Сила желания

Хэнк

Спустившись по потёртым ступенькам в полуподвал, Хэнк толкнул дверь, оповестив хозяина о своём приходе мягким звоном колокольчиков, и вошёл внутрь. Интересно, возникла у него неожиданная мысль, сколько раз за минувший год открывалась эта дверь, имитирующая настоящее, потемневшее от старости дерево, и сколько раз эти самые колокольчики возвещали о появлении новых посетителей? К примеру, если сложить все это звяканье в один звуковой файл, то на сколько мегов он потянет?..

– А, старый блудливый шут оторвал-таки свою костлявую задницу от любимого кресла и решил почтить это убогое заведение своим присутствием!

В закусочной царила полутьма, и он не сразу сообразил, что слова относятся именно к нему. Хотя голос, этот низкий женский голос с приятной хрипотцой показался до боли знакомым…

Хэнк прищурился, замерев. И только теперь, приглядевшись, заметил Ксарру, устроившуюся за дальним столиком лицом к входу. Менгийская Кошка… Надо же, легка на помине, ведь всего несколько минут назад он о ней думал. Бывают же в жизни совпадения… Сразу не узнать, теперь вместо короткой рыжей стрижки её лицо и плечи обрамляла впечатляюще пышная шевелюра темно-синего, почти фиолетового цвета, а тело украшала облегающая, тех же оттенков, что и волосы, одежда из синтекожи. Женщины – большие любительницы менять внешность, но надо признаться, что её новый имидж ему весьма импонировал.

Ксарра, кстати, была не одна.

За тем же столиком напротив неё расположился какой-то здоровенный тип в длинном сером плаще, полы которого свисали до пола, и в широкополой шляпе, из-под которой до плеч ниспадала тёмная шикарная грива. Очень импозантный тип. Кстати, о плечах – их ширина прямо-таки вызывала лёгкую оторопь. Кажется, Ксарра наконец нашла себе мужика по своим весьма немалым запросам… дьявол, так вот почему она поменяла причёску – чтобы соответствовать этому типу… Нехилая уступка и, надо сказать, весьма для неё нехарактерная. Этот парень действительно для неё что-то значил.

Покосившись в сторону стойки бара, Хэнк вскользь отметил, что хозяин, сухонький старикан в белом переднике поверх опрятной серой одежды, на своём обычном месте. Что ему нравилось в старикане, так это то, что Чен никогда никому не надоедал и выполнял заказы только тогда, когда к нему обращались непосредственно.

– Ксарра! – спохватившись, Хэнк развёл руки и двинулся ей навстречу, в то время как Менгийская Кошка медленно выплывала из-за стола. «Когда-то моя задница не казалась тебе такой уж костлявой», – чуть было не добавил он вслух, однако невольно покосился на обладателя шляпы, продолжавшего сидеть к нему спиной, и инстинкт самосохранения заставил благоразумно промолчать. – Ксарра, да неужто это ты? Если бы ты знала, как я рад тебя видеть!

Женщина с небрежной улыбочкой, словно второпях, на всякий случай пририсованной к темно-синим губам, сделала пару шагов навстречу по проходу между столиками. Хэнк вдруг осознал, что уже и забыл, насколько же она выше его. Казалось бы, восемь-девять сантиметров разницы в росте не так уж и страшны, но в совокупности с каблуками полусапожек, добавлявшими ещё четыре-пять сантиметров… В общем, вознеслась на недосягаемую высоту. Зло его задери, даже боязно представить, какого же роста будет этот составивший ей компанию широкоплечий типус, когда встанет на ноги…

Ксарра подошла, обхватила тёплыми ладонями его скулы и, слегка нагнувшись, запечатлела звонкий поцелуй на лбу. Её движения были обманчиво мягкими, но Хэнк по своему опыту знал, какая внутренняя сила кроется за ними, сила, способная вырваться в любой миг, стоит ей только оказаться перед врагом. И это нехитрое прикосновение на миг вернуло Хэнку давно забытое ощущение, когда он чувствовал к ней нечто гораздо большее, нежели простую дружескую симпатию, но в присутствии нового приятеля Менгийской Кошки не решился обнять её за талию, как в прежние времена. Ксарра снова была рядом, но обладать ею он уже не мог. Впрочем, такой женщиной обладать нельзя. Она просто врывается в твою жизнь со скоростью и мощью торнадо, переворачивает её с ног на голову и уносится прочь, надолго оставляя в душе лишь полное опустошение, горечь и тоску…

Только сейчас, несмотря на прошедшие несколько лет, Хэнк с неожиданной болью осознал, что все это время продолжал скучать по этой рыжей (а ныне – индиговой) красавице, которая, если разобраться, была почти на семнадцать лет старше его. Ни тогда, ни теперь его это нисколько не смущало, но проблема была в том, что их близкие отношения остались в далёком прошлом.

– Садись, поговорим, – Ксарра небрежно махнула рукой на свой столик. – Не видела тебя сто лет.

– Кстати, индиго тебе и впрямь идёт, – одобрительно, хотя и несколько натянуто улыбнулся Хэнк.

– Садись уж, пустомеля, – хмыкнула та, опускаясь на своё место и старательно скрывая, что польщена. – Не нужны мне твои комплименты, всегда прекрасно обходилась без этого дерьма.

Грубовато, но вполне в её характере, так что Хэнк не обиделся. Он невольно вновь покосился на незнакомца, который даже не пошевелился, чтобы посмотреть, кого же Ксарра приглашает за стол, и последовал её примеру, небрежно бросив на пол сумку с вещами и заняв боковой стул. Ничего, время у него ещё есть, пару минут можно и посидеть, пивка хлебнуть или стаканчик винца, вроде того, каким сейчас пробавлялась эта парочка – светло-алая жидкость в высоких тонкостенных бокалах. Хотя, конечно, встреча эта не очень кстати…

Именно тогда ему и удалось разглядеть лицо здоровяка.

И сразу же почудилось, что все зубы разом заныли, а ладони покрылись испариной. Из-под широкополой шляпы на него глянуло скуластое, жёсткое лицо с хищным крючковатым носом, нависающим над тонкими бесцветными губами, и с такими пронзительно-светлыми радужками узких, как росчерк бритвы, глаз, что они терялись на фоне белков. Незнакомец был чисто выбрит, и на его лице не отражалось ровным счётом никаких эмоций, но опасный блеск этих самых глаз в сочетании с резкими чертами лица придавали здоровяку свирепейший вид, заранее не предвещавший ничего хорошего. Доброжелательности у Хэнка значительно поубавилось. Оставалось лишь похвалить себя за то, что вовремя сдержался и не ляпнул какой-нибудь глупости, как с ним случалось нередко. Ему вовсе не хотелось злить этого… этого монстрика в человеческом обличий. Где же Ксарра такого откопала? И кого же, зло задери, он ему так напоминает? Ведь напоминает же…

Неуверенно улыбнувшись, Хэнк замер на стуле не в самом удобном положении. Руку он подать не решился. Кажется, таких типусов лучше не нервировать подобными жестами.

– Привет…

Веки незнакомца чуть дрогнули в ответ. И все. Ни слова. Ах, мы такие гордые и самовлюблённые, аж рот раскрыть лень… Хэнк поспешно уставился в стол. Сколько же ему лет? На вид довольно моложавый, ни единой морщинки вокруг глаз и рта, ни одного седого волоска. Но вот взгляд! От такого взгляда просто мороз бежал по коже. Создавалось жутковатое впечатление, будто эти самые «белые» зенки смотрят на тебя мизерными чёрными точками, словно костлявая старуха Смерть из небытия. Этот парень либо страшно стар и мудр, как Вселенная, либо… либо опасен, как высокооплачиваемый наёмный убийца экстра-класса.

Хэнк сглотнул. Проклятье! Нет, эта встреча явно оказалась некстати…

– Можешь познакомиться, Хэнк, – с этакой ленивой благосклонностью проговорила Ксарра, – имечко этого котика Сагиб Кримсарт, он мой давний хороший знакомый. Вижу, вижу, его внешность произвела на тебя впечатление… Да не напрягайся ты так, все нормально. Пока будешь вести себя прилично, он тебя и пальцем не тронет.

Голос бывшей подруги вывел Хэнка из ступора. Он откинулся на спинку стула и постарался расслабиться, но, Небесные Сферы, это было нелегко. Вышеназванный «котик», кстати, на подобный выпад в свой адрес никак не отреагировал… да уж, ему тоже не помешали бы такие «стальные» нервы, хоть обзавидуйся теперь…

Спохватившись, хакер заученно выдавил:

– Очень приятно…

Ксарра чему-то самодовольно улыбнулась, сделала маленький глоток из наполовину опустошённого бокала и продолжила:

– А этот доходяга – Хэнк, когда-то мы были с ним большими друзьями. Впрочем, – она многозначительно усмехнулась, дружески похлопав парня по плечу свободной рукой, – мы и сейчас не врага.

Губы Сагиба Кримсарта небрежно изогнулись в некоем подобии приветливой улыбки. Лучше бы он этого не делал. Его улыбка слегка обнажила два ряда мелких, острых, точно иглы, зубов, и этих зубов явно было больше, чем полагается иметь нормальному человеческому существу. Мать моя женщина, оторопело подумал Хэнк, наконец сообразив, кого же он перед собой лицезрит. Ну и дружка себе завела Ксарра на этот раз! Впрочем, с её темпераментом с неё станется… Или он ошибся, и у них здесь просто деловая встреча? Нет, в самом деле, неужто натуральный шелтянин? До сих пор он подобных инопланетников только в киношке и видел, но там ведь сплошная компьютерная графика, а тут – вживую…

– Чего это тебя вдруг сюда занесло в такое время? Насколько мне помнится, раньше ты в такой час только спать укладывался, – Ксарра слегка пихнула его кулаком в бок. Этого «слегка» хватило, чтобы Хэнк сдавленно охнул, едва не свалившись со стула. Злоклятая девка, вечно со своими шуточками, нравится, видите ли, силу демонстрировать, а всего-то и делов – пачка лишних мышечных имплантов. Настроение продолжало стремительно падать, и он не старался разобраться почему. Сейчас ему хотелось лишь одного – побыстрее закончить дело и убраться отсюда куда подальше.

– Да так, – нехотя ответил он, – бессонница что-то прихватила, вот и решил немного прогуляться…

– Как же, бессонница. Ты ведь так и не бросил своего прежнего занятия?

– А что ещё я умею? – вяло огрызнулся Хэнк, не желая сейчас трогать наболевшую тему. Ксарра пренебрежительно скривила губы.

– Ни на что другое ты не способен, это уж точно.

«Другой бы на моем месте обиделся», – подумал Хэнк, но вслух ничего не сказал. Ксарра не из тех женщин, которые станут выслушивать претензии. Её этим не проймёшь. Да и по шее можно схлопотать запросто. А рука у неё по-прежнему тяжёлая, как только что пришлось убедиться… Не выдержав внутреннего томления, Хэнк вытащил третью за последние пятнадцать минут сигарету и закурил. Пододвинул к себе поближе пепельницу, сиротливо ждавшую своего часа в центре стола. Отчётливый горьковатый привкус на языке, свидетельствующий о передозировке наркотика, на этот раз его не смутил. Ему необходимо было успокоиться, пока вконец не разнервничался. Таймер виртуалки продолжал отсчитывать «горячие» минуты, показывая, что их осталось не так уж много. Но, как известно, последние минуты – самые долгие.

– А сама-то ты здесь какими судьбами?

– Ностальгия замучила, – Ксарра снова усмехнулась, бросив загадочный взгляд на Сагиба, который, время от времени делая по аккуратному глоточку из бокала, продолжал невозмутимо пялиться куда-то мимо неё.

Живность, что ли, разглядывал в аквариуме? Водная поверхность плескалась за спиной Менгийской Кошки всего в паре шагов от её стула. Хэнк отвернулся от аквариума, снова стараясь сосредоточиться на Ксарре, но лицо шелтянина не шло из головы. Дегустатор хренов. А винцо это алое, кстати, довольно дорогое, «Алые паруса» называется. Он обычно пробавлялся сортами попроще, в холодильниках Чена хватало приличной выпивки…

– Ностальгия? По-моему, это слово не из твоего лексикона, Ксарра.

– Да понятное дело, что шучу. Просто Сагиб только что прилетел на Нову со своей родины, и мы решили слегка отпраздновать нашу встречу. Если ты не забыл, этот ресторанчик нравился не только тебе, хоть ты его и откопал когда-то первым… А вообще-то не ожидала я тебя здесь увидеть. Была уверена, что ты уже давным-давно смотался отсюда куда-нибудь подальше…

– Да нет, все шанса не подворачивалось, – Хэнк пожал плечами. – Разве что сейчас…

Он осёкся и умолк, разозлившись на себя. Нервно затянулся – от сигареты осталась ровно половина. Надо же так ляпнуть. Но в зелёных глазах Ксарры уже вспыхнули жадные огоньки, она прищурилась, вскинув левую бровь, слегка растянула губы в плотоядной улыбке, отчего в выражении её лица проступило что-то кошачье… ну да, кошачье и есть. У неё и кличка соответствовала внешности – Менгийская Кошка. Вот только почему именно «менгийская», она ему так и не рассказала, хотя спрашивал он не раз. Отмолчалась.

– Заказ? Да ну? – по её лицу проскользнуло выражение лёгкого пренебрежения. Она словно бы всем своим видом говорила: ну какой там у тебя может быть заказ, трижды неудачник?

Хэнк усмехнулся. Теперь она уже не поймает его на этот крючок. Когда-то стоило только ей позволить себе насмешку или сарказм по отношению к нему, он вспыхивал, точно сигарета от одного прикосновения. Ну как же, его самолюбию наносился такой удар! И он начинал ей объяснять и доказывать, что способен куда как на большее, чем многие другие. А она только насмехалась и раззадоривала его все больше и больше, до тех пор, пока он вольно или невольно не выбалтывал всю информацию, которая ей требовалась. После чего Ксарра самым беззастенчивым образом решала, использовать её в своих целях или оставить Хэнка в покое.

Дело в том, что Ксарра была посредником более высокого уровня, чем его приятель Титу. Она работала с хакерами иного склада, да и заказы ей поступали куда круче. И, надо отдать ей должное, в отличие от того же Титу, защиту своим хакерам она обеспечивала надёжную, вызволяя их из любых неприятных ситуаций. Пока они жили вместе, если их недолгие встречи вообще можно было назвать «совместной жизнью», ему ни разу не приходилось думать о том, что карающая длань тех, чьи базы данных он взламывает, может дотянуться до его шеи. Впрочем, когда он с ней познакомился, он был просто лохом с задатками хакера, гипертрофированным самомнением и детским максимализмом. Он лез в бутылку каждый раз, когда речь заходила о его способностях или оплате. Хэнк вообще считал себя благородным рыцарем, этаким кристально чистым служителем Искусства Взлома. Он полагал, что никто не может оценить его по достоинству. Ксарра дала ему возможность заработать, и она же драла с него почти половину денег за обеспечение будущими заказами. Её не интересовал спортивный дух Хэнка. И также не интересовало искусство владения компом. Только деньги. И зарабатывать их она умела. Да, зло её задери, она предлагала сотрудничать и дальше, когда их близкие отношения закончились, но Хэнк отказался. То ли из гордости, то ли из-за оскорблённого самолюбия. То ли просто из мальчишеской дури в голове, изрядно повыветрившейся к нынешнему моменту…

Потом он пожалел двадцать раз, но Ксарра дважды предложений не делала никому, тем более бывшему любовнику. Он просидел без денег почти полгода, перебиваясь случайными заработками, мизерными и нечастыми. Едва сводил концы с концами, пока на него не вышел Титу. И пусть Титу был не таким опытным посредником, он оказался для Хэнка чем-то вроде alter ego. Вероятно, именно поэтому они так быстро нашли общий язык. С Титу он не мог зарабатывать столько же, сколько с Ксаррой, но и отношения у них были другие: более доверительные, что ли.

– Значит, заказ, – повторила Ксарра задумчиво, продолжая вертеть в пальцах почти опустошённый бокал. Щёлкнула пальцами, подзывая Чена. Тот почти мгновенно материализовался рядом – вежливый, исполнительный старикашка, с неизменным выражением внутреннего достоинства на лице. Ни для кого не было секретом – чтобы обеспечить круглосуточную работу своей забегаловки, Чен был вынужден завести себе кибера-двойника. Более того, старикан не нашёл ничего лучше, как переписать в чип искусственного интеллекта кибера пси-матрицу своего собственного сознания. И иной раз было трудновато понять, кто из них – человек или робот, в данный момент обслуживают посетителей. Лично для Хэнка эта «угадайка» вскоре превратилась в своеобразную игру… Но не сейчас. Сейчас ему было не до игр.

– Давай ещё по одной, Чен, – распорядилась Ксарра, отставив бокал. – И принеси что-нибудь поесть. Что-нибудь этакое… свою утку по-пекински, что ли. На троих. Так и быть, Хэнк, в честь столь неожиданной встречи я сегодня угощаю.

Сдержанно кивнув, Чен молча удалился выполнять заказ.

Хэнк нахмурился. Вот влип. Попробуй ей отказать, не объясняя причин, и тут же пожалеешь. Придётся выкладывать все как есть… Он сделал глубокий вдох, как перед прыжком в воду:

– Извини, Ксарра, но я спешу. Правда спешу. В этой забегаловке мне нужен только сервис-терминал, после чего я испарюсь с такой скоростью, словно меня здесь и не было. Так что придётся вам трескать эту утку вдвоём…

– А-а, так я и думала, – не без сарказма проговорила Ксарра. – То-то ты такой взмыленный сегодня, аж сердце прохватывает от жалости. А ты у нас, оказывается, сам сегодня Большой Чувак с Большими Бабками, а?

– Деньги не слишком большие, но хватит, чтобы смотаться из этого задрипанного района, – угрюмо парировал Хэнк.

– Например, в Осеннюю Рощу? – Ксарра откровенно ухмыльнулась.

В Хэнке против воли начало нарастать раздражение. Резким движением он воткнул окурок в пепельницу. Сейчас эта акула постарается откусить от него кусок. И, по всей видимости, каким-то образом ей это удастся, чтоб она подавилась.

– Если бы… – он старательно отвёл взгляд, понимая, насколько жалко и нелепо сейчас выглядит в глазах этой самодостаточной парочки. Хорошо ещё хоть шелтянин пялится мимо. Хотя, конечно, тоже задевает, когда ты для кого-то – пустое место. – Я не такой крутой, как ты, мне таких заказов никто не предлагает.

– Что-то ты сегодня не слишком откровенен, а?

– Да уж какой есть, Ксарра…

Вернулся Чен с небольшой жаровней. Установив её посреди стола, он отправился за уткой.

Хэнк снова скосил зрачки на таймер лоцмана. Пять минут. Всего пять минут – и его здесь не будет. Чем только их заполнить, эти пять минут… Спокойно, парень, спокойно, не нервничай ты так, а то аж руки дрожат – самому противно…

– Ладно, Хэнк, не дури, здесь все свои. Кто у тебя сейчас посредник?

– Как кто? – Хэнк непонимающе уставился на Ксарру. – Уж тебе-то должно быть известно, что я работаю только с Титу. Ты же сама посредник, а в ваших кругах все обо всех…

– Так ты, что же, ничего не знаешь? – Ксарра недоверчиво хмыкнула. – Хотя, если подумать, вполне в твоём духе – запереться в своей конуре, отгородившись от всяческих новостей. И сколько ж ты дней, скажи на милость, не видел своего приятеля?

– Погоди, ты о чем? Чего я не знаю? – насторожился Хэнк.

– Три дня назад Титу нашли со стилетом в груди. В собственном жилище.

Время словно остановилось. В голове загудело, сердце оборвалось и рухнуло куда-то в пустоту, тело стало ватным и непослушным.

– Как… как это случилось? – Хэнк услышал собственный голос словно бы со стороны – чужой, далёкий и на удивление бесцветный.

Появился Чен. Все также молча, в мёртвой тишине, он водрузил блюдо с нарезанными ломтиками жареной утки на горячую жаровню, расставил посуду и снова удалился.

Проводив его взглядом, Ксарра сдержанно пожала плечами:

– Соповцы пока ничего не могут сказать. Никаких улик, никаких намёков, кто бы это мог сделать. Из жилища ничего не пропало. Такое впечатление, будто Титу решил вдруг свести счёты с жизнью и сам продырявил себя этим стилетом. Как видно, действовали профессионалы.

– Но почему? – Хэнк и сам понимал, что задаёт совершенно глупый и никчёмный вопрос.

– Сперва я думала, что этот мягкотелый лопух кому-то случайно перешёл дорожку, по своей неистребимой наивности полагая, что все люди братья и должны эту самую дорожку друг другу уступать из элементарной вежливости… – Ксарра медленно отхлебнула из своего бокала и преспокойно принялась накладывать себе на тарелку кусочки ароматного птичьего мяса, сдобренного жёлтым соусом с тушёными ростками бамбука. – Может, даже Немету. В нашем кругу такое случается сплошь и рядом…

– Только не с Титу! – Хэнк не осознавал, что кричит в полный голос. – Он был классным посредником. У него никогда не случалось конфликтов. Он умел все улаживать полюбовно!

Ксарра так и замерла с тарелкой в руке, изумлённо вскинув тонкие брови. Даже шелтянин и тот заинтересованно взглянул в его сторону, сразу прошив своими жутковатыми зрачками насквозь и вызвав невольный озноб.

– Ты на меня так орёшь, будто это я его пришила, – медленно, с расстановкой произнесла она почти шёпотом, но именно этот шёпот отрезвляюще подействовал на Хэнка.

Ватная пелена стала медленно рассеиваться.

– А теперь сдаётся мне, – по-прежнему невозмутимо продолжала Ксарра, – все дело именно в последнем заказе, который ты от него получил… С прикрытием у Титу дело всегда обстояло неважно, сам видишь – себя и то уберечь не смог.

Хэнк почувствовал, что уже в состоянии рассуждать. Но лучше ему от этого не стало. Напротив, гораздо хуже. Предположение Ксарры выглядело исключительно верным и безошибочным. Три дня назад… Три дня назад он как раз этот заказ и получил… Вот злободрянь, если они так быстро вычислили Титу, то почему до сих пор не нашли его самого? Неужто бедняга Титу умудрился сохранить в тайне, кому отдал заказ? Слабое утешение. Все равно ведь ищут сообщников… И если найдут… Один труп или парочка – разница небольшая, если та контора так печётся о своих секретах…

Хэнк вдруг ощутил себя таким крошечным, хрупким и уязвимым, будто он – клоп, над которым занесён гигантский палец. Сейчас палец опустится, и от него останется лишь маленькое мокрое пятнышко на полу.

Он вскочил, едва не повалив стул, но от волнения не заметил своей неловкости:

– Извините, мальчики и девочки, но мне пора улаживать свои проблемы…

– Одну секундочку, Хэнк. – Ксарра ткнула в его сторону вилкой, неспешно пережёвывая кусочек, и невнятно добавила: – Раз Титу нет, то о тебе, как я понимаю, больше некому позаботиться. Так что, когда вернёшься, голубок, мы обсудим твоё новое прикрытие.

Она была права, эта матёрая акула.

Все-таки нашла, как с него содрать бабки на вполне «законных» основаниях.

Пару секунд Хэнк чуть ли не с ненавистью смотрел в эти нахальные, самодовольные глаза, разглядывавшие его примерно с той же уверенностью, с какой приготовившийся к трапезе удав смотрит на загнанного в угол кролика. Затем резко развернулся и опрометью бросился к кабинкам сервис-терминалов.

Сагиб Кримсарт

Менге далеко до настоящего профи в моем понимании этого слова, но я давно усвоил, что способность адекватно оценивать опасность присуща ей практически на уровне инстинктов. Так что задатки у неё неплохие, и если бы подруге довелось побывать в той же академии, которую в своё время окончил я, она сейчас была бы ничем не хуже коренного шелтянина.

Это, между прочим, комплимент, чтобы вы знали.

Я молча показал ей три пальца, потом изобразил «пистолет», ткнув указательным в сторону служебного хода, расположенного между кабинками сервис-терминалов и стойкой, куда минуту назад скрылся Чен, и её взгляд метнулся в ту же сторону. Менга сразу подобралась, как та самая Менгийская Кошка, готовая к прыжку…

Кстати о прыжках. Я ещё не говорил о том, что являюсь «прыгуном»? То есть обладаю способностью к телепортации, заложенной в меня матушкой-природой? У нас на Шелте, если говорить откровенно – самый настоящий рассадник менталов, то есть людей с паранормальными способностями. Именно поэтому выпускники ВАП так высоко ценятся практически во всех мирах Галактической Федерации. Теперь вы это знаете, так что приступим к делу.

Я откинул левую полу плаща, открыв небольшой, но удобный пистолет, плотно сидевший на поясе на специальном магнитном захвате. Станнер системы «зомби», модель 1168. Моё любимое оружие. Рукоять заточена точно под мою правую руку, а дактилоскопический опознаватель не позволяет пользоваться им никому, кроме меня. Дополнительно есть ещё голосовой код. У всех нейроразрядников один и тот же недостаток – они действуют наверняка только с небольшого расстояния, пять-шесть метров, так что для поражения цели с большой дистанции совершенно не годятся. Это, скорее, оружие защиты, чем нападения. Больше всего его обожают проститутки в крупных борделях, сутенёры которых могут позволить себе закупить эти весьма недешёвые цацки – никакой крови, а сорвавшийся с катушек клиент вырублен начисто, и можно спокойно звать охрану, чтобы выкинуть ублюдка вон. Но я-то – «прыгун», так что данный недостаток оружия для меня не имел значения.