Повелители Снов. Предание

– Лесь, ты, что такая грустная?

Юля поравнялась с Ахиллесом, с трудом заставляя своего коня стоять смирно.

– Не знаю, просто как-то тяжело на душе, наверное, погода сказывается на настроении. Давно не было так холодно. – Ответила я, плотнее закутываясь в плащ.

– Да, сейчас бы Севу сюда …, его теплые объятия. – Мечтательно произнесла Юлька.

Эх, вот зачем напомнила!

– Похоже, меня Рон совсем забыл. Я еще ни разу не видела его с момента перехода в этот мир. – Пришлось сжать зубы, чтобы не выдать, как сильно я переживаю. Где-то внутри появилась пустота, которая с каждым днем становилась все глубже и шире. Мне не хватало Рона почти физически, так как не достает воздуха.

– Они приходят тогда, когда нам плохо, но проблемы мы должны решать сами. – Ответила Юля.

Можно подумать, это что-то меняло. Он еще ни разу не показался, так какая разница из-за чего.

Я посмотрела на подругу.

Несмотря на контроль, знаю, что в моих глазах промелькнула боль, когда я сдавленно заговорила:

– Юля, мне плохо, я скучаю по нему, хочу видеть до безумия, но его нет. Мне кажется, что в этом мире мы вообще не увидимся.

– Может, все дело в том, что ты сильнее нас, поэтому даже сейчас можешь справиться со своей грустью сама. – Предположила Юля, пытаясь хоть как-то меня поддержать.

– Тогда мы с Родионом точно не увидимся, потому что я всегда справляюсь со своими чувствами и проблемами сама. Что же тогда должно произойти, чтобы он пришел?!

На этом мы замолчали, так как в нашу сторону направлялись Владимир с Катей. Я тряхнула головой, прогоняя грустные мысли, и улыбнулась, напоминая себе, что это не лучший момент впадать в меланхолию.

Прогулка продолжалась уже больше часа.

Владимир был великолепным собеседником, нам было весело, но вот наконец-то я решила перейти к делу. По моим оооочень примерным подсчетам, мы как раз проезжали в нужном месте.

«Сейчас или никогда!».

– Дядя, меня давно мучает один вопрос, где жители деревни рубят лес, чтобы отапливать свои дома и ваш большой дом? – Спросила, как бы между прочим, начиная важный разговор.

– Да везде. Все это мои земли, а они мои работники. Понимаешь, за тем лесом у меня ферма, там мы разводим племенных коров.

– А почему бы вам ни вырубать какую-то определенную территорию, чтобы потом найти ей применение? – продолжала я, старательно направляя разговор в нужное нам русло.

– В каком смысле?

Владимир Алексеевич заинтересованно обернулся.

– Я говорю о том, почему бы, например, не соединить то поле вон с тем вырубкой через лес. Было бы значительно проще ездить на телегах, не огибая лес, а прямо через него. По-моему это рациональнее, чем беспорядочная валка леса, пусть даже сухого.

Я замолчала.

Давно мои мозги и язык не работали так усердно. Лгать ведь тоже нужно убедительно. А уж убедить взрослого человека в том, в чем сама ничего не понимаешь – это вообще верх мастерства! В котором, к слову вообще была не сильна, ну, не умею я гладко врать.

– Олеся, а ведь это неплохая идея! Как же я сам до такого не додумался!? Вот что значит молодая голова! Я думаю, нужно немедленно распорядиться на этот счет! Где ты предложила проложить вырубку?

– Да прямо вот здесь. – Дрожащей рукой я показала вдоль леса, моля Бога, что рассчитала правильно. – Здесь деревья еще молодые, поэтому если вырубать полосой, то никакого вреда лесу мы не причиним, но нужно будет делать ее пошире, так как если на поле еще можно разъехаться по обочине, то здесь будут пробки….

– Что будет? – рассеянно переспросил мужчина.

Черт, забылась! Я поморщилась от своего ляпа.

– Да, не обращайте внимания, это все Франция! Я хотела сказать, что по вырубке должны будут проехать как минимум две повозки, иначе из-за деревьев они не разъедутся.

Юля с Катей тоже заинтересованно слушали.

Они, конечно, знали о задумке, но понятия не имели, как преподнести все это правдоподобно. Даже я сама не очень-то понимала, пока не начала говорить. Вроде как, все шло блестяще! Даже более чем блестяще, кажется, сама начала верить в то, что говорила.

– Что ж, девочка, мне нравится твоя идея! И так как я человек нетерпеливый, то, если позволите, сейчас же поеду, посоветуюсь со свом управляющим. – Торопливо проговорил Владимир, посматривая назад. Его так и распирало.

– Конечно же, дядя, мы не станем вас удерживать. Поезжайте, а мы скоро тоже вернемся. – Вставила Катя и, видя его сомнение, поспешно добавила. – Дорогу мы помним.

Как же помним! По лицу видно, что она понятия не имела, где находится, и в какую сторону ехать. Врун из Катьки еще хуже чем я. Ладно, теоретически я дорогу я помнила, а сейчас очень хотелось побыть одним.

Наконец жажда деятельности победила, и Владимир Алексеевич развернул коня в сторону дома. Потом, вдруг что-то вспомнив, он обернулся и обратился к нам:

– Вы только не задерживайтесь, дома вас ждет сюрприз.

Услышав одно это слово «СЮРПРИЗ», я даже зубы сжала, чтобы не заорать.

Юля сморщилась и беспомощно выдавила:

– А может, лучше не надо…?

Но мужчина, поглощенный новой задумкой, этого даже не заметил и продолжал свое:

– Вам понравится, но только приезжайте пораньше, хорошо?

– Да, дядя, мы следом за вами.

– Вот и отлично!

Через минуту три мы остались одни посреди шумящего от ветра леса.

– Олеська, у тебя получилось! Получилось! – ликующе воскликнула Юля, чем напугала свою лошадь, которая чуть было ее не сбросила, хорошо, что во время схватила животное за шею и успокоила.

Я судорожно вздохнула, закрыв лицо руками.

Будем надеяться, не просчиталась. Иначе своими руками передвину железнодорожную линию куда-нибудь не туда, а что последует за этими изменениями в нашем мире не известно. Но да ладно, дело сделано, что теперь думать. Посмотрим, что из этого получится.

Поэтому подняла голову и ободряюще улыбнулась подругам.

– Первый шаг сделан, и это хорошо! Но, Боже мой, я никогда столько не врала, как у меня еще язык не отвалился….

– И не отвалится. – Возразила Катя. – Это же ложь во спасение!

– Но это ложь, и это не меняет дело, но ладно, что сделано, то сделано. – Я огляделась и, выбрав направление, добавила. – А теперь, может, поедем в дом, ох, не люблю я «дядины» сюрпризы.

– Мы только от бала пришли в себя, так нет, пожалуйста! – вздохнула Катька.

– Иногда мне хочется просто связать его, чтобы прекратить его бурную деятельность по составлению развлекательной программы для нас. – Заключила я, смеясь, и добавила, развивая мысль. – А что, может так и сделать, связать его до приезда строителей, и дело сделано! Посидит в чуланчике, выпустим его, когда время придет.

– Ага, тогда придется вязать и всю прислугу разом, а ты знаешь, это хлопотное занятие. – Засмеялась Юлька. – Уж лучше не стоит. Ох, уж этот дядя….

– Да, у меня тоже ощущение, что мы сидим на пороховой бочке. – Согласилась Катя. Ветер трепал светлые кудряшки, то и дело бросая их ей в глаза. – Никогда не знаешь, что еще он может выкинуть. Едем.

Ольга.

Проводив взглядом удаляющиеся мужские фигуры, Оля и Лена вбежали в дом и рухнули на софу.

– Господи, я думала, эта пытка никогда не кончится. – Измученно закатив глаза, вздохнула Ольга. – Нет, ну и угораздило же тебя связаться с такими придурками!

– Ольга, я же не думала, что эти Игнат и Иоанн такие прилипчивые. – Ответила Лена, всплеснув руками, и добавила. – Я надеялась, что хоть один на тебя перекинется.

– Вот уж спасибо! Очень они мне нужны! – возмутилась Оля. – Да ты вспомни их лица, когда я только поздоровалась. По-моему они сразу потеряли ко мне всякий интерес.

Вспомнив эту сцену, подруги расхохотались.

– Да, Оля, шокировать ты умеешь! – всхлипывая сквозь смех, сказала Лена.

Приложив палец к губам, Оля решила повторить, потому подошла к двери, а затем направилась к подруге такой походкой, какой обычно ходила в широченных джинсах, рубашке и кроссовках.

– Ну, что, здорово, мужики! Какого черта вы приперлись?!

Сказав это, девушка снова звонко рассмеялась и упала рядом с Леной на диван. Эту сцену они запомнят надолго! Точнее шок от такого приветствия, которое ну никак не вписывалось в здешние порядки. А и ладно!

В этот момент в комнату вошел Владимир Алексеевич.

– Вижу, девочки, вы весело проводите время!

От неожиданности обе подпрыгнули и вытянулись в «постойке смирно».

– Да, дядя, а как ваша прогулка?

– Отлично, но ваши кузины пока не вернулись…, хотя я думаю, это не беда…. У меня для вас сюрприз!

Оля и Лена растерянно переглянулись.

Вот только этого им и не хватало!

Не лучшее время, пока они не в сборе. Прямо таки сказать, совсем не лучшее! Паника тут же нарисовалась в голове, и стремительно распространилась по всему телу, от чего затряслись коленки. Благо, под длинными платья это было не заметно. Придется им двоим отдуваться за пятерых, пока девчонки не вернутся.

В комнату вошли пять мужчин. Толпа представляла собой странную компанию! Сложно было сказать, сколько им было лет, наверное, между двадцатью и тридцатью. Все такие разношерстные.

Широко распахнутыми глазами девушки смотрели на эту странную компанию. Оля невольно придвинулась к высокой подруге, мысленно посылая сестре сигналы. Давай скорее систер, кажется, у нас тут очередная хрень намечается. Точнее уж сказать, не кажется, а уже определенно наметилась.

Это еще кто такие?

– Ольга, Елена, это лучшие художники нашей округи, и они будут писать ваши портреты. – Объявил Владимир, словно это было самое невероятное чудо из чудес. Неожиданно, конечно, это да, но на счет радостного, можно было поспорить. Но в принципе, не самое худшее, и то ладно.

Обе шумно выдохнули с нескрываемым облегчением.

Лена вошла в свою комнату, громко хлопнув дверью.

Ольга даже поморщилась, открывая следом свою. Мда, если уж Ленка начала психовать, дело плохо. Ее чтоб вывести из себя надо еще постараться, а тут так грохнула, что дом чуть не рухнул.

В отличие от подруги, Ольга неспешно вошла в свою комнату и остановилась у двери, привалившись к ней спиной. Куда спешить то, без нее точно не начнут, ну вот и подождут.

Неожиданно счастливая улыбка преобразила ее лицо, и она воскликнула:

– Ярик!

Девушка бросилась к стоящему у окна парню.

На нем была белоснежная широкая рубашка с глубоким вырезом, сквозь который выглядывала грудь. Рубаха была заправлена в коричневые штаны, на ногах сапоги. Сейчас он походил на средневекового романтического героя из любовного романа.

– Ты так рада меня видеть? – Ярослав сощурился, глядя девушке в глаза, обнимая ее за талию. То ли не верил, что к нему можно испытывать такие сильные эмоции, то ил не до конца осознавал.

– Привет! Я уж думала, ты меня совсем забыл. – Оля комично надула губки, пытаясь казаться рассерженной. На самом деле она с трудом расслышала его ответ, так как сердце устроило дикую пляску в груди. Оказывается, действительно очень по нему соскучилась.

– Как я мог. Это у тебя здесь много поклонников, так ненароком променяешь своего призрака на знатного джентльмена.

– Ты знаешь, я уже даже присмотрела парочку, может заняться Игнатом или Иоанном, они такие … интересные….

Молодой человек рассмеялся, Ольга тоже. Он крепко прижал ее к себе с одной лишь мыслью: «Никогда не отпускать». Как так случилось, что этот человечек стал для него целым миром? Когда это произошло? В самый первый раз, когда посмотрел в эти глаза, ответил он сам себе. И это было правдой. Никогда не верил в любовь с первого взгляда, осмеял бы первый того, кто сказал бы, что с ним может такое случиться. Хм…, как все меняется.

– Господи, как же я скучал по тебе. – Прошептал он Оле на ухо и поцеловал ее в щеку, потом в уголок губ, и уже через секунду в губы. Поцелуй вышел совершенно безумным, так как оба почти забыли как дышать. Они просто прижались друг к другу, словно от этого зависели их жизни. Его руки гладили спину, обтянутую тонкой тканью платья, даря тепло.

Через несколько минут Ярослав разжал объятия со словами:

– Тебя ждет художник.

– Мне наплевать. – Отмахнулась девушка.

– Но ведь ты мечтала, чтобы нарисовали твой портрет….

– А откуда ты знаешь? – Встрепенулась Оля в крепких руках. – Насколько я помню, я этого никому не говорила.

– Я многое знаю…. – Загадочно протянул Ярик.

– Тогда ты должен знать, что я хочу быть с тобой всегда….

– Я знаю, но пока это невозможно.

– Да, да, я понимаю, но хоть приходи почаще. – Мягко попросила девушка, проводя рукой по теплой щеке парня. Под пальцами почувствовала покалывание от небритого подбородка. Но это было даже приятно.

– Хорошо.

– Обещаешь?

– Обещаю.

Ярик снова поцеловал девушку и с легким шлепком пониже спины отправил ее к шкафу.

Состроив серьезную рожицу, Ольга смотрела в шкаф, вися на его дверце, а потом произнесла:

– Ярик, я не знаю, что надеть.

Парень подошел к ней сзади.

– Тебе во всем хорошо, но мне больше всего нравится в этом белом платье.

– Отлично. А теперь, давай, отворачивайся, я буду одеваться. – Скомандовала Оля.

– А-А.

– Что это значит?

– Я не хочу.

– За то я хочу! Отвернись!

Улыбнувшись, Ярик сел на кровать и уставился в стену.

Оля, пыхтя, натягивала платье, ловя себя на мысли, что спина парня весьма отчетливо прорисовывается в его романтическом наряде. И это было такое зрелище, от которого перехватывало дыхание. А еще появлялись мысли, о существовании которых она и не подозревала даже.

– А что, если я повернусь? – веселясь, вдруг спросил он.

Ему безумно нравилось ее дразнить. Сам не знал почему, но было невероятно интересно смотреть за ее реакцией.

– Только попробуй, и я запущу в тебя туфлей!

– И всего то, я думаю, можно рискнуть….

– Нет! И не пытайся даже! Ты понял?!

Ольга пыталась казаться рассерженной, но прекрасно знала, что стоит ему подойти, и она снова окажется у него в объятиях. А если учесть, что она почти раздета, то последствия могут оказаться … Она с трудом отвела взгляд от широкой спины, преодолев желание прыгнуть на кровать.

– Я готова.

– Тогда один поцелуй, и я ухожу. – Молодой человек стремительно сорвался с места и оказался рядом.

– Только один?

– Если будет два, то я вообще не уйду, и тебе придется снова одеваться….

Ольга открыла рот от такого откровенного намека.

– Ты совсем обалдел?

– Я пошутил.

– Ты так думаешь?

– Ну, хорошо, это была не совсем шутка. – Игривый взгляд парня скользнул по ее фигуре, глаза потемнели, и он поспешно отвернулся. – Ладно, я пошел.

– А поцелуй? – Ольга изумленно распахнула большие глаза.

– Ты же была против….

– Кто тебе сказал такую глупость. И десяток пуговок на спине мне кто застегнет, герой любовник?

Олеся.

Юля и Катя уже скрылись в доме, а я все еще была верхом на Ахиллесе. Кажется, уже привыкла чувствовать под собой сильное мускулистое тело скакуна. Странно, что он еще не пробовал меня сбросить, да и вообще вел себя примерно, словно знал меня много лет. Интересные все-таки животные, они сами решают какими им быть, кому доверять. Узнать бы, чем заслужила его дружбу.

Безумно не хотелось идти внутрь. Там снова надо будет врать, что-то сочинять, а я устала от лжи.

От Родиона по-прежнему не было никаких вестей….

Не задумываясь о приличиях, сняла шляпку, длинные волосы тут же растрепал налетевший порыв ветра. Ну и ладно, наплевать, как я сейчас выгляжу! Мне все равно! Просто хотелось побыть одной. Я, молча, смотрела вдаль на серое небо, громоздящиеся на нем тучи. В этот момент на ступеньках показалась Ольга, одетая в великолепное белое платье. И чего она так вырядилась, у нас что снова Бал. Если так, то я пасс. Уеду одна кататься, обойдутся и без меня.

– Олеська, ну где тебя носит?! Там тебя все ждут! – Возбужденно заверещала она, активно жестикулируя. На ветру ее платье напоминало парус, ткань хлопала по ногам.

– Кто?

– Идем, узнаешь! Скорее, тебе надо успеть переодеться. – Не унималась сестра.

– Но я не хочу переодеваться. – Все больше и больше удивлялась я.

Не дождетесь! Мне хватило вчерашнего бала. Я и в своем то времени не часто ходила в ночные клубы, слишком шумно, накурено и много народа. Так еще теперь тут! Хватит с меня!

Уже было открыла рот, чтобы все это озвучить сестре, но меня опередили.

– Да, я думаю, вам, действительно, не стоит переодеваться.

Приятный голос принадлежал молодому человеку, который показался в дверях дома. Противно засосало под ложечкой в предчувствии новых сложностей.

Это еще кто такой?

– Я вас не понимаю….

Тут к Ольге и мужчине присоединился и сам Владимир Алексеевич, произнося:

– Анатолий, так ты нашел ее. Это Олеся, пятая моя племянница.

Я в недоумении слушала их, чувствуя, что начинаю закипать от ярости и негодования.

– Дядя, да объясните, наконец, что, черт…, здесь происходит?! – сквозь зубы проговорила я, едва успев сдержать ругательство.

Владимир обернулся. Слава Богу, не расслышал на ветру или не обратил на это внимание. Но они реально меня прям выбесили, одна кричит: иди, переодевайся, второй говорит, не надо, третий вообще не понятно кто.

– Прости, дорогая, это Анатолий, он хочет написать твой портрет.

– Зачем?

– Я хочу, чтобы ты и твои кузины остались в замке хотя бы на полотнах. Очень скоро вы меня покинете, и неизвестно, когда приедете снова.

Ах, вот оно как! Теперь понятно. Стало легче дышать.

Только я-то тут причем? Пусть рисует девчонок.

– Но я не хочу, чтобы меня рисовали.

– Олеся, это только один вечер, точнее несколько часов. Доставь мне удовольствие, соглашайся. – С энтузиазмом проговорил дядя.

– Мы уже все согласились, Юля с Катей переодеваются. – Заметила Ольга, ежась от холода.

Так понятно, раз уж девчонки большинством уже дали согласие, значит, мне теперь точно не отвертеться.

– Хорошо.

Я кивнула, тяжело вздохнув, принимая свое поражение и собираясь спуститься на землю, как вдруг Анатолий воскликнул:

– Нет, Владимир, позвольте мне нарисовать ее именно так, верхом на лошади. Олеся, если вы, конечно, не против. Уверен, портрет выйдет великолепным, я просто не могу представить иначе, как только увидел вас из окна.

Я слушала увлеченную речь этого странного мужчины, все больше удивляясь. Тоже мне модель нашли! Смешно, да и только!

– Ладно, что касается меня, то так даже лучше, но уверяю вас, ничего не получится. – Усмехнувшись, подала голос.

– Ну, почему же?

– Господи, да я совсем некрасива, тем более, сейчас при таком ветре….

– Позвольте мне самому судить об этом. – Строго заметил художник. Его тон не терпел пререканий или несогласия.

Я даже рот закрыла, забыв, что хотела еще сказать.

На секунду все замолчали, а потом Владимир произнес:

– Олеся, ты уверена, что не замерзнешь при таком ветре?

– Если уж Анатолий не боится этого, то я и подавно. – С улыбкой ответила я. – Думаю, час другой я смогу удерживать Ахиллеса на месте, но не дольше. Ему-то портрет точно не нужен.

– Этого достаточно, чтобы сделать набросок. Остальное дело техники.

Через минуту мы с художником остались наедине.

Ветер завывал, вихрем проносясь вокруг нас. Странно, как летом может измениться погода. Вчера еще было жарко, а сегодня ощущение такое, что вот-вот наступит осень.

Я обернулась к художнику. Как интересно, наверное, все художники одинаковые. Есть в них что-то такое, что отличает этих творческих личностей от всех остальных, и не имеет значения, в каком веке они живут.

– Только рисуйте, пожалуйста, ничего не приукрашивая, хорошо. – Попросила я, зная, что они довольно часто прибегают к такому приему.

Он нахмурился, мне показалось, что его обидели мои слова. Ну и пусть, за то хоть нарисует как есть!

– Зря вы так не уверены в себе. Мне и так не придется ничего менять, уверяю вас. А теперь повернитесь навстречу ветру и думайте о чем-нибудь, взгляд на горизонт.

– А вы знаток своего дела. – Улыбнувшись, я потрепала коня по холке. – Ну-ну, тихо, нас ведь с тобой рисуют.

– А вы великолепно смотритесь и держитесь на лошади, но хватит разговоров.

Лена.

– А где Олеська, неужели отказалась, хотя на нее это похоже? – заметила Лена, увидев входящих Владимира и Ольгу. Подруги с ними не было, а значит, она вполне могла заупрямиться.

– Нет, просто Анатолий предпочел нарисовать ее на лошади. – Ответила Оля, занимая свое место на полу у камина. Да, тут определенно теплее, чем на сумасшедшем ветру.

Юля оторвалась от собаки, лежавшей у ее ног и беспрестанно кусающей ее за руки, подняв голову, и произнесла:

– Да, Леське, действительно, лучше всего верхом.

– Согласна, только на улице сегодня холодно. – Вставила Катя. – Она же там закоченеет.

– Катя, ты же знаешь мою сестру…. – пожав плечами, вздохнула Ольга, словно это все объясняло.

Мда, они все ее прекрасно знали.

Олеся.

Было около пяти вечера, когда закончился обед.

Наши художники, Владимир Алексеевич и мы сидели в гостиной, Наташа разливала чай. В очередной раз мы почувствовали себя не совсем уютно, когда смотрели на эту девушку. Ведь в нашем мире у нас не было слуг, поэтом воспринимать тот факт, что Наташа была лишь служанкой, как должное мы не могли. Уже несколько раз девчонки пробовали с ней заговорить и подружиться, но она была только приветлива, не более того. Должно быть, всегда чувствуя разницу положения, поэтому мы оставили эту идею.

– Владимир, ваши племянницы прекрасные натурщицы, думаю, портреты получатся великолепными. Мы сделали все необходимые наброски, и через месяц, два вы получите картины.

Слушая эти слова, я горько усмехнулась про себя. Да, но нас-то здесь уже не будет…, в лучшем случае нас, в худшем деревни вообще. Такие мысли заставили содрогнуться, поэтому я прислушалась к общему разговору.

– Спасибо, что вы так скоро откликнулись на мою просьбу. Все дело в том, что девочки покидают меня через несколько дней, а я, увы, должен уехать сегодня ночью, и не знаю, когда вернусь. – Произнес Владимир Алексеевич.

Мы с девчонками растерянно переглянулись. В расширенных глазах читался ужас от неожиданного известия. Подруги разом глянули на меня.

Вот так! Так просто он об этом сообщает! Черт, неужели нельзя было сказать пораньше! Мы бы успели что-нибудь придумать!

Появилось ощущение, что разом весь воздух из легких испарился, и стало нечем дышать. Во рту появился противный привкус горечи и страха.

– Так вы уезжаете? – едва слышно выдавила Катя.

– Да, дорогие мои, я и так оттянул отъезд на два дня, но, увы, больше не могу задерживаться. – Объяснил дядя.

– Но дядя, мы думали, что проведем все наши каникулы вместе с вами. – Взмолилась Ленка.

– Ну, не расстраивайтесь так, с вами останется Анна, а я вернусь, как только смогу, надеюсь, у нас еще будет время пообщаться. – С улыбкой сказал мужчина и, вставая, добавил. – А сейчас извините меня, я пойду, соберу все бумаги.

Мы проводили гостей, и, спустя двадцать минут, были, наконец, одни в комнате.

– Девчонки, нельзя позволить ему уехать! – воскликнула Юля, заломив руки. – Все получается точно так, как мы прочитали в его дневнике!

– А что мы можем сделать? – растерянно возразила Ольга.

– Давайте все расскажем, – предложила Катя.

– Действительно, предупредим его о разрушении Косино, и он останется. – Поддержала идею Лена.

Я встала и заговорила, теперь в моем голосе не было энтузиазма. В нем вообще не было красок, тогда как мозг работал на пределе, ища выход.

– Нет, что угодно, но не это! Вы хоть понимаете, насколько глупо ваше предложение!?

– Это почему же?! – выпалила Ольга.

– Да кто нам поверит, ты об этом подумала?! Что мы скажем?! Что прибыли сюда из другого Мира, чтобы предотвратить то, о чем они и понятия не имеют! И кем нас после этого будут считать?! Полоумными! А потом еще и запрут, вот это будет совсем хорошо. Когда мы говорили с ребятами, они ясно сказали, что мы сами должны все изменить!

Девчонки замолчали, между нами повисла напряженная, гнетущая тишина.

Блин, что же делать?

– У меня есть идея! – вдруг воскликнула Катя, подскочив на ноги.

– Что именно?

– Может, я притворюсь больной, тогда дядя, то есть, Владимир Алексеевич не уедет!

Как вариант сойдет, все равно пока ничего другого в голову не приходит.

– Катюш, прекрасная мысль. – Поддержала я. – Девочки, вы как?

– По-моему, превосходно, к тому же лучше мы все равно ничего не придумаем. – Заключила Юля.

– Тогда за дело! – в один голос воскликнули Оля и Лена, вскакивая со стульев.