Повелители Снов. Лерой
- -
- 100%
- +
«Тебе ответить честно, или по выпендриваться?»
Темные глаза уставились на еду, нос смешно задвигался, втягивая ее запах.
– Ешь уже, потом будешь выделываться.
Засмеявшись, я погладила его по голове. Это был неосознанный жест дружелюбия. И только когда рука коснулась жесткой шерсти, появилась мысль, что ему это может не понравиться. Пальцы дрогнули в стремительном желании отдернуть руку, пока не цапнул. Но я подавила это нелепое чувство. Ну, с чего ему меня кусать?! За что?!
– Можно?
«Что именно?»
Насмешливо переспросил он, поджав уши.
– Хотела тебя погладить, ты не против? Кусаться не будешь?
«Если обещаешь не тискать, как карманную собачку, валяй».
Ответ обнадежил, и я несколько раз провела рукой между ушами.
Теплый! И шерсть густая и мощная, с такой, действительно, не надо бояться холодов. Для первого раза достаточно.
Решила я, убирая руки за спину.
«Ты сама ничего не ела, не собираешься подкрепиться?»
Он кивнул в сторону миски.
– Не сырым же мясом?! – стало смешно, представив себя с куском сырой курицы.
«Извини, забылся! Ну, как знаешь»
Хмыкнул он, принимаясь за еду.
А замечание о том, что за весь день во мне побывала только чашка наспех сваренного какао, вызвало урчание в желудке. Кажется, пора ужинать, пока не упала в обморок.
За ужином пришлось рассказать всем остальным про Лероя.
Выслушав в свой адрес массу нелестных эпитетов от сестры и ее мужа, изо всех сил сдерживалась, чтобы не нагрубить в ответ.
Ну, вот вам то какая разница, чем я занимаюсь!?
Вы между собой разберитесь, и уж потом давайте советы окружающим. Отец только покачал головой, но хоть ругать не стал, уже хорошо.
Выходя из-за стола, я чувствовала себя победителем. Лероя отстояла, собака остается у нас и точка! Не смотря на недовольство большинства. А мне наплевать, их мнение давно перестало играть хоть какую-то роль в моей жизни.
Я с интересом рассматривала своего нового гостя.
Странно было ощущать чье-то присутствие в комнате. Ведь у меня редко бывали тут гости, а уж с ночевкой тем более.
Сон не шел.
Волнение от пережитого сегодня гнало его прочь. Казалось, внутри меня до сих пор вибрирует какая-то струна. Расслабиться настолько, чтобы уснуть, у меня не получалось.
Темная бесформенная туша животного не подавала никаких признаков жизни. Интересно, он там живой вообще. Странно, для такой большой собаки дышит он совсем бесшумно, если, конечно, дышит.
«Ты собираешься караулить меня всю ночь?»
Неожиданно раздалось у меня в голове. Я чуть с дивана не свалилась.
Лохматая черная масса зашевелилась, невероятные глаза блеснули в свете уличного фонаря, который проникал сквозь окно.
– Еще чего!
Фыркнув, перевернулась на спину и уставилась в потолок.
Живой, и ладно.
А то уже хотела вставать, чтобы проверить. Не очень-то приятно провести ночь в компании с трупом, пусть и собаки.
«Тогда почему не спишь?»
Продолжал интересоваться бархатный голос у меня в голове.
– Не спится. Наверное, все еще не отошла от пережитого….
Еще бы, не так то просто забыть, что тебя едва не переехало грузовиком, или двумя сразу, что в принципе не меняло суть дела. Да от меня бы и мокрого места не осталось, как говорится.
Кстати о мокром месте.
– Лерой.
Мне хотелось убедиться, что он меня слышит.
«Что?»
– Хотела сказать тебе спасибо.
«За что?»
В его голосе сквозило удивление.
– За то, что спас мне жизнь, – договорила я.
Для меня еще никогда никто не делал ничего подобного. Ведь если бы пес не бросился на встречу машинам, они бы не притормозили, и я бы точно не успела свернуть с дороги.
«Да не за что. Но вообще-то я тебя не спасал». – Недовольно крякнул голос у меня в голове.
– В смысле?
Приподнявшись, опять уставилась на пса. Уж пусть потрудится объяснить.
– Для чего же тогда ты это сделал?
Минуту пришлось слушать его недовольное сопение. Очевидно, Лерой решал, отвечать мне или нет.
Вот угораздило же меня спасти такого сварливого пса. Мог бы быть и поприятнее. Захотелось встать и стукнуть его чем-нибудь, хотя зачем вставать, можно и тапочкой запустить. Потом вспомнила, что ему и так досталось, сразу стало стыдно за себя. Наверняка, у него сейчас все болит, а я пристаю тут со своими вопросами.
Ладно, дам ему выспаться.
Решила я, отворачиваясь к стене. Что толку, сон, похоже, вознамерился сегодня меня не навещать.
«Я не твою жизнь спасал, а хотел закончить свою».
Лерой произнес это так, что у меня по спине побежали мурашки. Такого ответа я точно не ожидала.
– Но почему?
Новый вопрос вырвался быстрее, чем успела закрыть рот.
Пес снова зарычал.
«Тебе что, поговорить захотелось?!»
– Ну прости, если мешаю тебе спать.
Зажмурив крепко глаза, приказала себе провалиться в небытие. Хорошо еще завтра выходной, а то мне бы пришлось очень туго на работе.
«Извини. Из меня никудышный собеседник».
Ого! Лерой вроде как извинился. Неуклюже, конечно, но уже прогресс. А то уже думала, что он умеет только хамить.
– Это я уже заметила. – Хмыкнув в ответ, все же решила повторить свой вопрос. Даже если он снова не ответит, любопытство было сильнее меня. – Так почему тебе надоела твоя вольная жизнь?
Что тут скажешь, все-таки не каждый день встречаешь собаку, с которой можешь поговорить. Естественно, мне хотелось узнать, чем живут и о чем думают эти умнейшие животные. Я лично никогда не сомневалась, что соображалка у них работает ничуть не хуже, чем у людей.
«Все очень сложно, я бы не хотел это обсуждать».
Довольно спокойно отозвался он, старательно пряча раздражение.
Ладно, не хочет, не надо.
– Семья достала, бросила подружка, трудности на работе и шеф дебил. – Засмеялась я в ответ.
Лерой хмыкнул следом.
Приятный смешок вызвал мурашки по коже. Какой же у него все-таки невероятный голос, когда он не орет.
«Ну, что-то вроде того».
– Мда, тогда мне тоже пора заканчивать эту жизнь. Может, зря я пыталась спастись.
Оказывается, иронизировать иногда очень приятно, и как ни странно, уместно. Все вышесказанное как нельзя лучше подходило и ко мне, с той лишь разницей, что меня бросил парень и на работе вроде как все в порядке, только она меня окончательно достала.
«Не говори глупости, ты еще слишком молода!»
Пес проговорил это весьма серьезно.
– Можно подумать, ты старик! – Возразила я в ответ.
Интересно, какие же причины могут толкнуть собаку на самоубийство. То, что от Лероя я этого не узнаю, уже уяснила. И спрашивать бесполезно, такой и под пытками не расскажет, если не захочет.
Наконец почувствовала, что усталость начала брать вверх даже над распирающим меня любопытством. Но злосчастный сон, похоже, решил отсутствовать всю ночь.
«Ты бы поспала, Вера».
Приятный бархатный голос произнес это мягко, почти шепотом.
– Я бы с удовольствием, но не могу!
Во мне начинало подниматься раздражение.
«Может, тебе выпить?» – вдруг предложил пес.
А что, отличная мысль!
Как это я сама не додумалась!
– Лерой, ты гений!
Вскочив с кровати, принялась шарить рукой за тумбочкой. Помнится, у меня оставалось пол бутылки виски. Им я спасалась в ту ночь, когда узнала, что мой парень уже давно мне изменяет и хочет, наконец, расстаться. Никогда не любила выпивку, но в тот момент это было спасением. Именно в ту ночь.
Пол бутылки вискаря, и мне уже не хотелось идти топиться или вешаться. И оказалось, что жизнь вовсе не закончилась, и я продолжаю дышать, думать и чувствовать. Боль осталась, но она притупилась на столько, что с ней можно было жить.
Больше прибегать к спиртному не было необходимости, я справилась сама. Да и утренняя головная боль, и тошнота надолго отбили охоту.
А вот сейчас самое время!
Открыв бутылку, присмотрелась в поисках хоть какой-нибудь посуды. Надеясь, что в комнате остался забытый стакан или чашка, на худой конец. Уж очень не хотелось топать вниз на кухню.
Лерой наблюдал за мной, чуть приподнявшись на передних лапах.
«А можно мне тоже?»
Робкий голос раздался у меня в голове.
– Что? Выпить?
Я даже не сразу поняла, что ему нужно. Собаке…виски….
«Ну да».
– Может тебе лучше валерьяночки?
С изумления брякнула я, замерев посреди комнаты.
«Я тебе кошка что ли!?»
Раздраженно отозвался пес.
– Да я так, спросила просто. Виски, так виски.
Осталось только посуду отыскать.
На этот раз моя аккуратность заставила все-таки идти на кухню. Ни одной посудины, из которой можно было бы выпить, у себя в комнате я так и не нашла. Уборка не прошла даром.
Прогулявшись на первый этаж, прихватила тарелку и для Лероя. Налив ему и себе, с интересом ждала, как же пес будет пить. Но, собственно, что удивляться. Если он разговаривает, точнее, я его слышу, то почему бы не выпить.
Улыбнувшись, поднесла свой стакан к его тарелке и звонко чокнулась.
– Ну, за спасение! – выдала я тост.
Пес хмыкнул и махом вылакал всю налитую жидкость.
Мда, с таким собутыльником одной бутылки будет явно маловато. Я залпом осушила стакан. Оказалось, в темноте налила многовато, но ничего не поделаешь, не хотелось ударить в грязь лицом.
Чувствуя, как едкая жидкость прокладывает себе путь по пищеводу, даже вздохнула. Приятное тепло начало разливаться по телу, расслабляя напряженные мышцы.
– Еще по одной? – я потрясла бутылкой.
«Наливай!»
После второго стакана, в котором опять почему-то оказалось много больше жидкости, чем я предполагала, стало весело.
Смотря на пса, начала хихикать.
Собственно, было от чего развеселиться.
Только в тот момент осознала, что сижу на полу перед тарелкой Лероя в полной темноте, если не считать скупого света уличного фонаря. Никогда еще не доводилось напиваться с собакой.
«Вера, ты так гогочешь, сейчас разбудишь весь дом».
Голос в моей голове тоже звучал захмелевшим. Или мне просто так казалось в тот момент. Продолжая смеяться, я с трудом поднялась на ноги, упала назад в свою кровать и зарылась в подушку.
– Лерой, а тебя, правда, так зовут?
Какой глупый вопрос. Но по известной причине, в данный момент мой мозг был способен только на такие.
«Вера, как можно напиться с двух стаканов?»
– Оказывается, можно. Виски плюс адреналин, и вот результат. – Мой язык безбожно коверкал слова, чем снова меня смешил.
Лерой засмеялся.
Невероятно красивый смех защекотал слух. Хотя нет, не слух, ведь я слышу его мысли или читаю…? Спьяну быстро запуталась в собственных умозаключениях. Да и какая, собственно, разница.
Почему-то именно в этот момент ко мне пришло осознание, что совсем не готова умирать.
Я хочу жить! Ведь столько всего еще не успела!
– Ты знаешь, я рада, что мы познакомились. Очень надеюсь, что ты не плод моего больного сознания, и завтра утром не исчезнешь.
Это были последние слова, что помню, прежде чем мозг, наконец, отключился и провалился в спасительный сон.
Глава 4. Утро новой жизни
Какой странный и интересный сон мне снился всю ночь.
Машины, буря, собака…, Лерой…. Откуда я придумала это имя….
Мысли неторопливо ползли в голове, словно строчки субтитров. Поторапливать их, тем не менее, не хотелось, да и какой смысл, все равно не получится. Голова не болела, но слегка подташнивало.
Открыв глаза, я уставилась в потолок.
Какой сегодня день?
Ах да, второй выходной, завтра на работу.
Уф, и то ладно.
Надо же такому присниться…. Или это все же не сон….
Тошнота и противный привкус во рту говорили в пользу обратного. Значит, я все-таки пила вечером. И если я еще не совсем выжила из ума, и хоть что-то помню из вчерашнего дня, то это был не сон.
Хотя, что гадать, достаточно было повернуть голову.
Черные глаза с желтыми вкраплениями, не мигая, смотрели в мою сторону. От пристального взгляда даже вздрогнула. Пес лежал на своем месте, все такой же огромный и живой. Ну, никак не плод воображения.
– Вот интересно, ты плод моего воображения. Или действительно, настоящий?
Сомнения не покидали, очевидно, сознание все еще не до конца вырвалось из вязкой трясины сна.
«Вера, если ты обо мне, то куда уж реальнее! Можешь спросить у своих родных, они все по одному уже заглядывали сюда. Почувствовал себя цирковой собачкой, занятное чувство!»
Знакомый голос раздался в голове. Все такой же циничный, но уже не злой.
Улыбнувшись, я потянулась.
Значит, все правда, пес, действительно, реальный. Так же как и его способность к общению…, кстати, манеры остались прежними.
– И тебе доброе утро, Лерой!
«Это как сказать. Похоже, ты вчера забыла сказать маме о моих размерах, она чуть в обморок не упала, когда заглянула»
Отозвался он с усмешкой.
– Ничего подобного, я упоминала, что ты не маленький. А так как породу твою все равно не знаю, то и говорить не пришлось. – Отозвалась я, вылезать из теплой кровати совсем не хотелось. – Дома есть кто, или все уже разъехались?
«Никого, мы одни»
Тон, которым он это произнес, взбудоражил во мне какое-то странное ощущение, от которого волоски на руках поднялись. Не могу сказать, что это был страх, нет. Но угроза с этой фразе явно вызвала не тот эффект, на который он рассчитывал.
– Если ты рассчитываешь меня запугать, то очень зря. Раз уж я оставила тебя у себя в комнате на ночь, когда ты преспокойно мог меня тут слопать, то теперь пугаться поздно. – Спокойно констатировала я, пристально смотря в темные глаза.
«Эх, Вера, ты точно ненормальная»
Лерой обреченно вздохнул.
– Нормальные не разговаривают с собаками, – напомнила я ему. – А ты чего такой недовольный с самого утра? Плохо спал?
Пес издал рычание, весьма громкое, и так неожиданно, что пришлось приподняться.
– Что?
«Мне нужно в туалет. Так что организуй это, если не хочешь, чтобы я устроил тебе тут лужу»
Голос так оглушительно зазвенел в голове, что появилось ощущение, она сейчас взорвется.
– Ой, прости! Почему ты меня не разбудил!
«Пытался, как видишь, не получалось»
Вскочив с кровати, поспешно кинулась в ванную и принесла оттуда тазик. Застыв с ним в дверях, с сомнением смотрела на Лероя.
– Я не потащу тебя на улицу, уж извини.
Пробормотала я, чувствуя, как при любом движении начинают болеть руки от вчерашних приключений. Сегодня просто не допру его вниз, а потом назад наверх. Или это оправдание, и мне не хотелось выпускать Лероя на улицу из страха, что он попытается сбежать. Не знаю.
«И что, ты предлагаешь залезть к тебе на ручки?»
Пес раздраженно мотнул огромной головой в направлении тазика, зажатого в моих руках.
– Ой, да, извини.
Пришлось поспешить и поставить сосуд перед ним.
– Тебе помочь?
Правда я с трудом представляла, что нужно делать, но предложить было нужно. Он все-таки ранен, и если не сможет подняться на ноги….
«Не нужно, просто выйди!»
Рявкнул Лерой, делая попытки приподняться на задние лапы. Как и вчера, ему это не удалось.
– Так не пойдет.
Его попытки разрывали мне сердце. Наверное, они воспринимались оттого так болезненно, что пес был очень гордым. Немощность и невозможность двигаться злили его так сильно, что оставалось только рычать.
Я решительно двинулась к нему.
Лерой предостерегающе зарычал, раскрыв огромную пасть.
– Хочешь кусать – валяй, вместе поедем в лечебницу! – отрезала таким тоном, что сама испугалась.
«Не подходи!»
Он сделал новую попытку подняться.
– Ну, перестань, это глупо! Что такого, если я тебе чуть-чуть помогу! У меня, правда, нет сил, тащить тебя на улицу.
Взяв его за бока, я рывком подняла массивное тело, кое-как поставив его на задние ноги, ногой при этом подсунув таз.
– Я не смогу тебя так долго держать. – Кажется, даже пот выступил от натуги на лбу.
Благо, Лерой больше не протестовал.
Опуская его назад на постилку, чуть не рухнула на него сверху.
– Прости.
«Не задавишь, не бойся» – хмыкнул он.
Я улыбнулась, плюхнувшись на пол рядом с ним. Майка пижамы задралась, пришлось поправить на ходу. Голые ноги холодил паркет, но надевать халат не было нужды, итак взмокла от усилий.
– Тебе больно? Как лапы?
Пес опустил лохматую голову на гладкий пол, и посмотрела на меня.
«Тебе, что больше делать нечего?»
Пришлось вздохнуть и покачать головой. Не выйдет, не стану злиться на него даже за эти резкие слова. Понятно, что это говорила его гордость, но никак не сам Лерой.
– Представь себе, у меня выходной. Так что могу полностью посвятить день заботам о тебе.
Громкий рык заставил меня подскочить на месте.
«Вера! Если б я только знал, какая ты прилипала, ни за что бы с тобой не поехал!»
Недовольный голос почти завыл, причиняя боль голове, начало казаться, она вот-вот лопнет.
– Куда б ты делся! – бросила я, протягивая руки к псу. Обхватив его голову руками, повернула к себе и посмотрела в чернеющие глаза. – Так, Лерой, давай обсудим это раз и навсегда! Я уже поняла, что тебе не нравится мое общество, и ты бы с большей радостью замерзал на снегу! Но что поделаешь, совесть не позволяет тебя бросить умирать! Поэтому чем скорее ты смиришься с моей помощью, тем проще нам будет жить. Перестань хамить, скрывая за этой неуемной злостью жалость к себе! Как только твои лапы заживут, если это вообще случится, и ты сможешь ходить, я не стану тебя удерживать. Ты волен идти на все четыре стороны, можешь искать новый грузовик, поезд, или что там еще! Только будь любезен, сделай это так, чтобы я не видела! А пока не желаю слышать мысли о самоубийстве! Мне ты нужен живой, понял ты меня!
Гневная тирада удивила меня саму.
Ни разу не запнувшись, я отчитала Лерой так, что самой стало неудобно. Но ведь все сказанное, было правдой.
«Ладно!»
– Вот и отлично. Так как твои лапы?
Лерой театрально застонал, но ответил. На этот раз без злости, скорее смирившись со своим поражением.
«Я их по-прежнему не чувствую»
– Болит?
«Очень»
Одно слово он произнес так, что я почти физически почувствовала эту раздирающую боль.
Как же ему помочь, а впрочем…..
– Я сейчас.
Вылив и вымыв таз, спустилась вниз.
– Бррр, какая холодища!
На первом этаже было всегда заметно холоднее, так, наверное, во всех домах зимой. Пожалела, что не переоделась или не накинула халат. Босиком прошлепав на кухню, и быстро нашла все, что нужно.
Лерой в прежней позе лежал на полу, с интересом наблюдая, как я расставляю перед ним миски.
– Для начала поешь, а потом таблетки.
«Ты сама еще не завтракала»
Напомнил он мне миролюбиво.
Это приятно, почти дружеский тон вызвал у меня теплую улыбку.
– Я еще даже не умывалась. Но это может и подождать.
Отмахнувшись от своего не особенно приглядного отражения в зеркале, я продолжила важное занятие: превращение колбасы докторской в любительскую, втыкая с кусок таблетки «Баралгина».
Довольная собой, даже не заметила, что Лерой во всю надо мной потешается.
«Вера, ну ты как ребенок! Что ты делаешь?»
Голос приобрел бархатные нотки, когда засмеялся.
– Подумала, что так будет проще.
«Кому? Мне? Думаешь, они помогут?»
Лерой кивнул в сторону подозрительной колбасы.
– Таблетки? Не знаю, я никогда прежде не лечила собак. Тем более таких, как ты. Так что, можно только понадеяться, это самые сильные болеутоляющие средства, которые я смогла найти в доме. Проверим, не помогут, поеду в аптеку, куплю уколы.
«Ладно, давай их сюда!»
Пес одним махом проглотил лекарство.
– Вот и отлично, тогда я в душ, а ты можешь поглазеть телевизор.
Собрав кулек с одеждой, положила на пол пульт.
– Разберешься?
«Поглядим»
– Ни сколько не сомневалась.
Оказавшись в ванной, я пристально посмотрела на себя в зеркало.
Ну не похожа я на сумасшедшую! Вроде как! Хотя откуда мне знать, как выглядят умалишенные, ведь далеко не все буйные. Многие сходят с ума по тихому, может, и я из их числа.
Отражение в зеркале немного успокоило.
Глаза обычного светло голубого цвета, взгляд ясный, никакого дикого блеска. Темные волосы, конечно, могут выглядеть и по лучше, но нужно дать мне скидку. Я вчера основательно напилась, и для человека с похмельем, выглядела очень даже ничего.
Утренние процедуры быстро привели в форму.
Выйдя в коридор, с удивлением обнаружила, что звук музыкального телеканала орет почти на весь дом. Значит, разобрался. Ну, вот как тут думать, что тронулась умом, когда есть доказательства обратного. Ведь уходила из комнаты – было тихо.
Остатки сомнения рассеялись сразу, когда приоткрыла дверь своей комнаты.
Мой гость развалился на подстилке и пялился в телевизор. Задние лапы по-прежнему как-то неестественно поджаты. Их вид всколыхнул жалость, которая больно уколола в самое сердце. А в остальном, похоже, ему было весело.
– Я смотрю, ты с техникой на «ты».
Остановившись перед зеркалом, принялась расчесывать мокрые волосы. Надо бы их посушить, придав форму, а то потом буду мучиться и походить на бабу-ягу.
«Ты полагаешь, тут нужно много ума?!»
Хмыкнул он, носом переключив канал. Большая лохматая голова повернулась в мою сторону.
– А зачем так громко? Ты вроде не глухой!
Пришлось повысить тон, чтобы перекричать ссору какой-то парочки с экрана.
«Кнопка слишком маленькая, не могу попасть»
Объяснил Лерой, как ни в чем не бывало.
Подцепив устройство, быстро вернула уровень шума на минимум.
«Да, так намного лучше, а то начал глохнуть»
– Да, уж, наверное, с другого конца улицы было слышно. Как себя чувствуешь?
Спросив, уже приготовилась услышать колкость в ответ. Сейчас начнет грубить.
«Знаешь, стало легче. Не знаю, что ты мне дала, но кости перестало так выворачивать наизнанку!
– Ой, как хорошо! Значит, работает!
Мне захотелось его расцеловать.
Ведь мои познания в медицине заканчивались названием таблеток, и то их список был весьма скудным. А уж представить, как буду колоть сама уколы, становилось дурно.
– Посмотрим, на сколько хватит.
Убрав кровать, снова превратила ее в диван. Уселась поудобнее, достав косметичку.
«Что ты делаешь?»
Поинтересовался Лерой.
– Собираюсь привести себя в порядок, если ты не против.
В зеркале на меня смотрела симпатичная, но какая-то уж очень безликая девушка. Не привыкла видеть себя без косметики совсем. Хотя бы глаза надо нарисовать. Делать полный макияж я не собиралась. И в лучшие времена редко удается выкроить достаточно времени. Обычно мои сборы заканчиваются карандашом, тушью и блеском для губ.
«Куда поедешь?»
– Никуда, просто не хочу ходить растрепой.
«Тогда зачем все это?»
Пес повел носом, весьма красочно показав на «ЭТО», имея в виду косметику.
– Просто привычка, – отозвалась я, сократив объяснения до минимума.
Не хотелось вдаваться в разницу между мужчиной и женщиной, пытаясь втолковать это собаке. Они то не красятся, и вот у них как раз не имеет значения какого ты пола.
Он промолчал, снова уставившись в телевизор.
– Ты знаешь, я боюсь куда-то ехать, если быть откровенной. Не представляю, как снова сяду за руль.
Зачем это сказала, сама не знаю. Просто констатировала факт своей трусости, наверное. И вряд ли меня поймет тот, кто не побывал в такой ситуации. И хорошо, если никогда не побывает!
«Значит, завязываешь с вождением?»
Черные глаза недоверчиво покосились в мою сторону.
– Не думаю, завтра на работу. А ехать на электричке мне совсем не хочется. Так что завтра волей неволей придется себя пересилить и ехать. Но сегодня не могу пока, надо чуток отойти.
Весь день прошел в праздном безделье.
Единственное, что я сделала – это разобралась в шкафу. Собрав приличную сумку ненужных мне вещей, отволокла ее в машину. Завезу потом в приют. Всегда так делала. И хотя вещей у меня было не так уж много, и я редко что-то выбрасывала. Но все равно, раз в год, подчищая свой гардероб, находились вещи, которые не одевались с прошлой уборки. А у меня было твердое правило – не одела ни разу, значит, точно больше не пригодится. Это правило не касалось только нескольких особо любимых вещей. Их я всегда перекладывала на почетное место, не решаясь выбросить. Все равно, что избавиться от хороших друзей.
Лерой наблюдал за мной, иногда подавая голос.
Пришлось дать исчерпывающее объяснение, куда поедут вещи, зачем девушке вообще столько всего. Зачем покупать, чтобы потом отдавать, ну и еще десяток вопросов подобного рода.
Странно, что он еще пытался понять устройство нашего мозга. Обычно парни просто принимают все как есть. Так проще, зачем вникать и ломать голову, казалось бы, на их взгляд, от совсем нелогичных действий.