали, но молчали. Чуть в стороне раздался еле слышный слабый визг. Илья обнаружил прямо под стволом дерева ещё троих сирот.

От всех шестерых исходил явный запах испуга, голода, непонимания. Эмпаты, что ли? А почему и нет – не Земля. Вернулся к группе. Все продолжали разглядывать побоище, но уже готовились к активным действиям: достали широкие ножи, осматривая «вкуснятину», освобождали собак из захвата агрессора. «А ничего так собачки! – восхитился Илья. Экстерьер у каждой, не считая остромордой головы и пушистого хвоста, – почти правильный квадрат со стороной где-то под метр двадцать. Тела поджарые, сухие. Чуть портили их, конечно, набухшие сосцы, так это обычное явление и сезонное. Всё пришло бы в норму. Иметь такую зверюгу в друзьях – это ж какая охрана! Только если, вправду, они эмпаты, другом для них будет „запечатлённый“ в первые минуты или часы прозрения. Импринтинг это называется… Но это не проблема, проблема – как выкормить?»

Народ с недоумением разглядывал новоприобретенное имущество Ильи. С недоумением или страхом?

– Зачем? – спросил Карлен. – Очень опасно. Они не живут с людьми.

– Проверим… – коротко ответил Илья, и больше к этому вопросу не возвращались. Щенки начали волноваться, шевелиться, скулить. Илья попробовал их мысленно успокоить – точно, поняли, притихли.

Двоих бойцов Мельен отправил в лагерь за лошадьми, остальные начали священнодействовать над змеёй. Илья предложил свои кинжалы и меч, что значительно ускорило работу с естественной бронёй. Действовали споро – опыт подобных работ имелся, да и, вообще, задерживаться тут ни у кого желания не было. Так что к прибытию тягловой силы шкура была снята и свернута, мясо порублено на метровые куски. Их получилось шесть – нехило!

А трупы собак Илья предложил использовать в качестве приманки – плохо ли дополнительно получить ценного продукта? Сначала его не поняли, но он как мог словами и жестами объяснил, что предлагает остаться здесь ему и магу, устроившись на дереве. Собак уложить неподалеку, метрах в двадцати. Если подползут по следам первой другие обитательницы болота, маг услышит или почует, несмотря на бесшумность передвижения, дальше вступят в действие фонарь и автомат. Услышав выстрелы, если таковые будут, люди с лошадьми должны вернуться сюда. Вот и весь план. Не выйдет – и ладно, но чего ж не рискнуть? ничего ж не теряется, а такая добыча при удаче карман не сотрёт.

Карлен рискнул первый. Собственно, без него и не вышло бы ничего, как все понимали. А Илье очень уж не хотелось самому расшифровываться – он мог и своими средствами обнаружить мишени, только пусть уж сначала местные маги сами. А то и суток не прошло, а о нём и так немало узнали.

Подходящее раскидистое дерево, похожее на дуб, обнаружилось метрах в двухстах в сторону родного болота анаконды, собак расположили чуть дальше. С помощью бойцов охотники поднялись как можно выше, щенков Илья потащил с собой, несмотря на некоторые неудобства, – никто и не возражал, опасались, однако сами-то их забрать. Выбрал развилку, с которой хорошо просматривался предполагаемый сектор стрельбы. Стали ждать.

Каким уж образом змеи почуяли мясо, осталось тайной. А может, они просто пошли по следам «разведчицы». Личный поисковик Ильи обнаружил их метров за триста где-то через час ожидания. Пять штук. Естественно, Илья и не подумал показать магу свою осведомленность – для чего он-то тут остался? И надо посмотреть на местные способности.

Карлен прикоснулся к плечу Ильи через сто метров змеиного пути. Ползли они быстро, хотя по суше, наверное, двигаться им было не так комфортно, как в воде. Скоро послышался запах болота, именно болота – гнилой воды, водорослей. Отнюдь не пахло чем-то специфически животным. Илья приготовился – заранее договорились, что Карлен подаст тот же знак, когда «дичь» окажется метров за десять до приманки.

Волнение Карлена достигло предела перенапряжённой струны, но он выдержал. Илья включил фонарь. Змеи от неожиданности подняли головы над травой, глаза их загорелись багровым. Охотник успел выстрелить только дважды. По резво крутанувшимся и удирающим тварям стрелять не было никакого смысла. Илья уже успел убедиться, что у них не шкуры, а танковая броня. А две пули вошли точно в пасти. Умирающие тела молотили так, что кустарник будто косой резало. Минут пятнадцать это буйство продолжалось – не меньше. Люди вниз не спускались, и свет Илья не гасил, наоборот, сузив луч, обшаривал округу. Было совсем тихо. И пусто.

Осторожно подъехали всадники – их было шесть, ещё столько же свободных лошадей вели на поводу. Не торопились особенно – ориентировались на свет фонаря, хоть свой путь освещали факелами, а много ли от них толку на ходу?

Восторг постарались сдержать, дел с новой добычей предстояло много, и требовалось спешить, но восемь человек справились быстро. В лагере, естественно, никто не спал. К Илье тут же бросились мелкие.

– Илья, показывай немедленно, показывай! – затеребили наперебой.

Ясно, что не шкуры анаконд их волновали, кто-то из взрослых уже сообщил про щенков. Да ему и самому не терпелось посмотреть на это чудо, которым, оказывается, пугали непослушных детей.

Щенки как щенки – мало, что ли он с такими дома дело имел: сантиметров двадцати в длину, головы крупные, тела упитанные – мамаши хорошо заботились. Как вот теперь? Но и такой опыт имелся. Глаза не открылись еще, но до этого скоро – черные черточки явно об этом сигналили.

– Нравятся?

Девочки молча закивали, осторожно касаясь зверят. А те молчали, хоть и зашевелились активно. Чувствовали благожелательное спокойствие людей.

– Выбирайте по два друга себе – чёрного и серого, наверняка разнополые. Двоих себе оставлю.

Лара и Лора долго не думали и не спорили – просто провели ручонками над щенками, и в руках каждой оказались будущие питомцы.

– Сюсюкать не будем, нужно думать, чем и, главное, как кормить? Бульон остался мясной? Тащите в горшках!

Илья, подсвечивая фонариком, отыскал шесть полых недлинных соломинок, подравнял концы, один из которых слегка сплющил. Девчонки явились с кормом. С нетерпением ждали, что дальше. И не только они – многие любопытствовали из свободных, уж Элен-то с Лизой тоже тут были. Вот и помогут. Илья накрыл горшки крупными листьями, похожими на лопухи, Лиза сходу сообразила – нашла на себе какие-то ленточки, оторвала, крепко перевязала горлышки. Осторожно вставив соломинки, Илья уложил один горшок на бок, дождался, пока бульон закапал, разомкнул челюсти черного малыша. Тот втянул жидкость, тихонько недовольно заурчал, мотая башкой – а то! – не мамкино молоко! Только голод – не тётка, начал помаленьку сосать. Народ вокруг заулыбался, а пятеро голодных почуяли, что шестой-то ест! Без них! Заскулили, потянулись к горшку. Лора с Ларой тут же повторили действия Ильи, и скоро уже все шестеро волков прижавшись попарно друг к дружке, тянули мясную замену привычной еде. Не стали выпендриваться – значит, будут жить!

С утра, посоветовавшись со спутниками, Мельен приказал отъехать километров на двадцать от опасного болота, найти подходящее местечко, чтобы в течение дня закоптить всё мясо – испортится на жаре, маг с таким количеством не справится, чтобы двое суток хранить до дома. И шкурам нужна начальная обработка, иначе закостенеют – можно выбрасывать. Так и сделали. Глаза у серых щенков открылись днём, у черных – к вечеру. Девчонки, как и сам Илья, не отпускали их с рук, пока глазёнки не сбросили мутную пленку и начали стремительно чернеть. Вот тут и передохнуть можно. Хотя ни Лора, ни Лара передохнуть не желали. Они не вспоминали картинки, забыли про свои вечные вопросы. Но «невечный» остался: как ухаживать за волками, скоро ли они вырастут, что будут есть, какого они роста, какие у них зубы, сильнее ли они охотничьих собак… Илья, учитывая сложности с языком, добросовестно рассказывал как мог, что знал, а знал он о животных очень много. К сожалению, о земных животных, а вот об этих именно – ничего. В чём честно и признался, сказав, что постарается вычитать о них в какой-нибудь книжке.

Разговор продолжился и в последний день дороги.

– Библиотека-то есть в доме?

– В замке-то? – переспросила Лора. – Конечно, есть. Агромадная! Только мы с Ларой читать почти совсем не можем – не интересно это.

Илья с недоумением посмотрел на Элен. Это как это? Та горестно всплеснула руками.

– Девочки уже давно приступили к занятиям. И учитель неплохой у них – наш священник. Он многих учил, и все мучились. Самое трудное – буквы запомнить, да слова из них складывать.

– А почему это трудно? – заинтересовался Илья. – Алфавит большой? Или слова пишутся не так, как слышатся – бывает…

– Алфавит небольшой – тридцать знаков. Только называются они так странно. Например, «антарина», «вербенна», «гриморс», «элистрет»… И так далее. И смысла в этих названиях нет.

– Ясненько… – задумчиво протянул Илья. – «Буки», «веди», а также «дельта» с «лямбдой» отдыхают! Так это поправимо. Это для меня, в первую очередь, нужно. А есть там карты географические, книги по истории, биологии, медицине?

– Всё есть, Илья! – улыбнулась Элен. – И даже любовные романы. Правда, Лиза?

Та засмеялась.

– Шикарно! – потер руки Илья. – Уже хочу туда, в библиотеку! Когда доедем-то? Разговор случился на дневном привале.

– Да скоро, скоро! Мы ж почти на месте. Нынче же к вечеру, еще по светлому дома будем…

– Девчонки, а вы своим зверям имена дали? Без этого трудновато общаться. Они привыкать должны, к кому вы обращаетесь.

– Ой, забыли же! – всполошились мелкие. – Всё «Серенький», да «Чёрненький». А как волков называют-то, Илья?

– Да как угодно, – засмеялся тот. – Главное, чтобы не длинно и чтобы нравилось вам и им. Хоть там Ветер, Ураган, Арбалет, Горшок… Кстати, учтите, что серые – это девочки, черные – мальчики.

– Да ну тебя! – возмутилась Лара. – Скажет еще – «горшок» какой-то! Вот «Ураган» – мне нравится. Как тебе? – спросила она черного щенка, подняв его к лицу. – Ураган, Ураганчик пока что? – Щенок неумело попытался лизнуть хозяйку в нос. – Вот, ему нравится! – восхитилась Лара. – А ты, серенькая, будешь у нас тогда «Грозой», ладно? – Гроза не возражала. – Здорово! Ураган и Гроза! Ха, всех змеёв порвем!

– Вот ты, Лара! – насупилась сестра. – Опять меня опередила. – Но моим и не подходят такие имена, они у меня ласковые и добрые. Хотя змеёв тоже будут рвать! Назову их… Назову… Будут они «Ветер-Ветерок» и «Речка»! Как вам, маленькие?

И у этих возражений не было. Точно, все просто чувствовали друг друга.

А со своими Илья уже раньше договорился, что у него вырастут агромадные «Пушок» и «Пушинка». О чём и сообщил девочкам. Всем понравилось.

Добрались до места, как и предполагалось – в сумерки. Илья всё-таки довольно сильно утомился, особенно головой, которая поглотила уйму языковой информации, и бросил только мимолётный взгляд на местность, окружающую поместье князя Мельена Севера. Само поместье, или замок, или усадьба, располагалось на возвышенности в сосновом бору, на его территории уместилось бы с полдюжины футбольных полей. Или дюжина? Речка протекала по одной границе, устремлялась по пологому склону вниз и там, на заливном лугу впадала в другую – пошире. Вдали, километрах в трёх за лугами в туманной дымке виднелись крыши, шпили, башни города Северного, который и был столицей княжества. Слева от замка раскинулась деревенька, точнее, село – там возвышалась церквушка, увенчанная остроконечным шпилем с круглым навершием. Вправо, за замковой стеной, уходила вдаль наезженная дорога, видимо, в городок – по дуге огибая луг. Собственно, по ней путники и подъехали к поместью, только вышли на эту дорогу по лесному тракту с севера.

– Если с севера идём три дня, а княжество Северным называется, то сколько земель к югу? Скорей бы в карты уткнуться! – мелькнула мысль. – Хорошо ещё, не забыл местное название планеты узнать – Фея! Красиво, однако, и со значением – для меня, понятное дело.

Хоть Илья и очень подробно знакомился с глобусом этой планеты при подготовке, однако куда попал – не знал пока. Обозначить пункт приземления в принципе не представлялось возможным, и не было точной точки привязки: может, пирамида стояла на берегу северных морей, а может, это было внутреннее море, или фиорд какой, крупный залив, да просто – большое озеро. Когда девчонки говорили об акулах, ими употреблялось выражение, соответствующее примерно «большой воде» – пойми тут, о чём речь. Дома не так? Арал, Каспий – то море, то озеро.

Дворня уже предупреждена – у князя имелся переговорный амулет, но о событиях он говорил только в смысле возвращения, никакие подробности похода князь не сообщил. Потому, наряду с суетой встречи, никто не скрывал неуёмного любопытства. А сказал бы Мельен заранее хоть самую малость о пришельце или о нападении на них, уже шумела бы тут и деревня, и половина города, не иначе!

Для Ильи покои приготовлены, он быстренько дал указания сестрёнкам по размещению щенков, отправился с Пушком и Пушинкой к себе. Подготовиться к трапезе – так он понял. Почиститься, помыться, причесаться. Но сначала покормить животных, что и сделал, попросив служанку принести не слишком крепкого бульона.

Через час его позвали вниз – трапезная располагалась на первом этаже, или ярусе, или жилье – какая разница? Зал, на взгляд Ильи, вместил бы человек триста, а то и больше, – а что, князь тут величина немалая, видать. Немалая? Да ведь – первая величина! С этой административной структурой придется разбираться. И не только с этой. Илья вздохнул. Собственно, торопиться-то некуда, но всё же срочные вопросы никуда не денешь: устроиться – где-то, легализоваться – как-то, узнать обо всей обстановке – у кого-то, главное – как добраться до «первоземлян». Или как их тут кличут и знают ли о них вообще? И это вопросы только самые-самые! Хорошо хоть с языком вроде наладилось, но до идеала, даже до нормы – не близко. И князь со всей семьей оказались отнюдь не средневековыми дикарями. Хотя в смысле «дикарей», может, их на этой планете и вовсе нету? Все вот такие? Ага, кроме напавших на эту самую семью. Именно с этой ситуации завтра и следует начать.

Князь Мельен собрал на «встречную» трапезу всех обитателей поместья, абсолютно всех – до последнего дворника и золотаря. Наверное, случай небывалый – бывали наверняка общие праздники, но ведь не в парадной же зале дворца. Или как тут называется это здание? Донжон, может быть? Терем? Нет, девочки вроде употребляли слово «замок». Пусть так, какая разница-то – всё не хижина. Хоть за прошедший час с небольшим все, естественно, уже были в курсе главных дорожных событий, от тех же бойцов отряда, к примеру, но слова из уст князя – это не просто информация. Это ещё и оценка, и какие-то требования. Слушали с открытыми ртами, особенно о нападении мага герцога Белисена, об охоте на змей…

Князь не стал скрывать, что Илья – выходец с пирамиды, и не слукавил, сказав, что, кто он такой и откуда – неизвестно. Типа с памятью проблемы. Илья решил, что так и, вправду, лучше будет. Спокойней. Выразив напоследок надежду, что о найдёныше никто, кроме присутствующих, не узнает, Мельен разрешил праздновать вволю.

Илья, уточнив время завтрашней встречи и название ночного светила изумрудного цвета, раза в два побольше луны, отправился спать. Местную луну звали Фейлин – подруга Феи, стало быть. Никто не подошел с вопросами – деликатный люд понимал, что человеку отдых необходим. Не только отдых, надо продумать дальнейшее своё поведение. Пока вопросов не было, но они будут – от князя, княгини, от мага. Почему это пришелец ничего не помнит, но настолько хорошо разбирается в своём оружии, в содержании картинок в чудесном амулете, в отношении с животными? Не подозрительно это? Ещё как подозрительно! Потому и нечего дожидаться этих вопросов, а что ещё хуже – молчаливых подозрений. Надо самому высказать недоумение по этому поводу, ещё и у мага спросить, что тот думает. А сам… Например, голова не помнит ничего, но что-то всплывает в ней временами под воздействием внешних событий. Пусть так пока.