Повелители Снов. Странники

Мыслительный процесс пошел, и это самое главное. В нашей компании важно начать обсуждать, это уже полдела. Никто не кричал, что спускаться с горы это самоубийство, все начали конструктивно мыслить, и в нашем положении это уже победа. Удивительно, что только в этот момент поняла, как горжусь своими подругами: ни одна не истерила, не причитала и не ныла.

– Я уже думала об этом. У нас ведь есть наши лыжи и борды. Можно попробовать соорудить из одной доски что-то вроде саней, и спускать его вниз на них.

– Но как?

– Как, как?! Да откуда я знаю! – Не выдержала я. Взрываться не хотелось, но почему именно на меня сейчас смотрят все с немым вопросом, я что, гений инженерной мысли. Можно подумать, это все так просто. – Черт, я медик, а не инженер. Давайте вместе придумывать как!

– Но ведь тут нет трасс, как тогда спускаться? – выдохнула Ленка, смотря куда-то в темноту. Нас окружал бесконечный снег, деревья и огромные камни. Мда, задачка не для слабонервных.

– А то я не вижу! – бросила в ответ, потом пару раз вздохнув, заставила себя успокоиться, и продолжила. – Мне кажется, кто-то хотел экстрим – спусков, так вот они. Экстрим чистой воды! И наших помешанных на безопасности парней, которые постоянно нас оберегали, рядом нет.

И чем больше я говорила, тем сильнее внутри разгоралось чувство, хоть отдаленно напоминающее самостоятельность.

– Девчонки, блин, мы превратились с вами в изнеженных городских дамочек, которые не знают, как жить вне квартиры. Ведь раньше мы такими не были. Раньше мы принимали решения сами! Мы были командой! Мы, в конце концов, вытащили наших парней из такой задницы, какая ни одному автору фэнтези не придумается! Кажется, пора бы это вспомнить.

Ольга хмыкнула, но промолчала, чертя палкой узоры на грязном снегу.

Ленино лицо приняло мученическое выражение, брови нахмурились.

– А я не хочу экстрима, я хочу к Киму….

– Ой, Лен, с тобой все ясно! Нашу мадам не изменишь! – засмеялась Юлька, по-доброму подшутив над подругой.

Девчонки невольно рассмеялись.

Атмосфера чуть разрядилась, из невыносимой и тупиковой, превратившись просто в сложную. И то ладно.

– Вот и отлично, я думаю, выступать будем, как только рассветет.

– Уверена, что стоит? Может, все же дождемся спасателей? – вставила Юля, не поднимая глаз от своих ботинок.

– А если не дождемся? Что тогда? Нам остается подохнуть с голоду или замерзнуть. Нет уж, вы как хотите, а я буду спускаться. – Знаю, что мои слова звучали излишне резко, но то было только начало, когда начинала злиться могла перегнуть палку. – А если метель начнется? Да нас тут заметет в два счета!

– А с чего ты решила, что там внизу будет лучше?

– Ни с чего я не решила! Просто здесь уж точно не лучше, выбираю меньшее из двух зол. Уж лучше что-то делать в поисках помощи, чем просто тупо сидеть на заднице, которая к слову, уже прилично замерзла.

– Тогда решено. – На удивление, первой поддержала эту бредовую идею Оля, неопределенно пожимая плечами. – Я жрать хочу, и душ и Ярика. Так что с рассветом я готова ехать куда угодно. И хрен с ним, как угодно.

Юля с Леной только кивнули. Они и сами понимали, что сидеть тут все равно, что подписать себе смертный приговор. Если быть честной, то мы все это понимали, даже я, хоть и безбашенная на экстрим, но инстинкт самосохранения никто не отключал, поэтому от страха ноги делались ватными. А как на таких спускаться, да еще по целине. Да еще с грузом в виде раненного человека, которого, может, еще и угробим по дороге. Но деваться просто некуда, сидеть и ждать, пока нас найдут…. Вот именно найдут. А чтобы найти, надо искать. И вот самый главный вопрос, кто и как будет нас искать, если мы понятия не имеем, как тут оказались. И с какого перепуга провалились снова в какую-то иную реальность. Даже если наши ребята поднимутся на уши и начнут поиски, каким образом они поймут, что мы сидим на вершине какой-то неизвестной горы. Внизу есть шанс встретить людей, жилье, хоть кого-то живого.

Ночь продолжалась.

Эта ужасная длинная ночь.

Создавалось впечатление, что минуты так и норовят вытянуться, а стрелки наручных часов будто прилипли к стеклу. Хотелось их поторопить, как-то подогнать, от чего Ольга несколько раз их встряхивала, да толку то. Солнце, похоже, вообще не стремилось разгонять ночную мглу, от которой было уж очень не по себе. Вот что значит, жить в большом городе. Там, где не видно звезд, где всегда светят фонари, где ночью машины не включают дальний свет, да и вообще могут ехать без фар, все видно. Мы теряем связь с реальностью, точнее нет, наша реальность меняется настолько, что превращает нас с тепличные растения. Именно так я себя сейчас и чувствовала, так как все инстинкты притупились, жажда приключений осталась в прошлом, уступая место привычному уюту, удобствам и спокойствию. Оказывается, как мало надо для того, чтобы понять, как все это размягчает нас, делает слабее.

И только сейчас, оглядывая грязные лица подруг, поняла, что почти счастлива. Да, вполне возможно, что завтра я уже не буду так радоваться, и начну паниковать, но сейчас вдруг ощутила, как сильно мне не хватало именно выйти из зоны комфорта. Из зоны безопасности, которую создал вокруг меня Родион. Но об этом подругам лучше не знать. Иначе скажут, что мне пора топать к психиатру, что вполне логично.

Несмотря на костер, холод так и стремился пробраться под куртку. Мороз жестоко щипал нос и щеки. Пальцы ног уже онемели и с трудом двигались в ботинках. Ветер завывал в кронах деревьев, посыпая нас белым колючим снегом сверху. Но одно хорошо, не было метели. Для нас это бы стало концом. Задует костер и заметет за пару часов, потом не отроем ни нас, ни вещи.

Я копошилась у рюкзаков, Ольга в очередной раз добавила от костра углей под лежанку мужчины.

– Оль, ты его зажарить, что ли хочешь? – засмеялась Юля, протягивая руки к огню, безуспешно пытаясь их согреть.

В ответ послышался Олин смешок.

– Неее…, я такое не ем.

Девушка проворно проверила пульс и снова накрыла его с головой одеялом.

– Как он?

Спросила, отрываясь от своего занятия, поворачиваясь к сестре.

– Да, ничего вроде. – Ответила она, пожимая плечами. – Дышит ровно, пульс учащенный, но это от температуры. Без сознания только, хотя, может, и к лучшему. Как придет в себя, поймет в какой мы заднице, точно захочет обратно в обморок.

– Точно, пусть лучше так. Оль, иди сюда, помоги мне.

Надо было подумать, как же приспособить что-то, на чем можно будет спускать пилота. Как это делать, я даже мысленно пока не представляла. И тут очень не хватало инженерного образования, даже самого захудалого. Два медика, один учитель и один технолог, блин, не самая удачная компания. Но уж, какая есть.

Мы с трудом достали из чехлов свои борды, пальцы тут же окоченели вдали от костра и отказывались выполнять команды.

– Что ты собираешься с ними делать? – поинтересовалась Оля, обхватив свою доску руками и приложив подбородок к холодному пластику. В свете костра блеснула яркая картинка эльфа в голубых тонах, украшавшая ее любимую доску.

– Думаю, как прикрутить наши импровизированные носилки к борду. – Мозгуя, как это сделать, я крутила свою доску и так и эдак. – Может, за крепления привязать. Дай, на твоей доске посмотрю.

Олины глаза распахнулись, и она сильнее вцепилась в свое сокровище.

– Не дам.

– Оль, ты чего?

– Не дам, ты ее угробишь. – Младшая сестра упрямо поджала губы, отрицательно качая головой.

– Тебе жалко доски ради человеческой жизни? – Не верила своим ушам.

– Тебе ведь не жалко, вот свой борд и гробь. – Продолжала упираться Ольга.

– Олесь, а может быть, лыжи наши сгодятся? – предложила Ленка, подходя ближе. Подруга натянула шапку до самых глаз в отчаянной попытке согреться, или хотя бы остановить так стремительно покидающее нас тепло.

– Не подойдет. Иначе вам не на чем будет спускаться.

– А как же вы тогда?

– Будем на одной доске. Это неудобно, но теоретически возможно, с лыжами так точно не получится. – Объясняла на ходу, роясь в вещах. Мысли работали с невероятной скоростью, стремясь уже найти хоть какое-то решение.

– Спуститься с горы – это то, что нам надо. Мы имеем два борда, две пары лыж и тот кусок железа, на котором сейчас спит мужчина. И все бы ничего, будь он гладким. Но с обратной стороны куча металлических деталей, которые торчат во все стороны. Они будут невероятно тормозить, цепляясь за снег и камни. Значит, использовать ее как доску нельзя, она перевернется, как только зацепится за что-то.

– Вот именно, тогда лучше ехать на моей доске. Она рассчитана на больший вес, чем твоя, выдержит обеих. – Обрадовалась Оля, острый носик тут же победоносно вздернулся вверх.

– Ладно, тут ты права. – В этот раз пришлось согласиться с сестрой. – Тогда из моего и будем сооружать что-то вроде санок, которые придется спускать по склону.

Оля театрально чмокнула свой борд, прижимая его к себе.

Лена с Юлей снова рассмеялись, тогда как мне пришлось продолжить:

– Вопрос, как сделать так, чтобы эти санки не понеслись вниз с бешеной скоростью, увлекая за собой и тех, кто будет их держать?

Подруги переглянулись:

– Только если поставить его на кант, и самим спускаться боком к склону. Помнишь, как мы тогда спускались по обледенелому склону. – Вспомнила Юлька, подав весьма здравую мысль.

– Точно! Юль, ты гений!

– Это там, где мы оказались, когда мы поехали под запрещающей лентой? – Ленка напомнила, кто был идейным вдохновителем того спуска, весьма красноречиво посмотрев в мою сторону.

– Ну ладно, было дело. Захотелось нам немного похулиганить, и я понятия не имела, что там так обледенел склон, что нам пришлось до самого низа спускаться боком на кантах.

– Ну да, именно для таких, как ты и написали, что туда нельзя ехать. – Засмеялась Ольга.

– Ой, кто бы говорил, ты первой согласилась тогда. Ладно, не спорю, это было нечто, но ведь все закончилось хорошо.

– Да, и оказалось, что это была только тренировка. – Подытожила Юлька, которая, к слову, держалась молодцом. Даже подумать тошно, что она должна сейчас испытывать, нам-то страшно, а ей теперь отвечать за двоих.

Теперь уже мы копошились у сложенных рюкзаков не просто так, была реальная цель.

– Олесь, а как вы собираетесь спускаться на одном борде, это реально? – сомнения в голосе Лени были вполне понятны.

– Теоретически возможно, практически понятия не имею. – Передернула плечами в ответ, голос при этом, вроде как, не выражал никакого страха. Сомнения лучше держать при себе, иначе ни одна из них завтра не сдвинется места. – Я в одном фильме видела, значит можно попробовать.

– А если упадете? – Лена говорила сонно и устало.

– Лен, мы с трамплинов прыгаем! Ну, падаем, и что? Живы пока! – прыснула Ольга, усаживаясь опять у костра.

– К тому же вам девчонки придется хуже, вы будете спускать нашего раненого. – Я намеренно повернула разговор в другую сторону. Надо было как можно раньше это обсудить, иначе завтра до обеда будем препираться.

– Как это?! – Лена даже икнула от неожиданности, сонность как рукой сняло.

– Так это. – Вздохнув, приготовившись к долгим спорам и уговорам. Благо, ночь длинная, и времени предостаточно. Одним часом тут точно не обойдешься.

– Нам с Ольгой предстоит спускаться первыми, чтобы проложить путь и проверить. А вы за нами. Когда рассветет, попробуем закрепить борд под носилки, а сами носилками между вами. Останется только по возможности ехать параллельно и рядом друг с другом. Думаю, придется очень постараться, чтобы идти боком, чтобы не сорваться с канта и не понестись вниз в непонятно куда.

– Легко сказать. – Выдохнула Юлька, с сомнением качая головой, с ее капюшона посыпались снежинки.

– Вот именно, ни фига нелегко, вот только другого варианта у меня нет! Кто придумает что-то лучше, буду рада! Если кто-то не хочет, может поменяться со мной местом, но ни одна из вас не влезет в мои бордические ботинки 35 размера.

– Да и какой смысл, ни я, ни Юля не умеем стоять на борде. – Ленка покачала головой, ее слова прервались громким урчанием в животе. – Как же есть хочется.

– И не говори. Давайте собираться, с рассветом начнем спуск.

– Олесь, что брать с собой?

– Все, что влезет в рюкзаки, и все что сможем унести.

– Мы с тобой свалимся с доски с рюкзаками за спиной. – Бросила Ольга, театрально показав, как теряет равновесие и почти валится в снег.

– За то хоть спину себе не переломаем, рюкзак будет как защита. Все, что не войдет внутрь, можно положить на носилки.

– Тогда Лесь, ты думай, как крепить твою доску, а мы пока еще растопим воды. Нам надо хотя бы попить перед спуском.

– Тогда за дело.

Как странно, почему только критические ситуации способны вытащить из наших изнеженных тел нормальных обычных девчонок. Готовых действовать, а не сидеть и размазывать сопли по лицу.

Наблюдая, как подруги суетятся у костра, посмотрела на свои часы. На обсуждение ушло полчаса: даже лучше, чем я думала. Вот и отлично, больше времени, чтобы собраться.

Спустя несколько часов небо над нашими головами, наконец, начало светлеть. Даже не верилось, что эту ночь нам удалось пережить. Что будет дальше, даже думать не стоит.

Переложив мужчину на кусок искореженного винта, принялись за сооружение передвижного транспорта для раненого. Не с первого раза, но получилось привязать мою доску к импровизированным носилкам. В ход пошли наши колготки, обнаруженные в рюкзаках и пара веревок, найденных в коробках. Получились неплохие моносани. Одно только не понятно, сколько продержатся крепления на доске, и хватит ли этого «сколько» чтобы спуститься вниз. Гадать бесполезно, потому проще не думать, а решать проблемы по мере их поступления.

При свете выглядели мы как отряд старых плюшевых игрушек. Одежда в грязных разводах, кое-где на ткани появились дыры, из которых начал вылезать наполнитель. Мда! Зрелище то еще!

– Ладно, давайте обуваться и в путь.

По логике вещей, здесь на вершине хрен знает какой горы, вряд ли есть поселение. Если и трасс для катания нет, то может и людей вовсе никогда не бывало. Значит, наш единственный шанс попасть к людям – спуститься вниз и там уже искать хоть какие-то признаки цивилизации. Если таковые здесь вообще есть.

Разделив и выпив всю воду, что нам удалось добыть за ночь, для этого старательно топили снег, начали сборы. Рюкзаки оказались вместительными, и почти все, что было нужно, оказалось внутри. Топорик тоже пришлось закутать в свитер и убрать, иначе потеряем.

Первые метры мы с Ольгой только и делали, что падали в снег. Незафиксированная нога в ботинке скользила по полированной поверхности доски. Потом приходилось подниматься на ноги, причем мне, утопая по пояс в снегу, потом карабкаться на ее доску. Единственный плюс падений – стало тепло. Движение быстро согрело одеревенелые мышцы настолько, что захотелось расстегнуть куртку.

Ленка с Юлькой даже не начинали спуск, наблюдая за нашими попытками.

– Олесь, так ничего не выйдет! Тебе неудобно с той ноги, потому и не получается! – Крикнула Юля, очевидно поняв сверху, что идет не так. – Закинь рюкзак на живот, и встань к Ольге спиной.

– Спасибо! Попробуем!

Пришлось попыхтеть, чтобы перегруппироваться.

Подруги так и застыли наверху, словно в упряжке. Они стояли вместе, по обе стороны от наших «саней» держа в руках палки. К поясу тянулись широкие ленты, это пришлось разрезать брезент, найденный нами накануне. На это у нас ушло два часа ночью, так как топорик не сильно годился вместо ножниц.

Мы почти приноровились двигаться синхронно. Что в принципе было сделать сложно, так как манера катания у нас с сестрой сильно отличалась.

Проехав немного вниз остановились в первый раз самостоятельно, а не свалившись мордой в снег.

– Теперь вы, Юль, Лен, медленно! И на кантах, если кто срывается, падайте на бок!

– Олесь, вы бы в сторону съехали, если сорвемся, полетим на вас! – крикнула Юлька сверху.

– Нет уж, хоть остановим! Давайте!

Юлька с Ленкой переглянулись и пришли в движение. Наблюдать снизу за этим было куда страшнее, чем ехать рядом. Как только начался спуск, ленты натянулись, «сани» накренились, грозя скинуть раненного. Благо додумались его привязать, это было хорошей идеей. Их движение напоминало полет пера, из стороны в сторону медленно, но весьма неплохо для такой авантюры.

Несколько раз лыжи соскальзывали, но девчонки работали палками и останавливались, мы же каждый раз, затаив дыхание, боялись пошевелиться.

Но вот они добрались до нашей точки. Щеки у обоих порозовели, Юлька даже куртку расстегнула сразу.

– Уф! Ну, хотя бы теперь тепло. – Усмехнулась она.

– У меня даже попа вспотела. – Кивнула Ольга, и, кивая куда-то вниз, договорила. – Ладно, погнали дальше!

– Давайте, Юль, ты как?

– Нормально, Лен?

– В порядке, только ноги трясутся, словно я в первый раз на лыжи встала.

– Погнали!